1.25. Головы и другие военные чины
Дворяне и дети боярские имели право выбора в своих «городах» как окладчиков, так и командовавших ими непосредственно в военных действиях (голов) и исполнявших другие службы («нарядчиков», «знаменщиков», впоследствии поручиков и хорунжих, а также денщиков). Выбор нарядчиков обычно происходил при разборе. В 1622 г. зубцовцы выбрали в нарядчики вместо состарившегося Алексея Васильева сына Басова, который был в наряде 20 лет, новика сына боярского Степана Алексеева сына Лошакова. Таким образом, как заключал В. Н. Сторожев, служба в наряде была постоянной и длилась до известного возраста1. Вместе с тем в тверской десятне указывалось, что нарядчик не участвовал в боевых действиях: тверской нарядчик Степан Коняев «был все в наряде, и вперед с наряд ево станет, а на боех преж сего не бывал»2. В таком большом «городе», как Рязань, нарядчики выбирались по станам. В 1629 г. воеводе Переславля Рязанского, кн. А. И. Солнцеву-Засекину указывалось «велеть» дворянам и детям боярским Окологородного стана выбрать нарядчика и взять выбор у них «за руками»3. Летом 1638 г. дворяне и дети боярские Деревской пятины подали, например, такой «выбор» с подписями («руками») на обороте: «...выбрали в нарятчики Якова Мамонова сына Зверовского, а под боярское знамя Сергия Васильева сына Базина, а под сотенное знамя Ондрея Иванова сына Комарова, а в денщики Леонтья Жданова сына Старкова»4. По мнению В. Н. Козлякова, служба в наряде была связана с «функциями вестовых», в нарядчики выбирались люди невысокого положения, упоминание о предках и родителях, служивших нарядчиками, могло восприниматься как оскорбление честности рода5 (см. также 1.6). Однако в 1677 г. первым среди смоленских городовых детей боярских упоминался, например, нарядчик Иван Трофимов сын Кобозев, с окладом 800 четвертей и 46 руб. из четверти6. Выбор сотенных голов и других офицеров в сотнях происходил, как правило, уже в полках на смотрах при участии окладчиков «городов». Однако в феврале 1647 г. такой выбор голов и знаменщиков происходил при разборе владимирцев окольничим П. Т. Траханиотовым. Владимирцы должны были выбрать голов и знаменщиков «всем городом из выборных и из дворовых и из городовых помесных и прожиточных лутчих людей, которых с нашу службу будет»7. Скорее всего, подобный выбор был связан с попыткой военных реформ в начале царствования Алексея Михайловича. В августе 1676 г. мещерские окладчики Алексей Иванов сын Мосолов, Степан Петров сын Мерлин и др. (всего 6 чел.) выбрали «к мещерским сотенным головам из мещерян к Василью Кропотову в порутчики Юрья Васильева сына Холопова, в знаменщики Богдана Романова сына Микифорова, к Ефиму Остафьеву в порутчики Матвея Осипова сына Веденянина, в знаменщики Степана Иванова сына Евсюкова»8. И. Л. Андреев полагает, что сотенных голов как выбирали, так и назначали, однако назначение преобладало9. По его мнению, головство было не привилегией, а скорее обременительной обязанностью. Сотенные головы по окончании службы устраивали смотры своих сотен и докладывали результаты этих смотров воеводе, подавая сказки, нередко написанные своими руками. Так, в октябре того же 1676 г. сотенные головы полка В. В. Голицына подавали ему сказки о количестве присутствующих на смотре и уехавших со службы до смотра. Сотенный голова Н. Г. Новокрещенов в сказке, подписанной собственной рукой, писал об отсутствии двух ростовцев из его сотни, которые «со службы съехали». Голова С. С. Бестужев после смотра своей сотни указывал четырех нетчиков, двух калужцев и двух воротынцев. Сказку за него подписал Ф. Лазарев. Голова коломенской сотни Б. Г. Борщой докладывал о том, что «по сотенному списку все в естех». Сказка была им подписана. Голова свияженин И. Г. Бегичев также доложил о полном составе своей сотни. За него сказку подписал Г. Катышев. Голова В. В. Кропотов писал о полном пристутствии на смотре мещерян его сотни. Такие же сказки подали голова ярославских мурз и татар Р. Г. Бабин, жилец В. Г. Щепотьев, голова ряшан В. Кошкаров10. Сотни, как правило, составлялись из представителей одного «города», однако в случае небольшого количества приехавших на службу в сотне могли оказаться дворяне и дети боярские нескольких «городов». Так, в сотне «у Микиты Нехорошева сына Новокрещенова» в 1676 г. оказались 22 чел. ростовцев, 2 чел. козлич, 6 чел. воротынцев, 8 мещан, 3 чел. серпьян, 2 чел. лихвинцев, 8 чел. мещерян, итого 51 чел.11, сотня была недоукомплектована на 50%. Кроме того, головы подавали списки с указанием служб и боевых заслуг членов своих сотен (своего рода представления к наградам).

Окладчики участвовали и в выборе в своих «городах» людей в т. н. «подъезжие» сотни, формировавшиеся с разведывательными целями. Сюда выбирались только лучшие и «конные» люди. При этом в сказках окладчиков указывалось на определенное количество людей в «городах», бравшихся «в подъезд» раньше. Например, ростовские окладчики в 1676 г. указывали, что «с их де города в подъезжую сотню ныне выбрано семь человек, а в прошлых де годех имано с ростовцев в подъезд по шти человек»12.




1 Сторожев В. Н. Тверское дворянство XVII века. Вып. 1. С. 4—5. Сторожев писал о пожизненной» службе нарядчиков, как и окладчиков, однако длительность этой службы, на наш взгляд, не совпадала: новые окладчики выбирались не вместо состарившихся, а вместо умерших.
2 Там же. Вып. 2. С. 62.
3 АМГ. Т. 1 .№ 253. С. 267.
4 РГАДА. Ф. 210. Oп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 83. Л. 40.
5 Козляков В. Н. Служилый «город»... С. 124—125.
6 РГАДА. Ф. 210. Разрядный приказ. Оп. 6. Книги Московского стола. № 80. Л. 80об.
7 Там же. Оп. 9. Столбцы Московского стола. № 209. Л. 331—332.
8 Там же. Oп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 275. Л. 296.
9 Андреев И. Л. Сотенные головы... С. 8, 9.
10 Ф. 210. Oп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 275. Л. 55—61.
11 Там же. Л. 196.
12 Там же. Л. 91.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2236