Хроника работы Нижегородского Губернского Трибунала и Революционного Военного Трибунале Волжской области Водного Транспорта за первое полугодие 1920 года по сообщениям газеты «Нижегородская Коммуна»

Хроника работы Нижегородского Губернского Трибунала и Революционного Военного Трибунале Волжской области Водного Транспорта за первое полугодие 1920 года по сообщениям газеты «Нижегородская Коммуна»

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 6 марта 1920 №48

4 марта 1920 года, Революционным Трибуналом рассмотрено дело по обвинению руководителя 79 военно – дорожного отряда, Петра Яковлевича Маслова, военкома того же отряда, Антона Дмитриевича Ткачука и заведующего хозяйством, Александра Ивановича Волкова, обвиняемых в преступлении по должности.

В январе 1920 года, особая Комиссия, производившая ревизию правильности ведения хозяйства, учёта людей и лошадей, денежных сумм, продуктов и военного снабжения.

При ревизии было обнаружено: 1) в кассе 456 рублей 76 копеек. 2) так как количество людей в отряде постоянно меняться, то продукты требуются на большее число людей, чем имеется в действительности приблизительно, приблизительно на 30. 3) приказами по отряду, прибыль и убыль людей не производиться. 4) отчётные листы составляются не по установленной форме. 5) последний отчётный лист составлен и представлен за сентябрь 1919 года, а дальше отчётные листы не составлялись. 6) в октябре, как видно из табели отряда, всех служащих, вместе видно из табели отряда, всех служащих, вместе с наёмными рабочими было 146, продукты же были потребованы на 157 человек: 71 за декабрь истребовано одного лишь сахару 30 пудов 1212 фунтов, что при расчёте 6 золотников в сутки на человека, составит норму на 631 человека ежедневно. 8) дневника состояния на фуражном довольствии лошадей не велось. В отряде числиться на лицо за декабрь 11 лошадей получено же за декабрь из продмагазина 913 пудов сена, что при 8 фунтовой даче, достаточного для довольствия в течение месяца 177 лошадей.

Сначала действия комиссии 13 января из кладовой отряда было вывезено 5 мешков муки, 3 мешка пшена, 3 мешка овса и все эти продукты были отвезены к Маслову. При взвешивании наличного сена, было обнаружено недостача 182 пудов 12 фунтов, причём установлено, что Маслов имеет свою корову. Все счета Ткачука отличаются свежестью бумаги и крайне высокими ценами, счёт же от 30 декабря на сумму 5500 рублей был подписан Масловым во время действия комиссии.

Вольнонаемным служащим отряда совершенно незаконно, производиться выдача продуктов, последние выдавались на большое число, причём расписки получивших продукты не имеются.
Выяснилось, что счета представленные Ткачуком, датированы различными числами, между тем писаны в один раз.

Что касается руководителя Маслова, то на счёте от 30 декабря он произвёл подложную подпись об оплате 5500 рублей.

Привлечённые к следствию, обвиняемые Маслов и Ткачук виновными себя не признали, Волков же сознался об обнаруженных ревизией неправильностях.

Трибунал рассмотрев дело, признал преступление доказанным и гражданина Маслова виновным в даче распоряжения в составлении фиктивного счёта на купленные Лабутиным хозяйственных принадлежностей на сумму пять тысяч пятьсот рублей, и разрешении наведывающего хозяйством Волкову, получить 4 сажени дров, принадлежащих отряду и дачи незаконного распоряжения хранить продукты под соления, заготовленные для себя лично, в складе отряда и кроме того в том, что незаконно пользовался транспортными средствами отряда для своих личных целей.
Граданин - Ткачук, признаётся виновным в том, что он неправильно удержал восемь тысяч гербового сбора с с исполнения кузнечных работ Пуч[..]ва, и не заприходовал их в кассовой книге, а обратил эту сумму в свою пользу.

Волкова в том, что он незаконно взял 4 сажени дров, принадлежащих отряду и хранил продукты потребления принадлежащие Маслову в складе отряда, и что означенное преступление, безусловно, подрывает авторитет Советской власти и дискредитирует её в широких массах населения и принимая во внимание то обстоятельство, что в данный момент увеличивается рост преступлений по должности, Ревтрибунал постановил: гражданина Маслова Петра Яковлевича происходящего из граждан Нижегородской губернии, Лукояновского уезда ,села Оброчное, и той же волости и гражданин Каменец – Подольской губернии местечко Гусятин, Анатолий Дмитриевич Ткачук – подвергнуть обоих лишению свободы с принудительными работами, сроком на 5 лет каждого.

Гражданина Рязанской губернии, города Касимова, Александра Ивановича Волкова, подвергнуть лишению свободы с принудительными работами сроком на два года.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 3 апреля 1920 №74

Выездная сессия Ревтрибунала по Лукояновскому и Сергачскому уездам под председательством товарища Евдокимова слушала дело о злостных дезертирах Лукояновского уезда.

Гражданин Алексей Арзмасов условно приговорён к тюремному заключению на 15 лет и конфискации имущества с перееданием такового семьям красноармейцев.

Иван Рубчиков приговорён в тюрьму на 15 лет с принудительными тяжёлыми работами и конфискацией всего имущества.

Крамсаев Алексей, к дисциплинарному наказанию.

Григорий Потапов, в тюрьму на 15 лет и конфискацией всего имущества.
Бердышев Иван, в тюрьму на 15 лет и конфискацией всего имущества.
Почитаев Михаил, в тюрьму на 5 лет.
Страхов Николай, в тюрьму на 10 лет.
Циняев Матвей, в штрафную роту на 3 месяца.

Но в виду их чистосердечного признания в вине, тюремное заключение заменяется немедленной отправкой на фронт. В случае обнаружения побега с фронта, приговоры немедленно будут приведены в исполнение.

В Семёнове состоялось заседание Уездной комиссии по борьбе с дезертирством.

Первым рассмотрено дело дезертира деревни Шлыкова – А. С. Круглова.

Круглов по мобилизации был призван в тыловое ополчение, как принадлежащий к буржуазному классу. Из тылового ополчения дезертировал с июня 1919 года по 19 февраля 1920 года. 19 февраля был задержан волвоенкомом в 12 часов ночи у себя в квартире.

Постановлено: дезертира Круглова лошадь и корову конфисковать. Граждан общества деревни Шлыкова, как укрывателей, оштрафовать на 100000 рублей, который должен быть собран с более зажиточны граждан. Гражданина хранящего на руках резолюцию о недопущении проживающих дезертиров в деревне передать в Волкомдезертир для исполнения принудительных работ, оказания помощи семьям красноармейцев на 1 месяц.

Вторым рассмотрено дело гражданина деревни Б. – Уткино, Поликарпа Французова, дезертировавший с декабря месяца 1919 года по 6 марта 1920 года. 6 марта задержан Волвоенкомом совместно с красноармейцами отряда Уездкомдезертира, каковой в период этого времени скрывался у своего тестя в деревни Мякотинской, Юрасовской волости – Борисычева.
Постановлено: гражданина Борисычева, тестя Французова, передать в распоряжение Волкомдезертира для исполнения принудительных работ, по оказанию помощи семьям красноармейцев на 1 месяц. Гражданина хранящего на руках резолюцию, деревни Мякотинской, о недопущении проживающих дезертиров, оштрафовать на 50000 рублей.

Рассмотрено дело дезертира Червякова Павла, дезертировавшего 2 раза, и третий раз бежал уже из роты дезертиров. Он является злостным дезертиром, каковой найден и задержан 4 марта 1920 года, в доме отца, в конюшне, под сеном.

Предусматривая, что семья Червякова находилась под давлением сына дезертира, о чём доказывают побои, нанесённые дезертиром отцу, но всё таки таковой не обнаруживал властям о его укрывательстве, поэтому, как укрывателя, передать в распоряжение Волкомдезертира для исполнения принудительных работ - оказанию помощи семьям красноармейцев на 1 месяц. Граждан общества деревни Ульянихи, как укрывателей дезертиров, оштрафовать на 100000 рублей, каковой штраф должен быть собран с более зажиточных граждан. Гражданина хранящего на руках резолюцию о недопущении проживания дезертиров, передать в распоряжение Волкомдезертира для исполнения принудительных работ - оказанию помощи семьям красноармейцев на 1 месяц.

Дезертир деревни Боярской, Дмитрий Чурашкин 3 марта 1920 года обнаружен и задержан в доме отца, в подполье, каковой является злостным дезертиром.
Постановлено: у дезертира Чурашкина, 1 корову конфисковать, лошадь конфисковать условно на три месяца, если в течение этого времени проступок не будет повторён, то таковая будет возвращена владельцу.

Граждан общества деревни Боярской оштрафовать на 50000 рублей, каковой штраф должен быть собран с боле зажиточных граждан. Гражданина хранящего на руках резолюцию о недопущении проживания дезертиров в деревне, оштрафовать на 25000 рублей, отдельно и означенного гражданина передать в распоряжение Волкомдезертира для исполнения принудительных работ - оказанию помощи семьям красноармейцев на 1 месяц. Корову и лошадь передать в распоряжение Волкомиссии по обеспечению семей красноармейцев для выдачи беднейшим семьям красноармейцев.

Штраф по получению настоящего постановления должен быть собран в двухдневный срок и представлен в Уездкомдезертир для сдачи в местное казначейство, для зачисления в депозит казны на депозитный счёт Наркомвоен, в случае неисполнения настоящего постановления штраф будет удвоен, к лицам, не исполнившим настоящего постановления, будут приняты суровые меры наказания.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 8 мая 1920 №99

3 апреля Революционным Трибуналом разобрано дело по обвинению врача военно – морского госпиталя – Орлова, в саботаже.

Обстоятельства этого дела таковы:

С 15 на 16 марта 1920 года, дежурным врачом по военно – морскому госпиталю был назначен прикомандированный к госпиталю врач – Орлов.

Согласно инструкции санитарному персоналу Нижегородского морского госпиталя, дежурный врач вступает в дежурство в 10 часов, приняв от сменяемого врача, все распоряжения по дежурству.

Он подаёт медицинскую помощь больным госпиталя, в экстренных случаях в отсутствие ординаторов, Дежурный врач принимает поступающих больных, причём определяет по возможности форму заболеванию, назначает лечение, порцию и записывает это в приёмный листок, помещая больших в соответствующие палаты. В случаях прибытия тяжело раненного или опасно больного, он доводит до сведения главного доктора. Дежурный врач обходит палаты, следит всё ли в них в порядке, обращая особенное внимание на тех больных, о которых его предупредили ординаторы; о переменах в состоянии больных, угрожающих жизни, доводит до сведенья главного врача.

В случае уведомления об умершем, он тотчас же производит освидетельствование для констатирования смерти, делает соответственные распоряжения об отправлении в часовню и прочие.

Врач же Орлов, в дежурство 15 марта, ушёл в 10 часов вечера домой, не заявив об этом старшему врачу, и не оставив вместо себя заместителя.

В госпитале в это время, между прочим, находился военмор гидроавиационного отряда, Ульянов, болевший возвратным тифом, с осложнением желтухой.

Ульянов всё время был в памяти, даже сам ходил умываться, разговаривал с больными. В 7 часов вечера у него открылось кровоизлияние носа. Принятыми врачом Орловым мерами, кровь к 8 часам вечера была остановлена.

В 2 часа ночи, комиссар госпиталя, Волков вздумал обойти госпиталь и в изоляционной палате обнаружил больного Ульянова, всего в крови.

У кровати стоял растерявшийся служитель Шайков. На вопрос Волкова, приглашал ли к больному дежурного врача, который с вечера затомпопировал Ульянову нос, и назначил лёд на затылок, ему ответили, что дежурного врача нет.

Не смотря на принятые меры, Ульянов умер и явившийся врач Орлов, лишь удостоверил смерть.
На основании этого гражданин Нижегородской губернии города Княгинина, Иван Михайлович Орлов, 35 лет, был представлен суду Революционного Трибунала, который разобрав это дело в заседании своём 26 апреля, признал преступление доказанным, Орлова виновным в предъявленном к нему обвинению и приговорил его к условному осуждению на 3 года.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 9 мая 1920 №100

5 мая 1920 года, Революционным Трибуналом в новом своём составе под председательством товарища Доманьского, членов Михельсона и Озоля, обвинителя товарища Сильверстова и защитниках Кирькове и Орлове, заслушано дело «комиссара» Бахарева и многих других.
По обвинительному акту настоящее дело рисует так: В конце декабря прошлого года Чрезвычайной Комиссией было раскрыто крупное дело спекуляции валяными сапогами и другими товарами.

В качестве обвиняемого, кроме многих других, по делу спекуляции был привлечён и некто Креславский. Около Рождества, находясь ещё на свободе, Креславский пришёл к своему знакомому Земскову и, рассказав, что арестованы его друзья: Саков, Вахмин и другие, и что ему Креславскому, тоже грозит арест, просил указать кого нибудь, кто бы помог ему выпутаться из этого дела.

Земсков предложил ему съездить к И. В. Щеголькову, который как то сказал ему, что может освободить всякое лицо, арестованное Чрезвычайной Комиссией.

В это время, служащий Чрезвычайной Комиссии Бахарев на обязанности которого лежало наблюдение за порядком в прихожей комендантского Отдела, через которую проходили к справочному столу и за пропусками, познакомился с В. И. Гулубицкой, ответственные работником Комиссии по борьбе с дезертирством.

Бывая у Голубицких, Бахарев познакомился с П. Я. Лебедевым, наведывающим продовольствием при Нижгубкомдезертире, Ф. С. Шибаевым, бывшим председателем Комиссии по борьбе с дезертирством и с начальником службы связи 1 Советского караульного полка И. В. Щегольковым.

Вся эта компания вела широкий образ жизни, часто устраивая попойки в своих квартирах.
Однажды Бахарев получил приглашение придти вечером к Щеголькову.
Через несколько времени туда же явились и Земсков с Креславским с двумя бутылками спирта.
Началась попойка.

После нескольких выпитых рюмок, Щегольков обращаясь к гостям, сказал: «Господа! Объявляйте товарищу Бахареву дело».

Креславский, которому Бахарев был представлен в качестве комиссара Чрезвычайной Комиссии, рассказал об аресте своих друзей и просил оказать содействие к ограждению его самого.
«Комиссар» снисходительно обещал: «Что могу, то сделаю».
В дальнейшей беседе Креславский просил Бахарева не столько уже хлопотать за тех, которые арестованы, сколько за то, что бы выпутать из этого дела самого Креславского.
Щегольков в это же время успокаивал Креславского не беспокоиться. Я приму все меры и вас не будут держать ни одной минуты.

Когда компания расставалась, Креславский пошёл провожать Бахарева и дорогой вручил ему взятку в 30000 рублей.

Вскоре Креславский был арестован.

Когда он уже сидел в заключении, как то Щегольков сказал Бахареву: «Выпить охота, а денег нет, поезжай к Креславской и проси у неё 60000 рублей, а если она не даст, скажи, что мужа её расстреляют.

Бахарев поехал и сказал Креславской, что необходимо 60000 рублей и кольцо, что бы подкупить следователя, и тем спасти мужа Креславской от грядущего ему расстрела.
Получив деньги и кольцо, Бахарев обещал через три дня сообщить результаты.
В назначенный срок, он явился и сказал, что дело Креславского передано в Революционный Трибунал, который осудил его на год.

Что бы совершенно освободить Креславского он стал просить ещё 30000 рублей на подыскание «поручителей».

У Креславской таких денег не оказалось, и она выдала лишь 5000, которые Бахарев и взял.
В это время Щегольков был арестован Комиссией по обвинению в незаконном приобретении электрических материалов, по рубке леса и поощрении злостного дезертирства.
Во время пребывания Щеголькова в тюрьме, Бахарев, называясь его двоюродным братом, посещал заключённого приятеля, и приносил ему пищу.

2 января 1920 года, явившись в тюрьму, Бахарев обратился к старшему команды П. Е. Кутарину и очередному охраны Тихонравову с просьбой отпустить Щеголькова на квартиру, где можно достать спирту. Охрана согласилась, и втроём сходили к Щеголькову, взяли спирту и в тюрьме его выпили.

Двух полубутылок оказалось мало и Бахарев опять вспомнил о «подзащитной» Креславской.
Решили втроём ехать в Гордеевку.

Дорогой Щегольков говорил Бахареву, что будет просить у Креславской 30000 рублей денег и две бутылки спирту, так как у него собрались члены Комиссии, и их необходимо угостить.
У Креславской ни денег, ни спирта не оказалось, и она предложила им 11 аршин бархату, на что они и согласились.

3 января, Бахарев сфабриковал записку с печатью караульного полка, где служил Щегольков, взял его опять из тюрьмы, якобы на допрос.

13 января, то есть на другой день, как Креславский уже был расстрелян, Бахарев, вместе с Тихонравовым, как следователем, ведущим дело Креславского, явились к его жене и получили с неё ещё 10000 рублей, и в тоже время похитили скатерть, игральные карты и мыло.
Наконец «комиссар» попал под следствие.

Во время дознания обнаружились ещё его подвиги. Так в квартире Лошкарёва, по Новой улице им под видом обыска были отобраны 100 рублей серебряных, штук 100 мелкой серебряной монеты, серебряных ложек, золотые и серебряные серьги, запонки, револьвер и полдюжины носовых платков.

В день ареста Бахарев, вместе с Лебедевым, придя в квартиру Креславской, на Набережной улице отобрал у неё 3 бутылки спирта, арестовал, но дорогой освободил за взятку в 15000 рублей.

Трибунал, заслушав дело, признал Бахарева виновным в вымогательстве обманом освобождении Щеголькова из тюрьмы, и производстве незаконного обысков. Щеголькова виновным в том, что он вместе с Бахаревым вымогал взятки с Креславской, обманным образом, уходил из тюрьмы и пользовался долей полученных с Креславской денег. Тихонравова – в участии в вымогательстве и краже вещей. Овечкина в том, что, будучи старшим по охране отпустил арестованного Щеголькова из тюрьмы. Лебедева и Никитина – в участии в незаконных обысках и Земскова в содействии знакомству обвиняемых с преступной целью.

Бахарев, принимая во внимание его молодость и чистосердечное сознание, приговорён к лишению свободы на 10 лет. Щегольков на 8 лет. Тихонравов, Лебедев и Никитин на 5 лет каждый. Овечкин и Земсков к такому же лишению свободы на 3 года каждый.

В применении амнистии по случаю 1 мая, Бахареву и Щеголькову постановлено отказать. Остальным за применением амнистии Тихонравову, Никитину и Лебедеву за заключение заменено немедленной отправкой на Западный фронт, а Овечкину и Земскову условным осуждением на 3 года.

Усматривая из следствия признаки преступления в действиях Е. К. Киселёвой, Ревтрибунал постановил привлечь её к ответственности по обвинению продаже спирта и даче взятки.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 13 мая 1920 №103

Нижегородский Губернский Революционный Трибунал в распорядительном заседании 9 мая 1920 года, за неуважительную неявку свидетелей в судебное заседание Трибунала – Н. В. Морозова, М. Л. Скворцова, Фролова – Зефирова, Рогожина, О. Б. Молчуна, Ив. Е. Андреинова, И. И. Пятницына и И. И. Салева, подвергнуть их принудительным работам по разгрузке Нижегородского порта без содержания под стражей сроком от одной до двух недель.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 25 мая 1920 №112

3 мая 1920 года, в Нижегородском Губернском Революционном Трибунале, рассматривалось дело по обвинению народного судьи 11 участка, Балахнинского уезда, Петра Степановича Волкова в подлоге. Обстоятельства дела рисует преступление в следующем виде:

Волков, будучи народным судьей с Сормова, 15 апреля 1919 года, провёл через местную Биржу труда гражданку Анну Николаевну Беляеву, для работ в канцелярии суда, в качестве помощника секретаря, и на означенную Беляеву, как и на всех служащих, по требовательным ведомостям выплачивались жалование, мануфактура и продукты. 20 октября 1919 года, при контроле деятельности Народного суда выяснилось, что Беляева не служила, и не служит в суде, и что в получение для неё жалования, мануфактуры и продовольственных карточек, расписывался Волков. Чтобы замести следы преступления, Волков учинил ряд подложных удостоверений, подтверждающих существования Беляевой, как служащей.

На предварительном следствии, после долгих и упорных запирательств, Волков признал себя виновным в означенном преступлении, указывая, что преступление совершил в силу тяжёлых условий жизни, имеет на иждивении жену и ребёнка.

Трибунал признал преступление доказанным, и усматривая в действиях Волкова, как народного судьи и коммуниста, явную дискриминацию Советской власти, приговорил его к соединенному с принудительными работами, лишению свободы на 10 лет.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 15 июня 1920 №129

В Революционном Военном Трибунале Волжского Водного Транспорта.
10 июня 1920 года, состоялось 1 публичное судебное заседание Революционного Военном Трибунале Волжской области Водного Транспорта.
Были заслушаны в судебном публичном заседании 4 дела по обвинению служащих Водного Транспорта.

Состав Революционного Военного Трибунала следующий: председатель товарищ Охлопков, члены: товарищи Блохин и Когтев, секретарь Попов.

1) Было заслушано дело по обвинению водника Подкидкина Николая Алексеевича, в том, что он по мотивам личного характера отказался выполнять распоряжение Областного Управления Водного Транспорта о назначении его помощником машиниста на пароход «Клязьму». Реввоентрибунал признал Подкидкина Николая Алексеевича виновным в предъявленном к нему обвинении и считая, что подобного рода отказы являются нарушением трудовой дисциплины и увеличивают разруху транспорта, на восстановление которого Советская Республика напрягает все свои силы, приговорил Подкидкина к принудительным работам с лишением свободы на один год, но принимая во внимание его малосознательность и чистосердечное раскаяние, Рев. Военн. Трибунал постановил применить к нему условное осуждение.

2) Слушалось дело по обвинению служащих парохода «Алёша Попович», машиниста Никитина Валериана, 1 помощника машиниста Стрельникова Петра, 2 помощника машиниста Бахчинского Ивана и кочегара Слизова Михаила, обвиняемых в том, что 24 апреля 1920 года, при переходе парохода с одного места на другое, вследствие допущенного с их стороны халатного отношения к своим служебным обязанностям произошла порча котла, выразившаяся в том, что вследствие упуска воды из котла произошли повреждения топки котла и части огневой камеры и тем самым пароход был выведен из строя. Рев. Военн. Трибунал Волжской Области Водного Транспорта, признал обвинение доказанным и поименованных выше лиц, виновными в предъявленном к ним обвинении.

Принимая во внимание, что работа судна в настоящее время является для Советской Республики очень ценной и каждое наносит ущерб интересам трудящихся приговорил: Никитина, как ответственное лицо за работу всей машины и за выполнение подчиненными, своих обязанностей к 5 годам принудительных работ с лишением свободы. Остальных же обвиняемых по делу Стрельникова, Бахчинского и Слизова – к трём годам принудительных работ с лишением свободы.

Но так, как преступление было совершено до 1 мая 1920 года, к обвиненяемым была применена амнистия и Рев. Военн. Трибунал, постановил считать приговор условным, с тем, что бы обвиняемые своей будущей работой на трудовом фронте, искупили свою вину.
Следующем слушалось дело по обвинению гражданина Погодина Фёдора, обвиняемого в том, что получить назначение на должность матроса в Чернорецкий затон вместо того, что бы отправиться по назначению самовольно уехал домой по своим личным делам и пробыл в отлучке в течении месяца. Рев. Военн. Трибунал признал Погодина виновным в предъявленном к нему обвинении и проговорил Погодина Фёдора к принудительным работам с лишением на один год.

Последним слушалось дело по обвинению 12 кочегаров парохода «Одесса»: Петрова, Ерастова, Галкина, Муратова, Крашенниникова, Крючникова, Наничкина, Уварова, Лукичёва, Царёва, Кирюхина и Торопыгина, обвиняемых в том, что во время похода вверх по Волге при остановке у пристани Новодевичье и Бахилов Враг, 19 и 20 мая отказались исполнить распоряжение о погрузке дров, что является нарушением трудовой дисциплины и в частности инструкций Нижегородского Райкомвода о погрузке дровяного топлива. Рев. Военн. Трибунал признал означенных граждан виновными в предъявленном к ним обвинении и принимая во внимание, что вследствие отказа грузить дрова, был увеличен простой парохода, что в настоящее время является совершенно недопустимым, приговорил: всех 12 кочегаров, служащих на пароходе «Одесса» к принудительным работам сроком на шесть месяцев с лишением свободы.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 29 июня 1920 №141

Ревтрибуналом вынесены следующие приговоры дезертирам:

Кривошеев Пётр Кривошеев Фёдор, Вдовин Николай, Козлов Михаил - приговорены условно к расстрелу на 5 месяцев, с отправкой на Западный фронт.
Наганов Пётр, Камаев Сргей, Ветров Григорий, Вагин Дмитрий – условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на Западный фронт.
Авдония – Василий на три года тяжело – принудительных работ.
Гоголер Дмитрий – тоже.
Маницин Яков – к расстрелу
Измаилов Павел – тоже.
Иванов Григорий, Брянцев Пётр, Майоров Михаил - условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на Западный фронт.

Кривошеев Григорий, Теплухин Иван, Родионов Семён, Мочалов Степан, Брянцев Андрей на 4 года тяжело – принудительных работ, с содержанием в 1 корпусе тюрьмы.
Кузнецов Матвей – на 10 месяцев тюрьмы с принудительными работами.
Титов Сергей, Семёнов Степан, Коньшин Иван, Соболец Пётр, Пришменцев Дмитрий, Соболев Филипп, Герсенев Василий - условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на Западный фронт.

Морозкин Семён, Комаров Иван, Наборщиков Пётр, Шестёркин Алексей Яковлевич, Поликов Евстрор, Овсдыников Василий, , Кудриков Арсентий – на 2 года тяжёлых принудительных работ, с содержанием в 1 корпусе тюрьмы.
Фонци Александра – на 5 лет тюрьмы. Люб[…..] С[…..], Королёв Алексей - к условно к расстрелу на 1 год, с отправкой на Западный фронт.
Грачёв Алексей – к расстрелу.
Харейдинов Абдул в рабочий батальон.

Ивцев Прокопий, Чалов Яков, Фокин – Малинин - условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на Западный фронт.
Жилин Степан – на 3 года тяжёлых принудительных работ, с содержанием в 1 корпусе тюрьмы.
Назаров Денис, Горохов Василий – в Губкомиссию за доследованием.
Матвеичев Владимир – в Водный транспорт.
Сивов Пётр, Мишуков Степан, Лопатин Иван – на 6 месяцев условно к расстрелу, с отправкой на Западный фронт.
Сикотин Константин - месяцев условно к расстрелу на 1 год, с отправкой на Западный фронт.
Малов Пётр, Богданов Иван, Мальцев Тимофей, Грачёв Иван – к лишению свободы, сроком на 3 года, с содержанием в тюрьме №1.
Семёнов Герасим, Кизеек Кирилл, Куковин Василий, Черёмин Андрей, Федюкин Григорий – к условному лишению свободы, с тяжело – принудительными работами на 1 год, с отправкой на Западный фронт.

Артемьев Феофан, Кузнецов Кузьма – тоже.
Гадалов Василий, Комаров Дмитрий – считать наказание до суда с отправлением на фронт.
Лепилин Николай, Наумычев Михаил – на два года принудительных работ с лишением свободы с отправкой на фронт.
Ионов Прокопий, Бубнов Андрей, Зайцев Кузьма – на два года условно к расстрелу с отправкой на фронт.
Осокин Алексей – к лишению свободы с тяжело – принудительными работами, с заключением в тюрьме, сроком на 5 лет.
Белкин Дмитрий, Бурлаков Василий – к лишению свободы с принудительными работами на 3 года с отправкой на фронт.
Трошанов Василий, Маресовский Иван, Аверьянов Фёдор, Шаронов Иван, Казаров Ефим, Ефремов Иван, Трухин Александр, Додонов Александр – на 6 месяцев принудительных работ с отправкой на фронт.
Ермаков Пётр, Шестаков Алексей, Ка.лящин Григорий, Минеев Иван, Шмаков Константин – на два года к лишению свободы с принудительными работами, с содержанием в тюрьме.
Елисеев Александр, Туманов Венедикт, Егорушкин Николай, Сидоров Михаил – условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на фронт.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 2 июля 1920 №144

Губревтрибуналом за дезертирство осуждены следующие лица: Микушкин К. – 10 лет лишения свободы, с тяжёлыми - принудительными работами, с заключением в 1 корпус тюрьмы.
Шмарин В. – 5 лет лишения свободы, с тяжёлыми - принудительными работами, с заключением в 1 корпус тюрьмы.

Сучков Е., Тайков Д., Кузянин М. - условно к расстрелу на 6 месяцев, с отправкой на фронт.
Самохвалов И., Китеров А. – 1 год лишения свободы, с тяжёлыми - принудительными работами, с заключением в 1 тюрьму.

Ревтрибуналом в заседании от 25 июня осуждены следующие дезертиры:
Спаский Н. – 1 год условному расстрелу с отправкой в Рабочий батальон.
Соков А., Земченков И., Хренов С., Сиверов Д. – 1 год условному расстрелу с отправкой на фронт.

Чернов И., Моляков А., Дедулин М., Крупнов М. Уткин Ф., Шибанов И. – 6 месяцев условному расстрелу с отправкой на фронт.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 14 июля 1920 №154

В судебном заседании Ревтрибунала Водного Транспорта Волжской области 1 июля разбиралось дело о гражданах: Щукине Вас. Вас., Орлове Як. Вас. И Луковкине Ив. Дм. Трибунал нашёл доказанным обвинение коменданта Обполитвода Щукина в том, что он, во 1) не принял мер к правильному учёту передаваемого из Политвода Нижбазы в Обполитвод имущества, не выполнив приказания завхоза Обполитвода о включении в список передаваемого имущества – дров. 2) разрешил использовать казённые дрова, дворникам Политвода и своему помощнику Орлову для спекулятивной продажи их.

Обвиняемого помощника коменданта, Орлова, Трибунал нашёл виновным в том, что он принимал участие в спекуляции с корыстной целью, казённых дров, которые принадлежали Политводу Нижбазы и должны быть переданы Обполитводу.

Дворника Обполитвода, Луковкина, Трибунал признал виновным в том, что он, получив явно незаконное разрешение от коменданта Щукина на продажу казённых дров в свою пользу, продал таковые в количестве 11/2 саж. На 18000 рублей.

Ревтрибунал, признав обвинение доказанным, приговорил: граждан Щукина, Орлова и Луковкина к принудительным работам с лишением свободы на один год. Приняв во внимание малосознательность Луковкина, Ревтрибунал нашёл возможным срок наказания Луковкину сократить до 6 месяцев.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 23 июля 1920 №162

Ревтрибуналом в заседании, состоявшемся на днях, за дезертирство приговорены:
Антонов Д., Каргин И., Шмаков Л., Барышников Н. – 6 месяцев условного расстрелу, с отправкой на фронт.

Скороспелов М., Жалялетдинов А. - 3 года тюрьмы.
Макаров И., Петров П., Голодаев Ф., Поликарпов П. – к 1 году тюрьмы с тяжко – принудительными работами.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 23 июля 1920 №162

Список дезертиров, осужденных Ревтрибуналом в заседании от 12 июля 1920 года:
Суслов, Штыков, Кузнецов – 6 месяцев условного расстрела, с отправкой на фронт.
Якунов, Морозов – 1 год тюремного заключения с тяжёлыми принудительными работами.
Юркин, Круглов, Питерцов, Фомичев – 5 лет лишения свободы с принудительными работами, с отправкой в распоряжение начальника кар. отряда.

Баринов, Тараканов, Солдатов – 10 лет тюрьмы с тяжко -– принудительными работами.
Груничев, Марков, Приступов – 5 лет тяжко -– принудительными работ, с отправкой в распоряжение начальника кар. отряда.

Лукьянов, Ивличев, Мясников, Большаков – 10 лет тюрьмы, с тяжко -– принудительными работами.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 29 июля 1920 №167

Особым отделом Губчека 3 июля, были арестованы из 6 вещевого склада Республики, следующие лица: начальник склада Яковчук, смотрители: Денисов, Курбатов, Корчиц и служители склада: Миронов, Ефимов, Парамонов, Соловьёв Алексей, Соловьёв Александр, Соловьёв Василий, Козлянинов, Лапшин, Земсков, Шишков, Чугунов, Новаковский, Голованов и Халов.

Все указанные лица составили преступную шайку во главе с начальником склада Яковчук, и получая наряды из центра на погрузку куда – либо предметов военного обмундирования, они некоторую часть военного обмундирования не догружали, а оставляли на складе. По отчётным книгам в расход, предметы выводились полностью, согласно наряда.

Погруженное обмундирование отправлялось в какую – либо воинскую часть, со служащим здешнего же склада, который в пути устраивал фиктивное хищение, срывая пломбы с вагонов, в которых находился сопровождаемый им груз. На какой – либо попутной станции он заявлял о сорванных пломбах, и хищении.

Обыкновенно происходило обследование. Составлялся Акт, и сопровождавший груз, являясь к месту назначения, представляя такие оправдательные документы и возвращался в Нижний Новгород, как вполне честно исполнивший данное ему поручение.
Когда указанные лица были арестованы, и проходил приём имущества новым смотрителем склада, обнаружились некоторые остатки предметов обмундирования, которые, видимо, образовались из недогруженного, и ещё непроданного товара.

24 июля от уполномоченного Главхозупра, согласно распоряжения из Центра, была назначена особая комиссия для фактической проверки наличности и переучёта всего склада.
Оставшиеся на свободе участники этой преступной шайки, стараясь, замести ещё пока не обнаруженные следы своей деятельности, устроили в ночь на 25 пожар складов.
Следственные материалы, говорят за то, что участие в поджоге принимал Хайкин, главный смотритель складов бывшего «Российского страхового общества и Бергер».
Все 6 складов, принадлежащих обществу и занимавшиеся в настоящее время Главным Военно – Хозяственным Управлением, Главкожей, Трамотом и Губсоюзом, сгорели со всем находившимся в них имуществом.

Для разбора дела из ВЧК и Трибунала Реввоенсовета, прибыла особая Комиссия, которая совместно с коллегией Губчека произвела срочное расследование пожара, и установив связь пожара с предшествовавшими хищениями и выяснив всего этого дела, принимая во внимание переживаемое время последней борьбы с врагами Советской России, когда наша доблестная Красная Армия, напрягая все усилия на защиту революции, терпит нужду в необходимых предметах обмундирования.

Эта присосавшиеся к военному ведомству шайка преступников, преследуя свои интересы в видах наживы, раскрадывала обмундирование, спекулировала, а некоторые, зная о происходящем хищении, проявили полную бездеятельность и халатность, и в интересах спасения своей шкуры, уничтожили то, что ею ещё не было украдено, и что так необходимо в настоящее время для Красной Армии, а потому, принимая во внимание всё указанное, постановила главных 13 участников этой преступной шайки, а именно: Яковчук Дементий Андреевич, Хайкин Роман Самойлович, Бергер Иосиф Маркович, Корчиц Витольд Викентьевич, Денисов Аркадий Александрович, Курбатов Андрей Прокофьевич, Миронов Иван Макарович, Соловьёв Алексей Иванович, Соловьёв Александр Фёдорович, Земсков Яков Иванович, Голованов Николай Никапорович, Халов Михаил Андреевич – подвергнуть высшей мере наказания – расстрелу.
Приговор приведён в исполнение 27 июля.

Следующие виновные: Козлянинов Борис Афанасьевич, Шишков Михаил Григорьевич, Чугунов Николай Александрович, Пылаев Константин Александрович, приговорены к 15 годам принудительных работ каждый.

Малолетние служащие складов: Ефимов Пётр Иванович, Парамонов Пётр Александрович, Лапшин Павел Александрович, Новаковский Сигизмунд Иванович, отправлены в колонию малолетних преступников.

Уполномоченный Главхозупра, Шапиро Аркадий Наумович, за бездеятельность, халатность, и неприятие своевременных мер к пресечению преступления, приговорить к 1 году принудительных работ.

Газета «Нижегородская Коммуна» Коммуна» 31 июля 1920 №169

(Поправка) пропущенный Щёлков приговорён к 5 годам.

Подготовил Радьков Андрей Георгиевич. Зам. директора Нижегородского музея холодной войны и истории города Горького 1946 – 1991 г. г. по научной работе.


Просмотров: 274



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X