4.4. Типология коллективных челобитных
И. Л. Андреев систематизировал коллективные челобитные, исходя из их тематики, обозначив главные группы вопросов, в них затрагивавшихся. Темы эти, по мнению исследователя, типичны, несмотря на разнообразие. Это говорит о том, что коллективные челобитные были нормой1. На первое место Андреев ставит челобитные о службе, ее организации и обеспечении, также облегчении условий службы. Вторая постоянная тема коллективных челобитных — замещение должностей в местной администрации. Эти челобитные исходят не только от провинциального дворянства, но и от посадских людей, других групп населения. Следующую группу составляют челобитные о реформе суда и судопроизводства, они, как считает И. Л. Андреев связаны с протестом против «сильных людей». Еще одна особая тема челобитных — организация розыска беглых крестьян, придание этому розыску государственного характера.

Самой распространенной и обычной была форма челобитья «городом». Такие челобитные касались прежде всего состава и службы «городов» или выплаты денежного жалованья.

Особенно активизировались «города» в защите своих прав после Смоленской войны. Именно участие в войне и «явственная служба» позволяли претендовать на различные привилегии, в первую очередь повышение окладов, запись в чины, выплату жалованья. Кроме того, «города» требовали защиты своих сословных интересов в случае столкновения с представителями других сословий в лице уполномоченных администрации и бюрократических учреждений. Летом 1635 г. представитель ярославской корпорации специально приехал в Москву бить челом «на ярославских недельщиков розных городов на детей боярских». В челобитной, подписанной более чем 20 лицами, указывалось, что недельщиками стали уклонившиеся от разбора 1631 г. и смоленской службы дети боярские. Помимо этого, в Ярославле «ходят в неделях» «новоприборные люди», боярские холопы и «поповы дети» и «ездят в уезд» для «государевых сборов», называются же рассыльщиками. Челобитчики назвали 5 имен таких рассыльщиков, жалуясь на то, что они приезжают в вотчины и поместья без государевых грамот и без указа, бьют крестьян и наносят убытки «для своей бездельной корысти». Рассыльщики приезжают в поместья и вотчины «в деловую пору», во время сенокоса и других работ, отбирают у крестьян лошадей и держат у себя по неделе или по две. Челобитчики просили отстранить таких людей от исполнения обязанностей, чтобы «впредь от их насильства твоей государевой службы не отбыть» и назначить для таких служб беспоместных детей боярских, которые были «на твоей государеве службе с нами вместе», назвав поименно 6 человек2. На челобитную последовала резолюция об отстранении тех, кто не был на службе под Смоленском, а солдат, присланных за смоленскую службу в уезд, повелевалось на этой службе оставить. В Ярославль в июле 1635 г. была послана грамота с предписанием допускать до такой гражданской службы только тех лиц, которые были на службе под Смоленском3. Правительство не особенно беспокоилось о поддержании сословной чистоты, главным для него было исполнение службы.

Осенью 1636 г. была подана коллективная челобитная дворян и детей боярских, вологодских и белозерских помещиков, которые жаловались на то, что при проезде на службу с них, с людей их и с запасов «сильно» взимают пошлины на реках и на мостах в отчинах и поместьях духовных и светских лиц, что причиняет большие убытки и «в службе мотчанье». Следствием этого челобитья стала грамота из Разряда по городам воеводам и приказным людям, запрещающая взимать с «ратных людей» такие поборы4.

Довольно часто встречались и челобитные с жалобами но поводу незаконного верстания или проникновения в ряды города недворянских детей или служилых не по «отечеству». В феврале 1639 г., например, подали челобитную дворяне и дети боярские Углича «все городом на углечанина ж сына боярскова на Ивана Юрьева сына Шубинскова. Верстан тот Иван твоим царским жалованьем, поместным окладом и ден[ежным] в прошлом 136 году. Верстал его боярин князь Юрьи Еншеевич Сулешов; и тот Иван, после тово, не служа тебе, государю, и не по отчеству написан в нашем городе по дворовому списку в прошлом во 140 году. А роду, государь, их, Шубинских, в нашем городе во дворовом списке не бывал нихто при прежних государех и при тебе, государе царе и великом князе Михаиле Федоровиче всеа Руси. А были, государь, род их Шубинских в нашем городе в денщиках, а дядя ево Иванов родной Михайло Шубинской был в нашем городе в нарядчиках». Угличане просили выписать Ивана Шубинского из дворового списка, чтобы им оттого «безчестным не быть, что он пущен во дворовый список и не по отчеству своему и не по службе». На обороте челобитной 28 угличан поставили свои подписи5. В марте того же года угличане били челом на Бориса Маракушева и Богдана Третьякова, которые «написались» по выбору, «не за службу, и в осаде под Смоленским не сидели, ни ранены ни бывали, а мы, холопи твои, служим тебе, государю, лет по 30 и по 40, а ложно тебе, государю, о выборе не бивали челом». Маракушева и Третьякова угличане также просили выписать из выбора «чтоб нам пред ними в позоре не быть»6. Неизвестно, какие последствия имели эти челобитные, на них имеются только дьячьи пометы с указанием о выписке по этим делам и уточнении, за какую службу двое угличан написаны по выбору.

События 1648 г. породили множество коллективных челобитных, связанных не только с выплатой денежного жалованья и получением придан, но и с судебными отсрочками. Иногда бурные события этого времени и новые указы приводили к расколу внутри самого «города». Так, в ноябре 1648 г. ярославцы дворяне и дети боярские, также «всяких чинов люди» и иноземцы кормовые били челом воеводе «на дворян же и детей боярских на самих и на людей их и на крестьян». Челобитчики жаловались, что «ярославцы многие чинятца в уезде сильны, сами к суду не едут и людей своих и крестьян на поруки давать не дают», а иные, приехав в Ярославль, в приказной избе «под суд не даютца» и отказывают воеводе «невежливым обычаем». И ссылаются на то, что «их ни в каких управах и по крепостям до отсрочного сроку генваря по 1 число и людей их и крестьян их судити не велено». Воеводы просили об указании на этот счет, и в Разряде им указали ждать прибытия в город нового Уложения7.




1 Андреев И. Л. Коллективные дворянские челобитные... С. 61.
2 РГАДА. Ф. 210. Oп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 61. Л. 125—126.
3 Там же. Л. 127—129. Там же. Л. 127—129.
4 Там же. № 68. Л. 523—524.
5 Временник МОИДР. Кн. 11, М., 1851. Смесь. С. 24.
6 Там же.
7 РГАДА. Ф. 210. Oп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 96. Л. 354—355.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 1783

X