4. Опыт периодизации этнической истории русского Севера с IV по XV вв.
На основании вышеизложенного, а также учитывая материал, анализируемый в следующей главе, хорошо изученные факты и выявленные отечественной наукой процессы русской истории, автор предпринял попытку дать периодизацию этнической истории Русского Севера от времени появления первых письменных свидетельств о народах Севера и славянах до начала складывания крупной этнографической общности русского народа — северных великорусов, т. е. с IV по XV в.

Суммируя и подытоживая материал, изложенный в предыдущих параграфах, мы делим западную область Севера, относительно которой и строим периодизацию, на три зоны. Первая — балто-волжская зона (пограничье тайги и смешанного леса), прибегающая с юга и юго-востока к Неве, Ладоге, Онеге, Шексне и Волге, до слияния с Окой. Вторая зона — таежная, расположенная к северу от первой, которую мы подразделяем на два района — Обонежье и Подвинье. И третья зона — беломорская, представляющая собой по существу береговую линию Белого моря между устьями рек Поноя и Мезени и находящаяся в пределах
зоны тайги и частично тундры.

Приступая к такой сложной задаче, как периодизация этнической истории, надо отметить, что собственно этнические процессы, протекавшие на Севере, в источниках отражены очень слабо и об их содержании и направлении можно судить (да и то иногда предположительно) на основе анализа фактов социальной истории.

I. Дославянский период этнической истории Севера - середина IV—середина IX в. Он характеризуется доминированием на всей территории финно-угорских этнических групп, живущих в условиях первобытнообщинного строя. В конце этого периода происходит объединение племен балто-волжской зоны в союзы племен (чудь, меря), а на южной границе Севера появляются славяне — словене, полочане, вятичи. Этот большой период можно разделить на два этапа: а) середина IV—VII в. — время абсолютного господства финно-угорских (и иных неславянских) этнических групп; б) VIII—середина IX в. — время появления исторических славян на южном пограничье Севера, проникновения в южное Приладожье варяжской группировки, взимающей дань с финских и славянских племен.

II. Древнерусский период освоения Севера (вторая половина IX—начало XII в.) считаем с момента сложения на Севере межэтнического полугосударственного образования с центром в земле словен до фактического распада Древнерусского государства с центром в Киеве. В этот период происходит княжеско-дружинная и земледельческая (крестьянская) колонизация балто-волжской зоны и начинается проникновение князей и дружин в таежную и беломорскую зоны. В этом периоде мы выделяем три этапа.

а. Вторая половина IX-конец X вв. - от появления славян в балто-волжской зоне и включения ее в древнерусское государство (конец IX в.) до конца экстенсивной военно-торговой политики древнерусской знати. В это время формируется класс русской знати балто-волжской зоны, включивший в свой состав различные этнические компоненты - славян, скандинавов, чудь, весь, мерю и т.д.

б. Конец X—середина XI в. — время политического и экономического расцвета Древнерусского государства (Владимир, Ярослав), возникновение традиции «посажения» князей-рюриковичей из Киева в Новгороде и Ростово-Суздальской земле, появление здесь киевского духовенства. В балто-волжской зоне развивается земледельческо-крестьянская колонизация и славянизация местного населения, а в таежную и беломорскую зоны предпринимаются первые военно-торговые походы из Ладоги и Новгорода.

в. Вторая половина XI—начало XII в. Этот этап характеризуется борьбой центробежных и центростремительных сил в структуре Древнерусского государства, результатом которой на Севере является образование полусамостоятельных «русских земель», в первую очередь Новгородской (с включением в нее Ладоги) и Ростово-Суздальской. Опустошительные набеги половцев на Южную Русь вызывают значительный отход земледельческого населения на северо-восток. В балто-волжской зоне завершается процесс складывания русского населения, в таежной и беломорской зонах организуются погосты для сбора дани для новгородских, киевских князей, знати и духовенства.

III. Новгородско-верхневолжский период освоения Севера (вторая четверть XII—1478 г.) выделяется нами от сложения Новгородского и Ростово-Суздальского княжеств до включения Новгородской земли в состав централизованного Русского государства. В целом период характеризуется освоением таежной и беломорской зон русским населением балто-волжской зоны, положившим начало процессам формирования русского населения в этих двух зонах Севера.

а. Вторая четверть XII—1238 г. На первом этапе этого периода идет интенсивное «данническое» освоение Подвинья и Беломорья как дружинами (ватагами) Новгорода, так и великокняжескими ростово-суздальскими дружинами. На Терском берегу Белого моря возникают первые русские погосты для взимания дани с местного населения; земли по Сухоне, Югу и частично Верхнему Подвинью, колонизированные князьями и населением Ростовского княжества, включаются в состав Владимиро-Суздальской земли. Из новгородского и верхневолжского центров начинается монастырская колонизация южных областей таежной зоны; здесь же возникают русские поселения, служащие опорными пунктами для дальнейшего освоения Севера (например, Устюг — форпост ростовской колонизации).

б. 1238 г. — начало XIV в. Этот этап начинается с вторжения татаро-монголов на Русь, разорения и опустошения ими верхневолжских княжеств, откуда в Подвинье передвигаются мелкие княжеские роды и крестьянское население. В результате этого движения на среднем и частично нижнем Подвинье образуется область Ростовщина. Преобладание новгородского влияния в Обонежье способствует активизации Новгорода в отдельных районах Зеломорья и Нижнего Подвинья, где в это время регулярно появляются ростово-суздальские промысловые ватаги. Начинается борьба за преобладание в Подвинье.

в. Вторая четверть XIV в. — 1478 г. Последний этап третьего периода характеризуется активной деятельностью и переселением различных социальных слоев Новгорода и северо-восточных княжеств в таежной и беломорской зонах Севера. В XIV в. развивается новгородская боярская колонизация в Обонежье, отдельных районах Подвинья и Поважья. К этому же времени в этих зонах Севера, главным образом в Подвинье, складываются группы местного русского населения: на средней Двине возникают новые "ростовщины" (проводники московского влияния), на Пинеге существует ряд владений московских князей, на нижней Двине и по Летнему берегу образуется особая область Двинская земля, связанная с промысловыми становищами Терского берега. На беломорском побережье возникают постоянные русские поселения (см. следующую главу). В таежной и беломорской зонах с конца XIV в. развивается монастырская колонизация.

С конца XIV в. усиливается борьба Новгорода с Москвой за политическое и экономическое господство в северных областях: новгородцы захватывают ряд московских владений в Подвинье идет ожесточенная война за обладание Двинской землей (1393-1401 гг.), хотя и закончившаяся на этом этапе подчинением этой области Новгороду, но способствовавшая и развитию ее определенной самостоятельности (создание своего войска и т. п.). Однако, как известно, во второй половине XV в. начинается закат новгородского могущества: в 1471 г. происходит разгром Москвой новгородских войск на р. Шелони и войска Двинской земли на Сев. Двине, а в 1478 г. — присоединение всех новгородских земель к Москве.

Исторические судьбы северных районов становятся общими с конца XV в., после вхождения их в Московское государство и постепенного включения в единую централизованную систему управления. Поэтому мы считаем, что с этого момента начинается новый период этнической истории русского населения Севера, уже в рамках централизованного Русского государства в какой-то мере им регулируемой.

С этого времени начинается активный процесс складывания севернорусского населения как единого массива. Отражением этого процесса явилось исчезновение из официальных документов географических и областных наименований групп населения («двиняне», «пинежане» и т. п.). Однако необходимо отметить, что эти названия продолжали бытовать в определенных районах в качестве этнических или каких-либо других названий и caмоназваний (например, еще в середине XIX в. двиняне Шенкурского уезда отличали себя от важан, живущих по р. Ваге)1.

В течение XV—XVII вв. продолжалось стихийное продвижение переселенцев на Крайний Север и передвижение отдельных этнических групп на самой северной территории, вызывавшиеся различными факторами военно-политического, экономического, социального и религиозного характера (русско-шведские столкновения XV—XVII вв., польская экспансия на северо-западе в XVII в., опричнина Ивана Грозного, крестьянские восстания и церковная реформа Никона XVII в. и др.). В то же время возникновение новых групп русского населения и заселение окраинных территорий было также и следствием деятельности самого государства: строительство северных пограничных крепостей, роль которых часто исполняли северные монастыри (Соловецкий, Николо-Карельский, Архангельский, Печенгский и др.), острогов (Пустозерск), пунктов для «заморской» торговли (Кола, Архангельск) и торговли с народами Севера и Сибири (Лампожня), учреждение центров феодальной администрации (Кеврола и др.) и т. п.

XVII век явился важным рубежом в развитии всего Русского государства. Возникновение общерусского внутреннего рынка способствовало установлению тесных связей между отдельными областями страны и стимулировало сближение различных этнических общностей. В XVII в. заканчивается освоение русскими основных северных районов Восточной Европы, прекращается массовый приток населения извне и начинается отлив северного населения в необжитые районы государства, в первую очередь в Сибирь. Окончание основного этапа заселения Севера и формирования севернорусского населения было связано с событиями, из-за которых Север потерял свою былую роль в экономике государства — заселение юга России, открытие южных черноземов и присоединение Сибири с ее землями и промысловыми богатствами. Русский Север перестал притягивать переселенцев; миграции XVIII—начала XIX в. ограничиваются, как правило, внутренними перемещениями населения, не знавшего на значительной территории расселения помещичьей формы хозяйства.

В этот период происходит стабилизация этнокультурного процесса, в результате которой возникает и некая культурно-бытовая устойчивость севернорусского населения, существенно не менявшаяся ни отдельными приселениями с соседних территорий, ни внутренними передвижениями населения, ни реформой 1861 г. Известная изолированность северных областей от центральных районов Русского государства способствовала консервации локальных особенностей отдельных групп его населения, сложившихся в ходе этнической и социально-экономической истории Севера — поморов, усть-цылёмов, пустозёров, кокшар и т. п.




1 Штерн. Этнографическое описание жителей Шенкурского уезда, 1854 г. - АВГО, р. 1, оп. 1, №52.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2242

X