Первый после Хрущева
Как-то в средине 1990-х в состав оперативной группы, вылетавшей в Караганду для встречи экипажа основной экспедиции, мы с Юрой Глазковым взяли помощника депутата Госдумы Вячеслава Кононова. Он был в дружбе с командиром экипажа Анатолием Соловьевым и очень хотел посмотреть на процесс приземления и эвакуации космонавтов с места приземления.
Сказано — сделано. Вылетели в Караганду заранее. Нас как всегда хорошо встречали, да и у Славы было много друзей среди бывших « конторских », которые еще служили по специальности, но уже в казахстанской СНБ. Повстречались, пообщались, повспоминали. Утром раненько собираемся к вылету на место посадки в составе поисково-спасательной группы, и вдруг Слава Кононов спрашивает у Юры Глазкова: «А как часто руководители страны России поздравляют героев космоса так, как это делал Никита Сергеевич Хрущев после полета Гагарина и первых космонавтов?» Ответ «никогда» разочаровал отставного чекиста, и он решил действовать, пребывая в плену заблуждений о том, что полеты по-прежнему интересны всем главам государства.

На нашу с ним решительность действовали несколько факторов. Первый состоял в том, что и я, и он собирались менять место работы, и нам не был страшен чей-либо гнев. Второй был интереснее. На «старые дрожжи» мы добавили по парочке рюмок, и наша смелость выросла в разы. В таких рассуждениях мы добрались до ВЧ-связи в Карагандинском управлении СНБ и начали активный поиск Б. Н. Ельцина. Нам корректно ответили, что он находится на отдыхе в Сочи, но мы дозвонились и туда. На вопрос о том, чего нам надобно, мы твердо ответили, что через три часа завершает полет важная космическая экспедиция, которую возглавляет герой космоса Соловьев, рекордсмен по выходам в открытый космос. Мы твердили, что с точки зрения политической и моральной было бы неплохо, если бы экипаж поздравил глава государства. Нам ответили, что доложат Борису Николаевичу, а там — как карта ляжет.
Рассуждая на тему о всеобщем пофигизме, мы улетели на вертолете в необъятные степи, где и увидели раскрывшийся парашют корабля, мягкую посадку спускаемого аппарата и улыбающиеся физиономии космонавтов. Не успели вытащить Соловьева из спускаемого аппарата, как вдруг все вокруг забегали, засуетились, стали разворачивать полевые средства связи. Какой-то генерал бежал с телефонной трубкой и проводом к командиру Соловьеву и всей своей мимикой показывал, что « на проводе» сам Ельцин. Анатолий вначале опешил. Ведь такого давно не было. Но быстро собрался и четко доложил Президенту России о выполненном задании Родины, ну а дальше мы только и слышали «спасибо, спасибо, спасибо» и т. д. и т. п. Потом кратко поговорили с Борисом Николаевичем и другие члены экипажа. И тоже «спасибо... спасибо... спасибо».

После разговора мы со Славой и Глазковым, который знал о нашем «намеке», радовались удавшемуся мероприятию. Вот уже воистину говорят, что смелость города берет. И это так. Все спецы, встречавшие космонавтов, тоже находились в эйфорическом состоянии, пытаясь вспомнить, когда это было, чтобы на место посадки звонил кто-нибудь из самых-самых.
Глазков показывал пальцем на нас со Славой, а я громко утверждал, что инициатором был Кононов. В процессе всеобщей радости к нам подошел один из спецов, в руках которого была какая-то крышка со спускаемого аппарата, размером с большую тарелку. Я спросил: «А слабо подарить нашему гостю и герою сегодняшнего дня?» Тот быстро передал ее Славе, добавив, что еще полчаса назад она была в космосе, и в шутку предупредил, что пока ее нельзя держать близко к мужскому достоинству. Слава тут же передал ее своему знакомому с просьбой «дезактивировать». Нам подарили по кусочку парашюта, на котором приземлился корабль, какие-то пружинки и прочие запчасти, отлетевшие от корабля. Пребывая в таком эйфорическом состоянии, мы улетели в Москву, а народ, летевший в самолете, все еще нахваливал нашего президента, который вдруг взял да и поздравил космонавтов.
Слава все время хранил крышку от спускаемого аппарата и, собираясь с добрыми друзьями, рассказывал им эту историю и предлагал им выпить с крышки — как с подноса или «разноса». Все с удовольствием выпивали на этой назамысловатой штуковине, пролетавшей в космосе более полугода. Правда, никто не знал, что Слава держал этот сувенир на лоджии — видимо, ему здорово запали слова, в шутку сказанные поисковиком, подарившим крышку.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 3139

X