Порт-Артур и современные крепости

В XVIII в. Вобан, применив систему параллелей и подступов 29, брал неприступные в то время крепости в несколько дней. Появление на вооружении армий усовершенствованного оружия резко повысило силу сопротивления простых земляных укреплений. Примером этого явился Севастополь.

Винтовка, пулемет, нарезная пушка различных калибров, наконец железобетон — все это, скрытое в земле и трудно наблюдаемое, сильно увеличило сопротивление современной крепости. Доказательством этого является Порт-Артур.

Одновременно борьба за Порт-Артур подтвердила исключительное значение для окончательного решения боя рукопашной схватки. Многие бойцы имели по нескольку штыковых ран и сами убили немало врагов.

Факт длительной обороны Порт-Артура, основанной, главным образом, на силе долговременных укреплений, представляет резкий контраст с быстрым падением крепостей во время империалистической войны. Причину такого падения видят в том, что пала пассивная сила сопротивления крепостей и увеличился масштаб общих армейских операций. Согласно этой точке зрения крепости могут сопротивляться только до тех пор, пока они находятся в оперативной связи с полевыми армиями. Как только эта связь теряется, крепость неминуемо должна пасть. Такая же точка зрения имеется и в отношении современных укрепленных районов.

Мы позволим себе усомниться в этих выводах и высказать ряд соображений о причинах, которые нам кажутся решающими и которые определили быстрое падение крепостей во время империалистической войны.

Для примера возьмем Антверпен. Почему он пал? Был ли он изолирован от армии? К Антверпену отошла вся бельгийская армия; его защищали шесть пехотных дивизий, 36 крепостных пехотных батальонов, восемь батальонов крепостной артиллерии, шесть саперных батальонов, всего 60 тыс. чел., опирающихся на долговременные укрепления. У немцев было всего четыре пехотные дивизии, две пехотные бригады, два полка конницы, две тяжелые артиллерийские бригады и две саперные бригады, всего 50 тыс. чел.

Это соотношение сил позволило бы выдержать с успехом полевой бой. Укрепления Антверпена не только не дали прироста сил бельгийцам, но даже их ослабили. Дело заключается в том, что форты были построены с расчетом сопротивления при попаданиях снарядов 210-мм орудий. Немцы применили 5 гаубиц 305-мм, 4 мортиры 300-мм и 4 мортиры 420-мм. Хотя броневые башни фортов были относительно мало повреждены, а попаданий было лишь 5-18%, тем не менее сопротивление крепости было безнадежным.

Когда укрепления перестают защищать от попадания тяжелых снарядов, эти укрепления обращаются в свою противоположность — становятся ловушками для гарнизонов, погребая под своими развалинами защитников. Ясно, что это понижает мужество защитников. Казалось, что бельгийцы имели возможность подавить эти мощные тяжелые орудия разрушения своей дальнобойной артиллерией. На самом деле такой артиллерии у бельгийцев не было, и немцы своими дальнобойными пушками сами подавляли артиллерию бельгийцев.

Пехота бельгийцев была прикована к укреплениям, была лишена возможности маневрировать и не могла оказать помощи прорываемому фронту; артиллерия, имея ограниченный обстрел, не могла сосредоточить свой огонь на фронте германской атаки.

Этот пример показывает следующее:

а) прочность крепостных укреплений не соответствовала силе тяжелой осадной артиллерии;

б) крепостная артиллерия составляла арсенал устарелых орудий и не могла вести борьбу с современными дальнобойными пушками осаждающих;

в) артиллерия крепости имела относительно узкие секторы обстрела (кроме башенных установок фортов), и поэтому против фронта атакуемого превосходными силами противника сосредоточивался незначительный огонь лишь части крепостной артиллерии, которая в основной своей массе бездействовала.

Мы остановились на опыте Антверпена только для краткости изложения. Все остальные исторические примеры только подтверждают эти выводы. Льеж пал под огнем 210-мм, 380-мм и 420-мм мортир. Правда, есть указания, что форты мало пострадали от 210-мм орудий, но взрывы снарядов отравляли гарнизон газами. Огня 420-мм орудий форт не выдерживал более 24 часов.

Намюр пал под обстрелом 10 батарей 210-мм, 1 батареи 420-мм и 2 батарей 305-мм орудий. Гарнизоны фортов были подавлены очень быстро; по одному из них было выпущено 3 600 снарядов.

Мобеж также пал под огнем тяжелой артиллерии. Лонгви сдался, так как основная сила крепости — 12 длинных 120-мм пушек, установленных открыто, — была быстро подавлена, а укрепления разрушены.

Форт Шарлемон пал после трехдневной бомбардировки 305-мм мортирами. Форт Моненвилье пал под огнем 280-мм и 420-мм орудий. Немцы большинство осадных орудий использовали последовательно: покончив с одной крепостью, переходили со своей артиллерией к следующей.

Однако примеры Вердена и Осовца показывают, что крепостные сооружения могут выдерживать огонь самой тяжелой артиллерии. Даже итальянский броневой форт Карриола постройки 1913-1915 гг. успешно выдержал бомбардировку 300-мм снарядами.

Применение фортов при условии непрерывности обороны промежутков, повидимому, себя оправдывает. Всякого рода германские сложные форты (фесте) не подвергались еще серьезным испытаниям. Долговременные огневые точки в современных условиях, повидимому, нуждаются в прикрытии солидными рвами.

Мы не согласны с утверждениями Ребольда в его книге «Крепостная война 1914-1918 гг.», что крепости выполнили свою роль, так как их стоимость равнялась стоимости 3-4 дней войны и они на несколько дней задерживали противника. Мы полагаем, что современные крепости могут оказывать продолжительное сопротивление и выполнять свою роль до конца. Но для этого они должны быть вполне современными по прочности верков и силе артиллерии, и, кроме того, необходимо тесное взаимодействие крепости с полевой армией, а морской крепости — и с флотом.

Вопрос маневра огнем крепостной артиллерии по сосредоточению всей массы огня в любом направлении является важнейшим вопросом обороны крепости. Представим себе, что основная масса артиллерии приморского фронта в Порт-Артуре имела бы круговой обстрел и в составе 123 орудий приняла бы участие в отражении японской атаки и в борьбе с японской артиллерией. Для отвлечения огня приморского фронта с сухопутных секторов потребовалось бы от японцев привлечение флота к бомбардировке, что привело бы к лишним потерям в кораблях флота и в боевой силе сухопутных войск.

Наполеон I в своих мемуарах говорил: «В сражении, как и при осаде крепости, все искусство сводится к сосредоточению возможно сильного огня на один и тот же пункт, и перевес в бою должен остаться на стороне того, кто на известном пункте сосредоточит неожиданно для неприятеля массу орудий». Эту простую истину нельзя забывать, с поправкой на то, что теперь дистанции огня позволяют такой маневр артиллерийским огнем, о котором Наполеон не мог даже мечтать.

Самым слабым местом крепостей и современных укрепленных районов является прикованность артиллерийских и пехотных средств к определенным секторам и отсутствие маневрирования огня во все стороны. Причиной этого обычно являются злоупотребления узкими секторами обстрела и кинжальным действием. Вследствие такого злоупотребления осаждающий может подавить и взять ограниченное число долговременных огневых точек и, ворвавшись внутрь обороны, взять остальные с тыла.

Не исключена возможность, что крепость или современный укрепленный район могут быть взяты меньшими силами артиллерии и пехоты атакующего, чем самый гарнизон крепости или укрепленного района. Атака крепости со всех сторон будет грубейшей ошибкой. Эта атака позволит обороняющемуся использовать все свои силы для нанесения атакующему максимальных потерь. Уже со времен довобановских атаковали только один-два сектора крепости; так же поступил и ген. Базелер под Антверпеном в 1914 г.; так будут поступать и в будущем, если структура укрепленных районов не изменится.

При таких условиях можно говорить о том, что изолированная крепость будет обязательно и быстро взята.

Сопротивление крепостей или укрепленного района в пределах общего фронта действующей армии, по существу говоря, нельзя поставить им в заслугу, потому что в таком случае сопротивляются не крепости, а вся страна, как это имело место под Верденом. Действительно, непрерывные фронты во время империалистической войны именно по этой причине (сопротивление всей страны) не прорывались даже там, где никаких крепостей не было.

Давно уже известное преимущество и основная ценность крепостей, полностью подтвержденные Порт-Артуром, заключаются в том, что в условиях окружения они должны продолжительное время оказывать упорное сопротивление противнику и приковывать к себе значительно превосходные силы. Это приковывание сил противника к осажденным крепостям ослабляет его для действия против главной массы наших войск. Мы склонны предполагать, что способность приковывать к себе крупные массы противника крепости потеряли в погоне за большими площадями укреплений, упуская качество укреплений и вооружения.

Больше того, крепости, занимавшие обширные районы, требовали таких многочисленных гарнизонов, которые до крайнего предела ослабляли действующую полевую армию.

Спрашивается, однако, может ли быть в современных условиях создана такая крепость или укрепленный район, которые смогут выдержать осаду, будучи изолированными и окруженными со всех сторон? По нашему глубокому убеждению, — могут. Постараемся обосновать это убеждение.

Можно построить крепостные верки под расчет сопротивления попаданиям еще не существующего 520-мм снаряда с 50% или большим запасом прочности. По форту Верденской крепости Дуомон было выпущено 120 тыс. снарядов, включая 400- и 420-мм калибры. Однако попадания в броневую башню только временно выводили ее из строя. Надо предполагать, что осадная артиллерия разрушения, даже при применении быстро твердеющего бетона на основания для стрельбы, должна удовлетворять некоторым условиям подвижности. Поэтому ее вес, а стало быть, и возможности не безграничны. Наоборот, крепостная артиллерия имеет большие возможности к повышению своей мощи.

Для борьбы с артиллерией осаждающего в момент постройки и вооружения батарей последнего и во время дальнейшей осады крепости необходима дальнобойная артиллерия. Для прикрытой броневыми башнями крепостной артиллерий успешность такой борьбы более обеспечена, чем для устраивающейся в полевых условиях артиллерии осаждающего. Но главнейшим условием является возможность маневрирования огнем в любой точке всей мощью обороны.

Возможность сильного артиллерийского вооружения крепости и маневры огнем этой артиллерии заставят осаждающего преодолеть сопротивление крепости не в одном каком-либо секторе крепости на направлении атаки, но всей крепости в целом. Вот это-то преодоление крепости в целом будет во многие десятки раз труднее, чем преодоление какого-либо одного сектора.

Солидные укрытия для механизированных войск позволят внезапно использовать их для контратак или для маневренных действий далеко в поле, с тем чтобы противник не имел возможности оставить крепость без обложения со всех сторон.

Эти механизированные войска распространят свое воздействие на далекое расстояние от крепостных верков и смогут укрываться в своих убежищах для восстановления при появлении крупных механизированных сил противника.

Такая современная крепость будет безусловно дорогой, но, при небольшом гарнизоне, она надолго прикует к себе крупные силы противника.

Надо признать, что оборона Порт-Артура, невзирая на крупнейшие недостатки, стояла на более высоком уровне, чем оборона Антверпена, при небольшом изменении техники. Несомненно, что если бы под Порт-Артуром были сразу применены 275-мм мортиры, его судьба решилась бы много быстрее, чем это было в действительности, но все же не так быстро, как судьба Антверпена.

Мы склонны усмотреть в этом влияние того факта, что в Порт-Артуре тяжелые калибры артиллерии были представлены несколько лучше, чем в Антверпене, особенно принимая во внимание огонь тяжелой артиллерии флота, хотя последняя и не могла, ввиду настильности своего огня, вести успешную борьбу с хорошо укрытыми батареями осаждающих японцев.

Мы полагаем, что опыт осады Порт-Артура, невзирая на свою тридцатипятилетнюю давность, не потерял своего положительного значения на сегодняшний день, несмотря на отрицательный опыт обороны крепостей в империалистическую войну.

Можно утверждать, что ближняя борьба у огневых точек будет легче, чем она была во рвах порт-артурских фортов. Этот вопрос не учтен современной фортификацией.

Мы, наконец, определенно утверждаем, что проповедуемая в литературе установка на неизбежность быстрого падения крепости или укрепленного района при изоляции их от действующей полевой армии вредна и крайне опасна. Она сослужит очень плохую службу в отношении воспитания упорства обороны в гарнизонах укрепленных районов или при окружении. Однако вопрос питания крепости боеприпасами требует своевременного разрешения.

Мы умышленно не коснулись танков атакующего, ибо ясно, что они не могут сыграть большой роли, так как для них всегда можно создать солидные препятствия. Что касается авиации, то она может быть сконцентрирована и использована сторонами без особых преимуществ, во все же с некоторым плюсом для обороны (при условии действия авиации не из крепости, а из действующей полевой армии).

Вот те положения, мимо которых не должна пройти критика исторических событий и которые безусловно нуждаются в дальнейшем изучении. Это изучение позволит сделать и более верные выводы на будущее.


29 Параллели — траншеи, параллельные осаждаемому фронту крепости для помещения пехоты и батарей. Подступы — окопы, идущие зигзагами от параллелей к крепости; по мере продвижения подступами закладывались 2-я, 3-я параллель и т. д.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4805