Ликвидация 5-й польской дивизии в Восточной Сибири под Красноярском в 1920 году. Из истории создания 5-й польской дивизии

Можно сказать, что 5-я польская дивизия, действующая на территории Сибири в 1919-1920 гг., явилась исключительно детищем международной интервенции, осуществившей военное вмешательство в Гражданскую войну в России (1918-1922 гг.). Ее отец-основатель — французский генерал М. Жанен, главнокомандующий союзными войсками в Сибири и на Дальнем Востоке (с января 1919 года), «генерал без чести», виновник смерти адмирала А.В. Колчака.

В январе 1919 г. французские интервенты приняли решение из всех польских формирований, имеющихся в составе союзных войск, создать отдельную дивизию. В тот момент под политическим контролем Польского национального комитета (с 23 февраля 1918 г.) три польские дивизии генерала И. Галлера уже несли службу во Франции, четвертая — на Кубани (генерала Л. Жели-говского), соответственно, новая польская дивизия получила пятый номер и официальное название — «5-я польская стрелковая дивизия». Ее основной задачей была охрана жизненно важной артерии — Транссибирской железнодорожной магистрали от «красных» партизан на участке Новониколаевск — Красноярск (вместе с ответвлениями данного участка). С марта 1919 г. главным местом дислокации 5-й польской дивизии стал город Новониколаевск (ныне Новосибирск).

Дивизия формировалась в период с января по май 1919 г. Ее численность составила более 11 тыс. человек, представляющих собой совершенно разнородную массу. Это бывшие военнопленные, воевавшие на стороне Германии и Австро-Венгрии (более чем 70 %), сибирские поляки, настроенные враждебно к большевикам, а также бывшие «красные», вступившие «добровольцами» во избежание возможных преследований. Таким образом, личный состав сформированной 5-й польской дивизии можно было неофициально разделить на две основные группы — польско-ориентированную, чуждую интересам Белого движения и безразличную к судьбе России (представлял начальник штаба полковник В. Чума), и русско-ориентированную из местных поляков (представлял командир дивизии полковник К. Румша). Адмирал А.В. Колчак получил на Восточном фронте совершенно не предсказуемых в своем поведении союзников, способных подвести в любой момент и, как оказалось в дальнейшем, дискредитирующих «колчаковский» режим многочисленными грабежами населения.

В конце 1919 г., после серий военных неудач Сибирских армий адмирала А.В. Колчака на Восточном фронте, союзники осознали бесперспективность Белого движения и бессмысленность своего дальнейшего пребывания в России. Под натиском Красной армии столица «белой» Сибири — город Омск пал 14 ноября 1919 г. Эвакуация 5-й польской дивизии из Новониколаевска в сторону Владивостока началась 7 декабря 1919 г. К моменту эвакуации дивизия насчитывала 1050 офицеров, 11 200 солдат, 3000 членов семей, а также более 2 тыс. голов лошадей с запасом фуража и продовольствия на четыре месяца. Полковник К. Румша приказал доставить вагоны с углем, которого должно было хватить на проезд дивизии до Ачинска [4, с. 90]. Транссибирская магистраль позволяла двигаться с многочисленными остановками (в результате поломки паровозов) и исключительно с низкой скоростью, так как была почти парализована огромным количеством вагонов, захваченных интервентами в ущерб отступающим на восток Сибирским армиям адмирала А.В. Колчака и русским беженцам. Так, за тремя чешскими дивизиями числилось свыше 20 000 вагонов. Польская дивизия, сформированная французской миссией генерала Жанена, захватила свыше 5000 вагонов. [3, с. 84]. От начала исхода и до момента ликвидации 5-й польской дивизии оставалось около месяца, чему предшествовали небезызвестные красноярские события.

При подходе польских эшелонов к Красноярску выяснилось, что по причине политического переворота «колчаковской» власти в столице Енисейской губернии уже не существует (с 24 декабря 1919 г.). Мятежный красноярский гарнизон (1-я Сибирская армия «белых») стал угрожать отступающими к Красноярску основными силами Сибирских армий адмирала А.В. Колчака под командованием генерал-лейтенанта В.О. Каппеля, но по отношению к полякам и другим белогвардейским союзникам, следующим через Красноярск транзитом, гарнизон занял нейтральную позицию. Комфортному пребыванию в городе поляки большей частью были обязаны своему соотечественнику — командующему войсками красноярского гарнизона и Енисейской губернии генерал-майору Б.М. Зиневичу, примкнувшему к эсерам.

Даже после красноярского большевистского переворота (в ночь с 3 на 4 января 1920 г.) союзники продолжали оставаться в городе в нейтральном статусе, не оказав военной помощи белогвардейцам по захвату города. Более того, на встречу «каппелевцам», штурмующим станцию Красноярск, утром 5 января 1920 г. был направлен польский бронепоезд «Краков», огня, правда, не открывавший. Красно-белый польский флаг в суматохе и усталости был перепутан с красным. «Белые» отступили, планы изможденных «каппелевцев» по захвату города Красноярска провалились. Сегодня нет единого мнения по поводу мотивов польского бронепоезда. Возможно, что это была разведка местонахождения своих «заблудших овец» — арьергарда, который фактически застрял западнее Красноярска на станции Минино, а может, и злой умысел.

Генерал-лейтенант В.А. Кислицын, представители дивизии которого атаковали город, в своих мемуарах высказал мнение о «коварных целях» поляков. «Из гор. Красноярска выходил в это время, очевидно с коварными целями, польский броневик. Он прошел сквозь наши цепи, видимо собирая для ген. Зиневича сведения о наших силах и расположении, и вернулся назад» [3, с. 94]. Что касается генерала Зиневича, то здесь генерал Кислицын допустил ошибку, так как Зиневич в это время был под арестом, а если и были «коварные цели» поляков собрать сведения о «каппелевцах», то делали они это для большевиков красноярского Военно-революционного комитета.

После неудачной попытки взятия Красноярска остатки Сибирских армий («каппелевцы»), кто на санях, кто в конном, а кто и в пешем порядке, были вынуждены обойти город со всех сторон, чтобы дальше продолжить свой путь на восток. В условиях суровой сибирской зимы от Красноярска они прошли самый сложный этап Великого Сибирского Ледяного похода, дойдя до Читы — вотчины атамана Г.М. Семёнова.

В период между 5 и 6 января 1920 г., вслед за уходом последних чехословацких эшелонов, у поляков также появилась возможность покинуть Красноярск (вместе с эшелонами 1-го Добровольческого полка сербов, хорватов и словенцев имени майора Благотича) и двинуться далее на восток. Однако прорваться через Красноярск удалось не всем представителям 5-й польской дивизии. В это время некоторая часть хвостовых эшелонов поляков застряла на станции Минино (западнее Красноярска) в результате затора, образованного брошенными эшелонами «каппелевцев». Возможно, что кто-то остановился еще западнее, в том числе за пределами Енисейской губернии.

Ориентировочно в 23 часа 6 января 1920 г. передовые части 5-й Красной армии вошли в город. Для преследования белогвардейских союзников был назначен 264-й стрелковый полк «красных».

Следуя из Красноярска на восток, поляки смогли продвинуться не далее станции Клюквенной (ныне Уяр), что ориентировочно в 100 км от города. По состоянию на 9 января 1920 г. основное количество польских эшелонов, проскочивших Красноярск, вынужденно стояли без движения, растянувшись между станциями Балай и Клюквенная. Причиной тому оказался огромный затор, образованный чехословацкими эшелонами из-за недостатка топлива и неисправности нескольких паровозов. Примечательно, что чехословацкие легионеры, тщетно покушаясь на исправные польские паровозы, чуть было не довели дело до вооруженного конфликта.

10 января 1920 г. поляки по-прежнему топтались на месте, испытывая трудности с передвижением по Транссибу. Уже не было никаких сомнений, что 5-я польская дивизия окончательно попала в ловушку. С запада появились «красные», а дальнейший путь на восток был заблокирован неисправными паровозами с пустыми вагонами, которые чехословацкие легионеры бросили, пересев на исправные. В это время физическое состояние и боевой дух польской дивизии оставляли желать лучшего. Бушевала эпидемия тифа. Тот бой, который произошел с «красными» 23 декабря 1919 г. на станции Тайга, поляки повторить были не в силах.

Основная масса польских военнослужащих была согласна на капитуляцию, но на приемлемых, как вспоминали, «не позорных» условиях, позволяющих вскоре всем отправиться по домам. Очевидно, что военный комиссар 264-го стрелкового полка тов. Янов, уставший от многочисленных боев, также был не против компромисса. Это именно Янов провел с поляками переговоры и заключил соглашение, согласно которому легионеры сложили оружие [3, с. 145]. С польской стороны в процессе переговоров участвовал начальник штаба В. Чума. Позднее Реввоенсовет 5-й Красной армии осудил несогласованные действия военного комиссара 264-го стрелкового полка. В результате проведенного разбирательства приказом по войскам отдельной 5-й армии от 15 марта 1920 г. за № 287 тов. Янову был объявлен «выговор» [3, с. 145].

Как только обезоруженные поляки перестали представлять для красноармейцев какую-либо серьезную угрозу, условия достигнутого соглашения были сразу нарушены. Ни о какой свободе действий и скорого отъезда домой в Польшу не могло быть и речи. Польская беженка Стефания Витольдова-Лютык писала, что польских часовых заменили на красноармейцев, произвели изъятие имущества, продуктов, содержимого складов. После проведенных обысков гражданским лицам из вещей оставили только по две пары белья, остальное также изъяли (очевидно, кроме верхней одежды). От солдат отделили офицеров, посадили в вагон и отвезли в Красноярск. Только одним польским рабочим было предложено идти работать в депо.

Так в январе 1920 г. в Восточной Сибири под Красноярском бесславно закончила свой «боевой» путь 5-я польская дивизия.

Действия созданной интервентами 5-й польской дивизии явились одной из главных причин поражения Сибирских армий адмирала А.В. Колчака во время судьбоносной «красноярской операции». Тогда предательство поляков не оставило «камня на камне» от вчерашних союзнических отношений с «белыми». Нейтралитет с красноярскими мятежниками, неоказание военной помощи штурмующим Красноярск «каппелевцам» и, более того, срыв данного штурма сделали невозможным для белогвардейцев восстановление Восточного фронта на рубеже реки Енисей, вынудили остатки Сибирских армий разрозненными группами, лишенными боеприпасов, артиллерии, обмундирования и продовольствия, пробираться в обход Красноярска на восток, испытывая при этом чудовищные лишения.Нежелание 5-й польской дивизии в Красноярске объединить с «каппелевцами» военные усилия позволило существенно ослабить мощь антибольшевистских сил перед лицом авангардных частей Красной армии. Вместо того чтобы в Красноярске сделать временную остановку и совместно с «каппелевцами» сорвать наступление Красной армии, 5-я польская дивизия на станции Клюквенная (ныне Уяр) загнала себя в ловушку, что и привело к ее последующей ликвидации, тяжелой судьбе польских военнослужащих и членов их семей.

Воног Евгений Анатольевич — соискатель Сибирского федерального университета (Красноярск); vonog.ea@gmail.com


Просмотров: 221

Источник: Воног Е.А. Ликвидация 5-й польской дивизии в Восточной Сибири под Красноярском в 1920 году. Из истории создания 5-й польской дивизии//М.: Пятый Рим (ООО «Бестселлер»), 2020.-с.35-40



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X