Судьба без почвы и почва без судьбы. Передача 7-я.

В 60-70-е годы XIX века в России начинаются широкие преобразования, известные как "Великие реформы". Одновременно русская интеллигенция решает спасать обездоленное русское крестьянство по-своему: начинается хождение в народ с целью "расшевелить мужиков" и поднять их на народную революцию.
Ложное и нежизненное дело - такой приговор вынесет Иван Сергеевич Тургенев в своём последнем романе "Новь". Из этого исторического тупика придётся искать выход императору Александру III. Власть, пытаясь нащупать национальную почву, меняет политический курс.


Видео располагается на стороннем видеохостинге, оно может быть удалено без нашего ведома.
Если видео отсутствует, напишите об этом в комментариях.


Краткая историческая справка



Нелегальные и полулегальные народнические кружки начали революционную работу «в народе» еще до отмены крепостного права в 1861 г. По методам борьбы за идею эти первые кружки заметно различались: пропагандистское и заговорщицкое направления существовали уже в рамках движения «шестидесятников» (народников 1860-х).

Пропагандистский студенческий кружок существовал в Харьковском университете (1856—1858), в 1861 кружок пропагандистов П. Э. Агриропуло и П. Г. Заичневского был создан в Москве. Члены его считали необходимым свержение монархии путём революции. Политическое устройство России представлялось ими в виде федеративного союза областей во главе с выборным национальным собранием.

В 1861—1864 наиболее влиятельным тайным обществом Петербурга была первая «Земля и воля». Его члены (А. А. Слепцов, Н. А. Серно-Соловьевич, А. А. Серно-Соловьевич, Н. Н. Обручев, В. С. Курочкин, Н. И. Утин, С. С. Рымаренко), вдохновленные идеями А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского, мечтали о создании «условий для революции». Они ждали её к 1863 — после завершения подписания уставных грамот крестьянам на землю. Общество, располагавшее местом распространения печатной продукции (книжным магазином А. А. Серно-Соловьевича и Шахматным клубом) выработало свою программу — передача земли крестьянам за выкуп, замена правительственных чиновников выборными лицами, сокращение расходов на войско и царский двор. Однако эти программные положения не получили широкой поддержки в народе, и организация самораспустилась, оставшись даже не раскрытой царскими охранительными органами.

Из кружка, примыкавшего к «Земле и воле», в 1863—1866 в Москве выросло тайное революционное общество Н. А. Ишутина («ишутинцев»), целью которого была подготовка крестьянской революции путем заговора интеллигентских групп. В 1865 входившие в него П. Д. Ермолов, М. Н. Загибалов, Н. П. Странден, Д. А. Юрасов, Д. В. Каракозов, П. Ф. Николаев, В. Н. Шаганов, О. А. Мотков установили связи с петербургским подпольем через И. А. Худякова, а также с польскими революционерами, русской политической эмиграцией и провинциальными кружками в Саратове, Нижнем Новгороде, Калужской губернии и др. Пытаясь воплотить в жизнь идеи Чернышевского по созданию артелей и мастерских, сделать их первым шагом будущего социалистического преобразования общества, они создали в 1865 в Москве бесплатную школу, переплетную (1864) и швейную (1865) мастерские, ватную фабрику в Можайском уезде на началах ассоциации (1865), вели переговоры о создании коммуны с рабочими железоделательного Людиновского завода Калужской губернии.

К началу 1866 у «ишутинцев» появились небольшое, но сплоченное центральное руководство («Ад»), собственно тайное общество («Организация») и примыкавшие к нему легальные «Общества взаимного вспомоществования». «Ишутинцы» подготавливали побег Чернышевского с каторги (1865—1866), но их успешную деятельность прервало 4 апреля 1866 несогласованное с товарищами покушение одного из членов кружка, Д. В. Каракозова, на императора Александра II. По «делу о цареубийстве» под следствие попало более 2 тыс. народников; из них 36 были приговорены к разным мерам наказания.

В 1869 в Москве и Петербурге начала деятельность организация «Народная расправа» (77 человек во главе С. Г. Нечаевым). Целью ее была также подготовка «народной мужицкой революции». Члены организации оказались жертвами шантажа и интриг ее руководителя. Когда член «Народной расправы» студент И. И. Иванов выступил против ее руководителя, он был обвинен Нечаевым в предательстве и убит. Это преступление раскрыла полиция, организация была разгромлена, сам Нечаев бежал за границу, но был там арестован, выдан российским властям и судим как уголовный преступник.

70-е годы выдвигают на первый план беспредельное народолюбие; «кающиеся дворяне» (по меткому выражению Н. К. Михайловского) всецело посвящают свою жизнь на то, чтобы загладить перед мужиком вековую вину барства-интеллигенции. С конца 1860-х в крупных городах России действовало несколько десятков народнических кружков. Один из них, созданный С. Л. Перовской (1871), влился в «Большое общество пропаганды», возглавляемое М. А. Натансоном. В кружке «чайковцев» (Н.В. Чайковский осуществлял сношения с легальным миром, поэтому название по его имени условно) участвовали такие в будущем известные революционеры как С. М. Кравчинский, П. А. Кропоткин, Ф. В. Волховский, С. С. Синегуб, Н. А. Чарушин и др.

Много читавшие и обсуждавшие труды Бакунина, «чайковцы» считали крестьян «стихийными социалистами», которых осталось только «разбудить» — пробудить в них «социалистические инстинкты», для чего предлагалось вести пропаганду среди столичных рабочих-отходников, временами возвращавшихся из города в деревню.

Весной и летом 1874 «чайковцы», а вслед за ними и члены других кружков отправились для ведения пропаганды в деревни Московской, Тверской, Курской и Воронежской губ. Это движение получило наименование «летучей акции», а позже — «первого хождения в народ». Переходя из деревни в деревню, сотни студентов, гимназистов, молодых интеллигентов, одетых в крестьянскую одежду и пытавшихся разговаривать, как крестьяне, раздавали литературу и убеждали крестьян, что царизм «более терпеть нельзя». Но крестьяне относились к чужакам настороженно, их призывы расценивали как странные и опасные. К рассказам о «светлом будущем» они относились, по воспоминаниям самих народников, как к сказкам («Не любо — не слушай, а врать не мешай!»). Н. А. Морозов, в частности, вспоминал, что спрашивал крестьян: «Ведь земля божия? Общая?» — и слышал в ответ: «Божия там, где никто не живет. А где люди — там она человеческая». К осени 1874 «хождение в народ» пошло на убыль и начались правительственные репрессии. К концу 1875 более 900 участников движения (из 1000 активистов) а также около 8 тыс. сочувствующих и последователей было арестовано и осуждено, в том числе по самому громкому делу — «Процессу 193-х».


Просмотров: 4466



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X