1.21. Поручительство
С вопросом о порядке выдачи денежного жалованья тесно связан и вопрос о поручительстве по службе. Из анализа десятни денежной раздачи по Арзамасу 1615 г. видно, что получавшие денежное жалованье из четвертей не нуждались в поручительстве своих сослуживцев по «городу»1. Поручителями же получавших денежное жалованье с «городом» выступали 3—4 чел., главным образом окладчики, которые часто и расписывались за данные по окладу деньги. Судя по нижегородской десятне денежной раздачи 1618 г., было немало лиц, за которых окладчики не ручались, поэтому денежное жалованье им не выдавалось. Однако за них могла быть круговая порука всего «города», и тогда они получали жалованье при условии сдачи поместья при побеге со службы. В тверской десятне 1622 г. речь идет о поручительстве в случае выдачи денежного жалованья, причем в большинстве случаев такое поручительство дается ввиду того, что «город» знает данного сына боярского по его прежней службе. Если же кто-то был записан по «городу» «внове» или долго не служил, как, например, дворовый по Твери А. В. Дурасов, который «после московского разоренья с ними не служивал», то порука не давалась2. В 1630 и 1633 гг. при разборе и выдаче жалованья бедным детям боярским указывалось брать по них «крепкие поруки», причем поручителями должны были выступать окладчики и лучшие дворяне и дети боярские, «кто по которому городу служит», но запрещалось выступать поручителями окладчиков, дворян и детей боярских других «городов»3. В случае отказа от службы взятое жалованье указывалось «доправити на порутчиках». «Город» был заинтересован в сохранении служилых людей так же, как посад был заинтересован в увеличении числа людей тяглых. Поручителем мог являться и всего лишь один окладчик, даже в том случае, если за служилого человека не ручались другие окладчики. Так, в 1649 г. за нескольких человек ружан, поместья которых были пусты, окладчики на разборе в Калуге не ручались, в то время как при получении ими денежного жалованья на Москве присутствовал окладчик Клементий Иванов сын Хренев, который самостоятельно ручался по Никоне Иванове сыне Рукине в жалованье и службе, что и подтвердил в Калуге4. В случае побега дворянина или сына боярского со службы ответчиками за него теоретически должны были являться его поручители, поэтому в поручители и попадали прежде всего обеспеченные окладчики. Как осуществлялась эта ответственность поручителей? В документах не находим каких-либо известий о взимании с них «пени» за отсутствующего члена корпорации. Однако законодательные акты и указы свидетельствуют о том, что такая ответственность была. В 1614 г. в наказе Б. М. Лыкову указывалось «порутчиков их (сбежавших со службы), кто по ком ручался, велети сажати в тюрьму до тех мест, покаместа они тех сыщут»5. Порука бралась также в случае отъезда со службы по уважительной причине. В 1650 г. нижегородец И. А. Юрьев отпрашивался со службы с Крапивны в Москву «побить челом о бедности», поскольку по дороге нa службу у него пал конь, и он «приволокся на Крапивну пеш»6. Он был отпущен на 3 недели «за порукою» дворян, которые «приложили руки к челобитной». В декабре 1653 г. вызванные на службу в полки нового строя не имевшие земельных владений дворяне и дети боярские давали друг по друге поручные записи о прибытии в Москву к Рождеству7. Поручительство в службе и в деньгах требовалось и в сентябре 1660 г. при раздаче жалованья дворянам и детям боярским Тульского, Рязанского и Веневского полков, отправлявшимся на театр военных действий в Белоруссию8.

Во второй половине века поручительство при выдаче денежного жалованья также сохранялось. Деньги выдавались в основном служилым людям полков нового строя, и при их раздаче выбирались окладчики от гусар, копейщиков и рейтар. В январе 1687 г. при выдаче денег новгородцам всех пятин требовалось поручительство двух лиц. Так, новгородец, выборный гусар Водской пятины В. В. Хорошев получил 10 руб., и типовая запись об этом событии открывает книгу раздачи:« Гусары. Выбор. Василей Веденихтов сын Хорошев. Денег десять рублев ему дано, а в тех деньгах и в службе порука по нем, Василье, Федор Осипов сын Глотов, Гурей Глотов. А буде он, Василей, взяв то великих государей жалованье за их порукою, на службу не пойдет или с службы збежит, и на нем, Василье, и на них, порутчиках, великих государей пеня и взятые деньги вдвое. Василей Веденихтов сын Хорошев денги десять рублев взял, а вместо ево росписался сын ево Иван Хорошев и вместо порутчиков Федора и Гурья Глотовых я ж, Иван, руку приложил». Иван же Хорошев расписывался и за поручителя выборного Ф. Глотова в получении денег уже им непосредственно9. Как видим, поручителями выступали свои же товарищи по гусарской службе и по чину в корпорации. Однако для получения тех же денег рейтарами из казаков требовалось уже 4 поручителя, так как эта служилая страта считалась уже менее надежной. Поручительство было достаточно серьезной гарантией служебной дисциплины. Заметим, что деньги взяли далеко не все записанные в первоначальный список.
Поручительство в этом случае представляло собой уже не только пережиток средневековой общинной жизни, но являлось ярким свидетельством жизни корпоративной, сохранения структуры и обычаев того же «города» при переходе на новые формы военной службы.




1 Арзамасские поместные акты... С. 523—528.
2 Сторожев В. Н. Тверское дворянство XVII века. Вып. 2. Тверь, 1893. С. 48.
3 АМГ. Т. 1. № 284. С. 315; Книги разрядные. Т. 2. С. 576.
4 РГАДА. Ф. 210. Оп. 4. № 234. Л. 17—17об.
5 Книги разрядные... Т. 1. С. 11.
6 АМГ. Т. 2. № 439. С. 269.
7 Там же. №563. С. 351.
8 АМГ. Т. 3. № 193. С. 178.
9 РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 в. Книги Новгородского стола. № 60. Л. 2, 2об.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2103

X