Заключение
Положение провинциального дворянства в России на протяжении века не оставалось неизменным. Разорение «городов» после Смутного времени к середине века сменилось улучшением экономического положения дворянства и его вооруженности, что выразилось и в увеличении численности «городов». Вместе с тем и сами «города» развивались неравномерно, в лучшем положении находились «города», расположенные далеко от западных и южных границ, уезды которых, кроме того, отличались относительным плодородием почвы (Арзамас, Нижний Новгород). Численность «городов» вновь значительно снизилась после длительного периода войн с Польшей и Швецией. По их окончании число дворян и детей боярских в «городах» вновь начало увеличиваться, к 1680 г. превысив численность середины века примерно в два раза. Точно подсчитать численность «городов» в начале и в конце века не представляется возможным ввиду неполноты данных, однако в целом можно отметить резкие колебания численности провинциального дворянства из-за продолжительных и кровопролитных войн и походов. Некоторые «города» (например, Тверского региона) снизили свою численность к концу века, в других она осталась неизменной, но в большинстве «городов» она существенно увеличилась. Вместе с тем военные реформы второй половины века привели к резкому снижению численности служивших полковую службу и увеличению числа служивших в полках нового строя.

На протяжении всего века провинциальное дворянство вело борьбу с бедностью, борьбу за рабочие руки. Можно сказать, что борьба эта стала успешной только наполовину. Примерно половина состава «городов» не владела крестьянскими и бобыльскими дворами, а следовательно, не могла успешно нести службу. С этим же был связан поздний приезд на службу большинства провинциальных дворян и частые пропуски служб. Во второй половине века правительство сумело решить эту проблему, привлекая беспоместных и малопоместных детей боярских в полки нового строя и регулярно выплачивая им жалованье. Другим способом решения проблемы стали льготы в службе для беднейших слоев провинциального дворянства.

Исследователи отмечали подъем дворянского сословия в XVII в., что явилось, по мнению многих, последствием событий Смуты, консолидацию сословия и усиление борьбы за сословные интересы, вынуждавшей правительство идти на уступки дворянству и защищать эти интересы. Наиболее ярким выражением этого процесса явилось принятие норм Соборного Уложения 1649 г. Закрепощение крестьянства привело к некоторой экономической стабилизации положения дворянства. Другим важным фактором этой стабилизации стало превращение условного поместного землевладения в вотчинное, постепенная ликвидация различий между поместьем и вотчиной к началу XVIII в. Вместе с тем отмечалось и ограничение сословных прав дворянства, связанное с укреплением абсолютной монархии, к положению дворянства применялись понятия теории закрепощения и раскрепощения сословий. Н. П. Павлов-Сильванский писал о насильственном «прикреплении к службе» служилого человека и о невозможности для него «выйти из своего чина»1.

Документы, однако, свидетельствуют о том, что дворяне и дети боярские «городов» не были закрепощены и прикреплены к «тяглу» службы. Условием службы было наличие земельного владения — поместья или вотчины, причем с вотчины можно было выставить за себя в службу даточного человека. Отказ от вотчины или сдача поместья могли освободить от службы, однако вряд ли такая возможность увлекала дворянство. Условием несения службы было получение денежного жалованья, бегство или уклонение от службы при получении жалованья рассматривалось как «воровство» и наказывались соответственно сурово, особенно в условиях похода или военного времени. Дворяне и дети боярские имели также определенные права, связанные в том числе и с несением службы. Это было прежде всего право подавать челобитные, прошения об изменении условий службы, которые не только внимательно рассматривались, но и в большинстве своем удовлетворялись правительством. Имели провинциальные дворяне и дети боярские и право ходатайствовать о повышении своего социального и чиновного статуса, о выплате положенного за каждую службу жалованья. Право «равенства» в службе и чинах соблюдалось неукоснительно. Кроме того, провинциальное дворянство имело также право просить об отпуске в связи с чрезвычайными обстоятельствами (пожаром, смертью родственников, бегством крестьян, нападением разбойников и пр.), об отставке от службы в связи со старостью, болезнью и увечьем, о переводе в другой полк в связи с «недружбой». Дворяне и дети боярские «городов» участвовали в выборе окладчиков, сотенных голов, знаменщиков, нарядчиков и других военных чинов и должностных лиц. Они принимали участие в и выборах представителей на земские соборы, губных старост, представителей городов и уездов на различных службах.

Жесткость правительства в отношении высылки дворян и детей боярских на службу объяснялась прежде всего особенностями политического, международного и военного положения страны, вынужденной в течение почти всего века оборонять свои южные границы и не допускать пропуска татар вглубь России. В середине века такие меры принимались и в отношении служивших в полках нового строя, что было вызвано начавшейся и продолжавшейся войной с Польшей. Во второй половине века в связи с изменением международной обстановки жесткие меры относительно службы провинциального дворянства все более смягчались и заменялись косвенными мерами финансового и земельного характера. В мирное время правительство постоянно шло навстречу дворянству, укорачивая сроки службы, разделяя ее на половины, трети, четверти, предоставляя льготу в службе на несколько лет самым бедным. Льготы (в том числе годичные) предоставлялись и за определенные гражданские службы, в том числе связанные с участием в посольствах и земских соборах.

И. Л. Андреев писал о приспособлении «философии службы» в XVII в. как для выражения интересов формирующегося абсолютизма, так и для защиты сословных интересов дворянства2. В этом плане победу в XVII столетии одержало именно дворянство, поскольку все попытки правительства ужесточить условия службы приводили к ухудшению ее качества и организованному сопротивлению со стороны дворян и детей боярских. Правительство вынуждено было идти на уступки, обозначившиеся наиболее ярко на земском соборе 1648—1649 гг. и при разборе «городов» этого же времени, когда показанная служба была признана заслуживающей адекватного денежного жалованья и придан. В дальнейшем правительство все более склонялось к идее службы за денежное вознаграждение, придя в 1680-е гг. к компромиссу, предусматривающему уплату штрафа за неявку на службу. Расплатой за некачественную службу и уклонение от нее к концу века стало прежде всего понижение в чинах, а не телесное наказание или тюрьма. При этом повысилось значение службы московских чинов, имевших поместья и вотчины, в том числе и в отдаленных уездах, возросло и их количество, компенсируя тем самым уменьшение общего количества провинциальных дворян и детей боярских, несших полковую службу. Вместе с тем правительство стремилось сохранить и полковую службу, закрывая в 90-е гг. доступ ее представителей в ряды полков нового строя. Это было вызвано соображениями прежде всего финансового характера, так как ранее, в первой половине века и его середине, подобный доступ приветствовался. И. Л. Андреев писал о «своеобразном компромиссе» между правительством и дворянством, в котором были реализованы и требования дворянства, и одновременно осуществилась перестройка службы в соответствии с пожеланиями правительства. Эта перестройка коснулась как военной составляющей службы, так и ее поместной основы, которая была отодвинута для многих тысяч людей на задний план — место ее заняло денежное жалованье. Огромная масса провинциальных детей боярских из «городов» была переведена в рейтарскую, драгунскую и солдатскую службу, не утратив при этом своих сословных и корпоративных прав, проиграв только в престиже и «честности» службы. При этом служилые «города» не исчезли, как полагают многие исследователи, а были включены в новую систему организации службы.

Служба провинциального дворянства в XVII в. испытала на себе воздействие общей экономической, военной и политической обстановки в стране, эволюционируя в ходе «мягких» военных реформ, носивших, однако, масштабный характер. Порядок службы сохранил многие традиции, шедшие еще из XVI в. Основой такого порядка была служба «городов», сохранившая свое значение, несмотря на изменившийся военный характер. Прежним в целом остался и порядок повышения в чинах, придач и награждений за службу, столь существенный, как это отметил И. Л. Андреев, для провинциального дворянства. Однако произошли и весьма важные, с виду незаметные изменения, выразившиеся в том числе в 1682 г. в отмене местничества. Изменения эти были связаны с понижением роли «отечества» в службе и возрастании значения собственно личных заслуг, хотя «отечество» и продолжало учитываться для провинциальных дворян в полковой службе. Служба провинциального дворянства менялась и эволюционировала вместе с изменениями всей системы общественной и государственной жизни, вписываясь в эту
систему как один из формирующих элементов, оказывающих воздействие не только на жизнь сословия, но и всей системы в целом. Взаимовлияние сословия и общества (государства) носило скорее договорный характер, однако усилившиеся позиции государства к концу века не могли не повлиять и на возрастание значения службы.

Порядок службы постоянно видоизменялся и дифференцировался, нововведения соседствовали со старыми порядками, военные реформы были постепенными, шли медленно, дворяне и дети боярские имели право выбирать тот порядок службы, который им больше нравился, то есть оставаться в полковой службе или переходить в полки нового строя.

Постепенно под давлением дворянства правительство объявляет все больше и больше служебных льгот. Служба перестает быть ежегодной, служебные усилия или поручения поощряются придачей к окладу, оклады значительно увеличиваются. Все эти льготы, однако, относились к мирному времени. Во время войны, естественно, повышаются требования к несению службы, ужесточаются наказания за уклонения от нее. Служба не только становится ежегодной, но и круглогодичной. Однако и лишения военного времени компенсируются затем льготами и придачами. Характер службы зависел от внешнеполитических условий. Постепенно во второй половине века она становится все менее регулярной, а к концу века появляется возможность заменить службу денежным взносом.

Таким образом, говорить об угнетенном положении дворян и детей боярских в связи со службой не приходится. Говорить же о тягловом характере службы можно только в отношении уплаты определенной денежной суммы за неучастие в ней. Отношения между государством и дворянами были обусловлены прежде всего наличием во владении последних поместий. Не ограничивался и переход дворян и детей боярских в услужение в боярские дворы, однако только в случае отсутствия поместий и невозможности в связи с этим нести службу.

Характер службы провинциального дворянства так же, как и условия службы, претерпевает эволюцию. Однако сохраняется прежний порядок службы по «городам», несмотря на то, что большая часть дворян и детей боярских к концу века уже служит в полках нового строя. При этом не исчезает и полковая служба, служить которую считается престижным, несмотря иногда и на явную бедность. Продолжают оставаться прежними и такие признаки службы «городов», как характер разбора, выбора окладчиков, верстания, повышения в чинах, придач и т. п.

На протяжении века повышаются оклады дворян и детей боярских «городов», что позволяет им получать большее денежное жалованье из четверти в случае предоставления какой-либо должности. Вместе с тем увеличивается и число неверстанных детей боярских, которые не заинтересованы в продвижении по лестнице чинов.

Представление о количестве нетчиков (отсутствующих на службе) среди провинциального дворянства также преувеличены, что уже отмечалось в литературе. Документы свидетельствуют о том, что количество нетчиков в «городах» в среднем не превышало 10%. Во время длительных военных действий число нетчиков увеличивалось и могло достигать 25—50%. Это было примерное число беспоместных и «пустопоместных» членов городовых корпораций. Причинами нетства крайне редко становились лень или «воровство», в основном это была бедность. Во время круглогодичных военных действий количество нетчиков и сбежавших увеличивается, что было вызвано тяжелыми условиями несения службы, отсутствием запасов, удаленностью поместий и пр.

Вопрос об изменении характера службы был тесно связан с вопросом о землевладении провинциального дворянства. В целом к середине XVII в. разоренные Смутным временем поместные и вотчинные хозяйства были восстановлены. Однако препятствием к дальнейшему развитию поместных хозяйств дворян «городов» продолжала оставаться нехватка рабочих рук, что привело к волнениям 1648 г. и принятию Соборного Уложения. По челобитным дворянства во второй половине века была организована система сыска беглых крестьян, но это не принесло решения проблемы. Ухудшилось экономическое положение дворянства и во время войны с Польшей в 1654—1667 гг. Примерно половина городовых детей боярских владели пустыми поместьями, около 20% провинциальных дворян не имели земельных владений. Правительство стремилось компенсировать отсутствие рабочих рук и земли и стало привлекать эти категории дворянства к службе в полках нового строя, выплачивая им жалованье. Такая мера была выгодна и с точки зрения экономии финансов, поскольку иностранным наемникам пришлось бы выплачивать большую сумму.

Тем не менее во второй половине века хозяйственное развитие поместий и вотчин в уездах продолжается, увеличивается число крестьянских дворов. Активизируется процесс мены поместьями, причем провинциальное дворянство, как правило, меняло большее количество четвертей своих поместий, которое оно не в состоянии было обрабатывать, на меньшее количество четвертей, получая также и денежную компенсацию. Пустующие земли многие провинциальные дворяне (не менее 10%) отдавали также в оброк, получая в год от нескольких алтын до 10 руб. Налицо определенное проникновение денежных, по сути буржуазных отношений в среду поместного дворянства, хотя более ярко выраженные черты это приняло в среде дворянства столичного. Затронула провинциальное дворянство и правительственная политика пожалования за службу земель из поместья в вотчину, однако процент получивших земли в вотчину дворян и детей боярских «городов» был очень невелик, как правило, это были выборные дворяне и дворовые дети боярские. Все эти процессы объяснялись общей бедностью провинциального дворянства. Правительство совершенствовало и систему земельного законодательства, пытаясь защитить при этом интересы мелких собственников и сохранить родовые вотчины. Вся эта борьба с бедностью давала определенные результаты, хотя и относительные. К концу века в поместьях и вотчинах выборных дворян было в среднем до 20 крестьянских дворов, а в некоторых и несколько десятков. Дворовые дети боярские имели в среднем до 10 дворов. Городовые же дети боярские продолжали оставаться беднейшим слоем провинциального дворянства, имея в среднем по 3—4 двора, половина же из них, в основном только что поступившие на службу, дворов вообще не имели. Но поскольку можно было получать денежное жалованье в полках нового строя, подобная необеспеченность рабочими руками не приводила к социальным потрясениям, как это было в середине века.

Борьба провинциального дворянства за рабочие руки была тесно связана с борьбой за судебные права. Она активно завязалась после Смоленской войны, в ее ходе дворяне и дети боярские постепенно добились установления системы судебных отсрочек. В 1649 г. дворянство, развернув прежде всего кампанию челобитных, смогло добиться (совместно с другими сословиями) принятия нового законодательного кодекса, обеспечивавшего формальное равенство сословий и чинов перед законом. Но на этом борьба за равенство не прекратилось. Во второй половине века дворянство продолжает добиваться фактического установления равенства, обеспечения статей Уложения и отмены урочных лет действенной системой сыска беглых. Под давлением дворянства пересматриваются условия ведения судебного процесса, сроки явки в суд, наказания за неявку и судебную волокиту. Дворянство добилось и права перемены подсудности, переноса своих дел из одного уезда в другой, вследствие в основном «недружбы» воевод. Провинциальное дворянство принимало активное участие в этой борьбе за судебные права. Однако в связи с общей бедностью оно не всегда могло тягаться с дворянством московским. Общее количество судебных дел дворян и детей боярских «городов», в том числе и перенесенных в другие инстанции, судя по документам Печатного приказа, гораздо меньше, чем таких же дел, возбужденных по инициативе дворян московских чинов и приказных людей. Тем не менее количество и этих дел к концу XVII в. постепенно увеличивается, провинциальное дворянство начинает активнее включаться в отстаивание своих интересов. С другой стороны, это было связано и с облегчением условий службы.

Средством борьбы дворянства за свои интересы служили коллективные челобитные и участие в земских соборах. Встав на защиту российской государственности в 1612 г., дворянство в дальнейшем сознавало и декларировало себя как опору самодержавия. Предметом коллективных челобитных и выступлений на соборах были прежде всего экономические и правовые вопросы. Однако если дворянство чувствовало, что царь и правительство не защищают его интересы, оно могло выразить недоверие и самодержавной власти, как это было в 1648 г. В целом же правительство довольно оперативно реагировало на дворянские обращения, лишь вопрос об отмене урочных лет был отложен на неопределенное время, но после волнений 1648 г. и он был разрешен в нужном для дворян русле. Коллективные челобитные появлялись в кризисные или переломные моменты развития государства и общества, когда дворянство сознавало угрозу своему существованию и безопасности. Они позволяли правительству контролировать и регулировать обстановку на местах, на театре военных действий и в городах и уездах. В политических вопросах тон задавало московское дворянство, провинциальное же довольно редко вмешивалось в обсуждение политических вопросов, консолидируясь здесь с московским дворянством и следуя за ним. Исключением являются события 1648 и 1682 гг., когда собравшиеся в Москве и под Москвой провинциалы выступили самостоятельно, однако и эти выступления были связаны прежде всего с экономическими интересами.

На протяжении века происходило и расширение социальной базы дворянского сословия за счет верстания в дети боярские представителей низших страт и основания новых «городов» прежде всего на юге страны. Этот процесс был вызван военной необходимостью, однако противоречил общей социальной политике правительства, мешал обеспечению поместного дворянства рабочими руками. Правительство вынуждено было балансировать между двумя социальными задачами. Оно пыталось ограничить подобное верстание и переход, однако совсем остановить этот процесс (аналогичный процессам в Западной Европе) было не в состоянии. Происходили изменения в этой связи и в мировоззрении общества. Служебным заслугам постепенно стали придавать большее значение, чем заслугам происхождения, «отечества».

Также постепенно происходили и изменения в повседневной жизни провинциального дворянства, хотя общая бедность этой страты мешала культурным преобразованиям. Самыми культурными и модными оказывались самые богатые, внутри «городов» это было прежде всего выборное дворянство, стремившееся перейти на службу в Москву. В Москве можно было учиться, покупать книги, модные вещи и товары, узнавать новости. Однако процесс был взаимным и двусторонним. Из Москвы в города и уезды приезжали люди с новыми представлениями. Повлияло, конечно, на дворянство и участие в войнах с Польшей и Швецией, отразившееся в том числе и на прическах, одежде, привычках и поведении.

На протяжении века провинциальное (городовое) дворянство оставалось живым организмом, эволюционирующим в системе общества и государства в виде подсистемы «города», которая сохранила свою форму, несмотря на значительные структурные изменения. Смена условий существования государства, внутриполитической и внешнеполитической обстановки определяло и положение основной массы его «слуг». Процесс этот был диалектическим и двусторонним: дворянство, в свою очередь, оказывало давление на государство и добивалось привилегий и льгот, обличения службы, равенства перед законом. Добившись гарантии своих прав в Соборном Уложении, провинциальное дворянство не смогло реализовать эти права в той же степени, что и московское. Тем не менее борьба за такую реализацию происходила, главным образом со стороны зажиточной верхушки «города», выборного дворянства, основная же масса бедных детей боярских могла отстаивать свои права, лишь пользуясь высоким покровительством. Но в рамках «города» и богатая верхушка, и бедная масса до конца века все еще были единым целым, их социальное размежевание оставалось делом будущего.



1 Павлов-Сильванский Н. П. Государевы служилые люди... С. 202—203.
2 Андреев И. Л. Дворянство и служба в XVII веке // ОИ. 1998. № 2. С. 164.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2168

X