Девушки и женщины
Широко распространен был хоровод девушек и молодых женщин. Некоторые корреспонденты Географического общества и Тенишевского бюро вообще упоминали праздничные хороводы только «женщин и взрослых девиц» (по-другому — «молодых баб и девок»). По Калужской губернии такую информацию встречаем и на рубеже 40—50-х годов, и в 90-х годах XIX века. «Парни в эти хороводы не допускаются»,— подчеркивает корреспондент.
Житель Воронежской губернии (Бирючский уезд, село Нижне-Покровское) писал о сборищах молодежи по праздникам «в кружок», с песнями и плясками. Плясали под песни, а изредка — под жалейки, рожки, дудки, на которых играли парни. Однако в самом хороводе (в узком смысле слова) парни не участвовали. «Молодые бабы и девки становятся в круг; две девки выступают на середину, принимая роли песни, которую поют круговые». Речь идет об известной песне о муже, привозившем подарки жене, которая их отвергала до тех пор, пока не привез шелковую плеть. Девушка выступает здесь в чисто женском хороводе в мужской роли. Роли парней исполняли девушки и женщины и тогда, когда круг делился на два ряда —«мужской» и «женский». Между тем в этом же селе на Троицу, когда молодежь собиралась «на выгоне», «молодые бабы и девки, мужики и парни» составляли «большой круг с песнями», то есть не исключались здесь и смешанные хороводы.

В некоторых местах было принято, чтобы более ранний по времени девичье-женский хоровод позднее превращался в смешанный. Так, в селе Волосове-Дудине Козельского уезда и селе Адуеве Медынского уезда (Калужская губерния), где хороводы водили не только по большим праздникам, но и по воскресеньям, начиная с 5—6 часов вечера, в них участвовали сначала девушки, а иногда замужние женщины и молодые вдовы. Парни держались особняком, лишь наблюдая за участницами. С наступлением сумерек большая часть замужних и девочек-подростков расходилась по домам (полноправными участницами хоровода здесь считались девушки с 16 лет), тогда парни подходили ближе, обступали танок и постепенно входили в круг. Оживление хоровода нарастало. К поющим голосам присоединялись гармоники, трекселя и бубны. Звучали шутки, среди которых допускались теперь и двусмысленные. Однако большие вольности были невозможны, так как вокруг танка стояли любопытствующие старшие. Иногда парни из других деревень пытались войти в круг, но их оттесняли «свои». Понравившиеся друг другу парень и девушка уходили из танка за угол: здесь было принято «стояние за углом» пар — с объяснениями, ласками, разговорами о свадьбе.
Бывали хороводы из одной женской молодежи, приуроченные к конкретным датам календаря, носившие следы древней обрядовой традиции. О них мы уже говорили выше в связи с праздниками.

Здесь мы отметим лишь один из них. Некоторую обрядовую окраску поведению развлекающихся девушек на второе воскресенье после Пасхи — Жен-мироносиц — придавали отголоски древней коллективной магии, направленной на то, чтобы хорошо рос лен или конопля. Корреспондент из Суджанского уезда писал в 1855 году: «В воскресенье недели Жен-мироносиц женщины и девки русских селений отправляются в лес, раскладывают костер, зажигают его и жарят яичницу из принесенных на общий счет яиц, сала и пр. Все общество садится в кружок, и те, которые постарше, раскладывают ржаные лепешки с куском яичницы и жареного сала. Затем девки с криками веселья бегут под деревья и развешивают на ветвях (...) яичную скорлупу так высоко, как только могут достать, чтобы в тот год уродилась такая же высокая конопля; после закуски все встают и некоторые принимаются плясать, составив хоровод, притопывая ногами и хлопая в ладоши... Три-четыре девки играют в это время в кувички, то есть дудочки с одним отверстием, разной длины, нарезанные из тростника. Они подбираются под тоны, и звуки их так чудны и оригинальны необыкновенно, что сильно действуют на нервы, особенно с непривычки. Когда стемнеет, начинают прыгать через огонь. Ребята редко принимают участие в этих плясках и по большей части остаются простыми зрителями».
Лен, конопля — культуры, относящиеся к сфере женской деятельности, и соответственно хороводы, связанные с ними по происхождению и смыслу, остаются чисто женскими и приурочены к женскому дню церковного календаря. В селе Шелковка Обоянского уезда в день Жен-мироносиц в лес отправлялись одни девушки, жарили сало и яичницу, после еды подбрасывали вверх ложки с криками: «Родись, лен, такой-то здоровый!» Туда и обратно шли с песнями. «Бабий праздник» в день Жен-мироносиц описан также по наблюдениям в Мещевском уезде Калужской губернии. Участвовали в нем «молодые бабы и девки» (от 17 до 40 лет), иногда из двух близких деревень. Собирались вне селения, жарили яичницу, «играли песни». Иногда в их компанию могли затесаться гармонист и 2—3 парня.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6308

X