Деятельность земского собора в период от избрания царем Михаила Романова до его приезда в Москву
Во время деятельности избирательного собора Михаила в Москве не было. Он вместе с матерью инокиней Марфой находился в Костромском Ипатьевском монастыре. Земский собор направил туда посольство во главе с архиепископом рязанским и муромским Феодоритом и боярином Ф. И. Шереметевым. В состав посольства входили: духовные лица, бояре, один окольничий, стольники, стряпчие, дворяне московские, дьяки, жильцы, дворяне и дети боярские из городов, головы стрелецкие, гости, атаманы, казаки, стрельцы, «всяких чинов люди за списком». Михаилу и его матери были адресованы грамоты с извещением о решении избирательного собора и приглашением в Москву на царство. 2 марта послы получили от собора наказ, в котором подробно излагался ритуал их будущих переговоров с новым царем и инокиней Марфой799.

13 марта посольство прибыло в Кострому, а на другой день было принято Михаилом и его матерью800. Нет надобности пересказывать напыщенную передачу в дворцовых разрядах речей послов, убеждающих Михаила принять царство, и якобы длительного упорства последнего и его родительницы - упорства, сопровождавшегося «слезным плачем и гневом»801. Это литературный и дипломатический трафарет: некоторые сцены повторяют описание уговоров стать царем Бориса Годунова, которые можно найти в Утвержденной грамоте 1598 г.

14 марта Михаил был «наречен на царство» и затем отправился в Москву, но попал туда не скоро: долго задержался в Ярославле, останавливался и в других местах (Ростове, Переяславле и пр.), посылая разведывать, сколь безопасен путь, нет ли «грабежев... и убивств на Москве и в городех и по дорогам...»802. Отзвуки гражданской войны были еще сильны. В одной из царских грамот (8 апреля 1613 г.) яркими красками рисуется тяжелое положение в стране: «А Московское государство от полских и от литовских людей до конца разорено, и городы и уезды многие от войны запустели, а наши дворцовые села и черные волости розданы были в поместья и запустошены, а иные и ныне в роздаче, и на наш обиход запасов и служилым людем на жалованье денег и хлеба сбирати не с кого»803. Новая власть не чувствовала себя уверенно. Лишь 2 мая 1613 г. царский поезд въехав в Москву804. Коронация состоялась 11 июля805.

До мая по существу продолжалось «безгосударное» время. В этих условиях верховным органом в Москве оставался земский собор. Он и до царского избрания выполнял общегосударственные функции. Так, от имени избирательного собора производились служебные назначения806 давались земельные пожалования (примером может служить жалованная грамота от января 1613 г. кн. Д. М. Трубецкому на вотчину Вагу - на обороте 26 подписей членов земского собора)807. Собор не перестал действовать и после 21 февраля, известны соборные грамоты в разные города с извещением об этом факте. В «Дворцовых разрядах» приведен текст одной такой грамоты - во Владимир808 с замечанием: «А в иные во все городы грамоты писали таковы ж»809. 25 февраля датируются сохранившиеся грамоты в Пошехонье810, на Двину811 (на них подписи ряда участников земского собора).

Земский собор организовал привод к присяге населения городов Русского государства812. Он наблюдал за денежными поступлениями в государственную казну. Так, в памяти из Разряда во Владимирскую четь от 27 февраля 1613 г. изложен приговор земского собора о рассылке грамот по городам с предписанием не выдавать «всяким людем» жалованье и отправлять все «денежные доходы» в Москву, где распоряжение ими будет предоставлено боярской думе и собору813.

«По приговору всеа земли» отписывались на государя розданные в частное владение дворцовые, пашенные, посопные и оброчные села, возвращались в Москву разъехавшиеся из нее дворяне и дети боярские, а также гости, торговые и «всякие жилетцкие люди»814. Земский собор ведал сыском «татев и разбойников» и преданием их «градческому суду», наказанием людей, уклоняющихся от службы815.

Под наблюдением земского собора находились вопросы внешней политики и государственной обороны. 10 марта 1613 г. от его имени была составлена и отправлена (с гонцом Д. Г. Оладьиным) грамота польскому королю Сигизмунду III о возврате задержанных русских послов, выводе из России польских войск, размене пленных и т. д.816 Во второй половине марта собор принял меры к защите западных и северо-западных границ от польско-литовских и шведских набегов817.

До нас дошел интересный материал, рисующий взаимоотношения между земским собором и царской властью в период пребывания Михаила в Костроме, Ярославле и других городах на пути в Москву. Это 71 документ (черновые отпуски и беловики) - царские грамоты земскому собору и московским боярам, отписки собора и бояр царю и т. д.818

Изучение документов создает впечатление существования в рассматриваемое время в России сложной системы верховной власти: в столице - земский собор, вне ее - царь, при царе - представительство, выделенное земским собором (оно оставалось при Михаиле вплоть до возвращения его в Москву). Обращение земского собора к царю отражает разветвленную структуру «всей земли»: бьют челом «Московского государства Кирил митрополит ростовский и ярославский, и архиепискупы, и епискупы, и весь освященный собор, и бояре, и околничие, и столники, и стряпчие, и дворяне московские, и приказные люди, и из городов дворяне и дети боярские, и головы, и сотники стрелецкие, и атаманы, и казаки, и стрелцы, и гости, и торговые и жилецкие люди, и из городов приезжие люди, и всего Московского государства всяких чинов люди...»819. До 11 апреля 1613 г. и царские грамоты шли в Москву на имя собора и составлялись по приведенной формуле. После 11 апреля ряд посланий царя адресуется «бояром нашим князю Феодору Ивановичи) Мстиславскому с товарыщи»820, т. е. боярской думе (боярские отписки пишутся по формуле: «Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии холопи твои Феодорец Мстиславской с товарыщи челом бьют»821). Очевидно, роль думы возрастает, хотя значение земского собора сохраняется.

В царских посланиях земскому собору выдвигалась программа улучшения положения различных разрядов служилых сословий. 8 апреля ему было предложено «приговор учинить», чем «дворян, и детей боярских, и атаманов, и казаков, и стрелцов, и всяких ратных людей жаловать, и свои обиходы полнить, и бедных служилых людей чем кормить и поить...»822. Вопрос о казаках, о «кормах» и «жалованье» им вставал перед земским собором не раз823.

В грамоте от имени царя Михаила митрополиту Кириллу с духовенством и московским боярам, датированной 29 апреля, было велено, «призвав к себе всяких чинов людей» (т. е. созвав земский совет), обсудить меры борьбы с «грабежами и убивствами» по проезжим дорогам для обеспечения провоза хлеба и товаров в Москву и другие города, а также меры принудительного возврата городского населения, разошедшегося с прежних мест жительства824. Речь шла о ликвидации разорения страны как последствия гражданской войны и укреплении сословной структуры феодального общества.

Эта задача, преследуя которую царская власть пыталась опереться на сословных представителей, объединяла действия основного состава земского собора, находившегося в Москве, и специально выделенной им группы, представлявшей собор в ставке царя Михаила. Эта группа выполняла функции связующего звена между московским центром и царской ставкой. Уже совсем накануне приезда в Москву, когда царский поезд пребывал в Троице-Сергиеве монастыре, 26 апреля, Михаил и его мать выступали перед находившимися у них соборными представителями из Москвы, призывая «всего Московского государства всех чинов людей в соединенье» прийти. Московские же представители просили царского разрешения «то все отписать» земскому собору в столицу и послать туда «изо властей и изо всяких чинов людей...»825. Так господствующий класс пытался добиться «соединения» сословных сил в условиях накаленной социальной действительности, в обстановке острых классовых и внутриклассовых противоречий, когда лилась «межусобная кровь крестьянская» и «грабежи и убивства» были «безпрестанные»826.



799 Дворцовые разряды, т. I. СПб., 1850, стб. 17, 24, 31; СГГД, т. 3. М., 1822, с. 5-11, № 2-3; с. 15-22, № 6.
800 Дворцовые разряды, т. I, стб. 53.
801 Там же, стб. 55.
802 Там же, стб. 54, 67, 78, Прилож., стб. 1124, № 36; стб. 1139, № 44.
803 Там же, Прилож., стб. 1098-1099, № 21.
804 Там же, Прилож., стб. 1216, № 67.
805 Там же, стб. 95.
806 Веселовский С. Б. Указ. соч., с. 117, № 97; с. 120, № 99.
807 Забелин И. Е. Минин и Пожарский, изд. 3. М., 1896, Прилож, с. 278-283, № II.
808 Дворцовые разряды, т. I, стб 45-51; СГГД, т. 3, с. 11-14, № 4.
809 Дворцовые разряды, т. I, стб. 51.
810 Любомиров П. Г. Указ. соч., Прилож., с. 305-306, № 4.
811 Зимин А. А. Указ. соч., с. 188-192, № 2. См. там же грамоту от 22 марта 1613 г. (с. 192-193, №3).
812 Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1045-1050, № 1-3 и др.
813 Веселовский С. В. Указ. соч., с. 128, № 106; см. там же, с. 129-130, № 107 (грамота земского собора в Волхов о присылке денежных доходов в Москву во Владимирскую четь).
814 Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1084, № 12; стб. 1174, № 54.
815 30 марта 1613 г. от имени земского собора была направлена грамота в Ярославль о сыске и заключении в тюрьму подьячих, не выполнивших поручений приводить население к присяге и скрывшихся (там же, Прилож., стб. 1087-1090, № 15, 16).
816 СГГД, т. 3, с. 22-38, № 7-8.
817 Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1051-1056, № 5-6.
818 ЦГАДА, ф. 135, отд. IIГ, рубр. I, № 2. См.: Государственное древлехранилище, с. 125, № 276. Опубл.: СГГД, т. 3, с. 10-12, № 2-3; Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1045-1216; Иванов П. Указ. соч., с. 95-282, № 1-67.
819 Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1065, № 9.
820 Там же, Прилож., стб. 1118, № 33.
821 Там же, № 32.
822 Там же, Прилож., стб. 1099, № 21.
823 Там же, Прилож., стб. 1175, № 54.
824 Там же, Прилож., стб. 1174, 1175, № 54.
825 Там же, Прилож., стб. 1164-1166, № 52.
826 Дворцовые разряды, т. I, Прилож., стб. 1164-1165, № 52.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6479