Порядок дачи и исполнения заказов боевого снабжения

Предметы боевого снабжения заготовлялись распоряжением ГАУ, которое, руководствуясь существовавшими законоположениями, давало наряды техническим артиллерийским заведениям в заказы казенным и частным заводам.

Законоположения царской России построены были на полном недоверии закона к обеим сторонам — и к заказчику, т. е. в данном случае к ГАУ, и к исполнителям заказа. Выдача заказов частным заводам обусловливалась особенно многими формальностями, порождавшими в итоге немало затруднений не только для поставщиков, но и для ГАУ.

Всякий заказ ГАУ должно было представлять на разрешение и утверждение военного совета, предварительно согласовав условия заказа не только с требованиями закона, но часто и с контролирующими ведомствами и с министерством торговли и промышленности. На предварительные переговоры по поводу заказа с поставщиками, на составление кондиций и технических условий, на согласование с ведомствами, на составление докладов в военный совет, рассмотрение докладов ГАУ в канцелярии военного министерства и затем в военном совете, — на все это затрачивалось много времени. Поставщикам приходилось ожидать иногда по нескольку месяцев, пока заказ утверждался военным советом и с ними заключался договор на поставку. Эти задержки происходили даже в тех случаях, когда выдача заказа была предрешена без конкуренции (например, Путиловский завод ожидал заключения с ним контракта на первый валовой заказ 3-дм. скорострельных полевых пушек своей системы почти целый год; представитель завода откровенно заявлял, что, предусматривая промедление и другие трения, он умышленно надбавил несколько процентов на цену пушек).

С другой стороны, значительное запоздание в сдаче заказанных предметов против сроков, обусловленных договорами, было обычным явлением, но столь же обычным было и сложение неустоек с заводов, особенно при крупных заказах, так как в большинстве случаев находили, что неисправностью в поставке «казне не причинено убытков» или неисправность заслуживала «по положению своему особого снисхождения».

Запоздание в сдаче заказов действительно нередко происходило не по вине заводов, а вследствие изменений в первоначальных чертежах и технических условиях, выданных для руководства заводам при заказе, или вследствие дополнительных технических усовершенствований в заказанных предметах, введение которых Артком находил нужным.

В результате ГАУ не могло своевременно получить от заводов заказанные предметы, что крайне неблагоприятно отражалось на боевой готовности армии. Происходившие задержки в исполнении заказов были невыгодны и для заводов, так как влекли за собой замедление в сдаче изделий и в получении за них платежей.

Дача заказов казенным заводам морского и горного ведомств производилась ГАУ также с разрешения военного совета, но она не обставлялась такими формальностями, как заказы частным заводам. С казенными морскими и горными заводами контрактов не заключалось. Официальное сношение ГАУ с казенными заводами заменяло контракт; в сношении указывались чертежи, технические условия и сроки изготовления изделий. Сроки эти обыкновенно не соблюдались, и значительное запаздывание в исполнении заказов казенными, горными и морскими заводами являлось не только обычным, но скорее даже обязательным, причем в распоряжении ГАУ не было никаких средств заставить эти заводы поторопиться с выполнением полученных ими заказов.

В ведении ГАУ находились технические артиллерийские заведения, которые предназначались для изготовления предметов артиллерийского довольствия. К этим заведениям относились:

— оружейные заводы, служащие для производства и ремонта винтовок, пулеметов и ручного оружия;

— патронные заводы, изготовлявшие патроны к ручному огнестрельному оружию с составными их частями, кроме пороха и капсюлей;

— орудийный завод, служащий для (отделки) изготовления стволов орудий из отливок и поковок (болванок), получаемых от других заводов, и для исправления орудий;

— сталеделательный завод, выплавляющий сталь для потребностей технических артиллерийских заведений;

— пороховые заводы для выделки пороха и прессованного пироксилина;

— трубочные заводы для изготовления дистанционных трубок, взрывателей и капсюльных втулок;

— завод взрывчатых веществ, служащий для выделки взрывчатых веществ и снаряжения ими снарядов, а также для изготовления капсюлей и трубок для воспламенения зарядов в орудиях;

— арсеналы 1-го и 2-го разрядов, служащие для изготовления и исправления лафетов, повозок и прочей материальной части артиллерии, а также для исправления орудий;

— ракетный завод для изготовления боевых и сигнальных ракет.

Кроме того, при артиллерийских складах содержались мастерские для таких работ, которые не требовали участия технических артиллерийских заведений. Эти мастерские выполняли главным образом работы по содержанию в исправности хранящихся в складах предметов.

Все технические должности в артиллерийских заведениях должны были замещаться преимущественно офицерами, окончившими артиллерийскую академию.

Сложные производства артиллерийских заводов требуют привлечения выдающихся техников, обладающих глубокими знаниями и опытом. Между тем техническая служба на заводах, да и ученая в Арткоме, материально была обставлена столь неудовлетворительно, что лишь ничтожный процент офицеров-академиков соглашался итти на техническую и ученую службу. Значительное число офицеров по окончании академии уходило в строевые части, куда их привлекали более быстрое движение по службе и повышенные оклады содержания. С 1905 г. военное министерство настойчиво ходатайствовало о процентных надбавках к содержанию офицеров-академиков за выслугу лет в должностях по технической и ученой службе, но министр финансов не давал согласия на проектируемую льготу, указывая, что при ее удовлетворении военное министерство может потребовать такой же прибавки за выслугу лет офицерам Генерального штаба и другим обособленным корпорациям. В 1910 г. было, наконец, дано согласие на увеличение штатных окладов лицам технической службы, но не ученой.

В 1911 г. Государственная дума, ввиду необходимости немедленного улучшения служебного положения артиллерийских офицеров-техников, чтобы приостановить уход их на частную службу и в морское ведомство, высказала пожелание скорейшего внесения военным министром в законодательные установления законопроекта, в котором должны быть переработаны положения о технических артиллерийских заведениях, их штаты и правила прохождения в них службы. Разработанный ГАУ законопроект с прогрессивно возрастающим (по пятилетиям) окладом содержания офицеров и чиновников, обслуживающих казенные заводы, был утвержден военным советом лишь накануне войны, в июне 1914 г., для представления через совет министров в Государственную думу399.

Работы в технических артиллерийских заведениях производились вольнонаемными рабочими на основании особого положения.

Технические артиллерийские заведения состояли в непосредственном подчинении ГАУ, но одновременно, в отношении общего порядка военной службы, они подчинялись также окружному артиллерийскому управлению того военного округа, в котором они находились. По всем вопросам заготовления, разрешение которых превышало власть хозяйственного комитета и начальника технического артиллерийского заведения, а таких было огромное большинство, — они вносили представления в военно-окружные советы через военно-окружные артиллерийские управления.

Военное законодательство в отношении технических артиллерийских заведений было построено на общем принципе того времени — недоверии и контроле, имевшем фискальный характер. Представители закона и власти усматривали в каждом военнослужащем чуть ли не преступника с корыстными побуждениями, особенно если он являлся ответственным работником в области, соприкасающейся с хозяйственной и денежной частью. В результате, у большинства развивалось чувство страха и боязнь ответственности, крайне стеснявшие инициативу и свободу деятельности.

Для людей же недобросовестных все эти стеснения не служили особым препятствием к умелому «обходу закона» и к совершению преступлений, далеко не всегда раскрываемых и наказуемых.

По закону, начальнику технического артиллерийского заведения вверялось «общее руководство и надзор над всей деятельностью заведения»; он должен был исполнять многочисленные разнообразные обязанности, ему предоставлялось много прав в разных отношениях, но в хозяйственном отношении его права были весьма ограничены.

Более широкие права предоставлены были состоящему в технических артиллерийских заведениях хозяйственному комитету как коллегиальному учреждению, одним из членов которого являлся назначаемый начальником ГАУ его представитель. Однако хозяйственные комитеты, ответственные за правильность своих постановлений, с чрезвычайной осторожностью пользовались предоставленными им правами и предпочитали во всех мало-мальски сомнительных случаях входить с представлениями через военно-окружные артиллерийские управления в военно-окружные советы. Последние пользовались с 1910 г. довольно широкими правами в хозяйственном отношении, но также предпочитали складывать с себя ответственность и направлять представления технических артиллерийских заведений через ГАУ на разрешение военного совета, иногда даже не объясняя причин, почему они не считают себя в праве разрешить вопрос собственною властью.

На одно «бумажное» прохождение вопроса, и то если он не был сильно осложнен и запутан, тратилось от 2 до 6 месяцев, считая со времени рассмотрения вопроса в хозяйственном комитете технического артиллерийского заведения до разрешения его военным советом.

Не меньше времени тратилось техническими артиллерийскими заведениями на предварительное, также «бумажное», производство заготовления предметов и материалов, необходимых заведению для. исполнения данных им нарядов.

Подряд с торгов являлся нормальным способом сделки на заготовления для технических артиллерийских заведений. Торги производились с соблюдением многих формальностей, установленных законом.

Утверждение торгов зависело от степени власти, предоставленной хозяйственному комитету технических артиллерийских заведений, производящему торги. Об утверждении торгов в большинстве случаев приходилось представлять в военно-окружные советы или. даже в военный совет. Ясно, что производство заготовлений чрезвычайно задерживалось.

Порядок заготовления с торгов, установленный законоположениями царской России, отличаясь излишним формализмом и крайней медленностью производства, весьма вредно отражался на живом деле заготовлений всего необходимого для исполнения нарядов техническими артиллерийскими заведениями. Торги далеко невсегда достигали преследуемой ими цели — снижения цен путем конкуренции, так как обычно из года в год участие в торгах принимали одни и те же фирмы. Фирмы эти предварительно сговаривались и делили между собой подряды, — в итоге они диктовали казне свои цены, умело устраняя («отступные» и пр.) от участия в торгах случайных, посторонних для них конкурентов, если такие изредка и бывали.

Установленные законом для технических артиллерийских заведений правила ведения делопроизводства, счетоводства и отчетности отличались большой сложностью и вызывали излишнюю переписку. Достаточно сказать, что в технических артиллерийских заведениях требовалось вести около 60 разных книг по 40 различным установленным формам, а также и по произвольным. При таких условиях промедления в канцелярском деле бывали неизбежными и вредно отражались на деле исполнения заказов.

Наряды или заказы техническим артиллерийским заведениям давались по распоряжениям ГАУ, подразделяясь на постоянные (годовые), единовременные и случайные. Для постоянных заготовлений составлялись ежегодные планы и сметы, которые проверялись в ГАУ и затем представлялись на утверждение в военный совет, на единовременные и случайные заготовления планы представлялись только в случаях особой важности.

На составление, проверку и утверждение планов заготовлений и смет уходило много времени, иногда по нескольку месяцев, а на составление, проверку, утверждение и проведение в жизнь больших проектов переустройства заводов время исчислялось годами (например, на приспособление орудийного завода для изготовления до 1000 полевых 3-дм. скорострельных пушек в год потребовалось около трех лет, причем после переустройства завод оказался в состоянии изготовлять менее половины предположенного числа пушек). При даче нарядов техническим артиллерийским заведениям редко давались определенные сроки на выполнение нарядов, а если и давались, то во всех случаях наряды в срок не исполнялись и вообще сильно затягивались.

Медленность исполнения нарядов техническими артиллерийскими заведениями происходила, с одной стороны, вследствие формализма, шаблона и мертвящей канцелярщины, на которых построена была хозяйственная часть в военных заводах, с другой — вследствие того, что ГАУ, ведавшее ими, по своему устройству, личному составу и методам работы имело типичный для царского военного аппарата административно-канцелярский характер, со всеми присущими ему отрицательными сторонами, совершенно не отвечающими духу живого заводского дела и самым простым основным началам военной экономики.

В период, предшествующий первой мировой войне, технические артиллерийские заведения являлись основной базой военной промышленности России. Между тем, необходимого объединяющего руководства весьма сложной и ответственной работой военных заводов не было, так как ГАУ фактически не могло этого осуществить. До 1908 г. в составе ГАУ вовсе не имелось ни отдельного лица, ни специального органа, объединявшего руководство деятельностью военных заводов. Власть над ними была распылена в ГАУ между многими отделениями, канцеляриями и делопроизводствами; каждое из них самостоятельно давало наряды заводам и арсеналам, не считаясь ни с их производительностью, ни с загруженностью уже данными заказами. При таких условиях нельзя было ожидать ни стройной согласованности, ни соблюдения сроков при выполнении нарядов техническими артиллерийскими заведениями.

В 1908 г. при ГАУ была создана должность заведующего техническими артиллерийскими заведениями с тремя инженерами при нем. И вот эти четыре инженера и составили весь аппарат по заведыванию 20 заводами и арсеналами с весьма сложным, разнообразным и чрезвычайно ответственным производством. Эти инженеры, во главе с генералом Якимовичем, высоко сведущим в артиллерийском деле членом Арткома, принесли большую посильную пользу военным заводам в смысле регулирования дачи им нарядов. Однако, они не в силах были сколько-нибудь существенно повлиять и оживить рутинно-канцелярский уклад технической и особенно хозяйственной жизни военных заводов, тем более они не могли изменить установленной законом крайне нецелесообразной системы устройства, управления и деятельности технических артиллерийских заведений.

Медленность исполнения артиллерийских заказов казенными и частными заводами и техническими артиллерийскими заведениями вредно отражалась на артиллерийском снабжении и боевой готовности армии. Эта же медленность являлась главной причиной того, что ГАУ обычно не могло своевременно использовать отпускаемые ему деньги на заказы. Ассигнованные ГАУ кредиты оставались иногда годами без движения, что приносило значительный ущерб казне.

Порядок заготовления предметов артиллерийского снабжения, принятый в царской России, страдал многими глубокими дефектами, имевшими чрезвычайно вредные последствия для русской армии в первую мировую войну.

Заготовления производились на основании законоположений, построенных на недоверии и на соблюдении многих формальностей, связанных с канцелярской волокитой и потерей времени, чрезвычайно затруднявших проявление инициативы и живой деятельности распорядительных и исполнительных органов и в особенности военных заводов, исполнявших артиллерийские заказы.

Установленные законом всевозможные ограничения в хозяйственных правах в связи с присущей тому времени боязнью ответственности приводили к тому, что большинство вопросов не разрешалось на местах, а перекладывалось низшими органами на высшие, доходя через ГАУ до военного совета. Этим крайне тормозилось дело заготовления, требующее децентрализации в исполнительной части.

Напротив, в части распорядительной весьма ответственная и сложная техническая работа военных заводов требовала объединяющего руководства, возглавляемого ГАУ. По закону, управление техническими артиллерийскими заведениями действительно было централизовано в ГАУ, но это было скорее номинально; фактически оно распылилось между многочисленными отделениями и делопроизводствами ГАУ, что вносило значительную дезорганизацию в деятельность военных заводов. Положенный по штатам ГАУ с 1908 г. заведующий техническими артиллерийскими заведениями, имея в помощь всего трех инженеров, составлял далеко не достаточный аппарат, чтобы должным образом объединять и руководить военными заводами и даже регулировать выдачу им заказов.

Заказы, даваемые заводам, не отвечали их производительности. В большинстве случаев заказы сдавались не по определенному плану, а по мере возникновения потребности; обыкновенно с выдачей заказа одновременно отпускался кредит на определенный срок, не считаясь с возможностью выполнить заказ в этот же срок. В результате значительная часть кредитов оставалась неиспользованной в данный сметный период, кредиты закрывались, приходилось их вновь испрашивать и напрасно тратить время.

Во время войны, в 1915 г., положение это было изменено — при ГАУ был организован более сильный аппарат по регулированию заказов и по руководству деятельностью заводов.

По новой организации ГАУ, утвержденной в сентябре 1914 г., в состав ГАУ были добавлены отдел технических артиллерийских заведений и распорядительное делопроизводство, которое явилось планирующим органом, облегчившим труд начальника ГАУ (см. выше, первую часть). Кроме того, при ГАУ была организована на новых началах техническая часть взамен и в развитие Артиллерийского комитета.


398 Свод военных постановлений, кн. I, изд. 1907 г., ст. 3, 10, 62, 78, 83, 86, 238, 239, 400–409, 535–538; кн. XIII, изд. 1910 г., ст. 2, б, 9, 14–17, 61, 65, 73, 75, 76, 206; кн. XVIII, изд. 1907 г., ст. 4–15, 23, 33, 48–50, 60–68, 72. 89, 91, 94, 108, 131–135.

399 ЦГВИА, личный архив Барсукова. Записка генерала Кузьмина-Караваева, стр. 76–78.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2919

X