Атака 5 октября

Генерал Щербачев поставил задачей первого дня атаки отбросить противника к фортам с целью занять линию Халупки — Медыкские, лес На-Блоню, высоты западнее Быкув — Плешовице, деревни Поповице, Германовице, Княжице, «твердо закрепить ее за собой, а при трудности держаться — податься вперед» (приказ № 7). Начало наступления назначено было в 9 часов (схемы 8 и 9).

Действия ударной группы. Начальник 19-й дивизии, заняв исходное положение на участке от выс. 267 (сев.-вост. Новоселки) до д. Байовице, решил наступать на фронт д. Быкув — выс. 290 (в лесу западнее Плешовице) с целью овладеть передовыми укреплениями Седлиской группы, расположенными на высотах 231 и 285 и по восточной опушке леса, в западной части которого находился форт Седлиска (1). Ближайшей задачей он поставил: а) правому участку — 73-й полк — овладеть позицией от сев. окраины Быкув до сев. окраины Цу-Плешовице; б) левому — 75-й и 76-й полки — от сев. окраины Цу-Плешовице до выс. 290 включительно; в) 19-й артиллерийской бригаде из района Новоселки-Байовице начать в 9 часов подготовку атаки передовой позиции противника; г) резерв дивизии — 74-й полк — из Мочерады передвинуться в Новоселки. Штаб дивизии и головной артиллерийский парк — в Мочерады. Дивизионный госпиталь в Балице. Остальные госпитали дивизии и обозы 2-го разряда отошли в д. Мосциска.

Командир 19-й артиллерийской бригады еще 4 октября получил приказ начальника дивизии о том, что артиллерийская бригада составит особый артиллерийский участок под его командой и что на нее возлагается задача: «содействовать общему успеху атаки, продвигаясь вперед по мере наступления пехоты», а также о том, что распоряжением начальников участков следует произвести разведку подступов к противнику и характера неприятельских укреплений. Со своей стороны, в развитие приказа начдива и на основании данных, полученных личной разведкой, командир бригады приказал:

«К утру 5 октября занять выбранные позиции. За ночь (с 4-го на 5-е) вырыть окопы, в следующие дни усовершенствовать их, обеспечив людей блиндажами от осколков и пуль, а также от дурной погоды, так как придется жить на батареях. Сделать окопы на наблюдательных пунктах для командиров, разведчиков и телефонистов. Особенно позаботиться о маскировке окопов. Сделать ходы сообщений, установить телефонную связь с командиром бригады и начальниками участков (1-му дивизиону — с полковником Бескровным, 2-му дивизиону — с полковником Соколовым)800. С начальниками участков установить также связь ординарцами — особенно на ночь. По возможности обеспечить телефонную линию от порчи. Выставить боковых наблюдателей. Установить непрерывное наблюдение за полем и за противником, замечая его работы, передвижения, места батарей и наблюдателей. Отмечать следует передвижения даже отдельных людей, если они происходят в определенном направлении и продолжительное время и тем служат доказательством скапливания людей в одном пункте.

Изучить район противника: его расположение, окопы, укрепления, батареи; определить дистанции и боковые отклонения. Сделать схемы расположения противника или панорамы, нанеся на них все данные, необходимые для стрельбы. Твердо установить и уяснить ориентировку. Передки и батарейные резервы расположить безопасно от огня и по возможности скрыть сверху. Исправить дороги, идущие от батарейного резерва, и тем облегчить питание патронами. Разведать местность и пути вперед. Командирам дивизионов распорядиться соответствующим расположением пехотных прикрытий. Наблюдательный пункт командира бригады: выступ леса к сев.-вост. от д. Новоселки».

Батареи 1-го дивизиона 19-й бригады заняли первые позиции к северо-востоку от Новоселки по обе стороны дороги из Новоселки в Балице: 1-я и 3-я батареи севернее дороги, 2-я батарея южнее. В тылу 1-й и 3-й батарей приблизительно в 2 км возле ф. Казимерж стояли две батареи 1-го тяжелого артиллерийского дивизиона. Первые позиции батарей 2-го дивизиона были за выс. 272 к северо-востоку от Байовице.

Позиции батарей 19-й артиллерийской бригады показаны на схеме 9. Подробности расположения на позициях 2-го дивизиона 19-й бригады показаны на схеме 11, представляющей копию схемы, составленной на поле сражения адъютантом дивизиона поручиком Маевским801.

Около 10 часов с начала движения 73-го полка по нему был открыт противником ружейный и пулеметный огонь с передовой позиции, занимающей фронт — восточная окраина Быкув, выс. 276 и выс. 281 с рощей (к северо-востоку от Цу-Плешовице), и артиллерийский огонь с Седлиских укреплений. Полк залег, хотя одновременно с началом его наступления открыли огонь по передовой позиции батареи 1-го дивизиона 19-й артиллерийской бригады и были поддержаны огнем двух батарей 58-й артиллерийской бригады, расположенных севернее ф. Казимерж. Эти батареи стали обстреливать Седлиские укрепления 1/1 и 1/2 и бронированную батарею возле и севернее 1/1. Огонь этой бронированной батареи наносил наибольшие потери 73-му полку, поэтому по ней был сосредоточен огонь также 1-й и 3-й батарей 19-й артиллерийской бригады, но огонь по броне оказался безрезультатным. В 11 часов 73-й полк перешел в наступление и настолько опередил соседние полки справа и слева, что попал под перекрестный огонь из развалин д. Быкув и окопов с высот к юго-западу от Быкув, вынужден был опять залечь и завязать стрелковый бой.

Второй дивизион 19-й артиллерийской бригады открыл огонь по окопам на выс. 280 (к западу от Овчарня). При содействии этого огня 76-й полк овладел выс. 280 и, преследуя австрийцев, к 14 часам занял с боя и выс. 290 (к западу от Плешовице) в 2 км от укрепления 1/4.

Левее 73-го полка наступал 75-й полк на выс. 281 (к северу от Цу-Плешовице). Занимавшие эту высоту австрийцы, обойденные с фланга наступавшим южнее 76-м полком, стали отходить. Преследуя их, 75-й полк продвинулся в северо-западном направлении, причем два батальона этого полка окопались в 1 000 шагах от укрепления 1/2.

К тому же времени 73-й полк, по которому перекрестный огонь прекратился, захватил последовательно ряд окопов, несмотря на сильный артиллерийский огонь с линии Седлискйх укреплений, и к вечеру окопался в 800–1 000 шагах от укреплений 1/1–1/2.

Как только австрийцы стали отходить с передовых позиций, командир 19-й артиллерийской бригады приказал командирам дивизионов произвести разведку укрытых путей для переезда ближе к противнику. Батареи поодиночке переехали к очищенным противником высотам. К 16 часам 2-я батарея заняла закрытую позицию к юго-востоку от Быкув, а 6-я батарея стала южнее д. Плешовице, прикрываясь выс. 290. С наступлением темноты переменили позиции и остальные батареи 19-й артиллерийской бригады, расположившись: 1-я и 3-я батареи возле 2-й; 4-я и 5-я батареи в районе д. Плешовице, возле 6-й батареи (схемы 9 и 11). К ночи на 6 октября все батареи 19-й бригады занимали позиции в 2,5–3 км от укреплений противника.

В общем задача, поставленная 19-й пехотной дивизии на 5 октября, была к вечеру выполнена с потерей 25 убитыми и 238 ранеными. В артиллерии потерь не было, так как благодаря хорошему укрытию позиций неприятельская артиллерия не могла нащупать русские батареи.

Ночью на 6 октября тяжелая артиллерия противника обстреливала деревни Плешовице и Новоселки и выс. 290 с лесом (западнее Плешовице).

В действиях 19-й артиллерийской бригады первого дня атаки обращает на себя внимание почти полное отсутствие управления огнем со стороны командира бригады. Согласно приказу начальника дивизии, вся бригада выделена была в самостоятельный артиллерийский участок под начальством ее командира, которому, следовательно, была предоставлена полная инициатива действий. Командир 19-й артиллерийской бригады проявил много энергии при производстве 4 октября под личным его руководством рекогносцировки, выбора позиций и наблюдательных пунктов и по отдаче предварительных распоряжений по оборудованию позиций, организации связи, наблюдения и пр. Но в день боя он ограничился почти единственным распоряжением о рекогносцировке подступов и переезде батарей на вторые позиции. Что же касается управления огнем в тактическом отношении, то он придал 1-й дивизион своей бригады правому боевому участку и связал его с командиром 73-го полка, а 2-й дивизион — левому участку, связав его с командиром 76-го полка. Дивизионы располагались в затылок за своими полками, которым оказывали непосредственное содействие, обстреливая главным образом окопы и пехоту противника, если не считать безрезультатной попытки 1-й и 3-й батарей уничтожить совместно с батареями 58-й артиллерийской бригады бронированную батарею возле укрепления 1/1 и успешной стрельбы 4-й батареи по батарее противника, обнаружившей себя в начале боя у д. Быкув и оттуда скоро отошедшей. В общем артиллерия противника, часть которой располагалась в промежутках между укреплениями на батареях полевого профиля, т. е. была более уязвима, чем бронированные батареи, оставалась неподавленной и наносила большие потери наступающей пехоте, особенно 73-му полку.

Надо полагать, что со стороны артиллерии была бы оказана своей пехоте более действительная помощь, если бы командир 19-й артиллерийской бригады, оставив в своих руках большую часть батарей, направлял их сосредоточенный огонь на уязвимые неприятельские батареи и уничтожал перекрестным огнем ту пехоту противника, которая оказывала сильное сопротивление; для непосредственной же поддержки пехоты было бы достаточно придать по одной батарее 73-му и 76-му полкам.

Кроме того, было бы правильнее помогать не фронтальным огнем, т. е. не той пехоте, сзади которой располагались артиллерийские дивизионы, а перекрестным огнем, т. е. 1-му (правому) дивизиону помогать левому боевому участку (75-му и 76-му полкам), 2-му (левому) дивизиону — правому участку (73-му полку). Дальность вполне допускала ведение подобного перекрестного огня, несравненно более губительного для противника, чем фронтальный огонь, который вели батареи 19-й бригады через головы своей впереди наступавшей пехоты.

Действия на правом фланге ударной группы. Составлявшая правый фланг ударной группы 58-я пехотная дивизия получила задачу овладеть фортом Гурко (см. форт 14 на схеме 9). В приказе не указывалась разграничительная линия между 58-й и 19-й пехотными дивизиями, а потому лежащий на стыке их форт 15 — Борек не попал в участок ни той, ни другой дивизии.

Начальник 58-й пехотной дивизии разделил свою дивизию для наступления на двух участках с задачами: на правом — 3 батальона (230-го и 231-го полков) и 24 легкие пушки (2-й дивизион 58-й артиллерийской бригады) — овладеть фортом Гурко и укреплением Мурованка; на левом — 4 батальона (229-го и 231-го полков) и 24 легкие пушки (1-й дивизион 58-й артиллерийской бригады) — выдвинуться на линию Мурованка, Длуге Лозы. За каждым боевым участком имелся свой резерв — за правым один, за левым два батальона.

1-я и 2-я батареи 58-й артиллерийской бригады с 3 октября занимали укрытые лесом позиции у форта Казимерж, в 3 км за линией своей пехоты, имея наблюдательный пункт на выс. 311 впереди к юго-западу от батарей.

На слишком большое удаление батарей 58-й артиллерийской бригады от своей пехоты генерал Дельвиг обращал внимание начальника 58-й дивизии, сообщив ему еще 25 сентября, между прочим, следующее: «Прибыв в 3 ч. 30 м. в район 231-го и 232-го полков для разведки позиций тяжелым батареям,... я, к удивлению своему, нашел полки без артиллерийской поддержки. Единственная батарея находилась в 3 верстах позади, а прочие еще дальше, не будучи в состоянии даже открыть огонь... Считаю необходимым немедленно передвинуть вперед легкие батареи, так как с позиций доносят, что пехота обстреливается артиллерией австрийцев».

1-й батарее была поставлена задача содействовать наступлению 231-го полка своей дивизии и 73-го полка 19-й дивизии. На прицеле 120–122 батарея стала обстреливать одну из промежуточных батарей противника возле укрепления 1/1, сильно мешавшую наступлению 73-го полка, но вреда ей не наносила, так как батарея оказалась в бронированных куполах. Тогда огонь был перенесен на другую батарею, стоявшую в лесу недалеко от бронированной, замаскированную дровами; сильным шрапнельным огнем, совместно с огнем соседней 3-й батареи 19-й артиллерийской бригады, эта неприятельская батарея была приведена к временному молчанию. Около 12 часов артиллерийский разведчик — офицер, возвратившийся из расположения 231-го полка, сообщил, что движению полка препятствует ружейный огонь пехоты противника из перелеска На-Блоню (к востоку от форта 15). После нескольких очередей комбинированного огня гранатой и шрапнелью по опушке этого перелеска на прицелах 110–115 австрийская пехота стала отступать в беспорядке к фортам, преследуемая огнем батареи до предела дальности.

К 16 часам батарея переменила позицию, выдвинувшись вперед на 1,5–2 км, и стала укрыто в лесу, откуда вновь пристрелялась по трем промежуточным батареям противника.

За день боя 5 октября 1-я батарея израсходовала лишь 200 снарядов, в том числе 178 шрапнелей и 22 гранаты.

Так как позиция была хорошо закрыта, батарея потерь не понесла.

2-я батарея 58-й артиллерийской бригады с утра 5 октября, согласно полученному приказанию, пристрелялась к укреплениям 1/3 и 1/1 Седлиской группы и вела по ним редкий огонь. Затем около 10 часов выбила своим огнем, вместе с огнем 1-й и 3-й батарей, австрийскую пехоту, занимавшую лес На-Блоню, который и был занят частями 231-го полка после слабой ружейной перестрелки. Но вскоре части эти вынуждены были очистить лес, так как броневая батарея противника с форта 15 наносила им большие потери своим огнем, и только после того как батарея эта прекратила огонь, повидимому, из-за недостатка гранат, части 231-го полка вновь заняли На-Блоню.

Пользуясь продвижением вперед 231-го полка, командир батареи решил переместиться также вперед. Произведя рекогносцировку около 12 часов, командир батареи к 14 часам перевел батарею на вторую позицию на 1,5 км к западу, закрытую лесом. С этой позиции батарея пристрелялась по нескольким целям: по батарее на укреплении 1/1, промежуточной двухорудийной батарее несколько сзади и правее (севернее) этого укрепления, по форту 15 (Борек), по двум участкам окопов, идущих вправо от него на северо-запад к форту 14 (Гурко), и по двум батареям левее (южнее) форта 15. Большинство указанных целей находилось от батареи на дистанции свыше 4,5 км. Желая стать поближе к противнику, командир батареи около 17 часов произвел рекогносцировку и наметил позицию почти на западной опушке леса Велыш-Ляс у выс. 227 (к востоку от Быкув), куда направил людей для рытья окопов. Перед рассветом 6 октября 2-я батарея занимала уже эту новую позицию (третью) в 2,5–3 км от неприятельского укрепления К. Наблюдательный пункт командира батареи находился вблизи батареи, южнее ее, на покрытой кустарником небольшой возвышенности.

В бою 5 октября 2-я батарея израсходовала лишь 149 шрапнелей, т. е. еще меньше снарядов, чем 1-я батарея. Потерь в батарее не было ни в людях, ни в лошадях.

3-я батарея заняла позицию неудачно — почти открытую, в стороне от 1-й и 2-й батарей, между Вельки-Ляс и д. Шехине и могла благодаря своему открытому расположению легко сделаться добычей неприятельской крепостной артиллерии. Но этого не случилось, и 3-я батарея своим огнем помогла частям 231-го полка занять рощу На-Блоню.

Частям 229-го полка, наступавшим по открытой местности с фронта Вельки-Ляс — д. Шехине на д. Мурованка, обстреливаемым батареями группы форт Борек, удалось выдвинуться вперед не более как на 600–700 шагов, несмотря на огневую поддержку своей артиллерии.

Назначенный в правый боевой участок 2-й дивизион 58-й артиллерийской бригады расположился на позиции: 4-я и 6-я батареи, прикрываясь д. Медыка, возле железной дороги в Львов, 5-я батарея — у западной окраины д. Шехине, прикрываясь гребнем выс. 254, на которой находился наблюдательный пункт. За той же высотой стояла 7-я тяжелая гаубичная батарея, а 8-я тяжелая гаубичная батарея располагалась южнее, за выс. 264 у северной опушки Вельки-Ляс. Обе эти тяжелые батареи обстреливали форт Гурко (14). Батареи 2-го дивизиона 58-й бригады обстреливали неприятельские батареи, расположенные вне фортов 14 и 15 и открывшие сильный огонь по наступающей пехоте правого участка 58-й дивизии.

При поддержке артиллерийского огня два батальона 230-го полка, укрываясь складками местности от артиллерийского, пулеметного и ружейного огня противника, выбили австрийцев из окопов у д. Халупки Медыкские и к вечеру там окопались, оставив далёко сзади себя уступом части левого участка 58-й дивизии.

Энергичное наступление русских на форт Гурко заставило коменданта крепости усилить атакуемый участок тремя батареями из имеющегося у него подвижного артиллерийского резерва. Этот резерв, о существовании которого русское командование не имело, повидимому, сведений, сыграл большую роль в обороне крепости.

В общем задачу первого дня атаки (5 октября) 58-я пехотная дивизия далеко не выполнила, хотя правый боевой участок дивизии значительно продвинулся вперед, овладев окопами противника у д. Халупки Медыкские; что касается левого участка, то поставленная ему задача — выдвинуться на линию Мурованка, Длуге Лозы — не могла быть выполнена, не овладев лежащим на пути наступления фортом Борек (15).

В действиях артиллерии 58-й дивизии не замечается объединенного управления не только в руках командира 58-й артиллерийской бригады, но и командиров дивизионов; не видно и постановки артиллерии определенных задач ни со стороны начальника дивизии, разделившего ее поровну — по дивизиону между правым и левым участками, ни со стороны командиров боевых участков. В сущности батареи действуют порознь — каждая самостоятельно, выбирая цели для стрельбы по своей инициативе, но не всегда удачно; по своей же инициативе батареи переходят на другие позиции, чтобы стать ближе к противнику, и в этом отношении особенно отличается 2-я батарея 58-й бригады, переменившая позицию за день боя дважды. Но сосредоточенного огня нет, так как нет объединенного управления огнем; огонь ведется почти исключительно фронтальный через головы своей пехоты, сзади которой расположены приданные ей батареи, если не считать косоприцельного огня 1-й и 2-й батарей 58-й бригады, оказавших содействие наступлению соседнего полка 19-й пехотной дивизии.

Действия на левом фланге ударной группы. Начальник 69-й пехотной дивизии ближайшей задачей действий на 5 октября поставил овладение подступами к южной группе Седлиских укреплений, т. е. д. Половице и рощей к северо-востоку от нее на выс. 290 (см. схему 9). Атаку д. Поповице начальник дивизии решил произвести при поддержке огня всех шести батарей 69-й артиллерийской бригады.

Командир 69-й артиллерийской бригады с командирами дивизионов еще 3 октября произвел рекогносцировку и наметил позиции для всех своих батарей за высотами в районе деревень Ходновице, Тышковице: для батарей 1-го дивизиона — за выс. 281 у южной окраины д. Ходновице; для батарей 2-го дивизиона — за высотами 311 и 286 у д. Боратыче. К вечеру 3 октября все батареи 69-й артиллерийской бригады по лесной грязной, скверной дороге, но скрытно были подтянуты к Боратыче. На другой день еще до рассвета приступили к рытью окопов и уничтожению отдельных деревьев и других ориентирных предметов, которые могли бы облегчить противнику пристрелку, а в 5 часов командир бригады с командирами батарей объехал все намеченные позиции. С 7 часов позиции стали заниматься побатарейно, причем батареи подходили к позициям укрытыми путями.

Было бесполезно состязаться с артиллерией крепости, поэтому был открыт ураганный огонь всех батарей по д. Поповице. Под прикрытием этого огня пехота повела энергичное наступление, заставшее австрийцев врасплох. Части русской 69-й дивизии заняли д. Поповице и окопы впереди нее с налета, почти без потерь, но не успели в них закрепиться, как по ним был открыт сильный огонь нескольких неприятельских батарей, расположенных в промежутках между укреплениями 1/4, 1/5 и 1/6. По просьбе пехоты, остановленной этим огнем, 1-й дивизион открыл сильный огонь по искусно маскированной шестиорудийной батарее противника между укреплениями 1/5 и 1/6 и привел ее к молчанию, но все же пехота не могла продвигаться вперед вследствие продолжавшегося убийственного огня разбросанных между укреплениями двухорудийных батарей, одновременно нащупывавших места расположения русских батарей.

Около 14 часов австрийцы, прикрываемые огнем своей артиллерии, перешли в контратаку и вновь заняли Половице, выбив оттуда русских.

Начальник дивизии решил повторить атаку и приказал 1-му дивизиону подавить огонь неприятельской артиллерии из укреплений 1/5 и 1/6, и из промежутков между ними, а 2-му дивизиону подготовить атаку пехоты на Поповице.

Высланная от 1-го дивизиона передовая артиллерийская разведка обнаружила, что при обстреле укреплений ураганным огнем австрийцы скатывают орудия с валов в блиндажи, а в перерывы между ураганами сейчас же выкатывают орудия и продолжают стрельбу. Вследствие этого огонь по укреплениям стали вести методически, не прерывая его, что значительно облегчило наступление пехоты.

Во исполнение задачи, поставленной 2-му дивизиону, 5-я и 6-я батареи открыли огонь по Поповице, а 4-я батарея по цепям противника, двигающимся по лощине восточнее Поповице навстречу 274-му полку. На прицеле 90 шрапнелью и 100 гранатой 5-я батарея прямыми попаданиями выбила австрийцев, засевших в белый домик на краю д. Поповице, откуда они сильно поражали ружейным огнем наступающую русскую пехоту. 4-я батарея, по инициативе своего командира, несмотря на сильный артиллерийский огонь противника, переехала кратчайшим скрытым путем по лощине от выс. 311 к выс. 272 у северной окраины д. Тышковице на новую позицию за этой высотой, на расстоянии около 1,5 км от д. Поповице. Переезд батареи совершался поорудийно на четырех уносах, поэтому сначала открыли огонь только первые переехавшие четыре орудия, а затем и остальные.

Командир батареи выбрал себе наблюдательный пункт в саду в северо-восточной части Тышковице. Для поддержки 274-го полка 4-я батарея открыла огонь сначала по батарее между укреплениями 1/5, и 1/6, затем по укреплениям ¼ и 1/5. Командир 5-й батареи переменил свой наблюдательный пункт, переместившись к выс. 281 (недалеко от наблюдательных пунктов командира 4-й батареи и командира 2-го дивизиона), что имело большое положительное значение, так как на выс. 281 находился и командир 274-го полка, руководивший наступлением левого участка 69-й дивизии. Около 14 ч. 30 м. все батареи (4, 5 и 6-я) 2-го дивизиона вели огонь по д. Поповице и подступам к укреплениям, а с 15 часов по Поповице был сосредоточен огонь 1, 3, 4, 5 и 6-й батарей 69-й бригады. Благодаря могущественной поддержке артиллерии 274-й полк утвердился в северной части Поповице, а 273-й полк занял юго-западный склон выс. 290 с рощей. С 17 часов, когда пехота подошла к Поповице, артиллерийский огонь во избежание поражения своих был перенесен за Поповице, а около 18 ч. 30 м. был прекращен.

Ночью 1-я и 3-я батареи переехали к выс. 281, 2-я осталась на прежней позиции юго-западнее Ходновице, 5-я батарея присоединилась к 4-й за выс. 272, а 6-я батарея была оставлена далеко в тылу к северо-востоку от Боратыче в распоряжении командира 69-й артиллерийской бригады — на случай стрельбы «по неожиданно появившимся целям».

Для производства стрельбы ночью оставлены были на батареях дежурные — по одному офицеру и по два номера на орудие на каждую батарею; для стрельбы по прожекторам в батареях были сделаны отметки направлений по всем укреплениям.

За день боя была установлена тесная связь артиллерии с пехотой — от артиллерии в передовых пехотных частях находились разведчики и телефонисты. Все требования пехоты, предъявляемые во время боя 5 октября, исполнялись батареями 69-й бригады быстро и точно, что нужно отметить как хорошее взаимодействие артиллерии 69-й дивизии со своей пехотой. Действительно, при подготовке атаки на д. Поповице артиллерия, в особенности 4-я батарея 2-го дивизиона 69-й бригады, переехавшая по инициативе своего командира на вторую близкую к противнику позицию, оказала своим огнем огромную помощь пехоте; при этом перед атакой по Поповице был сосредоточен сильнейший огонь пяти батарей бригады. Однако, ведя убийственный огонь по пехоте противника, артиллерия не обратила достаточного внимания на необходимость одновременного подавления огня неприятельских батарей. В начале боя командир артиллерийской бригады считал даже вовсе бесполезным ввязываться в состязание с крепостной артиллерией. Но, вынужденный изменить свое первоначальное решение в то время, когда наступающая пехота была остановлена артиллерийским огнем противника, он около 14 часов возложил на 1-й дивизион «специальную задачу»: подавлять огонь на фортах и из ясно видимых батарей противника. Но не дав достаточно времени на исполнение такой задачи, он огонь и 1-й и 3-й батарей сосредоточивает по Поповице, предоставив только 2-й батарее выполнять «специальную задачу» подавления огня артиллерии противника, что для одной батареи было задачей непосильной.

Следует также отметить хорошее управление артиллерией со стороны командира артиллерийской бригады в день боя 5 октября, в особенности при выборе позиций и наблюдательных пунктов и при сосредоточении огня пяти батарей по Поповице.

Артиллерия противника во все время боя наносила большие потери русской пехоте, оставаясь почти безнаказанной, и способствовала переходу в контратаку своей пехоте. Один из австрийских офицеров артиллерийской группы в крепости (укрепление форта Цыкув 2) в своем журнале военных действий записал, между прочим, о действиях артиллерии 69-й дивизии 5 октября следующее:

«Огонь русской артиллерии был настолько слаб, что позволил нашей артиллерии обрушиться на пехоту».

Наряду с целесообразными распоряжениями командира 69-й артиллерийской бригады, нельзя не обратить внимания на такой странный факт, как оставление у себя, так сказать в резерве, 6-й батареи на тыловой позиции — «для стрельбы по неожиданно появившимся целям». Оставаясь на позиции у д. Боратыче приблизительно в 6–7 км от передовых укреплений, 6-я батарея не могла принять деятельного участия в подготовке атаки на эти укрепления. Наконец, находясь далеко в тылу, она не в состоянии была бы достаточно скоро обнаруживать и обрушиваться своим огнем на внезапно появлявшиеся цели.

Начальник 60-й пехотной дивизии, действующей левее 69-й дивизии, получил приказание командира корпуса овладеть 5 октября скатами высот между д. Розубовице и хут. Дзевенчице (схемы 8 и 9). Начальник дивизии возложил эту задачу на 239-й и 240-й полки, утвердившиеся к 14 часам в долине р. Бухла и в д. Цыкув. Легкие батареи 60-й артиллерийской бригады занимали позиции: 1-й дивизион у выс. 267, между деревнями Стронновице и Дроздовице, 4-я и 6-я батареи за высотами 289 и 293 западнее Дроздовице; 5-я батарея у северо-западной опушки рощи Лангевальд, прикрываясь выс. 261. При поддержке огня легких батарей и двух 152-мм батарей 2-го тяжелого артиллерийского дивизиона, занимавших позицию у северной окраины Стронновице, 240-му полку удалось овладеть высотой и д. Злота-Гура, но сильным огнем с фортов 3 (Лучице) и 4 (Германовице) полк был оттуда выбит, и только к вечеру одному батальону удалось вновь занять Злота-Гура. Остальные же батальоны 240-го полка и 239-й полк окопались на склонах высот на линии Злота-Гура, Дзевенчице (на северном берегу р. Бухла). Артиллерия противника, расположенная на форту 2 (Могилка — южнее д. Яксмониде), вела слабый огонь по атакующим 239-му и 240-му полкам, связанная сосредоточенным огнем русских тяжелых 152-мм батарей и легких батарей 60-й бригады. Материальные повреждения от этой бомбардировки были незначительны. Командир артиллерии форта 2 записал в своем дневнике: «Русская артиллерия, стрелявшая до 4 1/2 час. тротиловыми 12– и 15-см гранатами и 8-см шрапнелями, производила лишь моральное впечатление».

Действия 3-й стрелковой бригады. Задача 3-й стрелковой бригады на 5 октября сводилась к овладению фортами 4 (северо-западнее Германовице) и 5 (северо-восточнее Гроховице) и промежутком между ними (схема 10). Командир стрелковой бригады еще до рассвета выдвинул в исходное для атаки положение: 11-й стрелковый полк с 1-й легкой батареей на участок от д. Купятыче до выс. 289 (у шоссе из Низанковице в Перемышль), 10-й стрелковый полк с 3-й батареей — от д. Даровице до д. Княжице. С рассветом австрийцы открыли артиллерийский огонь с фортов 3 и 4 и повели контрнаступление, охватывая левый фланг 10-го полка со стороны д. Витошнице, но были отброшены пулеметным и ружейным огнем. Вторичное наступление австрийцев в 16 часов успеха также не имело.

Батарея артиллерийского дивизиона 3-й стрелковой бригады огня 5 октября не открывала. В 8 часов командир дивизиона был вызван с командирами батарей к командиру 3-й стрелковой бригады, который объяснил им обстановку, указал предстоящие задачи и приказал произвести рекогносцировку позиций для 1-й и 2-й батарей в районе выс. 289, а для 3-й батареи в районе д. Корманице. К 12 часам рекогносцировка была закончена, но занять намеченные позиции до наступления темноты было невозможно вследствие сильного артиллерийского обстрела с фортов. Днем 2-я батарея оставалась на позиции у д. Заблотце, имея наблюдательный пункт командира в 1 км впереди, на выс. 272; около 14 часов батарея получила приказание присоединиться к 11-му стрелковому полку и действовать совместно с приданной тому же полку 1-й батареей. Командир 3-й батареи, приданной 10-му полку для содействия атаке форта 5, получив от командира полка данные обстановки и боевую задачу, занял позицию севернее деревень Клоковице, Яксмонице, имея впереди в 1 км наблюдательный пункт на выс. 297. Удаление 2-й и 3-й батарей в 2–3 км за своей пехотой было слишком велико. Командир стрелковой бригады приказал батареям переместиться вперед, чтобы быть ближе к фортам. В ночь на 6 октября батареи переехали на вторые позиции и к 7 часам утра располагались: 1-я и 2-я батареи рядом за выс. 289. имея на этой высоте наблюдательные пункты командиров батарей; стрельбой этих батарей руководил командир дивизиона, находившийся у д. Заблотце и установивший связь с командиром 11-го полка и командиром стрелковой бригады; 3-я батарея действовала отдельно с 10-м полком, переместившись на позицию к северу от д. Млодовице за выс. 281, на которой находился наблюдательный пункт командира батареи.

Результаты наступления 5 октября. Значительный успех был достигнут: 19-й пехотной дивизией, составлявшей ударную группу; 230-м пехотным полком 58-й дивизии на правом фланге; 60-й дивизией и 1-й бригадой 69-й дивизии на левом фланге. Действия 230-го полка были парализованы фланговым огнем с форта 15 (Борек); части 69-й дивизии понесли наибольшие потери от флангового артиллерийского огня с форта 2 и укрепления 1/6. Выяснилась безусловная слабость огня полевой легкой пушки по крепостным сооружениям. Артиллеристы пришли к убеждению в бесполезности траты снарядов для стрельбы по отчетливо видимой четырехорудийной броневой батарее, стоявшей возле укрепления 1/1, так как сосредоточенный по ней интенсивный огонь пяти батарей 19-й и 58-й бригад не причинил ей никакого вреда. Командир 73-го Крымского полка, против которого бронированная батарея действовала весь день, успех атаки обусловил уничтожением этой батареи.

Действие тяжелой артиллерии совершенно не удовлетворило начальника 19-й дивизии, так как она не оказала никакого содействия ударной группе и вела огонь лишь на флангах. Начальник 19-й дивизии просил командира корпуса выдвинуть 1-й тяжелый артиллерийский дивизион вперед в район Овчарня, Храплице «для более действительного содействия атаке передовых укреплений и форта Седлиска».

Генерал Дельвиг писал генералу Алексееву, что в день боя 5 октября «тяжелые гаубицы понадобились лишь для овладения Золотой Горой, которая была взята около 2–3 часов дня при поддержке двух батарей тяжелых гаубиц 2-го дивизиона 4-й тяжелой бригады». Между тем сложившаяся 5 октября обстановка выдвинула перед командованием серьезнейший вопрос о наилучшем использовании тяжелой артиллерии, которая оказалась, вопреки мнению Дельвига, всюду необходимой.

Генерал Щербачев, усматривая из донесения начальника 19-й дивизии «колебание духа», напомнил ему, что атака должна быть доведена до конца, и указал, что «против укреплений должна действовать легкая артиллерия, а тяжелая будет содействовать». Такое указание явно противоречило основным свойствам легкой и тяжелой артиллерии, и если именно по такому принципу были распределены 5 октября роли между тяжелой и легкой артиллерией, то вероятно вследствие малочисленности первой. Во всяком случае такое решение вопроса оказалось, совершенно нежизненным, и на другой день, 6 октября, пришлось отвести тяжелой артиллерии иное место в подготовке атаки.

За день боя 5 октября выяснилась нецелесообразность одновременной атаки на обе группы Седлиских укреплений ввиду трудности борьбы с бронированными батареями и анфилирования подступов к крайним укреплениям Седлиской группы. Более благоприятным для прорыва был участок между укреплениями 1/2 и 1/5 протяжением около 2,5 км, так как, во-первых, атакующие этот участок войска были бы избавлены от анфиладного огня, во-вторых, из четырех укреплений участка только два имели бронированную артиллерию и для подавления огня с атакуемого сравнительно небольшого участка было бы, вероятно, достаточно огня 23 тяжелых гаубиц и 96 легких пушек (около 48 орудий на 1 км атакуемого фронта).

Но оптимистическое настроение Щербачева, уверенного в моральной подавленности гарнизона Перемышля, преобладало над здравым смыслом. Несоответствие средств поставленной задаче его не смущало. Технику противника он решил преодолеть кровью и мужеством русских солдат, показавших высокие боевые качества. Щербачев требовал от войск подвига и надеялся на моральный подъем их. Всем начальникам дивизии он телеграфировал: «Прошу всем напомнить, что мы делаем великое дело и что для успеха нужна твёрдая решимость, геройство и искусство... Никакие частные препятствия не должны останавливать. Противник упорен, но подавлен».

Но сам генерал Щербачев не проявил искусства в выборе района для решительного удара с целью поставить в более выгодные условия свои войска и тем обеспечить успех атаки.

К вечеру 5 октября штаб 8-й русской армии получил сведения о начавшемся на галицийском фронте наступлении австрийцев, что делало вероятным появление их под Перемышлём через двое-трое суток. Медлить со штурмом крепости было нельзя. В 22 ч. 30 м. был отдан приказ о продолжении наступления с целью атаки фортов Седлиска (1) и Гурко (14) и прилегающих к ним укрепленных групп.

В общем русская пехота при поддержке главным образом легкой артиллерии поставленную ей задачу 5 октября выполнила и, подойдя к фортовому поясу на 1–2 км, здесь к ночи окопалась. Артиллерия получила возможность вынести вперед наблюдательные пункты и выдвинуться ближе к укреплениям, чтобы точным огнем с наивыгоднейших дальностей возместить бессилие легкой 76-мм пушки в борьбе с крепостными сооружениями. Выдвижение артиллерии было рискованным, так как в случае ее обнаружения оставшаяся неподавленной крепостная артиллерия могла бы ее уничтожить. Но большинство легких батарей переместилось вперед, чтобы по мере сил помочь своей пехоте. Из тяжелой артиллерии только гаубичные батареи 1-го тяжелого дивизиона переехали в район высот 311–267, к северу от Новоселки, и стали на позицию, занятую перед тем 1-м дивизионом 19-й артиллерийской бригады, в 4,5–6 км от укреплений Седлиской группы, а 107-мм пушечная батарея этого дивизиона была передана в распоряжение командира 2-го тяжелого дивизиона, которому генерал Дельвиг предписал: «выбрать позицию возможно ближе к городу 802, имея в виду обстрел форта 20 и его окрестностей». Имелось в виду бомбардировкой форта 20 облегчить прорыв в Перемышль 58-й пехотной дивизии по овладении ею форта Гурко (см. схему 9). Пушечная 107-мм батарея заняла позицию, как упоминалось, у д. Дроздовице (схема 9) и должна была приготовиться к открытию огня на рассвете 6 октября.

Легкие батареи оставались в распоряжении своих начальников дивизий и начальников боевых участков, от которых получали задачи и на 6 октября.

Плана действий тяжелой артиллерии, подчиненной генералу Дельвигу, не было выработано, и на 6 октября были поставлены только следующие частные задачи (схема 9): одной гаубичной батарее 3-го тяжелого дивизиона содействовать 58-й пехотной дивизии бомбардировкой фортов Гурко и Борек (14 и 15), другой гаубичной батарее — содействовать 19-й пехотной дивизии бомбардировкой Седлиской группы; 1-му тяжелому дивизиону — также бомбардировать Седлискую группу с целью поддерживать наступление 19-й дивизии, штаб которой в д. Мочерады был, по распоряжению Дельвига, соединен с наблюдательным пунктом командира 1-го тяжелого дивизиона на выс. 311 (к северу от Новоселки); при этом Дельвиг приказал командиру тяжелой артиллерийской бригады держать с ним связь через командированного в Мочерады офицера, выслать к рассвету передового наблюдателя для непосредственной связи с пехотой 2-й бригады 19-й дивизии, ориентироваться через начальника 19-й дивизии и командира 19-й артиллерийской бригады в обстановке и позициях батарей 19-й артиллерийской бригады; 2-му тяжелому дивизиону поддерживать наступление 69-й пехотной дивизии, наблюдательный пункт командира этого дивизиона на выс. 306 связать телефоном со штабом 69-й дивизии (д. Боратыче) и через него с наблюдательным пунктом 1-го тяжелого дивизиона, что давало возможность взаимно корректировать огонь 1-го и 2-го тяжелых дивизионов по южной и северной группе Седлиских укреплений. Указанными мерами достигалась возможность сосредоточения по Седлиской группе, огня пяти тяжелых гаубичных батарей, из которых две средние 1-го дивизиона могли действовать с дальности 4,5–6 км, а три фланговые (две 2-го дивизиона и одна 3-го дивизиона) — с 4,5–8 км.


800 Бескровный — командир 73-го полка, Соколов — командир 76-го полка.

801 К делу ЦГВИА 55–765 с журналами военных действий 19-й артиллерийской бригады за период времени с 17.VI.1914 г. по 27.III 1916 г. должны быть приложены 844 схемы, но их в ЦГВИА не нашли. Копия схемы 11 из другого дела ЦГВИА за № 17–659 (л. 1064). Схема 11 несколько отличается от схемы 9.

802 Перемышль.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2798