Стратегическое развертывание

Германский генеральный штаб предполагал, что русские армии, вследствие медленности их мобилизации и сосредоточения смогут начать активные действия главными своими силами не ранее как через шесть недель после начала мобилизации. Поэтому немцы считали, что в течение этого срока для обороны Восточной Пруссии достаточно будет одной армии генерал-полковника Притвица, численностью около 200 тысяч бойцов и 800 орудий.

Но русское командование было связано обязательствами своего правительства перед французскими союзниками. И когда со стороны германских армий, наступавших через Бельгию, нависла серьезная угроза для Франции, то французское правительство потребовало от России немедленного выполнения ее обязательств.

Русские войска к тому времени еще не закончили сосредоточение к границе. Артиллерия подвозилась очень медленно. Тылы были неорганизованы. Словом, русская армия была еще далеко не готова к наступлению. Между тем, французский посол Морис Палеолог, ссылаясь на категорические требования из Парижа, настоятельно добивался перехода русских армий в наступление.

Русский верховный главнокомандующий телеграфировал 10 августа главнокомандующему Северо-Западным фронтом генералу Жилинскому: «Необходимо нам, в силу союзнических обязательств, поддержать французов ввиду готовящегося против них главного удара немцев. Поддержка эта должна выразиться в возможно скорейшем наступлении против оставленных в Восточной Пруссии немецких сил. На основании изложенной обстановки... армиям Северо-Западного фронта необходимо теперь же подготовиться к тому, чтобы в ближайшее время... перейти в спокойное и планомерное наступление».

Директивой от 10–12 августа верховный главнокомандующий указал Северо-Западному фронту на переход в наступление 13 августа (14-й день мобилизации) с целью охватить противника в Восточной Пруссии с обоих флангов и отрезать его от Кенигсберга и Нижней Вислы.

На германском фронте, против Восточной Пруссии, развернулись две русские армии (схема 1): 1-я армия генерала Ренненкампфа, в составе трех с половиной корпусов с несколькими второочередными дивизиями, и пять с половиной кавалерийских дивизий, по Неману на фронте Ковно — Олита с выдвинутыми вперед прикрывающими частями; 2-я армия генерала Самсонова, в составе четырех с половиной корпусов и трех кавалерийских дивизий, на фронте Августов — Остроленка — Ново-Георгиевск, имея кавалерию перед фронтом и на флангах. Кроме того, для прикрытия 2-й армии со стороны Торна в состав ее были назначены: 1-й корпус, сосредоточенный в Ново-Георгиевске, и гвардейский — в Варшаве.

Обе русские армии развернулись без стратегических резервов, с открытым промежутком между ними около 45 км против Летценского укрепленного района Мазурских озер. Армии были, считая второочередные дивизии 1-й армии, почти одинаковой силы, но Неманская 1-я армия была более сосредоточена — на фронте около 65 км, а Наревская 2-я разбросана на фронте до 220 км.

Армии охватывали Восточную Пруссию с северо-востока и с юга, и хотя к началу операций (17–19 августа) численность их не доходила до 75% полного состава, все же они имели некоторое превосходство над германскими силами, в особенности в кавалерии. Превосходство в численности русских сил было в сущности ничтожным, если учесть еще форсированное движение армии Самсонова к прусской границе при самых тяжелых условиях, что должно было повлечь за собой большое уменьшение рядов в корпусах 2-й армии.

В общем, приблизительно против девяти русских корпусов, привязанных благодаря слабому развитию рельсовых путей к тому определенному направлению, на которое они были поставлены, немцы сосредоточили около шести с половиной корпусов, но оборонявших сильный плацдарм и опиравшихся на богатую сеть железных и шоссейных дорог.

Командующий 8-й германской армией Притвиц, опираясь на Летценский укрепленный район, развернул один корпус фронтом к р. Нареву, примерно от Млавы до Виленберга, другой — фронтом к р. Неману, примерно между Гольдап-Гумбинен, а остальные части своей армии оставил в стратегическом резерве в районе Ангербург — Алленштейн — Мариенбург, применив их расположение к узловым станциям железных дорог для быстрой переброски в разных направлениях в зависимости от обстановки (см. схему 1).

По директиве главнокомандующего Северо-Западным фронтом генерала Жилинского указывалось:

1-й армии перейти границу 17 августа и с линии Владиславов — Сувалки наступать на фронт Инстербург — Ангенбург в обход Мазурских озер с севера и с охватом левого фланга противника, причем подчеркивалась необходимость возможно глубже охватить левый фланг немцев на р. Ангерап с целью отрезать их от Кенигсберга.

2-й армии начать наступление 18 августа с исходной линии своего развертывания Августово — Ломжа — Остроленка и Новогеоргиевск и наступать на фронт Руджаны — Пассенгейм и далее Растенбург — Зеебург во фланг и тыл линии Мазурских озер.

Таким образом, обе русские армии нацеливались на охват узкой полосы к северу от озер, где в действительности противник сосредоточил большую часть своих сил против Ренненкампфа на р. Ангерап, но такое развертывание германцев оказалось случайным, так как они не верили в возможность наступления русских от Нарева.

При задуманном окружении немцев к северу от Мазурских озер главная роль выпадала на 2-ю русскую армию, которая должна была отрезать противнику путь отступления, и чем более углубился бы Притвиц к востоку, тем было бы выгоднее для Жилинского. Это требовало замедления наступления армии Ренненкампфа и ускорения движения армии Самсонова. Вышло же наоборот: армия Ренненкампфа была не только развернута ближе к границе и более сосредоточена, но и начала наступление на сутки раньше 2-й армии. И это еще раз подтверждает тот факт, что русское верховное командование при начале войны менее беспокоили стратегические соображения, чем желание скорее помочь Франции.

Генерал Самсонов считал нецелесообразным направление его 2-й армии строго на север; оно вызывало большое беспокойство с его стороны, так как, кроме идейного несогласия, здесь имели место и заслуживающие внимания опасения за левый фланг его армии, который был открыт для удара германских войск, находившихся в глубине восточно-прусского театра. В результате этих опасений и несогласия между Самсоновым и Жилинским происходил ряд нежелательных трений: первый тянул свою армию на запад, второй тянул ее на северо-восток и на восток. Трения окончились компромиссным решением, благодаря которому 2-я армия расползлась по мере сближения с противником в разные стороны.

Командующий 8-й германской армией генерал Притвиц решил заслониться против маловероятного, по его мнению, наступления русских со стороны Нарева 20-м корпусом и приданными к нему частями, а все остальные силы сосредоточить на р. Ангерап против русской Неманской армии. Против Ренненкампфа он собрал не менее четырех корпусов (1-й и 27-й армейские и 1-й резервный корпуса, 3-ю резервную дивизию, 2-ю и 6-ю ландв. бригады и гарнизон Кенигсберга), большую часть которых Притвиц решил сгруппировать к своему левому флангу, чтобы дать активный отпор русскому наступлению.

В соответствии с указанными соображениями 8-я германская армия развернулась на фронте примерно Гольдап — Мильвишкен, имея два корпуса к северу и к югу от Гумбинена, с обеспеченными флангами: на правом — укрепленным районом Летцена и на левом, у Краупишкен, — кавалерийской дивизией и бригадой Тильзитского гарнизона, имея в тылу за левым флангом крепость Кенигсберг.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2881