Эпоха революционных потрясений и Гражданской войны в России: размышления спустя столетие

Столетие бурных событий российской истории начала ХХ века стимулировало историков нашей страны и мира к раздумьям и дискуссиям, которые уже отзвучали или будут продолжаться в ближайшие годы. Предложение поразмышлять над революционной эпохой через столетие и в большом историческом времени - 1902-1922 гг. - представляется интересным и плодотворным, хотя ряд историков предлагал раздвинуть эти рамки, начиная осмысление с конца XIX в.1 и завершая концом 20-х - началом 30-х гг., или даже взглянуть на нее в пространстве столетней революции.2

В любом случае, размышляя об истоках Российской революции или революций, несомненно, полезно углубиться на годы, десятилетия или даже века отечественной истории, размышляя об ее логике развития и генотипе, что имеет традиции в исторической литературе и обществознании. Это касается, например, темы «раскола», характерного для российского общества на протяжении веков (политического, социального, социокультурного), или суждений о России как «расколотой цивилизации».3

В любом случае несомненно, что та непримиримость, которая выплеснулась в России в начале ХХ века, копилась веками, воплощаясь в многочисленные внутренние коллизии - смуты, крестьянские и другие войны, восстания, национально-освободительные движения и др.

Отсутствие навыков политического диалога и достижения консенсуса во взаимоотношениях государства, общества и личности (в начале ХХ в. в России только складывались элементы гражданского общества, правового государства и начинался процесс превращения человека в гражданина), авторитарные традиции российской государственности, широко использовавшей насилие во взаимоотношениях с обществом, а, с другой стороны, сложившиеся привычки россиян, «терпя до не могу», отвечать в итоге социальными взрывами, разрешать назревшие острые проблемы во взаимоотношениях с властью силовым путем, многовековая ненависть «низов» к «верхам» и обостренное чувство социальной справедливости - все это означало существование долговременных исторических предпосылок для революционного процесса и Гражданской войны в России в начале ХХ века. Традиции освободительного и революционного движения, сложившиеся в России, существенно отличались от других стран.

Начало ХХ в. характеризовалось нарастающим кризисом российского имперства в условиях осложняющейся международной обстановки и вызовов со стороны набиравшего силу национально-освободительного движения, представлявшего и воплощавшего в себе широкий спектр растущих и нереализуемых ожиданий и все более радикальных настроений и требований.

Важным направлением познания исторических корней и истоков революционной эпохи в России является анализ процессов модернизации в стране в конце XIX - начале XX вв. Страна переживала сложный и болезненный процесс перехода к индустриальному обществу, размывания устоев традиционного сельского уклада, урбанизации, попыток демократизации политической жизни, формирования новой культуры. Модернизация сопровождалась не только успехами, но и трудностями, обостряла внутренние конфликты, вела к социальной и культурной фрагментации общества. Это вынуждены были признавать даже апологеты якобы успешной модернизации России в начале ХХ в., о чем приходилось писать автору, анализируя дискуссии «оптимистов» и «пессимистов» последних лет.4 Экономический рост в России чередовался с кризисами и стагнацией, сопровождался политической нестабильностью, а к старым и неразрешенным противоречиям добавлялись новые.

Российское государство оказалось не готово отвечать на вызовы времени. Имперская власть и система управления были малоэффективны и раздирались противоречиями. Попытки модернизации России блокировались и «справа», и «слева». Неиспользованные возможности преобразования страны посредством реформ усиливали предпосылки для решения назревших задач революционным путем. Можно согласиться с академиком В. В. Алексеевым, разработчиком концепции столетней революции в России, что взаимодействие между модернизацией и революцией является ключевым вопросом при осмыслении судьбы России в ХХ в.5

Истоки и начало Российской революции следует искать в событиях «великой крестьянской революции», начавшейся с серии крестьянских восстаний, прокатившихся в 1902 г. от Поволжья до Харьковской и Полтавской губерний. Это свидетельствовало о начале борьбы крестьян, которая с подъемами и спадами будет продолжаться по начало 20-х гг. Инициируя в начале 90-х гг. XX в. международный научно-исследовательский проект «Крестьянская революция в России. 1902-1922», его руководители В. П. Данилов и Т. Шанин справедливо указывали, что «глубинной основой социальных, политических и экономических потрясений в России была именно «крестьянская революция». «Все другие политические и социальные революции совершались на фоне крестьянской революции»,6 - утверждали они.

Первая российская революция 1905-1907 гг. указала проблемы, требовавшие решения, выявила цели и интересы широких социальных сил (рабочих, крестьян, солдат, матросов, национальностей), поднявшихся против власти, продемонстрировала разнообразие форм и методов борьбы. Эта революция, несколько лет потрясавшая страну, оставила неизгладимый след в общественном сознании. Она была, по сути, предупреждением властям страны о том, что их может ждать в случае, если комплекс назревших проблем не будет решен. Так и произошло спустя десять лет.

Истоки и происхождение Российской революции и Гражданской войны в России были во многом связаны с Первой мировой войной и обусловлены ею. Ее столетие, происходившие в связи с этим дискуссии и обширная новейшая литература, которые анализировал автор,7 позволяют глубже понять их взаимосвязь. Новый тип войны и ее тотальный характер обусловили потребность мобилизации всех экономических, социальных, духовных сил нации ради достижения победы, привели к колоссальному перенапряжению, потребовали тесной взаимосвязи усилий и взаимопонимания государства и общества. В этих условиях особое значение приобретали диалог власти и населения страны, способность убедить его в необходимости этой войны. Но попытки обосновать ее якобы справедливый и освободительный характер, сформировать патриотические настроения на фронте и в тылу, трактовать ее как вторую Отечественную войну провалились.

Россия и ее население в полной мере ощутили на себе потрясения мировой войны, глобального кризиса человеческой и капиталистической цивилизации. В этой войне формировались предпосылки не только для революции, но и гражданской войны, причем, не только российской. Британские историки Э. Бриггс и П. Клэвин вынесли в название главы своей книги термин «Европейская гражданская война», учитывая тяжелейшие социальные и политические коллизии и потрясения, которые сопровождали мировую войну в ее эпицентре - на европейском континенте.8

Именно мировая война во многом сформировала атмосферу и психологию российского общества, поведение его широких слоев, их убеждение в том, что назревшие проблемы можно и нужно решать только, или главным образом, посредством насилия. Благодаря этой войне миллионы людей получили в руки оружие, а «человек с ружьем» стал одной из главных действующих фигур на российской социальной и политической авансцене. Неудачи в войне обнажили слабость имперской власти и привели к ее десакрализации, что, в свою очередь, стало одним из важных факторов грядущей революции. Продолжавшееся и в дальнейшем падение авторитета власти и распад государственности, нарастание хаоса стали важной предпосылкой Гражданской войны.

Первая мировая война обнажила кризис Российской империи как многонационального государства. С этой точки зрения ряд современных западных историков предлагает считать началом Гражданской войны в России восстание 1916 г. в Туркестане, подавленное царизмом с жестокостью и большими жертвами,9 что, по мнению автора, все-таки неправомерно.

Вошедшее в научный оборот сегодня понятие «Великая российская революция» объединяет воедино Февральскую, Октябрьскую революции и Гражданскую войну в стране, подчеркивая их тесную и неразрывную связь. И действительно, ход революционных событий 1917-го, кипение страстей, обострявшаяся борьба, нараставшее насилие, разнообразие конфликтов, динамика и последствия происходивших перемен, во многом формировали и предпосылки для Гражданской войны.

Столетие Российской революции (или революций) 1917 г. вызвало всплеск острой полемики и полярность суждений по таким вопросам как: была ли революция благом или злом, триумфом или трагедией, спасла Россию от катастрофы, открыв для нее и мира новые перспективы развития, или, напротив, погубила ее. В публицистике и в научной литературе в связи с происходившими дискуссиями и их остротой использовались термины «война» или «войны»: «война интерпретаций», «интеллектуальные войны». Заметим, что при обсуждении революционной темы шла речь не только о прошлом, но и настоящем и будущем России, да и не только нашей страны. Дискуссии были связаны с выяснением роли революций в прошлом и настоящем как способа трансформаций и обновления мира, с оценкой значения социалистической идеи в российской и мировой истории, сегодня и в перспективе.

Новый раунд дискуссий о Февральской революции характеризовался ярко выраженной тенденцией к конспирологии, стремлению видеть в ней прежде всего действия заговорщиков, различных оппозиционных групп, преследовавших свои интересы. Но возникает вопрос, могло ли произойти падение самодержавия, если бы не решительные революционные действия рабочих и солдат Петрограда, которые сокрушили основы старой власти, вызвали волну ее отрицания на фронте и в тылу, в российских и национальных регионах.

После Февральской революции и падения монархии Россия стала самой демократической страной в мире. А вот способность распорядиться завоеванной свободой, развитие событий в стране от Февраля к Октябрю, переход от одного революционного проекта к другому, разнообразие существовавших развилок и альтернатив вызвали, с одной стороны, особый интерес, а с другой, - полярные суждения и интерпретации в литературе юбилейного года и в дальнейшем. Отметим усилившийся негатив в отношении не только действий большевиков, но и Временного правительства, немало сделавшего для разрушения старой государственности, но не преуспевшего в конструировании основ новой власти, допустившего много ошибок, которые привели к утрате им популярности и к изоляции.

Но важно и анализировать действия широких слоев населения, вышедших на арену социальной и политической жизни и действовавших через создаваемые ими Советы и другие органы массового представительства и чем далее, тем менее полагавшихся на политиков, оказавшихся у власти весной 1917 г. Стремительно радикализируясь, эти втягиваемые в политику люди, уже не удовлетворялись реформистскими обещаниями Временного правительства в условиях углублявшегося кризиса, а связывали свои надежды с социалистической альтернативой. Следовавшие один за другим кризисы власти усугубляли и без того сложное положение Временного правительства.

В таких условиях широкие массы населения брали инициативу решения назревших вопросов в свои руки, что вызывает разные интерпретации в современной литературе. Одни авторы видят в этом смуту, анархию, хаос и охлократию, а другие - рост революционного творчества и инициативы масс, почувствовавших свои силы и возможности и стремившихся действовать самостоятельно или в союзе с теми политическими партиями, которые не скомпрометировали себя пребыванием во власти. Такими партиями были большевики и левые эсеры. И в них широкие массы населения видели союзников, поддерживавших их лозунги и требования. Во второй половине 1917 г. дело шло к развязке. Провал в августе попытки консервативных сил, пытавшихся подавить революционное движение (выступление под руководством генерала Л. Г. Корнилова), обернулся тем, что политический маятник резко качнулся влево.

Октябрьский рубеж российской истории и причины прихода большевиков к власти вновь оказались в центре дискуссий в канун векового юбилея. Следует признать, что многие современные авторы, в том числе профессиональные историки, критически или негативно относятся к этой вехе истории, хотя интерпретации происходившего сто с лишним лет назад и различаются.

Автор разделяет мнение тех исследователей, которые полагают, что большевики пришли к власти в условиях глубокого кризиса государственности и общества, экономики и социальных отношений, на волне массового народного протеста, когда сомкнулись воедино волны разных революций -пролетарской, крестьянской, солдатской, гендерной, национальных, региональных, локальных, с их хорошо известными лозунгами и требованиями: землю - крестьянам; фабрики - рабочим, немедленный мир без аннексий и контрибуций; право наций на самоопределение вплоть до отделения и создания самостоятельных государств; равноправие полов; перераспределение власти из центра в регионы и на места и др. Налицо было стремление людей самостоятельно, напрямую - через свои органы массового представительства и прямой демократии - решать назревшие и наболевшие вопросы.

Большевики пришли к власти в Петрограде в октябре 1917 г., подхватив лозунги масс и поставив их во главу своей программы. Социалистические, общедемократические и антивоенные требования переплетались воедино. В этом потоке революций преобладало во многом разрушительное, радикальное начало - антибуржуазная (ориентированная в перспективе на социализм), антивоенная, антифеодальная, антипомещичья, антиимперская, антицентралистическая, антибюрократическая. Соединение и сплетение воедино разных революционных потоков и интересов не только усиливало мощь происходивших потрясений и масштабность революционных процессов, но было и источником противоречий, и известной слабости движения, предопределяя будущие проблемы, с которыми столкнутся большевики, взяв власть.

Людей двигали к новому рубежу революции стремление к социальной справедливости, надежда на создание общества, где восторжествуют идеалы свободы, равенства и братства. Сегодня это часто отрицается критиками Октябрьской революции, стремящимися доказать, что это было не более чем громкими словами и лозунгами, а реальность была совершенно иной и в ней доминировали анархия, стихия, бедствия, страдания и террор. Да, все это было в том сложном времени, но сводить только к этому вряд ли правомерно.

По давней антикоммунистической традиции октябрьскому рубежу отечественной истории часто отказывают в праве называться революцией и именуют его переворотом, подчеркивая тем самым его верхушечность, недемократичность и неправомерность. Но если события в Петрограде и свержение Временного правительства большевики и сами в ту пору нередко называли переворотом, то его последующим этапом стала политическая и социальная революция, охватившая всю страну и распространившая свое влияние далеко за ее пределы. Октябрьская революция олицетворяла собой переход от одной общественно-политической формации к другой.

Английский историк С. Смит в книге, опубликованной в 2017 г., которую трудно назвать апологией Российской революции, заметил в заключении:

«Мы не поймем 1917 год, если не приложим усилия для понимания надежды, идеализма, героизма, злости, страха, отчаяния, которые его мотивировали: страстное желание мира, глубокое неприятие социально порядка в отношениях между имущими и неимущими, гнев на несправедливость, пронизывавшую российское общество».10

Оценивая Российскую революцию 1917 г., следует признать, что революции, как правило, не дают немедленных положительных результатов. Напротив, значительная часть времени (особенно в масштабных и великих революциях) уходит на разрушение старых основ власти, отношений собственности, норм и традиций жизни, что часто сопровождается глубокими коллизиями, насилием и террором. И лишь потом на расчищенном фундаменте начинается строительство нового общества. Это в полной мере относится и к Российской революции, тем более что она происходила в условиях мировой войны, а попытки выйти из нее обернулись сначала интервенцией Четверного союза, после провала переговоров о мире, а затем и интервенцией Антанты.

Следует иметь в виду и другое. Большевики рассматривали Октябрьскую революцию как начало мировой революции, надеясь на скорую поддержку пролетариата передовых стран Запада, от которых зависела ее судьба и спасение. Напомним признания В. И. Ленина в июле 1921 г.: «Когда мы начинали мировую революцию, мы делали это не из убеждения, что можем предварить ее развитие, но потому, что целый ряд обстоятельств побуждал нас начать эту революцию. Мы думали: либо международная революция придет нам на помощь, и тогда наши победы вполне обеспечены, либо мы будем делать нашу скромную революционную работу в сознании, что, в случае поражения, мы все же послужим делу революции, и что наш опыт пойдет на пользу другим революциям».11 Но надежды на мировую революцию не оправдались, и большевикам пришлось осуществлять задуманное, а затем и защищать свою революцию, в одиночку.

Размышления о Российской революции, ее значении и исторических уроках в связи со столетним юбилеем воплотились автором этих строк в серию статей, где он не только давал оценку этих событий и процессов, но и анализировал новейшую отечественную и зарубежную литературу.12 Здесь же хотелось бы подчеркнуть лишь еще один важный тезис. Революции - это чрезвычайный способ разрешения назревших противоречий. Но если власть предержащие игнорируют или неспособны решать проблемы общества, то именно революция дает шанс на новую жизнь, как это было в 1917 г. в России, а до и после этого - во многих других государствах мира.

Российская революция органично переплеталась в своем развитии и перерастала в Гражданскую войну. К этой тематике неоднократно обращался и автор в своих последних работах.13 Начало Гражданской войны в России является предметом продолжающихся дискуссий.14 Многое зависит от того, что авторы понимают под понятием «гражданская война», и в какой мере отличают ее от других форм борьбы - «революция», «вооруженный конфликт», «восстание» и др.

Ряд исследователей связывает начало Гражданской войны с Февральской революцией, и прежде всего с ее событиями в Петрограде, указывая, что речь идет о ней в широком смысле слова, когда вооруженная борьба была средством борьбы за власть, и, связывая это со всплеском насилия, значительным числом жертв как со стороны участников революции, так и их противников.15

Но в действительности, обозначив собой историческую взаимосвязь революционного процесса и гражданской войны, Февральская революция стала лишь актом или эпизодом краткосрочной и ограниченной гражданской войны, хотя и имела далеко идущие последствия. По мнению некоторых авторов, с февраля 1917 года начался так называемый «инкубационный» период вызревания этой войны, когда она проявлялась на протяжении нескольких последующих месяцев в латентной, скрытой форме, в виде отдельных эпизодов, столкновений с использованием оружия.16 К их числу относят прежде всего события апреля и особенно июля 1917 г. в Петрограде.

Летом 1917 г. в периодической печати и на митингах активно зазвучала тема раскола общества и опасности гражданской войны. При этом политические противники обвиняли в «контрреволюции» и разжигании гражданской войны своих оппонентов, а термин «контрреволюция» трактовался как наличие угрозы революции и «справа», со стороны монархистов и военщины, и «слева», со стороны большевиков, анархистов и др.

Ряд исследователей считает началом Гражданской войны августовское выступление генерала Корнилова, поход его войск на Петроград.

Октябрь 1917 г. часто именуется как его сторонниками, так и противниками, началом Гражданской войны в стране, хотя трактуется по-разному. Если первые связывают это с новой эпохой революционной истории, потребностью решения назревших проблем на путях социализма и готовностью защитить рождающееся социалистическое Отечество от контрреволюционных поползновений, то вторые объясняют ее незаконностью октябрьского переворота, углублением хаоса и анархии в стране, что требовало решительного противодействия большевикам.

Конец 1917 г. характеризовался различными событиями и фактами вооруженного противодействия установлению власти Советов в стране. Но все они были лишь эпизодами гражданской войны и ее локальными очагами. У сил, пытавшихся оказать вооруженное сопротивление большевикам, не было четкой программы действий, центров сопротивления, ярких лидеров, значительных вооруженных сил и серьезной социальной поддержки.

Для большевиков первостепенной задачей была реализация своих обещаний, осуществление декретов, принятых II съездом Советов по ключевым проблемам современности (земля, выход России из войны, рабочий контроль над производством и др.). Главной угрозой их власти в первые недели было даже не столько сопротивление их противников, в ряде случаев вооруженное, сколько набиравшие силу в условиях распада и краха старой государственности (и отсутствия эффективно функционирующей новой) хаос и анархия, воплощавшиеся в различные формы деморализации общества: винные погромы, пьяные бунты, агрессию, погромное движение, вакханалию самоуправства и самосудов и др. Ситуация в стране усугублялась ростом сепаратистских тенденций, распадом сложившихся экономических связей.

Необходимо было в короткие сроки создать новую государственность, сформировать власть в центре и на местах, решить сложнейший комплекс проблем управления. Следовало не только установить власть Советов в регионах и на местах, обеспечив победу большевиков и левых эсеров в них, но и добиться признания и авторитета новой власти в обществе.

Популярность социалистических идей в России, что продемонстрировали и выборы в Учредительное собрание, вновь поставила на повестку дня вопрос о взаимоотношениях и сотрудничестве социалистов разных направлений, что могло стать механизмом, препятствующим возможности начала Гражданской войны в стране. Популярной после свержения Временного правительства была идея создания однородного социалистического правительства, которая подкреплялась ультиматумом Всероссийского исполкома железнодорожного профсоюза и находила поддержку ряда видных большевиков, но не была реализована. Другой компромиссной идеей могло стать сосуществование советской власти и Учредительного собрания, которая тоже не была осуществлена.

Так или иначе, сложные и противоречивые процессы становления советской власти, сопротивление ее противников и борьба с ним, кардинальные сдвиги в общественном сознании и психологии, формирование «образа врага», мешающего движению вперед и тормозящего революционный процесс, и призывы решительно бороться с ним, в том числе прибегая к насилию, углубление общего кризиса в стране, распад ее пространства - все эти составляющие и компоненты были вехами на пути к Гражданской войне в стране.

Вместе с тем, в 1917 г. и в первые месяцы 1918 г. речь шла о так называемой «малой» Гражданской войне, которая имела очаговые проявления и не приобрела пока широких масштабов и общероссийского характера.

Основные слои населения были втянуты в решение актуальных для них задач, используя возможности, созданные революцией. Крестьянство занималось переделом земли, опираясь на Декрет о земле, а затем и на Закон о социализации земли. Солдаты после Декрета о мире, заключения перемирия и объявленной демобилизации старой армии возвращались домой (прежде всего в деревню), спеша к развернувшемуся земельному переделу. Рабочие использовали возможности Декрета о контроле над производством для того, чтобы, опираясь на фабзавкомы, активизировать свое участие в делах предприятий или даже перейти к управлению ими.

Принятая в начале ноября 1917 г. Советом народных комиссаров «Декларация прав народов России» отменяла национальные и национально-религиозные привилегии и ограничения, обещала народам страны право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельных государств, а национальным меньшинствам и этнографическим группам - свободное развитие, что открывало, казалось бы, широкие возможности для их творчества и развития.

Но анализ реалий демонстрировал нарастание глубоких внутренних противоречий в процессах революционного обновления, усиление социального эгоизма, рассогласование и столкновения революционных потоков. В результате на возникавших своего рода «тектонических разломах» Российской революции вызревали семена гражданской войны, набирали силу хаос, анархия, «феномен толпы» и т.п. Явления распада и дезорганизации власти и производства, нараставшие в 1917 г., привели на следующий год российское общество к тотальному кризису и перерастанию так называемой «малой» в широкомасштабную гражданскую войну.

Кратко характеризуя процессы движения к гражданской войне, следует прежде всего обратиться к ситуации в деревне, где проживало более 80% населения. Крестьянская революция с ее общинной доминантой и императивом «черного передела», стремлением ввести в его орбиту все земли, в чьей бы собственности и пользовании они не находились, выливалась во внутрикрестьянскую борьбу, вела к падению товарного производства и нарастающему конфликту с городом и государством. Крестьян интересовали три главные проблемы: земля и свобода торговли, возможность продавать свою продукцию по максимально высоким ценам и независимость от кого бы то ни было, но не ситуация в стране в целом и ее продовольственное снабжение.

Попытки советской власти в мае-июне 1918 г. ввести продовольственную диктатуру для спасения городов от голода и принудительно изъять в сельской местности продовольствие, направляя туда продотряды, а также расколоть деревню, создавая комитеты бедноты, привели к вооруженной конфронтации с крестьянством и резкому обострению Гражданской войны в стране.

В ходе реализации требований рабочей революции с ее нарастающим радикализмом, что воплотилось в так называемую «красногвардейскую атаку на капитал» усиливались противоречия между трудом и капиталом, с одной стороны, и между рабочими коллективами, часто пытавшимися через свои организации (прежде всего фабзавкомы) перейти к рабочему управлению производством, и советским государством в лице его формирующихся хозяйственных институтов. В результате (и особенно учитывая отсутствие у новых структур умений и навыков управления) усиливалась дезорганизация на производстве, углублялся кризис в промышленности и в экономике в целом.

Попытки советской власти перестроить весной 1918 г. формы и методы своей хозяйственной деятельности, отказавшись от форсированных и штурмовых методов строительства новой экономики, вводя элементы плановости, государственного регулирования и централизации, дисциплины, рационализации, повышая роль специалистов на предприятиях, наталкивались на оппозицию, обвинения в стремлении вновь «закрепостить рабочих». Это сказалось и на росте популярности меньшевиков в рабочей среде, и на обострении межпартийной борьбы на выборах в Советы. В Петрограде была предпринята попытка создать Чрезвычайное собрание уполномоченных фабрик и заводов Петрограда с целью представления и защиты рабочих интересов во взаимоотношениях с советской властью. Усилия по созданию подобных собраний уполномоченных были предприняты и в целом ряде других городов и регионов России.17

Все это осложняло положение большевиков и ослабляло социальную опору советской власти.

В конце 1917 - начале 1918 гг. в стране набирали силу сепаратистские тенденции, «парад суверенитетов». Власть Советов трудно складывалась в советскую власть. Налицо было многообразие противоречий между городскими и сельскими Советами, между центральными органами государства, региональными и местными Советами. Сами они являлись ареной острой политической и межпартийной борьбы. Будучи важным инструментом прямой демократии, самовыражения и представительства масс, Советы не смогли стать эффективной основой новой государственности, способной обуздать стихию, поднять страну из хаоса, тем более, что в это время происходило разрушение не только старых органов власти и правовых институтов, но и дореволюционной системы гражданских связей.

Десакрализация власти, в данном случае уже советской, которая не смогла стать эффективной и авторитетной в обществе, являлась духовной предпосылкой к Гражданской войне. И в дальнейшем уже партия большевиков, трансформируясь сама и отказываясь от теоретических постулатов «государства-коммуны», «полугосударства», станет политическим и организационным ядром, консолидирующим советскую государственность.

Весной 1918 г. Советская Россия превратилась в пространство с разорванными социальными и экономическими связями, территориями, стремившимися к обособлению и самостоятельному выживанию. Действия центральной советской власти и большевиков по собиранию и укреплению новой государственности наталкивались на сопротивление различных сил, и эта борьба вылилась в многообразные проявления набирающей силу гражданской войны. Раскол в обществе углублялся. Кажущаяся слабость советской власти подталкивала ее противников к решительным действиям. Недовольные властью большевиков политические партии и организации («Союз возрождения России», «Национальный центр» и др.) пытались консолидировать своих сторонников, призывая их не только к политической, но и к вооруженной борьбе для свержения советской власти.

Все более сложный и противоречивый характер приобретали в 1918 г. национальные и межнациональные отношения, обострялась борьба центробежных и центростремительных сил. Набирали силу национальный радикализм, стремление к обособлению, отгораживанию и созданию независимых государств в национальных районах. Эта борьба, муки рождения и становления суверенных государств сопровождались многочисленными проявлениями национальных, межнациональных, социальных и политических конфликтов. Гражданские войны развернулись в конце 1917 г. на Украине, а в конце января 1918 г. - в Финляндии, получившей в декабре независимость из рук советской власти.

Социально-классовые и национальные, межнациональные расколы на национальных окраинах, борьба с внешними захватчиками становились составной частью Гражданской войны, разгоравшейся на распадавшемся пространстве бывшей Российской империи.

Солдатская, антивоенная революция привела к выходу России из войны и роспуску старой армии. Но выход из войны не завершился реализацией провозглашенных ранее идей демократического мира, мира без аннексий и контрибуций, а после трудных переговоров со странами Четверного союза привел к возобновлению боевых действий, продемонстрировавших неспособность Советской России к ведению войны. Все это завершилось унизительным Брестским миром и глубоким кризисом в стране. Обвинение большевиков в германофильстве и попытки расширения антибольшевистского движения на патриотической основе стали важной частью его формирующейся идеологической программы в Гражданской войне.

Продолжавшаяся Первая мировая война во многом предопределяла неизбежность иностранного вооруженного вмешательства в дела распадающейся страны, что осуществлялось как противоборствующими во мировой войне коалициями - Антантой и Четверным союзом, так и отдельными странами - Румыния, Финляндия.

В конце весны - начале лета 1918 г. Гражданская война переросла в широкомасштабную и «фронтовую» войну, что было обусловлено целым рядом событий, процессов, причин и факторов. Следует особо отметить вооруженное выступление Чехословацкого корпуса, ставшее катализатором Гражданской войны в России, объединяющей силой антисоветской борьбы на обширном пространстве от Волги до Дальнего Востока, что привело к формированию ряда антибольшевистских правительств и армий и созданию первого советского фронта (Чехословацкого, а затем Восточного) для борьбы с ними.

Расширение военной интервенции Антанты в России, наряду с аннексионистскими действиями Четверного союза, стало одним из важных факторов и составляющих Гражданской войны в стране. Активизация иностранной военной интервенции стимулировала и подъем антибольшевистского движения в стране, лидеры которого рассчитывали в своей борьбе на всемерную иностранную помощь. Иностранцы же предполагали использовать это движение для реализации своих целей России (военно-стратегических, политических, геополитических, экономических и др.), и это станет в дальнейшем причиной нарастающих противоречий между этими силами в борьбе с советской властью.

Введение продовольственной диктатуры для борьбы с голодом, направление в деревню продовольственных отрядов и создание там комитетов бедноты привело к столкновениям с крестьянством и к его массовому сопротивлению, что стало одним из определяющих факторов перехода к широкомасштабной Гражданской войне в стране.

Крупные вооруженные антисоветские выступления произошли весной - в начале лета в казачьих районах страны, и в первую очередь на Дону под руководством генерала П. Н. Краснова, получившие в отличие от конца 1917 - начала 1918 года достаточно массовую поддержку казаков. Это было обусловлено чрезвычайной политикой советской власти по изъятию продовольствия и действиями продотрядов, наступлением на казачьи обычаи и самоорганизацию. Имевшие хорошую военную подготовку и опыт казаки составили мобильный и боеспособный костяк белых армий.

Крайнюю остроту приобрела партийно-политическая борьба, когда противники прибегали к широкому использованию силовых и репрессивно-террористических методов. Конфронтация на левом (социалистическом) фланге российского политического спектра в условиях вывода так называемых «умеренных» социалистов из Советов (постановление ВЦИК от 14 июня 1918 г.), закрытия их печатных органов и лишения иных средств легальной оппозиционной борьбы привела к тому, что они стали использовать силовые методы, создавать вооруженные формирования, антибольшевистские правительства и часто доминировали в последних. Шанс на создание правительственной коалиции представителей социалистических партий как возможной альтернативы Гражданской войне в стране был окончательно упущен.

Вся эта совокупность факторов, событий и процессов знаменовала собой переход к новому качеству Гражданской войны в России, когда ей была подчинена вся жизнь страны и общества. Вызревание ее предпосылок и причин было довольно длительным процессом. Можно говорить о растянувшемся на длительный период времени процессе «вхождения» или «вползания» России в Гражданскую войну, и этот процесс имел свои особенности в различных регионах страны. Различия в толковании самого понятия «гражданская война» и рассмотрение ее в России как серии или комплекса войн дали основание к постановке вопроса не только о «начале Гражданской войны», но о «начале гражданских войн».18

Разразившаяся в России в конце весны - начале лета широкомасштабная и «фронтовая» Гражданская война вобрала в себя различные виды расколов, как титульной (русской), так и целого ряда других наций, и была обусловлена широким комплексом внутренних и внешних причин. В этой войне воплотись различные виды внутренних противоборств и борьба с интервентами. Все это предопределяло ее длительность и крайнюю ожесточенность.

Гражданской войне в России посвящена обширная отечественная и зарубежная литература, насчитывающая, по оценке автора, более 30 тыс. изданий только книжного формата, и в своих монографиях и статьях он подробно рассматривал ее историографию конца ХХ и начала XXI вв., ее основные проблемы и тенденции.19

Гражданскую войну в России правомерно характеризовать как сложный и уникальный исторический феномен в многообразии военных, политических, экономических, социально-классовых, социокультурных, культурно-религиозных, духовно-нравственных, национальных и межнациональных процессов, конфликтов и расколов, разнообразных внутренних и международных столкновений и противоборств, обстоятельный анализ которых и позволяет понять исход борьбы на линиях и за линиями фронтов, и итоги войны.

Важной характеристикой Гражданской войны в России является ее глобальный и тотальный характер. Она охватила все пространство страны, включая самые удаленные ее уголки, разделила классы, слои, группы населения (линия раскола происходила как между ними, так и внутри них), развела, образно говоря, по разные стороны баррикад друзей, соседей, членов семей. Это и составляло в совокупности общую, крайне противоречивую и драматическую картину Гражданской войны в России. Противоборство в ней велось на военном, политическом, дипломатическом, социальном и культурном фронтах, но главным из них была все-таки вооруженная борьба, ибо от ее исхода в решающей степени зависел исход Гражданской войны.

Автор в своих работах неоднократно обращался к концептуализации и раскрытию феномена Гражданской войны в России,20 считая, в частности, продуктивным рассмотрение ее как серии или комплекса войн (гражданских войн), разнообразии видов вооруженных и иных противоборств.

Правомерно выделять и исследовать в российской Гражданской войне такие виды противоборств, как война советского и антибольшевистского лагерей, фронтовое противостояние Красной и белых армий и их борьбу с противниками на внутренних фронтах; борьба общества и государства в различных проявлениях; столкновения центробежных и центростремительных сил, национальные, межнациональные и региональные войны и вооруженные конфликты; военные интервенции стран Антанты, Четверного союза и отдельных государств; советские попытки «экспорта революции» в страны Европы и Азии, военные и политические действия за пределами страны; восстания, заговоры, деятельность антиправительственных группировок в тылу противника, подпольная, партизанская и террористическая деятельность и др.21

Компаративный подход и сравнение Гражданской войны в России с подобными войнами, и прежде всего в ХХ в. (в Китае, Корее, Испании, Финляндии и др.), а также и более раннего времени, представляется плодотворным и позволяющим глубже понять ее генезис, логику развития, исторические уроки и последствия, а также найти пути и способы примирения общества.

Накопленный исследовательский опыт и сложившаяся обширная отечественная и иностранная литература по истории Гражданской войны в России, существующие теоретико-методологические и концептуальные наработки, обширный круг разнообразных источников являются фундаментом при подготовке XII тома (в двух книгах) 20-томной академической «Истории России», работа над которым идет сегодня.

Автор статьи В.И. Голдин - д.и.н., профессор кафедры регионоведения и международных отношений САФУ им. М.В. Ломоносова



1 Pipes R. The Russian Revolution, 1899-1919. New York, 1990; Figes O. Revolutionary Russia, 1891-1991. London, 2014.
2 Алексеев В. В. Столетняя революция в России // Северная Евразия: взгляд через тысячелетия. Екатеринбург, 2000. С. 35-48.
3 Россия - расколотая цивилизация? // Отечественная история. 1994. № 4-5. С. 3-25.
4 Голдин В.И. 1917 год в России, размышления в канун столетия // 1917 год в судьбах регионов, страны и мира. Архангельск, 2017. С.22-29.
5 Алексеев В. В. ХХ век: вызовы времени и ответы России // Судьба России: вектор перемен. Екатеринбург; М., 2007. С. 35.
6 Крестьянское восстание в Тамбовской губернии в 1919-1921 гг. («Антоновщина»). Документы и материалы. Тамбов, 1994. С. 6.
7 Голдин В. И. По ступеням столетия: история и политика // Вестник Северного (Арктического) федерального университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». 2016. №1. С.23-31; Он же. От Первой мировой к Гражданской войне в России: уроки истории и современность // Альманах Ассоциации исследователей Гражданской войны в России. 2014. Вып. 1. С. 48-57 и др.
8 Бриггс Э., Клэвин П. Европа нового и новейшего времени. С 1789 года и до наших дней. М., 2006. С. 222.
9 Smele J. The “Russian” Civil Wars. 1916-1926. Ten Years That Shook the World. London, 2015; Гражданская война в России: взгляд через 100 лет. Проблемы истории и историографии. СПб., 2018. С.106.
10 Smith S.A. Russia in Revolution. An Empire in Crisis, 1890 to 1928. Oxford, 2017. P.393.
11 Ленин В. И. ПСС. Изд. 5-е. Т.44. М., 1969. С. 36.
12 Голдин В. И. 1917 год в России: размышления в канун столетия // 1917 год в судьбах регионов, страны и мира. Архангельск, 2017. С.10-48; Он же. Российские революции 1917 года: драма познания // Известия Иркутского государственного университета. Серия «Политология. Религиоведение». 2017. Т.22. С.10-18; Он же. Российская революция на весах истории: размышления после юбилея // Вестник Северного (Арктического) федерального университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». 2018. №3. С.15-25.
13 Голдин В. И. Революция и Гражданская война в России: звенья одной цепи? // Альманах Ассоциации исследователей Гражданской войны в России. 2017. Вып.3. С.9-15; Он же. 1917 год и гражданская война в России: осмысление спустя столетие // Личность, общество и власть в истории России. Новосибирск, 2018. С.241-259.
14 См.: например: Гражданская война в России: взгляд через 100 лет. С.193-197.
15 Гражданская война в России: взгляд через 100 лет. С. 61, 194; Поляков Ю.А. Гражданская война в России: возникновение и эскалация // Отечественная история. 1992. №6. С. 33-34.
16 Кара-Мурза С. Г. Гражданская война (1918-1921) - урок для XXI века. М., 2003. С. 28; Волков С. В. Трагедия русского офицерства. М., 2002. С. 15.
17 Собрание уполномоченных и питерские рабочие в 1918 г. Документы и материалы. СПб., 2006; Рабочее оппозиционное движение в большевистской России. 1918 г. Собрания уполномоченных фабрик и заводов. Документы и материалы. М., 2006.
18 Колоницкий Б. И. От мировой войны к гражданским войнам (1917? - 1922?) // Российская история. 2019. № 1. С. 21.
19 Голдин В. И. Россия в гражданской войне. Очерки новейшей историографии (вторая половина 1980-х - 90-е годы). Архангельск, 2000; Он же. Гражданская война в России сквозь призму лет: историографические процессы. Мурманск, 2012; Он же. Современная историография Гражданской войны в России // Россия в годы Гражданской войны, 19171922 гг.: власть и общество по обе стороны фронта. М., 2018. С. 11-18.
20 Голдин В. И. Россия в гражданской войне. Гл. 3; Он же. Гражданская война в России сквозь призму лет: историографические процессы. Гл. 3.
21 Подробнее см.: Голдин В. И. Истоки и феномен Гражданской войны в России: взгляд через столетие // Былые годы. 2015. Т.36. №2. С. 382-387.


Просмотров: 644

Источник: Голдин В. И. Эпоха революционных потрясений и Гражданской войны в России: размышления спустя столетие // Эпоха Революции и Гражданской войны в России. Проблемы истории и историографии. — СПб.: Издательство СПбГЭТУ «ЛЭТИ», 2019. — С. 8-26



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X