Русские офицеры, турецкие пленные и опиум

Предлагаем вашему вниманию отрывок из "Писем морского офицера" - дневниковых походных записях Павла Ивановича Панафидина - русского морского офицера, написанных во время Второй Архипелагской экспедиции.
Данная экспедиция - это поход и стратегические действия русского Балтийского флота под командованием адмирала Дмитрия Николаевича Сенявина в Средиземном море в 1805—1807 годах. Происходила во время войн третьей и четвёртой антифранцузской коалиции и русско-турецкой войны 1806—1812 годов. Во время этой экспедиции русский флот разгромил турецкий в Дарданелльском и Афонском сражениях.


П.И. Панафидин. Письма морского офицера. Отрывок.

Турки - народ видный, гораздо красивее своих подвластных греков. Матросы одеваются очень просто: на босу ногу башмаки, короткие шаровары по колено, куртка, подпоясанная кушаком, в небольшая чалма. Они набожны и даже в плену, на корабле, всякий день молятся, подложи под колена свою куртку, сняв туфли и обратясь к стране Мекки; он уже ничего не видит и не слышит; его не отвлекает корабельная работа, ни шум ее. Всякий день два раза омываются; у каждого для этого медный кувшинчик; охотно пьют вино, но не явно. Бывает с ними похожее на опьянение, где они приходят в сумасшествие: это от опиума, что случилось на другой день у нас на корабле, ночью, на моей вахте, как только привезли пленных с взятого корабля.

Замечено часовыми, что у одного турка в кармане кремень и огниво, что им строго запрещено было иметь. Через переводчика потребовали отдачи непозволительных вещей никакие убеждения не могли заставить добровольно отдать эти вещи: надобно было употребить силу. Его взяли под караул на баке, где он, как собака, стал кусать всех окружающих; его связали, и он, связанный, укусил некоторых, поблизости его стоящих. Можешь себе представить, как озлобились люди, бывшие на баке! Совет, данный одним австрийцем, служившим солдатом в морском полку, бросить его за борт, был принят, а мичман Подушкин не мог остановить сего зла; шлюпка, посланная для его спасения, не могла спасти сего несчастного, напившегося опиума. Совесть меня долго мучила, для чего я слишком доверял своему товарищу, а не явился сам на бак: одно меня успокаивало, что действие парусов меня удерживало на шканцах и мог ли я не доверять равному мне по чину, а также воспитаннику одного корпуса.


Просмотров: 7718



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X