Патентование изобретений в России (1812-1870 гг.)

Среди многих видов экономической деятельности важное место занимает патентование изобретений, связанное с оформлением в законном порядке права собственности человека на изобретение (путем получения от государства охранных документов — например, патентов).

Патентование охватывает обширный круг вопросов, связанных с охранными документами (чаще всего, патентами), — от оформления и подачи заявки на охранный документ до окончания срока его действия.

Изобретения патентуются, во-первых, потому, что изобретение, как результат определенной деятельности человека, является его интеллектуальной собственностью, и патент на это изобретение является официальным удостоверением в этом. Во-вторых, изобретения могут представлять коммерческий интерес, и в условиях конкурентной борьбы патент на изобретение предоставляет исключительные права на использование изобретения в течение срока действия патента.

Изобретения уже давно рассматриваются как важный фактор развития человеческой цивилизации вообще (например, изобретение колеса). В истории промышленного переворота XVIII—XIX вв. изобретения также занимают значительное место. Механический ткацкий станок и последующая механизация практически всех отраслей промышленности, паровой котел и его применение, например, в судоходстве и на железнодорожном транспорте, телеграф и телефон — вот лишь некоторые составляющие технологического прорыва, обусловившего интенсификацию всех сторон жизни людей.

Понимание важности и коммерческой ценности изобретений привело к тому, что их начали защищать в законном порядке, путем патентования, причем это явление носило массовый характер. Патентование становится одной из характерных черт промышленного переворота, и по развитости системы получения патентов в той или иной стране можно (до некоторой степени) судить о состоянии ее промышленности. С другой стороны, появление и оформление патентного права имеет социальную сторону, т.к. является определенным этапом развития прав человека, так что по степени востребованности патентного права в обществе можно судить о характере его правовой жизни.

Патентование изобретений (не обязательно крупных, но и незначительных усовершенствований) предполагает, что они могут принести конкретному человеку — изобретателю (или владельцу изобретения) коммерческую выгоду, дать дополнительную опору в конкурентной борьбе, а в конечном счете способствовать общему развитию экономики. Так, существуют оценки, по которым развитие промышленности в Англии в первой половине XIX в. было примерно на две трети обусловлено постоянным потоком и внедрением разнообразных изобретений.

Изучение истории патентования может дать новые сведения о составе изобретателей, об их отраслевых предпочтениях, о том, когда крупное изобретение или событие в экономической жизни влечет за собой поток изобретений.

Патентование изобретений тесно связано с целым рядом направлений и проблем в исторической науке: с историей изобретательства и историей техники, историей промышленности и историей предпринимательства, экономической историей в целом, причем все названные дисциплины в аспекте истории патентования имеют серьезные пробелы. Хотя именно история патентования изобретений представляет собой ту сферу, которая может стать связующим звеном между экономической историей, историей массового изобретательства и историей науки и техники.

В данной работе история патентования изобретений в России в 1812—1870 гг. впервые в отечественной историографии рассматривается как комплексное явление.

Литературы непосредственно по вопросам истории патентования изобретений немного. Так, существует лишь три крупных исследования по истории патентования изобретений в России. Во-первых, это работа А. А. Пиленко1, посвященная истории системы патентного права во всем мире с древнейших времен до конца XIX в.; остальные аспекты истории патентования в названной работе почти не затронуты. Эта работа явилась основой для всех исследователей при рассмотрении истории патентной сферы России, а некоторые выводы Пиленко до сих пор являются общепринятыми. Во-вторых, диссертация А. И. Плужника2 (защищенная в Московском государственном историко-архивном институте (МГИАИ) (с 1992 г. — ИАИ РГГУ), в которой показана работа госучреждений, связанных с патентным делом, а также очень подробно освещены отдельные ключевые моменты истории патентного дела, однако имеют место слишком критические оценки многих фактов. Третья работа — диссертация А. Аэр (Финляндия)3, рассматривающей историю патентной системы как судьбу в России института, зародившегося в иной правовой культуре. Здесь патентное дело увязано с мероприятиями российского правительства в области промышленности и большое внимание уделено количественным данным о патентовании изобретений.

Историки тех областей жизни, которые связаны с привилегиями на изобретения в России, то есть российского изобретательства, промышленности и государственной политики в области промышленности, предпринимательства, о привилегиях, как правило, только упоминают. Единственное исключение — это работа Н. С. Киняпиной4, где выдача привилегий рассматривается как одна из мер правительства по поощрению отечественной промышленности. Интересные сведения о привилегиях приведены в работе А. М. Соловьевой о промышленной революции в России5.

Таким образом, патентной системе России XIX в. пока посвящено мало работ, а комплексное изучение этой системы все еще не проведено. Данные о привилегиях на изобретения используются очень непоследовательно, что также связано с отсутствием целостной картины патентования изобретений.

Хронологические рамки нашей работы (1812—1870 гг.) выбраны в соответствии с датами издания патентных законов России, по которым привилегии на изобретения (патенты) юридически являлись законодательными актами.

Законодательство о патентовании изобретений



В течение рассматриваемого периода в России было издано два основополагающих патентных закона — в 1812 и 1833 гг.

В 1812 г. был издан «Манифест о привилегиях на разные изобретения и открытия в художествах и ремеслах»6. Манифестом вводилась система выдачи привилегий на изобретения для «поощрения отечественной промышленности и торговли». Привилегии выдавались министерствами, но этим документам был придан формальный статус закона: требовалось прохождение привилегии через Государственный совет и утверждение его решения императором. Проект этого Манифеста был написан М. М. Сперанским и в отдельных положениях копировал текст наиболее современного тогда французского закона о патентах 1791 г.7

В 1833 г. было издано «Положение о привилегиях»8. Этим актом был сделан ряд изменений и уточнений к Манифесту, которые были направлены на более четкую регламентацию процесса патентования. Положение 1833 г. действовало (с изменениями, не затрагивавшими общих принципов патентования) вплоть до 1896 г.

В 1870 г. появилось Высочайше утвержденное мнение Государственного совета «Об изменении порядка делопроизводства по выдаче привилегий на новые открытия и изобретения»9, по которому все дела по выдаче привилегий были переданы в ведение министерств, а следовательно, изменился формальный статус привилегии — из закона она превратилась в подзаконный акт.

Система патентования



В общем виде система патентования изобретений в России в 1812—1870 гг. выглядела следующим образом:

1) человек или фирма, самостоятельно или через поверенных, подавали прошение о выдаче привилегии на изобретение в министерство (какое именно — см. ниже), составленное на русском языке (требование 1852 г.) и содержащее описание изобретения и поясняющие чертежи и рисунки, уплачивали пошлину за весь срок действия предполагаемой привилегии и (с 1833 г.) получали охранное свидетельство о приеме прошения и уплате пошлины;

2) министерство было обязано (по Положению 1833 г.) предоставить просителю по его просьбе реестр всех выданных привилегий, после приема прошения министерство публиковало сообщение о поступлении прошения о выдаче привилегии, рассматривало это прошение (в случае неполноты или неточностей в поданных документах извещали просителей о необходимости представления уточненных материалов), привлекало сторонних экспертов для оценки изобретения, оплачивая их работу, в том числе и из денег, поступивших в министерство в качестве пошлин (с 1862 г. деньги с пошлин передавались в бюджет государства10), готовило проект решения по вопросу о выдаче или невыдаче привилегии, в случае отрицательного решения (выносимого министерствами самостоятельно) извещало просителей и возвращало уплаченные деньги, при принятии положительного решения направляло его проект в Госсовет;

3) Госсовет рассматривал материалы, переданные из министерств, и принимал окончательные решения о выдаче или невыдаче привилегий; решения Госсовета, записанные в «Журнал заседаний», получали санкцию императора, все материалы и решение Госсовета передавались в министерства для исполнения;

4) министерство в случае отрицательного решения извещало просителей и возвращало уплаченные деньги, в случае положительного — печатало привилегию на пергаменте (тоже на деньги с пошлин — до 1862 г.) и за подписью министра и печатью министерства выдавало привилегию просителю или его поверенному, а также обнародовало текст привилегии в печати;

5) просители в течение 1/4 срока действия привилегии должны были представить в министерство заверенные данные о введении изобретения (о внедрении в производство), при непредставлении этих сведений министерство аннулировало привилегию;

6) проситель имел право (по Положению 1833 г.) в течение срока действия привилегии подать прошение о выдаче ему привилегии на усовершенствование в изобретении, на которое привилегия уже выдана; в случае выдачи такой привилегии срок ее действия ограничивался сроком действия привилегии на основное изобретение;

7) по окончании срока действия привилегии министерство должно было сообщить в печати об этом факте.

Объекты патентования



Согласно Манифесту 1812 г., объектами патентования могли быть «изобретения и открытия в художествах и ремеслах» и так называемые «вводные» изобретения (на введение в России уже известного за границей изобретения). При этом в Манифесте было указано, что изобретение является собственностью изобретателя — калька с французского закона 1791 г. Положением 1833 г. к объектам патентования добавились усовершенствования. Не подлежали охране привилегиями следующие объекты: а) «незначительные изобретения, показывающие единственно остроту ума», б) изобретения, которые «могли обратиться во вред обществу или государственным доходам», в) изобретения, касающиеся вопросов обороны России (с 1868 г.).

Система выдачи привилегий в России была проверочной: привилегия выдавалась только в том случае, когда объекты патентования прошли проверку на соответствие установленным критериям (в отличие от явочной системы, когда все заявки на патент, поступающие в патентное ведомство, признаются патентами). Согласно Манифесту 1812 г., правительство не ручалось ни за новизну изобретения, ни за принадлежность его просителю привилегии, но проверяло на безопасность для общества и для жизни людей. Положением 1833 г. прибавилась проверка на новизну изобретения в пределах России.

С точки зрения некоторых авторов11, такая система выдачи, основанная не только и не столько на проверке новизны, представляла собой отличную почву для произвола чиновников, которые могли отказать в выдаче привилегии по причине некой «вредности». Здесь следует согласиться с точкой зрения Аэр, которая считает, что государство так следило за выдачей привилегий потому, что вопрос патентования в России по своему происхождению был экономическим (тогда как на Западе это изначально был вопрос прав человека), а экономика традиционно подлежала в нашей стране постоянному наблюдению и вмешательству со стороны государства12.

Пошлины за привилегии устанавливались по-разному. Манифестом 1812 г. были установлены общие тарифы для всех объектов патентования, различавшиеся по срокам действия привилегии: за 3 года — 300 руб. (ассигнациями), за 5 лет — 500 руб., за 10 лет — 1500 руб.

Суммы немаленькие (например, размер объявленного капитала для вступления в 3-ю купеческую гильдию составлял 500 руб.).

По Положению 1833 г. устанавливались разные тарифы на привилегии на изобретения и на изобретения «на введение», а цены указывались серебром.

На изобретения тарифы были следующие: за 3 года — 90 руб.; за 5 лет — 150 руб.; за 10 лет — 450 руб.; тарифы на введение: за 2 года — 120 руб.; за 3 года — 180 руб.; за 6 лет — 360 руб.

Видно, что расценки по изобретениям по сравнению с 1812 г. изменились, основное изменение — уменьшение (в пропорции) ставки за 10 лет относительно ставок за 3 и 5 лет.

Установление достаточно крупных сумм в качестве пошлин за выдачу привилегий на изобретения также подтверждает тезис Аэр о том, что государство рассматривало эти привилегии исключительно с экономической точки зрения, как меру, предназначенную только для содействия предпринимателям в получении возможной прибыли от эксплуатации изобретения, защищенного привилегией (а не для обеспечения прав изобретателей на изобретение).

Государственные учреждения в патентном деле



Патентное дело в 1812—1870 гг. в России относилось к ведению Госсовета и трех министерств: Министерства внутренних дел (МВД), Министерства финансов (МФ) и Министерства государственных имуществ (МГИ).

В Министерстве внутренних дел патентованием занимались с 1812 по 1837 гг., а конкретнее: до 1819 г. в Департаменте мануфактур и внутренней торговли (все вопросы по привилегиям), с 1819 г. — в Департаменте государственного хозяйства и публичных зданий (привилегии в области сельского хозяйства). В Министерстве финансов патентным делом ведали с 1819 по 1870 гг. (все вопросы, связанные с привилегиями «по мануфактурной части»). В данном министерстве с 1819 г. дела вели в Департаменте мануфактур и внутренней торговли (переданном из МВД); с 1833 г. рассмотрение прошений было возложено на Мануфактурный совет при Департаменте мануфактур и внутренней торговли МФ, созданный в 1828 г., а оформление и выдача привилегий осталась за указанным департаментом, с 1864 г. дела рассматривались в Департаменте торговли и мануфактур. В Министерстве государственных имуществ с 1837 по 1870 гг. обсуждались вопросы о привилегиях по сельскому хозяйству (переданы из МВД): с 1837 г. в Третьем департаменте, с 1840 г. — в Ученом комитете при Третьем департаменте, с 1845 г. — в Департаменте сельского хозяйства.

В Госсовете дела по привилегиям рассматривались в Департаменте экономии или на общем собрании департаментов, и, как уже говорилось выше, решение Госсовета о выдаче привилегий должно было получить утверждение императора.

В 1870 г. прохождение дел по выдаче привилегий через Госсовет было отменено и все полномочия по вынесению окончательных решений были переданы в министерства. Таким образом, формальный статус привилегии был изменен: из закона привилегия стала подзаконным актом.

Патентование изобретений и получатели



Выше было описано, как была регламентирована система работы государственных органов в сфере патентования. Не менее важным представляется вопрос о том, какие правовые нормы существовали относительно получателей привилегий и поверенных.

Согласно Манифесту 1812 г. и Положению 1833 г., право получения привилегий на изобретения в России в равной степени имели все подданные Российской империи и любые иностранные просители. Вообще говоря, основные законы страны зафиксировали принцип равенства русских и иностранных подданных в предпринимательской деятельности в целом13, и возможность получения привилегий — лишь одна из многих граней функционирования этого принципа.

Исключением из этого правила было Царство Польское, в котором была своя система выдачи привилегий на изобретения, и до 1867 г. все жители России и иностранцы, желавшие получить привилегии на территории Польши, подавали прошения в Варшаву. В 1867 г. (когда ликвидировалось все самоуправление Царства Польского) специальным указом отдельная система выдачи привилегий на изобретения была упразднена и вводилась общероссийская система14.

Никаких ограничений ни по сословному, ни по какому-либо иному признаку на получение привилегий не существовало, видимо, потому, что уплата немаленькой пошлины за привилегию фактически и было ограничением. Тем не менее привилегию мог получить представитель любого сословия. Привилегии также могли получать компании, как русские, так и иностранные. При этом, по «Положению об акционерных обществах», частные лица не могли продавать привилегии таким компаниям, но было возможно учредить общество специально для внедрения изобретения, защищенного привилегией, которую в качестве своего взноса предоставлял ее владелец.

Просители также имели возможность подавать прошения не только, напрямую в министерства, а пользоваться услугами поверенных, но этот факт не нашел отражения ни в одном законе, вплоть до 1896 г., когда было установлено, что иностранные просители привилегий могут подавать прошения только через поверенных, проживающих в России (было при этом неважно, является ли поверенный подданным России или нет).

Источники



Основным источником по истории патентования изобретений в России являются привилегии на изобретения. Состав документа под названием «Привилегия на изобретение» был установлен в патентных законах 1812 и 1833 гг., а также в специальном законе «О форме привилегий»15. В этот состав должны были входить:

— название привилегии: кому выдана, на что (на устройство, на способ), какого числа выдана, на какой срок;

— несколько фраз о том, кто и когда подал прошение о выдаче привилегии, в какое министерство, и почему именно это изобретение достойно привилегирования;

— описание изобретения со всеми техническими и технологическими подробностями;

— информация о разрешении Госсовета на выдачу привилегии с указанием даты разрешения;

— фраза о том, что министр выдает привилегию, на какой срок и на каких основаниях;

— информация о взятии пошлины за привилегию;

— подпись министра и печать министерства, скрепа директора департамента;

— дата утверждения привилегии;

— чертежи и поясняющие рисунки (в приложении).

Источником для изучения истории отечественного патентования могут служить, кроме того, публикации привилегий и сведений о них, а также указатели к привилегиям.

Одной из важнейших функций привилегий на изобретение являлось публичное извещение о существовании некой новинки, которая может представлять интерес как для ее возможных производителей, так и для потенциальных пользователей. Привилегии на изобретения должны были публиковаться в «Сенатских ведомостях», в ведомостях обеих столиц, а с 1867 г. и в «Варшавских ведомостях». Как законодательные акты, привилегии публиковались в Полном собрании законов Российской империи (только до 1835 г.).

Министерства, выдававшие привилегии, публиковали их в своих ведомственных журналах: МВД — в «Журнале Министерства внутренних дел», МФ — в «Журнале мануфактур и торговли» (в 1860—1863 гг. выходил под названием «Промышленность») и в «Записках Русского технического общества»; МГИ — в «Журнале Министерства преимуществ» и в «Сельском хозяйстве и лесоводстве». В этих же журналах публиковались и другие сведения о патентовании изобретений, такие как извещения министерств о поступлении прошений и о прекращении срока действия привилегий.

Единого сводного издания привилегий на изобретения за 1812—1870 гг. не существует. Есть лишь одна ведомственная публикация — «Своды выданных в России привилегий, за исключением выданных по Министерству государственных имуществ»16 (МФ), которую нельзя считать полной (из 1380 привилегий в этих «Сводах...» опубликовано только 1287), но которая во многих работах используется как основной источник сведений о выдаче привилегий на изобретения.

Практически все публикации привилегий неполны: в них нет различных данных, которые должны были бы присутствовать, исходя из перечисленных выше реквизитов. Такая неполнота основного источника в ряде случаев не позволяет делать точные выводы о системе патентования, но он все-таки дает возможность увидеть определенные тенденции.

Важным показателем работы патентной системы является наличие указателей выданных охранных документов (привилегий). Однако единого указателя к выданным привилегиям также не существует. Имеется три указателя: «Реестр всех привилегий, выданных в России с 1812 по 1833 год»; «Указатель привилегий, выданных по Министерству государственных имуществ с 1843 по 1867 год» и «Указатель хронологический, предметный и алфавитный привилегий, выданных в России с 1814 по 1871 год (кроме выданных по Министерству государственных имуществ)»17. Наиболее используемым из которых является «Указатель хронологический». Пользоваться этими указателями (особенно последними двумя) необходимо с осторожностью, так как это указатели только к привилегиям, опубликованным в ведомственных журналах, а не ко всем выданным привилегиям.

Общее количество привилегий на изобретения, выданных в 1813—1870 гг.



Общее количество привилегий, выданных в России в 1813— 1870 гг., в большинстве работ18, в том числе и в работе А. И. Плужника19, исчисляется 1287-ю, что, по всей видимости, связано с использованием исследователями только «Указателя хронологического». Аэр по архивным данным вычислила, что в этот период было выдано 1382 привилегии20.

По моим подсчетам, выполненным по опубликованным привилегиям, за 1813—1870 гг. в России было выдано 1380 привилегий на изобретения. В Таблице 1 показано, сколько привилегий выдавалось ежегодно.

Таблица 1
Выдача привилегий в России с января 1813 г. по март 1870 г.



Источник: Аег A. Patents in Imperial Russia: A History of the Russian Institution of Inventions on Privileges under the Old Regime. Helsinki, 1995. P. 227—228, с изменениями автора.

Из таблицы видно, что количество выданных привилегий постоянно росло: от 3—4 в год в 1810—1820-е гг. до 50—60 в год в 1860-е гг. Для более точного суждения о тенденциях эволюции процесса выдачи привилегий можно говорить, используя анализ динамики21 (результаты — на Рисунке 1).

Рисунок 1
Динамика выдачи привилегий в России в 1813—1870 гг.



Основной график отображает данные из Таблицы 1. Видно, что при постоянном увеличении количества привилегий, выданных за год, график неровный, имеет выраженные провалы (1850 г., 1861 г., 1866 г.). Причины этих падений неизвестны; Аэр пишет, что провал в графике за 1850 г. совершенно непонятен22. Общие тенденции хорошо видны на пунктирной линии тренда. О ней следует сказать подробнее. Линия тренда имеет три отличающихся друг от друга участка: первый — от 1813 г. до 1835 г., второй — от 1835 г. до 1858 г., третий — от 1858 г. до 1870 г. Основываясь на этом, можно дать периодизацию выдачи привилегий в России на базе анализа динамики. В выдаче привилегий выделяется, таким образом, три этапа:

1) 1813—1834 гг. (77 привилегий, 3,5 в год),

2) 1835—1857 гг. (553 привилегии, около 24 в год), и

3) 1858—1870 гг. (750 привилегий, около 57,7 в год).

Также необходимо отметить следующее: увеличение количества выданных привилегий с определенного момента косвенно означает, что незадолго до этого возросла численность поданных прошений о привилегиях. Эта периодизация является определяющей для данной работы, и с ней соотносятся все дальнейшие выводы.

Периоды различаются достаточно сильно, но при этом необходимо объяснить рост количества выданных привилегий, начиная с 1835 и 1858 гг. Причины здесь разные. В 1833 г. было издано новое «Положение о привилегиях», облегчившее получение привилегий на усовершенствования, которые впоследствии составляли немалую долю от всех привилегий. Принципиальные количественные изменения в 1858 г. (начало третьего этапа), видимо, связаны с тем, что после Крымской войны была осознана необходимость внедрения современных технологий для экономического развития России. Это вызвало рост внимания к сфере патентования изобретений в России, в том числе со стороны иностранных граждан. Помимо указанных причин в процессе работы с источником выяснились и другие, о которых речь пойдет ниже.

Представляет интерес также сравнение общего количества привилегий на изобретения в России за период 1813—1870 гг. с коли чеством патентов, выданных в других странах за это же время. Возможность провести такое сравнение дают количественные данные, приведенные А.Аэр23. В ее работе дается сводная таблица количества выданных патентов (привилегий) за: а) 1815—1840 гг. и б) 1850—1860 гг. по России, Пруссии и Великобритании, и в) 1860—1870 гг. по России, Пруссии, Бельгии, Великобритании и США. Эти данные приводятся в Приложении 1.

Судя по этим данным, патентное дело в России в XIX в. находилось примерно на одном уровне только с Пруссией: в России за периоды а), б) и в) выдано 1153 привилегии, а в Пруссии — 1895 патентов. От других стран Россия по количеству выданных охранных документов безнадежно отставала. Так, в Великобритании за эти три периода было выдано 47570 патентов. В 1860-е гг. в России ежегодно в среднем выдавалось около 60,5 привилегии, в Пруссии — примерно 75,5 патента, в Бельгии — 1813 патентов, в Великобритании — 2191 патент, в США — 7730 патентов. Такая серьезная разница в цифрах в первую очередь объясняется характером экономической политики соответствующего государства, что отражается в таком специфическом для патентного дела признаке, как тип системы выдачи охранных документов (явочный или проверочный). Именно поэтому порядок величин по выдаче привилегий по России примерно совпадает с порядком величин по Пруссии, и при этом очень велики различия между Россией и Пруссией, с одной стороны, и западными странами — с другой.

Работа государственных органов России в сфере патентования, 1812—1870 гг.



Как уже говорилось, в делопроизводственном процессе по выдаче привилегий были напрямую задействованы МВД, МФ и МГИ, а далее — Госсовет и император.

Поскольку окончательно привилегии выдавались министерствами, то следует показать общее количество привилегий, выданных по министерствам (всего выдано 1380 привилегий):

1) по МВД с 1813 г. по 1836 г. выдано 63 привилегии (около 2,5 в год);

2) по МФ с 1822 г. по март 1870 г. — 1225 привилегий (около 25,5 в год);

3) по МГИ с 1843 г. по март 1870 г. — 92 привилегии (около 3,5 в год).

Видно, что патентованием изобретений занималось в основном МФ, как ведомство, отвечающее за развитие практически всех отраслей экономики, кроме сельского хозяйства, находившегося в ведении сначала МВД, а потом МГИ.

Важным показателем работы государственных органов является длительность процесса делопроизводства по выдаче привилегий. А.А.Пиленко при анализе выдачи привилегий за 1812—1896 гг. указывает, что прошения рассматривались от 2 до 6—8 лет24.

Для 1096, т.е. почти для 80%, привилегий имеются сведения о дате подаче прошения (установленные только по опубликованным материалам), и поэтому представляется возможным оценить общие сроки прохождения прошения о привилегии с даты его подачи до выдачи привилегии. Результаты этого анализа приведены в Таблице 2.

Таблица 2
Выдача привилегий и сроки обработки прошений о привилегиях по министерствам (1813—1870)



Примечание: Эта и все последующие таблицы составлены автором при анализе привилегий на изобретения.

Как видно из Таблицы 2, подавляющее большинство привилегий (1030) рассматривалось в срок до 2 лет, в среднем — 1 год и 4 месяца, что считается быстрым даже для современного патентного дела. Дольше всего проходила через МВД привилегия сыновьям механика Утгофа на «машину для разрезывания кож»: прошение подано 13 июня 1823 г., привилегия выдана 12 января 1829 г. (5 лет и 7 месяцев). Быстрее всего была оформлена привилегия через МФ иностранцу Коломбу на «снаряд для передачи сигнальных знаков»: прошение подано 7 июня 1865 г., привилегия выдана 23 сентября 1865 г. (3,5 месяца).

Данные о сроках рассмотрения дел по привилегиям МФ разделены на два этапа, отличающихся друг от друга по этим срокам. До 1857 г. более 83% привилегий выдавалось менее чем за год, с 1858 г. — уже меньше половины (49%), а количество привилегий, выдававшихся за срок до 2 лет, увеличилось с 15% до 42%. Средние сроки рассмотрения дел увеличились с 1 года и 2 мес. до 1 года и 7 мес.

Как только поток дел значительно увеличился, Мануфактурный совет МФ, выносивший решения, перестал справляться с ним, так как его система работы не изменилась (несколько заседаний в год — от 5 до 20). Все большее число дел откладывалось, и тенденция к увеличению сроков, начавшаяся в конце 1850-х (отмеченная в Таблице 2), и привела к тому, что в 1870—1880-е гг. сроки продлились до 5—6 лет (как пишет Пиленко). Однако для периода 1812—1870 гг. такие сроки еще были редкостью.

Получатели привилегий на изобретения в России, 1813-1870 гг.



Одной из наиболее серьезных проблем в изучении истории патентования является вопрос о том, кто были получатели привилегий на изобретения. В данной работе намеренно указываются «получатели привилегий», а не «изобретатели». Как уже отмечалось, по российским законам было возможно получать привилегии на изобретения, уже известные за границей, но еще «не введенные» в России. Кроме того, многие иностранные просители получали привилегии на изобретения, им не принадлежащие25. Тем не менее изобретатели среди получателей привилегий, безусловно, были.

Тем более странно, что ни один историк русского изобретательства не обращался ко всему комплексу привилегий на изобретения, чтобы выяснить какие-либо вопросы. Привилегии упоминаются лишь изредка, только в конкретных случаях. Такое невнимание, на мой взгляд, связано с тем, что существовало стремление доказать приоритет России в изобретении конкретных технических новшеств (И. Ползунов, бр. Черепановы и т.п.). Этот подход позволил возродить из забвения многие имена или действительно доказать приоритет России по времени появления того или иного изобретения (А.С.Попов), но при этом массовое изобретательство осталось в стороне от интересов исследователей. Кроме того не очень корректный, на наш взгляд, вывод известного автора П. А. Хромова, сделанный им в работе «Экономическое развитие России в XIX—XX вв.»26, о том, что из общего числа привилегий на изобретения в 1812—1870 гг. лишь 1/5 была выдана русским (269 из 1287 привилегий), сильно повлиял на изучение комплекса привилегий как источника по истории изобретательства.

Изучение состава получателей привилегий будет идти по следующим направлениям:

1) подданство получателей;

2) социальный состав получателей — российских подданных;

3) география мест жительства российских получателей.

I. Подданство получателей привилегий

Как было сказано выше, русские и иностранные подданные обладали правом получения привилегий в равной мере. В связи с этим перед исследователем встают основные проблемы:

а) как разграничить подданных России и других стран;

б) как более точно выяснить подданство иностранцев.

Систематизация по подданству кажется достаточно простой:

привилегии выдавались российским подданным, иностранным и совместно российским и иностранным, однако главная сложность заключается в отсутствии указания на подданство в привилегиях (русский, иностранец). Патентные законы России не требовали от просителей обязательного указания подданства; кроме того, отмеченная неполнота текстов привилегий также не дает возможности разграничить россиян и иностранцев.

В данной работе эта проблема решалась следующим образом. В случае отсутствия указания на иностранное подданство получатель считался россиянином. В некотором количестве привилегий иностранное подданство получателей понятно: в них указано, что получатель — «иностранец» или подданный, например, Франции. Некоторые уточнения по подданству были внесены также с помощью справочной литературы.

В целом необходимо отметить, что четкое разделение просителей по признаку подданства в принципе невозможно, но дело в том, что было принято решение проверить схему, имеющуюся в литературе, в которой все получатели привилегий строго делятся на россиян и иностранцев. Уже цитировавшиеся цифры по выдаче привилегий (из 1287 привилегий русским выдано 269, а иностранцам 1018), на мой взгляд, совершенно нереальны и были вычислены, по всей вероятности, на основании «Указателя хронологического» путем просмотра по фамилиям (и деления их на русские и иностранные). Такой путь систематизации был отвергнут как недостоверный, поскольку по фамилии нельзя с полной уверенностью судить о подданстве. Основной критерий — указание на подданство в доступных автору документах.

Теперь перейдем к цифрам. Российским подданным за период 1813—1870 гг. было выдано 574 привилегии, 759 привилегий было выдано иностранцам, 47 привилегий было получено совместно россиянами и иностранцами. От общего количества (1380 привилегий) это составляет соответственно 41,6%, 55% и 3,4%. Сразу отмечу, что получателей было больше, чем выданных привилегий: всего мной было насчитано 1695 получателей, из которых 741 человек (43,7%) — российские, а 954 (52,3%) — иностранные подданные. В Таблице 3 дано количественное распределение привилегий по группам подданства в 1813—1870 гг.

Таблица 3
Выдача привилегий русским и иностранцам с 1813 по март 1870 г.*



Примечание: * Сокращения: росс. — российские подданные, иностр. — иностранцы, совм. — совместно русские и иностранцы.

Данные из этой таблицы будут лучше видны в графическом представлении анализа динамики, проведенном для групп «русские» и «иностранцы». Его результаты показаны на Рисунках 2 и 3.

Рисунок 2
Динамика выдачи привилегий в России российским подцаным в 1813—1870 гг.



Рисунок 3
Динамика выдачи привилегий в России иностранцам в 1813—1870 гг.



Помимо анализа динамики, можно также показать данные о распределении привилегий, выданных русским и иностранцам, по периодам, что можно видеть в Таблице 4. В ней выделено два периода — 1813—1857 гг. и 1858—1870 гг. Это сделано для сопоставимости данных (поскольку в первый период — 1813—1834 гг. — привилегий было выдано слишком мало для сравнения по объему выдачи подданным). За 1-й период всего было выдано 630 привилегий, за 2-й — 750 привилегий.

Таблица 4
Распределение привилегий, выданных российским и иностранным подданным, по периодам



Примечание: 1 Процент от общего числа привилегий, выданных россиянам, иностранцам или совместно тем и другим.

Из Таблицы 4 видно, что российские подданные в период 1813—1857 г. получили почти 2/3 всех привилегий, а в период 1857—1870 гг. — лишь немногим больше 1/3. С иностранцами ситуация обратная: они получили в 1-м периоде менее 1/3 от всех привилегий, выданных иностранцам, и более 2/3 — во 2-м. Видно также, что, хотя количество привилегий, выданных во 2-м периоде (по сравнению с 1-м), увеличилось на 120, россияне получили на 146 привилегий меньше, а иностранцы — на 259 больше, и эта разница между россиянами и иностранцами очень показательна. Эти цифры также указывают на тенденцию уменьшения количества привилегий, выданных российским подданным при увеличении общего числа выданных привилегий.

По подсчетам Аэр, доля русских получателей привилегий составила: в 1880 г. — 26%, в 1885 г. — 22%, в 1890 г. — 21%27, в 1900 — 19%. Следует отметить, что в других странах ситуация с получением патентов иностранцами выглядела неоднородно. Скородинский приводит данные на 1901 г.28, когда процент иностранцев от общего числа получателей патентов в различных странах составлял: в США — 12%, в Германии — 37%, в Великобритании — 53%, в Швейцарии — 67%, в Австро-Венгрии — 70%, в Бельгии — 78%.

На фоне таких цифр видно, что доля иностранцев — получателей привилегий в России была действительно велика, и с конца 1860-х гг. даже заметна тенденция к уменьшению количества привилегий, выданных русским. К концу же XIX в. иностранцы будут получать более 80% всех выдаваемых привилегий, и первоначальная цель российской патентной системы — помощь отечественной промышленности — будет практически похоронена.

Приведенные цифры показывают, что в определенном смысле правы те исследователи, которые отказывают российским привилегиям на изобретения в праве рассматриваться как источник по истории изобретательства в России.

Далее, для иностранцев иногда указывалась и конкретная страна, подданным которой являлся получатель привилегии. Эти данные об иностранцах (по сравнению со всеми остальными) самые неполные: непосредственно в текстах 806 привилегий (759+47 — учитываются и совместные привилегии, чтобы охватить всех иностранных получателей) точное подданство указано менее чем в 150. Следует отметить, что, во-первых, указанное в привилегиях подданство практически не дает возможности узнать действительное место жительства того или иного иностранца, а во-вторых, в привилегиях 60-х годов XIX в. страна указывалась все реже и реже по сравнению с более ранним временем, просто отмечалось, что привилегия выдана «иностранцу».

В итоге, сведения о странах, чьи подданные получали российские привилегии, были установлены для 341 из 806 привилегий (т.е., для 2/5 от общего количества). С другой стороны, выявлено 380 получателей из 954 иностранцев, о которых есть данные по подданству. Необходимо обращать внимание на то, что получателей в действительности меньше (так как один человек мог получить не одну и не две привилегии), два последних числа показывают скорее количество упоминаний иностранцев в качестве получателей привилегий (т.е. в 341 привилегии иностранцы, подданство которых выяснено, упоминаются 380 раз).

Всего указано 25 стран, и данные сведены в Таблицу 5.

Таблица 5
Количество иностранцев (по странам), получивших привилегии в России в 1813—1870 гг.



Примечания:
1) Указано 25 стран.
2) Всего сведения о 380 из 954 иностранцев (около 39,7%).

Как видно из Таблицы 5, среди иностранцев, о подданстве которых есть сведения, больше всего подданных Франции, Великобритании, Пруссии и США (285 из 380 — 3/4), т.е. тех стран, в которых патентование изобретений являлось уже обычным делом. Вообще, данные Таблицы 5 весьма показательны, так как, во-первых, демонстрируют не достаточно широкое распространение сведений о возможности патентования изобретений в России, а во-вторых, выявляют те страны, участие которых в экономической жизни России было ощутимо.

Следует отметить, что в числе 25 стран — И немецких государств и 4 итальянских (до объединения этих стран в единые государства), так что реальное количество стран — 12: 11 европейских и США. Кроме того, следует подчеркнуть следующее: в литературе обычно утверждается, что из иностранцев больше всего привилегий до 1917 г. получили немцы — до 60%29; как видно из приведенных данных, к периоду 1813—1870 гг. это утверждение отнести нельзя.

Что касается значительного преимущества французов по количеству полученных привилегий, то замечу, что Франция в XIX в. сыграла очень важную роль в становлении российской патентной системы: первый Манифест о привилегиях был скопирован с французского Закона о патентах 1791 г. О французских патентных поверенных речь пойдет ниже.

II. Социальный состав российских получателей привилегий

Законодательно не регламентировалось, какие именно сведения о социальном положении или роде занятий получателя привилегии должны быть помещены в текст привилегии, поэтому в указаниях этих данных имеется большой разнобой. Подобные данные указывались даже для иностранцев, но они есть только в 41 привилегии из 806, что не позволяет изучать социальный состав иностранных получателей привилегий.

Данные о социальном положении или роде деятельности есть по всем российским получателям (741). В основу классификации получателей была положена система, применявшаяся в церковном и административном учете населения30. При учете населения выделялись следующие группы: 1) дворяне и чиновники, 2) духовенство, 3) военные, 4) горожане, 5) сельские жители, 6) разночинцы. В точности повторить эту систему не удалось, так как не ясно, кого из получателей привилегий следовало бы включать в состав группы «разночинцы». Разночинцы поэтому были исключены, но в отдельную группу выделены купцы (4.1). В Таблице 6 помещены итоговые данные по этой классификации (подробнее см. в Приложении 2).

Таблица 6
Классификация российских подданных по социальному составу



Из таблицы видно, что подавляющее большинство обладателей привилегий — городские жители (группы 1, 4, 4.1), также велика роль людей, находившихся на государственной службе, гражданской и военной (группы 1 и 3).

Выделение купцов из общего состава группы 4 было необходимо, поскольку их доля от общего количества человек (28,5%) самая большая. Такое количество купцов (210) среди обладателей привилегий связано с родом их деятельности: они не только вели торговлю, но и владели различными производствами, от галантерейного до металлургического, так что, по-видимому, наличие монопольного права распоряжения производством или продуктами этого производства немало значило для купцов в связи с возрастающей конкуренцией. В этой группе гильдейская принадлежность не указана для 75 человек, из 1-й гильдии было 32 человека, из 2-й — 32, из 3-й — 33, фабрикантов — 10. Поскольку гильдия не указана более чем для трети группы, сложно судить, какие купцы больше других получали привилегии. Показательно, что в составе этой группы 20 представителей купеческих семей, т.е. лиц, не являющихся главами семейств. 16 из них обозначены в привилегиях как «купеческий сын». Это интересный факт о характере отношений в купеческих семьях.

Следующая по количеству группа — дворяне и чиновники (197 человек), значительная часть которой — чиновники (164). Их активность в деле получения привилегий на изобретения понятна: такие люди были связаны с различными официальными делами и новостями о них, поэтому они могли быть лучше осведомлены о возможности получения привилегий. Данные показывают, что чиновники среднего звена были более заинтересованы в обладании привилегиями, чем остальные. В этой группе 28 чиновников имели 2—5 классы по «Табели о рангах», с 6-го по 9-й классы — 93 человека, с 10-го по 14-й — 39 человек.

Группа «Городские жители и разночинцы» (179 человек) несколько аморфная, поскольку в нее обладатели привилегий включены как по социальному положению (горожане), так как и по роду деятельности (люди технических профессий, науки и искусства).

Людям технических профессий (72) не изобретать было бы просто странно, однако по количеству их не так много; чем это объясняется, пока неясно. Среди них 18 инженеров, 22 механика и 32 мастера разных дел (например, слесарных). Отмечу также, что около 20 человек, по роду деятельности относящиеся к этой группе, имели чины и были подсчитаны по группе 1.

В подгруппу «Горожане» объединены 66 человек: это 10 «граждан» (так указано), 22 почетных гражданина (включая 7 потомственных), 31 мещанин. Следует отметить, что у 19 купцов также указано наличие почетного гражданства, но они подсчитаны по группе 4.1.

8 акционерных обществ и торговых домов выделены отдельно, так как не подлежали учету населения, а привилегии получать могли. Вообще следует отметить, что указанное количество (8) вряд ли отражает реальную ситуацию: скорее всего, привилегии получатели предпочитали оформлять на себя лично, а не на то общество или компанию, которыми они владели (или в которых состояли).

Люди науки и искусства (33), видимо, не считали получение привилегий настолько важным делом, как, например, чиновники. Среди них 12 человек — из системы образования, 12 архитекторов, 5 художников, 5 медиков и 2 химика.

Неожиданно то, что так много военных (131) имели привилегии на изобретения. Этот факт позволяет по-новому взглянуть на роль военных в российском изобретательстве. Это были: 13 генералов, 26 штаб-офицеров, 56 обер-офицеров, 2 унтер-офицера и 34 военных в отставке. Причем 23 человека из 131 имеют звания офицеров инженерных частей (например, инженер-майор и т.п.), так что их изобретения могли быть напрямую связаны со службой.

Группа «Сельские жители» (23 человека) состоит из 16 крестьян и 6 прочих земледельцев. Показательно немалое число крестьян, что говорит как об их изобретательских способностях, так и о наличии свободных денег у них и у их владельцев: 6 из 15 крестьян — крепостные.

Интересно также, что привилегию получил один служитель культа (священник Ярославской губернии Голосов).

Как видно, среди получателей привилегий преобладают обеспеченные люди, имевшие возможность единовременно выплатить большую сумму денег, причем, по-видимому, получить привилегию было почетно, и те, кто хотел ее получить, не останавливался ни перед какими затратами. Также видно, что информация о возможности получения привилегий имела распространение в различных слоях общества, поскольку среди обладателей привилегий есть как купцы и действительные тайные советники, так и крестьяне.

III. География мест жительства получателей привилегий

Наряду с рассмотренными сведениями о получателях, в привилегиях указывалось и место жительства получателя. Этот реквизит привилегий также заполнялся не обо всех получателях. Данные по месту жительства имеются для 302 из 741 российского получателя (40,7%), при этом собственно в привилегиях есть сведения примерно о 270 получателях, для остальных место жительства было установлено по извещениям о поступлении прошений в МФ (как и в случаях с подданством).

Разумеется, анализ полной совокупности лишь намечает тенденции, но не дает исчерпывающий ответ на вопрос о местах жительства получателей. Кроме того, указание какого-либо места жительства не означало, что человек в действительности жил именно там. Так, для купцов указывался город «приписки» (т.е. город, в котором купцы платили гильдейские пошлины), а действительное место деятельности (в случае отличия от города «приписки») не указывалось. Место жительства чаще всего не указывалось для военных, чиновников, людей технических профессий; иногда не указывалось для мещан, а для купцов иногда не указывался город «приписки».

Также было бы интересно попытаться выяснить точные места жительства иностранных подданных (в том числе и живущих в России). Однако практически полное отсутствие сведений такого рода (места жительства указаны менее чем для 20 иностранцев) делает невозможным такой анализ.

Полные сведения по указаниям места жительства российских получателей помещены в Приложении 3. В привилегиях в качестве места жительства могли быть указаны: а) город, б) губерния (например, «помещик Полтавской губернии»). Все упомянутые города были распределены по административно-территориальным единицам, а в Приложении 3 все губернии также распределены по регионам. Цифры в столбце «Упоминания» для губерний означает, сколько раз упоминалась только губерния как место жительства. В Таблице 7 приведены сводные данные о местах жительства. Отдельно подсчитано количество указанных губерний и всех административно-территориальных единиц.

Таблица 7
Места жительства русских обладателей привилегий



Примечания:
1 Количество административно-территориальных единиц региона, которые либо упомянуты непосредственно сами, либо косвенно, т.е. упомянуты города из этих губерний.
2 Губернии, указанные в привилегиях.

Как видно из Таблицы 7, в привилегиях в качестве мест жительства было указано 19 губерний и 57 городов. Всего имеются данные о местах жительства в 43 административных единицах — 39 губерниях, 3 областях и Великом княжестве Финляндском. Из них — 2 сибирские губернии, остальные — административно-территориальные единицы Европейской части. Таким образом, даже исходя из неполных данных, можно утверждать, что информация о патентовании изобретений распространялась весьма широко (от Варшавы до Кяхты), однако, как видно из Таблицы 7, в привилегиях были больше заинтересованы жители губерний Центрального района, Прибалтики и Малороссии. Небольшое количество жителей западных губерний связано с тем, что до 1867 г. у Царства Польского была своя, отдельная система выдачи привилегий. Интересно также, что по числу упомянутых городов на губернию лидирует С.-Петербургская — 5 городов, затем Эстляндская — 4 города. И тем не менее, жителей С.-Петербурга и Москвы среди получателей привилегий больше, чем из всех мест, вместе взятых — 164 против 138, причем из С.-Петербурга почти вдвое больше людей, чем из Москвы (105 и 59). Такое преобладание вполне объяснимо: жители столиц были гораздо лучше информированы о патентовании изобретений, поскольку сведения о привилегиях печатались в городских «Ведомостях», а «Журнал мануфактур и торговли», в котором содержалось наибольшее количество информации о патентовании, выходил в С.-Петербурге. Кроме того, когда место жительства не было указано, то, с большей или меньшей степенью уверенности, места жительства чиновников, различных мастеров, мещан и города приписки купцов можно определять как С.-Петербург или Москву (определенное право на такую точку зрения дает доля столичных обладателей привилегий среди всех остальных).

IV. Обладатели привилегий: персоналии

Предыдущие три раздела о получателях привилегий имеют достаточно обобщенный вид: счет людей идет на десятки и сотни. Ниже будут названы получатели привилегий, тем или иным образом оставившие свой след в истории России.

В первую очередь, необходимо сказать о человеке, получившем первую российскую привилегию на изобретение, выданную по Манифесту 1812 г., — это известный американский изобретатель пароходов Роберт Фултон, а привилегия была выдана в 1813 г. на «Устроение изобретенного им водоходного судна, приводимого в движение парами».

Российские привилегии в период 1813—1870 гг. получали также другие известные изобретатели, например, В. Пятов (на способ проката броневой стали), и техники, например инженер Вазинский (на прибор для паровых котлов) и инженер-технолог А. Гутман (на печи особого устройства). Из иностранцев-изобретателей хочется отметить оружейников — Г. Бердана и О.Винчестера (США).

Немало российских привилегий получили промышленники и предприниматели. Среди русских — К. Берд (на пароход), Ф. Битепаж (на набивку ситца), Варгунин (на производство бумаги), М. Н. Гарелин (на изготовление клеенки), Д. Н. Шипов (на производство деталей к станкам), братья И. Ф. и Е. Ф. Гучковы (на набивку шалей), 3. Морозов (на изготовление бархата), П. М. Рябушинский (на детали к ткацким станкам). Среди иностранцев-предпринимателей были братья Сименсы и фирма «Сименс и Гальске» (ряд привилегий на телеграфы), фирма «Кокериль» (на двигатели для судов), С. Маккормик (на жатвенную машину), Бремме (на спальные вагоны), Лильпоп и Рау (на выделение сахара), А. Крупп, Э. Нобель, Г. Брокар, Э. Циндель.

Привилегии также получали известные ученые, такие как Б. С. Якоби, профессор М. Киттары, из иностранцев — Ю. Либих. Привилегию получил архитектор А. И. Теребенев (украшавший здание Эрмитажа).

В целом, следует отметить, что российские привилегии на изобретения представляли определенный интерес, в особенности для предпринимателей, начинавших свою деятельность в России.

И последнее, что хотелось бы сказать о получателях привилегий, это то, что среди них были и женщины. Интересен уже сам факт наличия женщин в сфере патентования. Всего женщинами за период 1813—1870 гг. было получено 12 привилегий, из них было 6 имевших российское подданство и 6 иностранок. При этом характерно, что трое (2 русских и 1 иностранка) получили привилегии как вдовы, видимо, продолжая дела мужа.

Поверенные получателей привилегий

При изучении привилегий выяснилось, что во многих привилегиях указывались поверенные просителей, через которых те связывались с министерствами. Количество привилегий, в которых указаны поверенные, оказалось достаточно велико, и встал вопрос об изучении института поверенных. Эта проблема появилась несколько неожиданно, поскольку о ней (для периода 1812—1870 гг.) нигде в литературе нет ни слова. В отношении более позднего периода имеется закон 1896 г., в котором указывалось, что патентные поверенные, живущие в России, необходимы для работы с прошениями иностранцев, поступающими из-за границы. Известны также и фамилии патентных поверенных, названия их фирм.

Итак, как мне удалось установить, данные, полученные из привилегий и объявлений о поступлении привилегий в МФ, свидетельствуют о том, что подача прошений и выдача привилегий через поверенных существовала практически с самого появления российского патентного законодательства. Сведения о поверенных приведены в Таблице 8.

В Таблице 8 количество привилегий, полученных через поверенных, показано в сравнении с общим количеством привилегий, выданных россиянам и иностранцам. Данные по привилегиям, выданным совместно россиянам и иностранцам, не приводятся, поскольку ни одна такая привилегия не была получена с помощью поверенных.

Таблица 8
Количество привилегий, выданных через поверенных (1813-1870 гг.)



Примечания:
1 прив. — общее количество привилегий.
2 пов. — количество привилегий, выданных через поверенных.

Как видно из Таблицы 8, из 1380 привилегий 418 (392+26) (более 30%) было получено через поверенных, причем подавляющее большинство просителей, получивших привилегии таким образом, — иностранцы: из 759 привилегий, выданных иностранцам, 392 (52%) были получены через поверенных, у российских подданных соответственно — 26 из 574 привилегий (4,5%). Это 26 привилегий, выданных с 1821 г. по 1868 г., и вполне можно сказать, что такой способ работы имел место от случая к случаю.

У иностранцев есть четко выраженный рубеж, после которого получение привилегий через поверенных становится обычным делом, — это 1851 г., начиная с которого с помощью поверенных было выдано 370 из 612 (60%) полученных иностранцами привилегий. До этого года такой тип подачи прошений для иностранцев (с 1822 г.), как и для российских подданных, не играл особой роли. Следует отметить, что через поверенных подавались также прошения, по которым не были выданы привилегии. Так что сделанные выводы в действительности не охватывают все случаи, когда просители работали через поверенных, — фактически оценивается эффективность работы поверенных (т.е. выдача привилегии).

Резкому увеличению числа привилегий, полученных иностранцами с помощью поверенных, также способствовало то, что с конца 1840-х гг. у иностранных изобретателей появилась возможность получать российские привилегии через так называемых «патентных поверенных», находившихся не в России, а непосредственно за границей. Смысл термина «патентный поверенный» заключается в том, что это человек или фирма, работа которых — представление интересов обращающихся к ним людей в вопросах получения патентов (привилегий) как в своей стране, так и за границей, то есть оформление заявок на патент (привилегию) в строгом соответствии с патентными законами, ведение всей переписки с патентным ведомством по возникающим вопросам и т.п.

В России первым человеком, выполнявшим функции патентного поверенного, можно в какой-то степени считать придворного барона Л. Штиглица (а впоследствии его сына А. Л. Штиглица, председателя Биржевого комитета С.-Петербургской биржи), с помощью которого двое англичан, Мильнер и Гаррисон, получили в 1835 г. привилегию на «изобретенный ими способ приготовления свинцовых белил». После этого через Штиглица и его компанию было выдано еще 15 привилегий. Тем не менее патентным поверенным в полном смысле его назвать нельзя: основным родом его деятельности патентное дело все-таки не было. На мой взгляд, к нему обращались, как к человеку, который может оказать не просто содействие, а, скорее, протекцию.

Прорывом в становлении института патентных поверенных в нашей стране можно считать начало работы французских патентных поверенных в России. Первым из них (с 1848 г.) был гражданский инженер Арманго, вторым (с 1854 г.) — гражданский инженер Матье. Находясь в Париже, они предоставляли возможность иностранцам ходатайствовать о получении российских привилегий, не ездя в Россию и не зная языка. И если посмотреть на Таблицу 8, то по ней видно, что начиная с 1851 г., при увеличении общего числа привилегий, выдаваемых иностранцам, постоянно растет количество привилегий, выдаваемых через поверенных. К концу 1860-х гг. оно достигло 80% и более. Следует отметить, что основной поток привилегий шел через французских поверенных, и это очень хорошо видно по данным, представленным в Таблице 9. В ней все поверенные разделены на три группы по количеству привилегий, полученных с их помощью: а) 1—2 привилегии, б) от 3 до 10 привилегий, в) более 10 привилегий. Это разделение не носит окончательного характера, оно выполнено только для облегчения представления данных.

Таблица 9
Распределение поверенных по количеству полученных с их помощью привилегий (1821—1870 гг.)



Примечания:
1 повер. — количество поверенных по группам.
2 прив. — общее количество привилегий, полученных поверенными по группам.

Из Таблицы 9 видно, что из 114 поверенных большая часть (86) была нужна просителям только для того, чтобы получить одну или две привилегии. Среди 20 поверенных, с чьей помощью было получено от 3 до 10 привилегий, семерых можно назвать патентными поверенными. Например, про одного из них, инженера-технолога Ф. Ф. Каупе, известно, что его фирма будет одной из главных монополистов в сфере патентных услуг в конце XIX — начале XX в.31 Последняя категория представлена только восемью поверенными, но именно с их помощью было получено более половины всех привилегий, полученных через поверенных (220 из 418). Масштабы работы этих поверенных позволяют говорить о том, что система получения привилегий через патентных поверенных вполне прижилась в российском патентном деле с конца 1850-х гг., причем эта система как таковая была привнесена французскими патентными поверенными. Из 8 самых крупных поверенных — пятеро французов, а из 220 привилегий на их счет приходится 180 (более 4/5). Трудно объяснить, почему именно в конце 50-х годов XIX в. французские поверенные разворачивают свою деятельность в России и почему именно французские, — литературы об этом нет.

Правомерен такой вывод: существенный скачок общего числа выданных в России привилегий в конце 1850-х гг. в значительной степени обусловлен тем, что Россия стала одним из объектов приложения сил иностранных патентных поверенных. И поток иностранцев, желающих получить привилегию в России, усилился в результате деятельности поверенных: у иностранных просителей появилась возможность не вести самим переписку и не ездить в Россию, а поручить все формальности поверенным, находящимся за границей.

Суммируя все вышесказанное о получении привилегий через поверенных, можно сказать, что эта не изученная пока тема представляет большой интерес, поскольку именно поверенные сыграли значительную роль в становлении системы патентного дела как таковой, особенно с середины 50-х годов XIX в. Выявленные связи российского патентного дела с патентным делом за рубежом дают еще одну возможность рассмотрения истории отечественной патентной системы в сравнении с заграничной.

В настоящей работе были описаны общие моменты функционирования патентной системы России в 1812—1870 гг., а также изложены результаты статистического анализа источников по следующим проблемам: общее количество выданных привилегий на изобретения, работа государственных органов в сфере патентования. Наибольшее внимание было уделено изучению получателей привилегий и их поверенных. В следующей нашей работе речь пойдет о предметах привилегий, т.е. о том, на что именно выдавались привилегии, на какие изобретения и в каких отраслях промышленности.


Автор Ревинский Дмитрий Олегович — аспирант (Историко-архивный институт Российского государственного гуманитарного университета).



1 Пиленко А.А. Право изобретателя (Привилегии на изобретения и их защита в русском и международном праве). Историко-догматическое исследование: В 2 т. СПб., 1902—1903. Т. 1—2.
2 Плужник А.И. История развития патентоведения в государственных учреждениях России (Зарождение патентного дела до его буржуазной реформы 1870 года). Дисс... канд. ист. наук. М., 1969.
3 Аег A. Patents in Imperial Russia: A History of the Russian Institution of Inventions on Privileges under the Old Regime. Helsinki, 1995. См. также рецензию: Дьяконова И.А. А.Аэр. Патенты в Имперской России: История русской системы привилегий на открытия в период старого режима // Отечественная история. 1998. № 4. С. 199—201.
4 Киняпина Н.С. Политика русского самодержавия в области промышленности (20—50 гг. XIX века). М., 1968.
5 Соловьева А.М. Промышленная революция в России в XIX в. М., 1990.
6 Полное собрание законов Российской империи (далее — ПСЗ). Собр. 1-е. Т. 32. № 25143.
7 Подробнее об этом проекте см.: Плужник А.И. Указ. соч. С. 200— 203.
8 ПСЗ. Собр. 2-е. Т. 8. Отд. 1. № 6588.
9 Там же. Т. 45. Отд. 1. № 48202.
10 Там же. Т. 37. Отд. 1. № 38309.
11 См., напр.: Плужник А.И. Указ. соч. С. 185—186.
12 Аег А. Ор. ск. 34-35.
13 Подробнее см. Поткина И.В. Законодательное регулирование предпринимательской деятельности иностранцев в России. 1861—1916 // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России: Очерки / Под ред. В.И.Бовыкина. М., 1997. С. 19—33.
14 ПСЗ. Собр. 2-е. Т. 42. Отд. 1. № 44255.
15 Там же. Собр. 1-е. Т. 32 (прилож.). № 25234а.
16 Своды выданных в России привилегий, за исключением выданных по Министерству государственных имуществ, за 1814—1870 гг. СПб., 1864-1871.
17 1) Реестр всех привилегий, выданных в России с 1812 по 1833 год // Журнал мануфактур и торговли. СПб., 1835. Ч. 2. № 4; 2) Указатель привилегий, выданных по Министерству государственных имуществ с 1843 по 1867 год // Сельское хозяйство и лесоводство. 1868. Ч. ХСУН. № 1; 3) Указатель хронологический, предметный и алфавитный привилегий, выданных в России с 1814 по 1871 год (кроме выданных по Министерству государственных имуществ). СПб., 1871.
18 Напр.: Хромов П.А. Экономическое развитие России в XIX—XX вв. М., 1950. С. 62.
19 Плужник А.И. Указ. соч. С. 318.
20 Аег А. Ор. ск. Р. 227-228.
21 Все статистические расчеты были выполнены с помощью программного пакета Statistica 4.3 for Windows.
22 Аег А. Ор. ск. Р. 154.
23 Ibid Р. 50, 51, 69.
24 Пиленко А.А. Указ. соч. С. 188.
25 Плужник А.И. Указ. соч. С. 316—319.
26 Хромов П.А. Указ. соч. С. 62—64.
27 Аег А. Ор. ск. Р. 129, 187.
28 Скородинский А. Привилегии и патенты: Пособие для изобретателей и промышленников. СПб., 1904. С. 78—79.
29 Напр.: Седельников Т.М. Пути советского изобретательства. М.; Л., 1929. С. 19; Максарев Ю.А. 50 лет советского изобретательства // Вопросы изобретательства. М., 1967. N° 11. С. 17.
30 Положения системы учета были взяты из: Миронов Б.Н. Русский город в 1740—1860-е гг.: демографическое, социальное и экономическое развитие. Л., 1990. С. 197—223.
31 Седельников Т.М. Указ. соч. С. 16—17.

ПРИЛОЖЕНИЯ



Приложение 1
Сравнительные данные по выдаче привилегий в России и патентов в других странах








Приложение 2
Классификация российских подданных — обладателей привилегий по социальному составу








Примечание: * в скобках (везде) — процент от общего числа получателей привилегий.

Приложение 3
География мест жительства обладателей привилегий — россиян










Примечание: всего данные о месте жительства для 302 из 741 человека (более 40%).


Просмотров: 712

Источник: Д. О. Ревинский. Патентование изобретений в России (1812-1870 гг.) // Экономическая история. Ежегодник. 2001. М.: РОССПЭН, 2002. С. 339-376



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X