Э.П. Федосова. Присоединение к России прибалтийских, литовских, западнобелорусских и польских земель
Прибалтикой, Прибалтийскими или Остзейскими губерниями до Октября 1917 г. назывались территории современной Латвии и Эстонии.
Прибалтика, состоящая из Эстляндии, Курляндии и Лифляндии, была, как известно, присоединена к России в ходе Северной войны (1700-1721), которую вела Россия со Швецией за выход к Балтийскому морю.

В результате победы России, по Ништадтскому мирному договору 1721 г., в состав империи вошли Эстония и северная часть Латвии - Видземе с г. Ригой. Остальная территория Латвии была разделена между соседними государствами: Латгалия принадлежала Польскому государству, в Курземе существовало зависевшее от Польши Курляндское герцогство; Пилтенская область принадлежала Дании, Гробиньская область (ныне - Лиепая) была отдана герцогу Пруссии.

В 1772 г. по первому разделу Польши к России отошла Латгалия, в 1795 г. по третьему разделу - присоединены Курляндское герцогство и Пилтенская область.
В период шведского господства Прибалтика делилась на две губернии: Эстляндскую и Лифляндскую, которые управлялись губернаторами, подчиненными генерал-губернаторам. Генерал-губернатор как представитель центральной власти сосредоточивал в своих руках высшее управление губерниями. В административном отношении губерния делилась на уезды, иногда на приходы1.

Целью российского правительства во вновь присоединенных регионах было постепенное слияние их в одно политическое и экономическое целое с остальной территорией империи. Для этого, кроме всего прочего, необходимо было подчинить эти территории общероссийскому законодательству и общей системе управления. Однако особенности местных условий не всегда способствовали практическому осуществлению этих подходов. Поэтому политика российского правительства в этой области была в целом гибкой и преимущественно осторожной, в зависимости от исторических и других условий оно лавировало, делало тактические отступления, временно оставляя в неприкосновенности самоуправление тех или иных областей, сохраняя привилегии местного дворянства и тем самым стремясь приобрести доверие господствующей верхушки, укрепить свое положение в присоединенных землях.
Одна из особенностей Прибалтийских губерний была в том, что все местное дворянство, духовенство и большинство городской буржуазии состояло из немцев, которые насчитывали только 1% от всего населения. Большинство же коренных жителей составляли латыши - крестьяне Курляндской и южной части Лифляндской губернии и эстонцы - крестьяне Эстляндской губернии.

Такое положение объяснялось тем, что в XII в. немецкие феодалы вторглись и покорили население северо-восточной части побережья Балтийского моря. На протяжении многих столетий, с некоторыми перерывами, они колонизировали эту территорию2. Здесь постепенно (с XIII по XVIII в.) складывались исключительные права остзейцев - так в России называли немецких помещиков и бюргеров (от немецкого названия Балтийского моря - Остзее). Они отличались своей сословной корпоративностью и привилегированным положением3. Привилегии остзейцев заключались прежде всего во владении землей. Первенство среди разных видов поместий в Прибалтике принадлежало немецким дворянским имениям, что в сочетании с принадлежностью их владельцев к нескольким сотням семейств, чьи имена были занесены в матрикулу4, позволяло им сосредоточить в своих руках всю экономическую и политическую власть в крае. В середине XVI в. на основе сложившихся привилегий юридически оформляется так называемый «прибалтийский» или «остзейский» порядок.
В первой четверти XVII в. в Прибалтике уже сложилась система органов местного управления, аппарат административной и судебной власти - ландесштат. Это был комплекс сословных учреждений, при помощи которых остзейцы обеспечивали независимость от центральной власти.
Высший орган местного самоуправления и одновременно сословная организация дворянства в Прибалтике - ландтаг - имел очень узкий в социальном отношении состав: кроме немецких помещиков и представителей немецкой буржуазии туда вообще никто не допускался. Он избирал должностных лиц в административные и судебные органы, контролировал их деятельность, а также имел право выносить постановления, обязательные для всех жителей губернии. Ландтаги обычно созывались один раз в три года. В промежуточный период действовали дворянский конвент и коллегия ландратов, вначале представлявшая 8, а затем 12 ландратов. Существовала также должность ландмаршала - представителя рыцарства, избиравшегося в каждой губернии с 1647 г. Ландраты выполняли административные и судебные функции и выбирались пожизненно, а коллегия ландратов контролировала деятельность судебных и административных органов. В 1662 г. установился порядок управления текущими делами дворянства, при котором каждый из ландратов занимался ими поочередно, находясь в Риге5.

В заседаниях ландтага принимали участие все землевладельцы губерний, а также представители городов. Право голоса по всем вопросам имели только имматрикулированные дворяне, остальные землевладельцы - земские дворяне - имели право голоса только по вопросам налогового обложения и не имели доступа к должностям. Совершенно не допускались на заседания ландтага представители мелких городов, даже Рига могла посылать только двух своих представителей, которые имели вдобавок ко всему один голос на двоих6.
Остзейские помещики пользовались такими же неограниченными правами и в органах волостного самоуправления: волостная управа, волостной суд и так называемая мызная полиция в целом и каждый член этих организаций в отдельности зависели от произвола помещиков7.
Крупные города Прибалтики, такие, как Рига, Ревель (Таллин), а также Дерпт и Пернов (Пярну), были независимы от дворянских сословных учреждений в административном и судебном отношениях, то есть имели так называемое магдебургское право, основанное на самоуправлении.

Самоуправление, созданное по образцу северогерманских торговых городов, было представлено тремя местными корпорациями - сословиями немецких бюргеров: Большой и Малой гильдией и ратом (магистратом), который возглавляли выбранные из его членов бургомистры. Магистрат объединял законодательные, управленческие, судебные и фискальные функции. В Риге существовал «суд бургграфа», который в лице одного из бургомистров имел право суда над дворянами. В магистрат избирались пожизненно, а выбывшие из него члены пополнялись путем кооптации. Магистраты распоряжались городским хозяйством и выполняли основные административные, судебные и некоторые другие функции8.

Низшие судебные инстанции в городах Прибалтики были выборными органами местного дворянства. В каждом уездном городе в Лифляндии существовал ландгерихт - низший судебный орган по уголовным и гражданским делам, включавший ландрихтера и двух асессоров, избираемых дворянством. В Эстляндии такие суды назывались мангерихтами и состояли из манрихтера и также двух асессоров. Кроме того, в городах Эстляндии были еще нидерландгерихты - низшая уездная судебная инстанция по дворянским делам. Асессоры были заменены в них местными предводителями дворянства9.

Высшими судебными органами в Лифляндии были гофгерихты, в Эстляндии - оберландгерихты. Гофгерихт состоял из президента, вице-президента, двух ландрихтеров, двух советников и двух асессоров. Кроме советников, все должности являлись выборными. Власть гофгерихта распространялась на всю губернию, за исключением Риги и ее округа. Здесь рассматривались государственные и должностные преступления, во второй инстанции - жалобы о нарушениях порядка судопроизводства местными судебными учреждениями, а также решения уездных крестьянских судов в порядке ревизии10. Оберланд-герихт состоял из председателя, которым являлся местный губернатор, и из 12 ландратов. В этих судах судились дворяне и чиновники, а для горожан существовали мангерихты. В Лифляндии горожане судились в нижних городских судах и магистратах, а крестьяне - в приходских и уездных судах.

Административно-полицейская власть в каждом уезде Лифляндии осуществлялась орднунгерихтами, которые включали орднунгсгерихтера и двух адъюнктов. В Эстляндии они назывались гакенрихтерами. Депутаты в эти органы выбирались местным дворянством из своей среды и имели широкие полномочия: полицейские, административные и ряд судебных.
Таким образом, в местных выборных учреждениях Прибалтики все должности находились в руках немецкого дворянства, а государственные учреждения представляли из себя сословные организации. Коренное население - латыши и эстонцы никакого участия в управлении не принимали как в сельской местности, так и в городах.
Присоединение Прибалтики к России совпало по времени с Петровскими реформами в области государственного устройства.

Все учреждения Прибалтики подчинялись камер-конторе лифляндских, эстляндских (и финляндских) дел. Все судебные учреждения с 1718 г. передавались в ведение особой юстиц-коллегии лифляндских, эстляндских (и финляндских) дел, а высшей апелляционной инстанцией над ними являлся Сенат. В 1739 г. камер-контору и юстиц-коллегию объединили в особую коллегию лифляндских и эстляндских дел с двумя департаментами; существовал особый департамент юстиции, но в конце 1740 г. юстиц-коллегия лифляндских, эстляндских (и финляндских) дел вновь стала самостоятельной и подчинялась только Сенату.
Присоединение Прибалтики к России не изменило положения немецкого дворянства. Чтобы закрепить свои позиции в Балтии, Петр I старался привлечь местных феодалов на свою сторону. Для этого он утвердил в полном объеме так называемые «остзейские привилегии», возвратил помещикам все имения, отнятые у них в ходе редукции11, когда Прибалтика находилась еще под властью Швеции. Петр I утвердил все прежние права и преимущества прибалтийских городов, сохранил почти нетронутыми организацию самоуправления, средневековый корпоративный строй, право юрисдикции и бургграфский суд (в Риге), привилегии купцов и ремесленников.

Он вынужден был признать за немецкими горожанами особые права в хозяйственной и политической жизни города. Таким образом, Прибалтика получила подтверждение своей административной автономии.
Кроме всего прочего, Петр I гарантировал остзейским баронам свободу католического вероисповедания, сохранения немецкого языка в местных государственных учреждениях.
Впоследствии эти привилегии по традиции утверждались всеми преемниками Петра I12. (По своим местным законам прибалтийские губернии управлялись до 80-х гг. XIX в.)

Царское правительство, как отмечалось выше, всячески покровительствовало немецким дворянам, которые стали единственным арендатором казенных имений и получили монопольные права на земельную собственность и на крепостных.

После присоединения к России в Прибалтике сохранилось прежнее административное деление, установившееся во времена шведского господства. Северная Эстония с г. Таллином (Ревель) составляла отдельную Эстляндскую губернию. Южная часть континентальной Эстонии, остров Сааремаа (Эзель) и Видземе образовали особую Рижскую губернию (позднее Лифляндскую) с центром в Риге. Дворянство острова Сааремаа составляло отдельную корпорацию13 в Рижской (Лифляндской) губернии.

В ходе административной реформы часть территории Прибалтики, а именно Дерптский (Юрьевский) уезд Лифляндской губернии вошел в Ингерманландскую губернию, переименованную в 1710 г. в Санктпетербургскую. Эстляндия оказалась в составе Рижской губернии. Обычно число жителей в губернии составляло 300-400 тыс. человек. Губернии и области делились на уезды и округа. Число жителей в уездах достигало 20-30 тыс. человек.
В рассматриваемый период управление Прибалтикой находилось в руках генерал-губернатора, имевшего свою резиденцию в Риге.

В большинстве случаев генерал-губернаторами назначались известные полководцы русской армии (граф Шереметев, князь Меньшиков, фельдмаршалы Н.И.Репнин, П.П.Лесси и др.). Среди одиннадцати губернаторов (в 1713-1762 гг.) было шесть генерал-лейтенантов, три генерал-майора и два генерала. Генерал-губернаторы возглавляли губернии, входившие в состав генерал-губернаторств.

Реформа в Прибалтике была проведена лишь в 1782-1784 гг., когда произошло разделение администрации, суда и финансов. Вместо Лифляндской и Эстляндской были созданы новые губернии: Рижская и Ревельская, а южные эстонские земли отошли к Рижской губернии. Возглавлял губернии общий генерал-губернатор (наместник), которому подчинялись губернская и уездная администрации на тех же основаниях, что и в обычных губерниях России. Непосредственное же управление каждой губернией осуществлялось губернским правлением под руководством губернатора, а в его отсутствие - вице-губернатора. Наместники, назначавшиеся самой Екатериной II и отчитывавшиеся перед ней и Сенатом, получили очень широкие полномочия.

Особенностью местного аппарата управления было образование при губернском правлении двух экспедиций, которые вели делопроизводство - одна на русском, а другая - на немецком языке.
Высшими судебными органами в Прибалтике стали палаты гражданского и уголовного суда. Председатели этих палат утверждались на должность императрицей, а их члены - Сенатом. Назначение чиновников на все губернские административные и судебные должности производилось правительством вместо практиковавшегося ранее избрания их самими дворянами. Исполнительные функции на местах закреплялись за учреждениями в каждом уезде нижними земскими судами во главе с уездным начальником и пятью заседателями, двое из которых избирались из среды казенных крестьян. Решения этих судов могли быть обжалованы в верхнем земском суде, который находился в губернском городе. Председатель верхнего земского суда утверждался Екатериной II. Государственных крестьян судили в Нижней расправе, а обжалования рассматривала Верхняя расправа губернского города14.

Невиданным прежде явлением стали заседатели из крепостных крестьян, выступавшие не только в роли пассивных наблюдателей, но и принимавшие иногда участие в расследовании дел. Это вызывало протест остзейского баронства, особенно возмущавшегося тем, что наместническое правление исполняло все распоряжения Петербурга низшим инстанциям по расследованию жалоб крепостных крестьян. В ответ на такую реакцию по отношению к административным и судебным реформам правительства Екатерина II издала в 1786 г. указ, которым ликвидировались ландраты и ландратская коллегия. Этим был нанесен сильный удар по привилегированному положению прибалтийского дворянства.

В 1786-1787 гг. в Прибалтике проводилась реформа городского самоуправления. Рат (магистрат) был распущен. Органами самоуправления стали городская дума и городская управа. Участие в выборах получали все жители города, достигшие определенного возраста и отвечавшие требованиям имущественного ценза. Городской голова выбирался от всего городского общества. Полицейские обязанности возлагались на городничего, назначаемого Сенатом. Появилось специальное полицейское учреждение - управа благочиния. При введении нового городового положения Рига потеряла право посылать своих депутатов в ландтаг. Кроме того, Сенат постановил, что жители Риги не имеют права владеть поместьями. Екатерина II отменила также суд бургграфа15.

Особое положение среди городов Прибалтики занимала Нарва16, ставшая после присоединения к России в 1719 г. военной крепостью. В административном отношении она входила в состав Санктпетербургской губернии, но одновременно являлась главным городом Нарвской провинции. Петр I подтвердил все привилегии немецкого населения города. Нарва имела свое особенное городское управление и свои местные законы, которые в случае необходимости дополнялись постановлениями, действовавшими в Ревеле (Таллине). В судебном отношении Нарва подчинялась эстляндскому обер-ландгерихту.

Во главе городского управления стоял магистрат, разделенный на 2 камеры (отдела). Первая состояла из двух бургомистров - юстиции и полиции, а во вторую входили президент, 7 ратманов, 2 асессора, нотариус, фискал и 13 низших служащих. Магистрат непосредственно подчинялся Сенату и петербургским немецким юстиц-коллегии и камер-конторе лифляндских и эстляндских дел. Русскому населению Нарвы разрешалось выбирать собственного бургомистра и ратманов. С 1787 г. здесь стали действовать новые органы управления: общая городская дума и исполнительная шестигласная дума, избиравшаяся сроком на 3 года. В городе имелись также товарищ прокурора, два судебных следователя, двое мировых судей, ревельский окружной суд (без присяжных заседателей). Привилегии немецкого населения г. Нарвы с тех пор больше уже не подтверждались17. Города Прибалтики были включены в общую систему государственного управления в отношении полиции и суда, утратив таким образом свое особое положение среди других городов Российской империи18. В первой половине XIX в. три прибалтийские губернии были объединены в единое Прибалтийское генерал-губернаторство. Царское правительство признало необходимым провести в Прибалтике аграрные реформы в связи с происходившими в крае крестьянскими волнениями. Однако попытки царского правительства и прибалтийских дворян укрепить свою власть путем «урегулирования» взаимоотношений местных помещиков с крестьянами ни к чему не привели. Крестьянские волнения в Прибалтике не стихали, и царское правительство решило отменить здесь крепостное право. Закон об этом был выработан самими немецкими баронами. Крестьян в 1816-1819 гг. освободили формально, без земли, оставались в силе ограничения свободы их передвижения, сохранялась судебная и полицейская власть помещиков.

Польша, Литва и Белоруссия

Во второй четверти XVIII в. Речь Посполитая находилась в состоянии политической анархии. В стране не прекращалась борьба между магнатскими группировками за власть. Политические интриги, военные столкновения ослабили Польшу. В ее дела постоянно вмешивались иностранные государства. В 60-е годы борьбу за королевский трон вели группировки Чарторийских, придерживавшихся русской ориентации, и Потоцких. В 1764 г. по просьбе Чарторийских в Литву и Белоруссию были введены русские войска, которые помогли этой партии одержать победу. В 1764 г. на элекционном (выборном) сейме королем Речи Посполитой был избран ставленник Чарторийских Станислав Август Понятовский, который в молодости жил при русском дворе. Новый король продолжил начатую еще Чарторийскими политику некоторых реформ, которые в целом не изменили политического строя Речи Посполитой, но упорядочили управление и укрепили центральную власть.

Однако укрепление центральной власти в Речи Посполитой не отвечало интересам соседних держав - Пруссии и России. Пруссия давно стремилась к захвату польских земель, но здесь столкнулись интересы других, соседних с Польшей крупных государств - России и Австрии. Русское правительство с самого начала выступало против разделов Речи Посполитой. Оно хотело иметь соседом слабую, зависевшую от нее Польшу, а не агрессивную Пруссию. Но международная обстановка заставила Екатерину II пойти на союз с Фридрихом II в решении вопроса о Польше. В феврале 1772 г. они договорились о разделе Речи Посполитой, а 5 августа 1772 г. в Петербурге была подписана конвенция о разделе Речи Посполитой, в соответствии с которой к Пруссии отошла северо-западная часть Польши, Австрия захватила южные районы (часть Краковского воеводства, часть Западной Украины), к России отошла часть Лифляндии (Латгалия), а также северо-восточные районы Белоруссии. По указу сената 23 октября (3 ноября) 1772 г. на этой территории были образованы две губернии - Псковская и Могилевская19.

После первого раздела в составе Речи Посполитой еще оставалась большая часть белорусских земель. Использовав внутреннюю борьбу в Польше после первого раздела, в 1793 г. Россия и Пруссия подписали договор о втором разделе Речи Посполитой. По второму разделу Пруссия захватила Гданьск, Великую Польшу, т. е. коренные польские земли; Россия получила Правобережную Украину и центральную часть Белоруссии.
Указом 23 апреля (4 мая) 1793 г. на белорусской территории была образована Минская губерния с центром в городе Минске.

Начавшееся весной 1794 г. восстание Т. Костюшко привело в конце 1795 г. к третьему разделу Речи Посполитой.

Россия заняла западно-белорусские и литовские земли бывшего Великого княжества Литовского, а Пруссия и Австрия разделили оставшиеся польские земли. Собственно Литва (за исключением Занеманья, оно попало по власть Пруссии) была присоединена к России.
В 1815 г. на Венском конгрессе решалась судьба польских земель, которые после разделов Речи Посполитой входили в состав княжества Варшавского. Конгресс постановил передать основную территорию княжества Российской империи, а небольшую ее часть поделить между Пруссией и Австрией. Отошедшие к империи польские земли составили так называемое Царство Польское. Александр I подписал 27 июня 1815 г. в Варшаве особую конституцию, по которой оно провозглашалось отдельным (автономным) государством со своим парламентом и армией20. Царство Польское связано династическими узами с Россией, так как русский царь являлся одновременно польским королем. Российскому императору в качестве польского короля принадлежала вся полнота исполнительной власти; он имел право изменять бюджет страны и на неопределенное время откладывать созыв польского сейма (парламента). На период своего отсутствия в Варшаве царь назначал наместника.

Законодательная власть осуществлялась совместно русским императором (королем) и сеймом, созывавшимся раз в два года сроком на 20 дней, Польский парламент состоял из двух палат: сената и палаты депутатов (или польской избы). Палата депутатов насчитывала 77 депутатов от дворянства и 51 депутата от других сословий, выбиравшихся на собраниях сеймиков и гмин на шесть лет, с переизбранием каждые два года одной трети их состава.

Сейм имел право принимать или отвергать все представляемые правительством законопроекты и обсуждать его ежегодные отчеты. Он обсуждал вопросы, предлагаемые царем, проекты различных законов, бюджет. Проект, принятый в обеих палатах большинством голосов, подавался царю, который после одобрения придавал ему силу закона. Сенат кроме законодательных функций имел право контролировать правильность выборов в палату депутатов и являлся высшей судебной коллегией. Он предавал суду высших должностных лиц, рассматривал дела о государственных преступлениях.

Высшее правительственное учреждение Царства Польского - Государственный совет - разрабатывал законопроекты, утверждаемые сеймом. Он состоял из Административного совета и Общего собрания, которое обладало правом предавать суду лиц административного ведомства (за исключением тех, кто подлежал сеймовому суду), разрешать конфликты между судебной и административной властью. В его компетенцию входило рассмотрение ежегодных отчетов министерств, контроль за нарушениями конституции и т. д.21

Председателем Административного совета являлся наместник, а его членами - пять министров и назначаемые царем высшие чиновники. В Царстве Польском функционировали 5 правительственных комиссий (министерств): вероисповеданий и народного образования, справедливости, внутренних дел и полиции, военное, финансовое и казначейства; в состав каждой входили министр (он же председатель) и несколько государственных советников. Делопроизводство велось на польском языке, все должности, как гражданские, так и военные, предоставлялись лишь полякам. Министры подчинялись сеймовым судам и привлекались к ответственности за нарушение конституции, законов и царских указов. Независимость и несменяемость судей гарантировались конституцией. Высший трибунал рассматривал в последней инстанции все гражданские и уголовные дела22.

Польская конституция 1815 г. считалась одной из наиболее либеральных в тогдашней Европе. Пассивным избирательным правом обладали лица с 30-летнего возраста, платившие 100 злотых налога в год, а активным - шляхтичи-землевладельцы (с 21 года), священники, учителя, ремесленники, купцы, арендаторы и др. В конституции провозглашались гражданские свободы, большая часть которых оставалась только на бумаге. Польский язык объявлялся официальным государственным языком.

Наместником Царства Польского был назначен генерал Юзеф Зайончек. После его смерти в 1826 г. этот пост оставался свободным, а все функции перешли к Административному совету. При царе, в качестве посреднической инстанции между ним и наместником, состоял министр статс-секретарь. Императорским комиссаром при Административном совете в нарушение конституции был назначен получивший большие полномочия российский сенатор Н.Н. Новосильцев.
В административном отношении Царство Польское было разделено на 8 воеводств: Калишское, Мазовецкое, Плоцкое, Августовское, Подляское, Сандомирское, Люблинское и Краковское (без г. Кракова), которые, в свою очередь, делились на 77 поветов и 51 гмину. Во главе воеводств стояли правительственные воеводские комиссии и выборные воеводские советы - органы местного самоуправления.

Как уже говорилось, гмина была низшей административно-территориальной единицей, во главе которой стоял войт, как правило, местный помещик, осуществлявший здесь административную, полицейскую и судебную власть. Но лишь немногие помещики исполняли непосредственно обязанности войтов, остальные реализовывали властные полномочия через назначаемых ими лиц недворянского происхождения. Это были владельцы или арендаторы имения, которые могли сами исполнять обязанности войта или предложить своего кандидата, подлежавшего утверждению правительственной Комиссией внутренних дел.

При войте функционировал совещательный орган - гминный совет, который состоял из входивших в гмины владельцев имений, промышленных заведений и т.д. Распоряжения войтов исполнялись особыми солтысами, избираемыми жителями каждой деревни из своей среды23.
Членов воеводских и гминных советов выбирали на сеймиках и гминных собраниях, где составлялись и списки кандидатов на административные и судебные должности24.
Царство Польское оставалось аграрной страной с маленькими городками и местечками. Самый крупный город - Варшава - насчитывал чуть более 100 тыс. жителей. Здесь действовал магистрат, в остальных же городах создавались гминные управления.

В 1816 г. учреждается тайная полиция, создается корпус жандармов, размещавшийся в Варшаве, а также в воеводских и уездных городах. Тайная полиция была связана с администрацией при посредстве правительственной Комиссии внутренних дел и полиции. В Варшаве существовала также муниципальная полиция, подчиненная вице-президенту города.
В марте 1818 г. впервые начал работу польский сейм, на котором выступил Александр I. Хотя по конституции сейм должен был собираться каждые два года, за 15 лет он созывался всего четыре раза.

В первые годы после принятия конституции польские власти обладали реальной административной властью, и это был период своеобразной автономии. Но, как уже отмечалось, более или менее спокойная поначалу политическая обстановка постепенно обострялась. Все это вылилось в конце концов в вооруженное выступление 1830 г. против царизма, которое было жестоко подавлено.

В мае 1830 г. собрался последний польский сейм, а 1 ноября 1831 г. было создано временное правительство во главе с сенатором Энглем. Однако вскоре он ушел в отставку, и председателем Временного правительства назначили генерала Паскевич-Эриванского, прославившегося диктаторскими методами правления.

После восстания 1830-1831 гг. Николай I отменил польскую конституцию и все конституционные гарантии и заявил, что Царство Польское, как страна, завоеванная русским оружием, отныне будет составлять одну из частей Российской империи и управляться на основании особого Органического статута, обнародованного в феврале 1832 г.25 Основная его идея заключалась в административном слиянии Царства Польского с империей и установлении такого порядка, который бы исключал повторение подобных восстаний. Органический статут впервые официально провозглашал принцип русификации края. Он состоял из пяти глав: общих положений, о высшем местном управлении, о дворянских собраниях, окружных собраниях и воеводских советах, о собраниях областных чинов, о судебной власти. В соответствии со статутом распускался сейм, упразднялась национальная армия. Управление Царством Польским возлагалось на Административный совет во главе с наместником. Совет состоял из директоров комиссий, ведавших различными отраслями управления, главного контролера и других лиц, специально назначаемых правительством. При царе состоял статс-секретарь по делам Царства Польского, который докладывал о делах, поступающих от наместника, и сообщал ему о воле государя.

Упразднялась правительственная военная комиссия, но сохранились комиссии внутренних и духовных дел и народного просвещения, юстиции, финансов и казначейства, которые подчинялись непосредственно Совету управления под председательством наместника. Сохранялся Государственный совет Царства Польского, при нем учреждалась дипломатическая канцелярия для сношений с пограничными государствами. Продолжали функционировать и прежние воеводские комиссии, состоявшие из президента и комиссаров правительства. Городские власти избирались общегородскими собраниями. Собрания дворянства, городских и сельских обществ должны были избирать членов совета воеводств, а те - избирать судей двух первых инстанций, предлагать кандидатов для замещения административных должностей и докладывать о нуждах воеводства. Сохранялась несменяемость судей и мировой инстанции, делопроизводство велось на польском языке26.

Таким образом, Органический статут, заменявший собой конституцию 1815 г., оказался также достаточно либеральным. Однако он не был реализован, так как в Польше продолжалось революционное брожение, готовились новые выступления. В этой связи в 1834 г. здесь вводится военное положение, которое официально уже потом не отменялось. Все это отодвигало реализацию статута 1832 г. на неопределенное время.
Сосредоточив в руках своего наместника гражданскую и военную власть, царское правительство встало на путь ликвидации местных особенностей в административном устройстве польских земель, постепенно распространяя на них общероссийскую систему управления.

Литва была присоединена к России в 1795 г. в результате третьего раздела Речи Посполитой (Польши), в которую Великое княжество Литовское входило с 1569 г.27 и имело отдельное административное управление. В Литве действовали статуты, то есть кодексы прав феодалов - землевладельцев и их обязанностей перед государством28.
Шляхта, называвшая себя «народом», происходила из ополяченных литовцев. Великое княжество Литовское сохранило государственные границы, свою территорию, которая делилась на староства, воеводства и поветы. Некоторые высшие должностные лица княжества заседали в сенате Речи Посполитой, а представители шляхты - в общем сейме. Остальные представители власти - маршалок, канцлер, подскарбий, гетман и местная администрация в воеводствах и в поветах назначались отдельно для Великого княжества Литовского и Польши. Шляхетское сословие пользовалось большими правами, имело право выбирать короля, получать государственные должности, участвовать в сеймах при решении государственных дел, но основным было исключительное право собственности на землю и крепостных.
Сеймы обычно созывались в Варшаве раз в два года и продолжались две недели. Каждый третий год сейм проходил в Гродно. В период между сеймами государственные дела решал постоянно действующий сенат.

Представители Литвы перед сеймом собирались на съезды своей провинции - поветовые сеймики и намечали вопросы для обсуждения на общегосударственном сейме совместно с польскими феодалами.
Центральную государственную власть представляли два гетмана, государственный канцлер, государственный казначей и маршалок. Воеводствами управляли воеводы и их заместители - каштеляны, а поветами - маршалки и старосты (войты). Им на местах подчинялись войска и суд, в их руках находилось и административное управление. Всех должностных лиц назначал король Польши из польских и литовских дворян.
Суды были сословными - отдельно шляхты, горожан и государственных крестьян. Крестьян, находившихся в личной зависимости от феодалов, судила сама шляхта. Низшей судебной инстанцией были поветовые суды, избираемые шляхтой на сеймиках при участии всех землевладельцев повета.

Горожане судились в городском суде: гражданские дела рассматривал городской суд магистрата, а уголовные - суд войта. Все решения могли быть обжалованы в Главный литовский трибунал. Большинство городов Литвы имели самоуправление и свои городские суды. По особо важным делам составлялись специальные так называемые комиссарские суды.
К моменту присоединения к России литовские дворяне почти полностью разорились или ополячились, и поэтому шляхта была представлена этническими поляками, крестьянство же состояло из литовцев.

Что касается Белоруссии, входившей в Великое княжество Литовское, то по первому разделу Речи Посполитой в 1772 г. с Россией воссоединилась восточная часть территории: к империи отошли белорусские земли восточнее Днепра и севернее Западной Двины. В 1793 г. по второму разделу Речи Посполитой к России присоединилась центральная часть до линии Двинск - Пинск, а по третьему - в 1795 г. - западная часть этого края29.
Как и вся территория Великого княжества Литовского, Белоруссия делилась на воеводства и поветы. Кроме того, здесь в ряде мест сохранились волости. Всеми этими территориями управляла литовская знать в качестве старост, войтов, державцев, тиунов, которые обладали на местах неограниченной властью, вызывая тем самым недовольство белорусских феодалов.
Поветы и воеводства имели свои судебно-административные учреждения; они состояли из земского суда, ведавшего разбором имущественных исков шляхты, подкоморного суда, разбиравшего земельные споры, и замкового, или городского, суда, занимавшегося делами, связанными с уголовными преступлениями. Членов земского и подкоморного судов избирала шляхта каждого повета. Согласно Статуту 1588 г. кандидаты на судебные должности утверждались на собрании феодалов каждого повета, а состав городского суда назначал великий князь. На заседаниях городского, земского и подкоморного судов председательствовал воевода (он в ряде мест сохранял свое прежнее название - староста) либо его помощник (подстароста, подвоевода). Высшим законодательным органом в Великом княжестве Литовском был общий, или валь- ный, сейм. Перед его созывом шляхта каждого повета собиралась на свой сейм и выбирала депутатов. Поветовые сеймы, кроме того, еще и вырабатывали наказы вальному сейму, участвуя таким образом в разработке принимавшихся законов и решений.

В конце XVIII в. в Белоруссии было около 35 городов, пользовавшихся правом самоуправления. Управление городом осуществляла выборная городская рада (магистрат) во главе с войтом. На эту должность литовский князь назначал кого-нибудь из крупных феодалов, кто и представлял верховную власть в Раде. На остальные должности в раде - бурмистров, радцев, лавников, сотников, десятников, старост, сборщиков налогов, казначеев - избирались горожане.

Состав городской рады определялся королевской грамотой («привелее») либо по религиозному признаку (половина православных, половина католиков), либо по национальной принадлежности (половина русских и половина поляков). Но фактически главную роль при выборах играл имущественный ценз, и в числе членов рады во всех городах Белоруссии были только богатые горожане из купцов, ростовщиков, ремесленных мастеров. При существовавшей системе выборов, которая на практике сводилась к тому, что в ряде городов войт сам назначал членов рады, самоуправление находилось в руках небольшой группы лиц, представлявших зажиточную верхушку городского населения. Однажды избранные в состав рады оставались ее членами пожизненно, участвуя в заседаниях и заменяя то или иное должностное лицо из числа избранных на текущий год в случае его отсутствия. Вследствие этого выборы состава рады на каждый год сводились к передаче должностных функций одной и той же группе людей.
После присоединения к России Литва и Белоруссия были разделены на губернии и уезды30. В 1795 г. из литовских и белорусских земель бывшего Великого княжества Литовского образовались Виленская и Слонимская губернии с административным центром в Гродно, которые уже в следующем году были объединены в одну Литовскую губернию с 19 уездами и с центром в Вильнюсе. Затем, в 1801 г., из нее создаются две губернии - Литовско-Виленская и Литовско-Гродненская. В 1840 г. из названий изымается слово «литовская». Из литовско-белорусских губерний было образовано два генерал-губернаторства; Белорусское генерал-губернаторство возглавлял генерал-фельдмаршал граф З.Г.Чернышев, а Литовское - Ф.Я. Миркович.

В соответствии с «Учреждением о губерниях» высшей властью здесь был генерал-губернатор: он ведал всеми административными делами губерний и являлся начальником войск, расквартированных в Литве и Белоруссии.
Исполнительная власть в губерниях находилась в руках губернатора. В губернских и уездных городах открывались свои правления. Некоторые изменения произошли в области организации суда, хотя Литовский статут продолжал действовать как свод основных юридических норм до 1840 г. Дела государственные и уголовные подлежали ведению центральных учреждений, а дела личные и имущественные рассматривались вновь учрежденными по российскому образцу губернскими и уездными земскими судами. Как и во всей империи, судьи избирались из местных дворян. Правом выбора обладали те из них, кто имел в собственности не менее 10 душ крепостных крестьян мужского пола.

Однако, установив в Литве и Белоруссии твердую централизованную власть, русское правительство всячески подчеркивало, что оно не посягает на существовавшие здесь обычаи и нормы жизни. Стремясь получить поддержку польских и ополяченных феодалов, царское правительство оставило за теми из них, кто принес ему присягу на верность, права на владение недвижимым имуществом и крепостными крестьянами. Помещикам присоединенных территорий предоставлялись также все права и привилегии, данные российскому дворянству «Жалованной грамотой» 1785 г. В 1787 г. здесь были проведены выборы уездных и губернских дворянских собраний. Правительство сохранило старые земские, подкоморные (земельные) суды и польский язык в делопроизводстве. В деревне по-прежнему властвовала вотчинная администрация. Сохранилось и местное сословное учреждение: во главе губерний и уездов стали дворянские собрания - сеймы, которые собирались раз в год. Уездный сеймик избирал уездного маршалка, судей и представителей на губернский сеймик, который избирал губернского маршалка. Но эти должности могли занимать только дворяне-помещики, имевшие недвижимое имущество. Исключение составляло Августовское воеводство (с 1837 г. - губерния), делившееся еще на поветы и гмины (волости). Возглавлял повет комиссар, а с 1842 г. - уездный начальник. Гмины подчинялись войту (помещику), который обладал административными и судебными функциями.

Однако в 1808 г. на Литву и Белоруссию была распространена «Жалованная грамота» 1785 г., по которой роль дворянства в местном управлении значительно уменьшалась. Уездные и губернские дворянские собрания могли теперь добираться только раз в три года, предводитель дворянства (бывший маршалок) избирался также на три года, а не пожизненно, как раньше. Тем не менее сословные органы продолжали существовать параллельно с правительственными, и местным дворянам были доступны многие административные и судебные должности.

Существенные перемены произошли в городском управлении, на которое в 1808 г. также была распространена «Жалованная грамота», а городская власть подчинена общей губернской администрации. Магистраты сохранили свои судебные функции, административная власть перешла к городской думе и шестигласной думе (городской управе). В уездных же городах и в дальнейшем продолжали функционировать старые учреждения - городские ратуши. Подверглась реорганизации также полиция, возглавлять которую в губернских городах стали полицмейстеры, а в уездных - городничие. Полиция в уездах подчинялась нижним земским судам, которые переименовываются в 1837 г. в земские суды; они представляли собой уездные полицейские управления во главе с земским исправником. Полицейские функции часто выполняли и воинские части.

Менее радикальные изменения претерпело судебное устройство Литвы и Белоруссии. Сохранились сословные суды в губернских городах - магистраты, а в уездных - ратуши. Гражданские дела дворянства рассматривались в земском, а уголовные - в городском суде. Высшим апелляционным органом вместо Литовского трибунала стал Сенат России. Литовские и белорусские суды в своей деятельности, как уже отмечалось, продолжали руководствоваться Литовским статутом 1588 г.

После подавления польского восстания 1830-1831 гг., в связи с тем, что Западные губернии находились в непосредственном соседстве с мятежной Польшей, правительство решило укрепить там администрацию, усилить власть губернатора, суда и полиции. С этой целью в 1831 г. по приказу Николая I был учрежден Особый комитет по Западным губерниям31, который должен был наметить административные и политические меры для Западных губерний. Комитет занимался исключительно рассмотрением предложений по управлению этим краем, укреплению местного аппарата, введению русского законодательства и его приспособлению к местным условиям32. В состав комитета в разное время входили крупные царские сановники: В.П. Кочубей - председатель Государственного совета и Комитета министров, Е.Ф. Канкрин - министр финансов, А.Н. Голицын - член Государственного совета, Н.Н. Новосильцев - будущий председатель Государственного совета и Комитета министров, А.А. Закревский - министр внутренних дел, Д.В.Дашков - будущий министр юстиции и многие другие33. На его заседания приглашались также губернаторы Западных губерний, когда они находились в С.-Петербурге: Д.Г.Бибиков, М.Н.Муравьев, Н.Н.Хованский, Ф.Я.Миркович34.

Первое предложение, рассматривавшееся на заседании комитета, было изложено в записке гродненского губернатора М.Н. Муравьева. Суть его сводилась к тому, чтобы укрепить местный аппарат благонадежными русскими чиновниками, предоставив им определенные льготы, и русскими дворянами - путем насаждения в Белоруссии «русского землевладения». Он рекомендовал также давать русские названия тем или иным органам управления и «должностным местам»35. Надо сказать, что большая часть этого предложения была реализована царским правительством и дала свой результат.
В 1831 г. все административные и судебные учреждения Западных губерний (кроме Августовской губернии и Западной Белоруссии) были окончательно унифицированы по общероссийскому образцу. Присоединенные к земским городские суды в уездах стали называться уездными. В их состав входили председатель и три заседателя, двое из которых выбирались дворянскими собраниями из своей среды. В 1840 г., с прекращением действия Литовского статута, вводится общероссийское законодательство. Польский язык в делопроизводстве заменяется на русский.




1Арбузов Л. Очерк истории Лифляндии, Эстляндии и Курляндии. - СПб., 1912. С. 9.
2Духанов М.М. Остзейцы. Явь и вымысел. - Рига, 1970. С. 5.
3«Остзейцами» называли не немцев вообще и не всех немцев прибалтийских губерний, а только привилегированные сословия, управлявшие краем. См.: Виграб Г. Прибалтийские немцы. - Юрьев, 1915.
4Матрикула - родословная книга всех дворянских родов.
5Духанов М.М. Указ. соч.
6Зутис Я.Я. Политика царизма в Прибалтике в первой половине XVIII в. - М„ 1937. С. 157-158.
7Духанов М.М. Указ. соч.
8Свод местных узаконений губерний Остзейских. - СПб., 1845. Кн. 2. Ч. 1. 23 Ст. 63, 190, 227.
9Там же. Кн. 4. Ч. 1. Ст. 1319-1359
10Там же. Кн. 2. Ч. 1. Ст. 293-294.
11Там же. Ст. 397-435.
12Только начиная с Александра I, оговаривалось условие, что они не должны противоречить общероссийским законам. Практически же это ничего не меняло, и «особый порядок» с несущественными изменениями был закреплен в 1845 г. «Сводом местных узаконений губерний Остзейских (Зутис Я.Я. Остзейский вопрос в XVIII в. - Рига, 1946.
С. 57-59).
13По местным законам прибалтийские губернии управлялись до 80-х гг. XIX в.
14Записки Екатерины Второй. - М., 1909. С. 128.
15ПСЗ-1. Т. 22. № 16256.
16Там же. № 2218.
17См.: Самарин Ю.Φ. История Риги. Соч. Т. VII. С. 252-269. - М., 1889; Письма из Риги. Соч. Т. VII. С. 3-159.
18Петров А.В. Город Нарва 1223-1900. - СПб., 1901. С. 401.
19Западные окраины Российской империи. - М., 2006. С. 68; Стегний П.В. Разделы Польши и дипломатия Екатерины II 1772, 1793, 1795. - М., 2002.
20Захарова Л.Г. Самодержавие и реформы в России. 1861-1874 (К вопросу о выборе пути развития) // Великие реформы в России 1865-1874. - М., 1992. С. 27.
21Корнилов А.Л. Русская политика в Польше со времен разделов до начала XX в. - Пг„ 1915. С. 24.
22Рейнке Н. Очерк законодательства Царства Польского (1807-1881).- СПб., 1902. С. 24-25
23Студницкий В. Польша в политическом отношении: от разделов до наших дней. - СПб., 1908. С. 27.
24Обушенкова Л.H. Королевство Польское в 1815-1830 гг. Экономическое и социальное развитие. - М., 1979. С. 51.
25Рейнке Н. Очерк законодательства Царства Польского (1807-1884). С. 42.
26Там же. С. 27.
27Корнилов Α.А. Русская политика в Польше со времен разделов до начала XX в. С. 49.
28Погодин А. История польского народа в XIX в. - М., 1915. С. 158-160, 169.
29Западные окраины... С. 69, 71, 73.
30Погодин А. Указ. соч. С. 185.
31Комитет создан в 1831 г., в 1848 г. закрыт и восстановлен 22 сентября 1862 г. на два года, 31 декабря 1864 г. закрыт окончательно.
32РГИА. Ф. 1266. Оп. 1. Д. 98. Л. 1-2.
33Архипова Т.Г. Комитет западных губерний 1831-1848 // Труды Московского государственного историко-архивного института. - М., 1970. Т. 28. С. 513. Позднее его членами были: В.Н. Панин, П.Д. Киселев, И.В.Васильчиков, А.Х.Бенкендорф, А.И.Чернышев, Л.А.Покровский, А.Г.Строганов, А.Ф.Орлов, Ф.П.Врон- ченко и др.
34Там же. С. 514.
35Четыре политические записки графа М.Н.Муравьева-Виленского // РАрх, 1885, №6. С. 186.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 5312