III. Начало отчины
Мы уже знаем (с. 158 и след.), что начало отчины стало применяться к распределению столов в самой глубокой древности, что в XII веке оно получило широкое распространение и затем перешло в Московскую Русь. Но начало это ни в древности, ни в московское время не получило точного определения и разработки своих частностей. На всем пространстве нашей древней истории права племянника на наследование отчиной сталкивались с такими же правами дяди. И дядя, и племянник могли быть одинаково отчичами известного стола. Отсюда ведут начало нередкие случаи борьбы из-за владений этих близких между собой родственников. Но борьба дядей с племянниками из-за отчин не отрицает отчинного начала; обе стороны признают его, но только разно понимают: дяди думают, что они должны наследовать отчину с устранением племянников от старшего брата; племянники, наоборот, думают, что они должны наследовать отцам своим, устраняя их младших братьев, а своих дядей. Вот поэтому-то отчинное начало проводилось в нашей истории не тихо и спокойно, а в постоянной борьбе. Князья с оружием в руках доискивались своих отчин и закрепляли их за собой союзами и крестным целованием.
Несмотря на эту неопределенность порядка наследования по отчине и на частые нарушения отчинного начала путем захвата волостей князьями не отчичами, порядок этот является в нашей истории весьма живучим и прочным. Практическое действие его проявляется с древнейших времен в обособлении княжеских линий, приурочиваемых к известным местностям. Мы имеем полоцких князей, черниговских, рязанских, киевских, смоленских и пр. Эта работа обособления продолжается и на северо-востоке. Нисходящие Всеволода Большое Гнездо выделяют из себя князей суздальских, тверских, нижегородских, московских и проч. Московская линия, в свою очередь, выделяет серпуховскую, можайскую и т. д. Все это князья-отчичи1.
Приведем самые крупные факты из истории образования этих наследственных линий.



1Мысль о преемстве по началу отчины и с самых древних времен встречаем у Погодина (Исследования. IV. 368). Но эта совершенно верная мысль представлялась ему в довольно смутных очертаниях. "Древнее наше престолонаследие, — говорит он, — основывалось на праве старшинства, ограниченного правом отчинным" (С. 383). Этого, конечно, нельзя понять, несмотря на многочисленные выписки из летописей, приводимые на 12 предшествующих страницах. На с.386 он решительно утверждает: "Пять сыновей Ярослава должны были наследовать Киев один за другим, по старшинству: это знаем мы положительно". Автор только не знает, кто должен был наследовать Киев после смерти младшего сына Изяслава: все ли по очереди сыновья старшего, затем все сыновья второго и т.д., или только один старший из всех, а потом старший сын второго сына и т.д. Таким вопросом и задаваться бы не следовало, ибо на него не ответил бы никто и из современников Ярослава. Но на каком основании автор утверждает, что все сыновья Ярослава наследуют Киев один за другим? Отчинному началу одинаково соответствует как наследование брата брату, так и наследование сына отцу, помимо его брата.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4016

X