Экономическое положение переселенцев в Томской губернии
Важным критерием оценки итогов переселенческой политики является вопрос об имущественном положении переселенцев.

В.Г. Тюкавкин считает, что в начале XX века на переселения шли главным образом крестьяне-бедняки, причем в 1907-1911 гг. произошло значительное уменьшение наделов крестьян-переселенцев и значительно увеличился среди них процент безземельных562. Эту точку зрения разделяли Е.И. Соловьева, Н.П. Огановский, И.Л. Ямзин563. Зав. Томским переселенческим районом в годовом отчете за 1907 год отмечал, что за малым исключением вся масса переселенцев отличалась отсутствием личных средств. В силу этого очень много переселенцев пришлось отправить по бесплатным билетам, а многим выдать денежное пособие564.

Тот же зав. Томским переселенческим районом в смете расходов на 1912 год отмечал, что прибывшие переселенцы 1906 1911 гг. представляют собой элемент экономически крайне слабый. Главный контингент водворения 1911 года составляли самовольцы, проживавшие до того времени в старожильческих селениях. Крайне слабые экономически, они потребуют на 1912 год поголовной поддержки, чтобы встать на ноги565.

Исследовавший проблему переселений в период столыпинской аграрной реформы Л.Ф. Скляров на основании изученного материала также пришел к выводу, что на переселения шли миллионы беднейшего крестьянства В течение августа-сентября 1907 года чинами Переселенческого Управления были опрошены 1002 семьи в составе 3 049 душ мужского пола из 43 губерний страны, водворенных на 136 участках. По данным этого опроса, на родине не имели земли 25,1 % опрошенных, имели до трех десятин земли - 21,8 %, имели 3-6 десятин земли - 34,9 %. Не имели лошадей 40,2 % опрошенных, имели одну лошадь - 44,5 %. Не имели рогатого скота 321 семья из 1002 опрошенных, имели одну голову рогатого скота 493 семьи566. Эти данные подтверждают, что большая часть переселенцев до переезда в Томскую губернию являлись бедняками.

Как отметил Л.В. Минжуренко, совершенно необеспеченные средствами переселенцы почти все по приходу в Сибирь вынуждены были работать по найму у зажиточных старожилов567. Таким образом, значительная, если не большая часть переселенцев, попав в Сибирь, становилась батраками и наемными рабочими у зажиточных старожилов. Данное утверждение нами не опровергается, но следует иметь в виду, что батрачество имело характер обратимости. Этот факт отмечал Л.M. Горюшкин, который писал, что для рынка наемных рабочих сибирской деревни была характерна текучесть состава продавцов рабочей силы. Эта текучесть была связана с непрерывным притоком переселенцев и обратимостью их батрачества, когда переселенцы, сумевшие завести хозяйство, исчезали с рынка как продавцы рабочей силы, а их место занимали другие новоселы. Интересно, что по данным Л.М. Горюшкина, наибольшая нехватка рабочих ощущалась в Томской и Енисейской губерниях, принявших основной поток переселенцев568.

По данным В.Г. Тюкавкина, заработная плата наемным работникам-мужчинам в год по Томской губернии составляла 93 рубля, по Тобольской - 88,26 рубля, по Акмолинской области - 86,26 рубля. Переселенцы при таких ценах (на хозяйственном питании) могли скопить денег для покупки самого необходимого в хозяйстве (лошади, плуга и т.п.) и «выбиться» в середняки569. Заметим, что в зависимости от качества и спроса цены на имущество могли колебаться в следующих пределах. Лошадь - 40-50 рублей, жеребец, бычок или корова - 4-35 рублей, сбруя - 10 рублей, телега - 15 рублей570.

Этот факт подтверждает, что большая часть переселенцев из разряда наемных рабочих и беспосевных батраков имела возможность попасть в разряд сеющих крестьян, ведущих собственное хозяйство.

Чтобы эффективно вести хозяйство, крестьянин должен помимо рабочего скота и сельскохозяйственных машин иметь достаточный земельный надел. По данным статистического обследования переселенцев 1911 года на одно наличное хозяйство приходилось надельной земли в степной зоне - 45,88 десятин, в лесостепной - 38,75 десятин, в переходной - 33,82 десятины, в таежной - 42,41 десятины571.

Теперь о качестве отводимых земель. Как видно из табл. 3, из числа земель, отведенных под переселенческие участки, 28 % относились к числу неудобных. Следует сразу отметить, что термин «неудобные земли» далеко не всегда означает «вообще непригодные для земледелия». Так, в 1911 году в Змеиногорском уезде Томской губернии переселенцы из Эстляндской губернии брали неудобные земли наравне с удобными. Они быстро превращали озера и небольшие болотца в плодородную почву и устраивали цветущее хозяйство там, где старожилы совершенно забрасывали земли572.

В работе «Сибирская деревня накануне Октября» В.Г. Тюкавкин приводит целый ряд свидетельств жителей сел, образованных из переселенческих участков. Некоторые жители этих сел переселились в Сибирь в 1909-1910 гг. и даже в 1916 году. Они характеризуют качество почв как «хорошее», хотя самые лучшие земли к тому времени были уже заняты старожилами573.

Косвенный показатель качества земель - количество переселенцев, оставивших свои наделы. В 1911-1915 гг., когда самые лучшие земли уже были использованы, из числа водворенных в Томской губернии свои наделы оставили всего лишь 8,2 % семей. В Тобольской губернии 9,7 % семей оставили свои участки, в среднем по Сибири - 10,5 %574. Последние цифровые данные могут служить также в качестве аргумента против утверждения о том, что большая часть переселенцев бросала отведенные участки и разбредалась по Сибири. Тех, кто оставил свои наделы в Томской губернии, было в 1911-1915 гг. всего 8,2 % от числа всех водворенных.

Из числа опрошенных 1 383 хозяйств Каргатской волости дали показания о желании уйти со своих участков 50 домохозяев, что составило лишь 3,7 %. Причем только 27 из них хотели бы вернуться на родину, а 23 - перейти на другие участки. Основными причинами ухода были желание переводвориться с целью получения наделов для родившихся после водворения (13 показаний) и недовольство природными условиями (10 показаний)575. Столь скромная цифра в 3,7 % есть следствие хорошего качества земель, отводимых под образование переселенческих участков в 1906-1910 гг.

Особое значение для нас имеют данные статистического обследования 1911 года. Это обследование проводилось в лесостепной полосе и охватило 43 поселка с 4 115 хозяйствами. Из этих поселков 13 были образованы в 1907 году, а другие 30 в периоде 1894 по 1899 гг. Данное обследование выявило тенденцию стабильного роста семейного состава в зависимости от срока давности водворения. Так, в хозяйствах, образовавшихся менее трех лет назад (1909 -1911 гг.), средний состав семьи был равен 5,2 человека обоего пола, а в хозяйствах, образовавшихся до 1893 года - 6,2 человека. Таким образом, средняя переселенческая семья в зависимости от давности водворения увеличивает свой состав на 32 %576.

По данным того же обследования было отмечено, что с увеличением площади запашки возрастает и продуктивность мужской рабочей силы в 1,87 раза, земледельческого инвентаря - в 1,15 раза577.

Данные табл. 5 подтверждают, что размеры посева и пашни в среднем переселенческом хозяйстве находятся в прямой зависимости от срока давности водворения. В зависимости от срока давности поселения процент хозяйств, не обеспеченных постройками, стабильно понижается. Так, среди поселившихся менее трех лет до обследования (1909-1911 гг.) 2,2 % хозяйств не имели жилых построек и 22,5 % не имели нежилых построек. Среди переселенческих хозяйств, водворившихся в 1908 году, уже 1,3 % не имели жилых построек и лишь 10,3 % не имели нежилых построек. Среди водворившихся до 1893 года процент хозяйств, не имевших построек, уже падает до 0578.

Из анализа сведений об имущественном положении лиц посемейного списка аила Колонаково-Эмековского Кузнецкого уезда мы также можем видеть, что из 17 домохозяев, значившихся в списке, самыми зажиточными были семьи, прибывшие раньше других, либо те, кто прибыли недавно, но привезли с собой значительные средства. Прожившие же от 1 до 3 лет имели мало голов скота, мало посевов и не имели инвентаря579.

Впрочем, не следует забывать, что данные по посеву не всегда точно отражают уровень экономического положения хозяйства. Поэтому имеет смысл обратиться к вопросу оценки имущества переселенцев. По данным статистического обследования 1911 года в Томской губернии стоимость разного рода имущества в отдельных группах крестьян находилась в таком соотношении:
а) у проживших в Сибири менее 3 лет - 260,9 рубля,
б) у проживших в Сибири от 4 до 7 лет - 364,9 рубля
в) у проживших в Сибири от 8 до 18 лет - 685,4 рубля
г) у неприписных крестьян - 190,0 рублей580.

Таким образом, средний переселенец в Томской губернии в первые 3 года водворения имел имущества на 260,9 рублей и 5,4 десятин посева на 1 хозяйство. В остальных областях и губерниях Азиатской России средний размер посева для той же категории переселенцев в два раза ниже - 2,7 десятины581.

В зависимости от давности поселения увеличивалось и количество скота в переселенческих хозяйствах.

Возрастная группа На одно хозяйство приходится
Всего голов скота Дойных коров
I. 1909-1911 гг. водворения 8,8 1,6
II. 1908 года водворения 13,0 2,2
III. 1904-1907 гг. водворения 14,1 2,3
IV. 1893-1903 гг. водворения 24,8 3,2
V. до 1893 года водворения 26,4 4,1
VI. Неиричисленные 6,3 0,9


Примечательно, что даже среди низших посевных групп переселенце обеспеченность скотом была достаточно значительна. Так, среднее беспосевно хозяйство имело 3,1 головы скота, а среднее хозяйство, сеющее не более 1 десятины, - 5,8 головы скота582. По степени обеспеченности рабочим скотом все переселенческие хозяйства в обследованных поселках (вне зависимости от сроков давности водворения и размеров запашки) распределялись следующим образом:

Не имели скота вообще 1,5 % хозяйств
Не имели рабочего скота 5,4 % хозяйств
Имели 1 голову рабочего скота 17,9 % хозяйств
Имели 2 головы рабочего скота 40,1 % хозяйств
Имели 3-6 голов рабочего скота 32,1 % хозяйств
Имели 7 и более голов рабочего скота 3,0 % хозяйств583.

Чиновники, проводившие обследование переселенческих хозяйств в 1911 году, отметили, что среди хозяйств лесостепной полосы сильно распространено маслоделие. Почти в каждом поселке был маслодельный завод. Из числа хозяйств, имевших дойных коров, в обследованных поселках 59,8 % дали показания, что они продают молоко. В среднем каждое такое хозяйство продаю за год 108,5 пудов молока на сумму 53,3 рубля584.

Средствами перевозки были обеспечены 94,7 % всех обследованных переселенческих хозяйств всех лет поселения, орудиями обработки пашни - 84,7 % хозяйств. То, что 15,3 % хозяйств не имели земледельческого инвентаря, легко объяснимо. Во-первых, не все переселенцы уже в первый год приступали к запашке земли и нуждались в земледельческом инвентаре. Во-вторых, переселенцы имели возможность довольствоваться в хозяйстве наемным земледельческим инвентарем. Исследованиями также было отмечено, что у переселенцев даже сравнительно ранних сроков водворения, кроме обычных земледельческих орудий, имелся еще целый ряд машинных орудий, среди которых наиболее были распространены веялки, молотилки, сенокосилки585.

Как видно из табл. 8, переселенцы даже в первой возрастной группе в среднем на одно хозяйство имели по две рабочих лошади. В.И. Ленин в капитальном труде «Развитие капитализма в России» определил, что хозяйства, имеющие 2-4 головы рабочего скота, относятся к категории середняков. Соответственно, имеющие более 4 голов являются зажиточными, а имеющие 1 голову либо не имеющие вовсе относятся к числу бедняков586. Применив данный метод градации к материалам статистического обследования переселенцев, представленным в табл. 8, можно сделать вывод, что по количеству рабочего скота даже переселенцы первой группы водворения относятся к категории середняков.

Сравним потребительские нормы в Томской губернии и в других регионах. В канун первой мировой войны на одного среднего едока в старожильческих селах Томской губернии приходилось 50 пудов продовольствия, на среднего новосела приходилось 42 пуда587. Крестьянское население Европейской России в начале XX века в среднем потребляло 16 пудов на 1 человека, во Франции - 33,6 пуда, в Германии - 27,8 пудов, в Голландии - 24,5 пуда пищевых продуктов в год588. По данным И.В. Островского, потребительские нормы в Томской губернии всегда были выше, чем в других губерниях. В 1911 году (в год сильного неурожая) продовольственная и фуражная норма здесь определялась в 34 пуда, тогда как е Тобольской губернии и Акмолинской области такая норма составляла лишь 25 пудов589.

Определенный интерес представляет для нас сравнение экономического положения переселенцев в губерниях выхода и в Томской губернии после водворения. По данным статистического обследования 1911-1912 гг. на родине 22,2 % хозяйств переселенцев не имели построек, 25,2 % хозяйств не имели скота, 29,1 % хозяйств не имели земли. Из числа переселенцев в Томской губернии не имели скота 1,5% хозяйств, не имели посева 2,7 % хозяйств, не имели жилых построек 1,4 % хозяйств, не имели нежилых построек 7,5 % хозяйств590.

Проблему сравнения имущественного положения крестьян до и после переселения рассматривали Ф. Сластухин и Г. Чешихин. Они использовали первичный материал обследования переселенцев 1911 1912 гг. В обработку вошла 341 подворная., карточка хозяйств сел Когкуль, Терснгуль, Бочановский и Вознесенский близ Славгорода. Эти материалы представлены в табл. 7. Сравнение хозяйственного положения крестьян до и после переселения позволяет заключить, что абсолютно все категории хозяйств по приезде в Томскую губернию увеличили размер посева и поголовье скота.

Кроме того, как следует из табл. 6, абсолютное меньшинство переселенцев во всех посевных и возрастных группах в Томской губернии стало жить хуже, чем на родине. Значительное большинство опрошенных крестьян заявило, что их положение в Сибири лучше, чем в губерниях выхода. Несмотря на то, что подобные показания есть лишь субъективная оценка переселенцами своего положения, эти данные для нас представляют интерес. Тот факт, что значительное большинство персссленцев оценило свое положение в Томской губернии лучше, чем в губернии выхода, никак не может подтвердить мнение о провале аграрной реформы и переселенческой политики. Скорее, эти данные говорят нам об успехе.

Многие исследователи ставят правительству П.А. Столыпина в вину наличие сотен тысяч непричисленных переселенцев, исходя из чего делается общий вывод о провале переселенческой политики. Рассмотрим имущественное положение непричисленных переселенцев. Перепись неустроенных переселенцев, проведенная в конце 1910 года позволяет нам говорить об экономическом и социальном положении этой группы населения. Средний состав семьи неприписанных был определен в 5,5 душ обоего пола, в числе 48 832 хозяйств насчитывалось 1 480 одиночных. Собственным жилищами были обеспечены 35 427 семейств, т.е. 72,5 %, на их долю приходилось 35 813 жилых построек, в том числе деревянных домов - 17 383, на квартира проживали 13 405 семейств. Сравнение с аналогичными данными перепись 1909 года позволило В.Я. Нагнибеда утверждать, что процент самовольцев обеспеченных собственными жилищами, по всей губернии несколько возрос591.

Крупный рогатый скот имели 34 975 хозяйств, то есть 71,62 % от общего числа неприписанных. На долю этих переселенцев приходилось в 1910 году согласно данным переписи 58.937 лошадей и 54 765 голов рогатого скота. Безусловно, далее не все хозяйства имели скот и лошадей, но были такие хозяйства неприписанных самовольцев, где было до 28 лошадей и до 50 голов рогатого скота. Сено собирали 28 511 хозяйств, причем 4 013 из них косили на самовольно захваченных участке Земледелием занимались и имели посев 26 675 хозяйств или 54,63 % от числа всех.

Примечательно, что неприписными в 1910 году засевалось 95 934,43 десятин Большинство хозяйств - 20 959 - имело пашню исключительно на арендован земле, тогда как 4 508 хозяйств запахивали самовольно захваченные участки592.

Внимательное изучение проблемы самовольных переселенцев и структуры хозяйств позволяет утверждать, что «неприписной самовольный переселен далеко не всегда «батрак», «бедняк» или «пролетарий». Так, по данным статистического обследования 1911 года, в Барнаульском уезде из 53 опрошен неприписных хозяйств лишь 14 не имели рабочего скота, в Томском уезде из хозяйств скота не имели 40 дворов, а в Мариинском уезде опрошено было 52 хозяйства, из которых только 19 не имели рабочего скота593. Показательно, что некоторые переселенцы, числившиеся «непричисленными», имели достаточно средств, чтобы нанимать работников в свои хозяйства. Например, в Томском, Барнаульском, Мариинском и Каинском уездах 50 хозяйств нанимали рабочих, причем указанные 50 дворов за исполненные работы в итоге выплатили 6 753,55 рублей. В среднем одно неприписное хозяйство, нанимавшее работников, смогло уплатить более 135 рублей594.

Заметно развита была аренда среди непричисленных переселенцев. Так, в 1911-1912 гг. в Барнаульском, Каинском, Томском и Мариинском уездах 232 неприписных хозяйства уплатили в сумме за аренду 3 456,18 рублей595.

Один из чиновников кабинетской администрации в 1910 году отмечал, что в районе Кузнецкой черни по рекам Сумгай, Тогул, Уксутай и Большой Чумыш проживало 970 душ мужского пола арендаторов. Из них 512 д.м.п. - нигде не причисленные выходцы из Европейской России596.

Арендные ставки в Сибири были в 5-10 раз ниже, чем в Европейской России, поэтому в Западной Сибири преобладала предпринимательская аренда, составлявшая примерно 2/3 всей арендуемой крестьянами площади597. Средние арендные цены на участки близ деревни Чулаковой в Алтайском округе были равны 1 рублю за десятину пашни и 30 копейкам за 1 десятину покоса598. В пределах Томской губернии арендные ставки могли колебаться в зависимости от типа аренды, спроса на землю и качества арендуемых участков. Но практически всегда плата за аренду была очень низкой. Так, в 1914 году арендные ставки Кабинета делились на 3 вида:
а) аренда льготная - 41 копейка за 1 десятину (в среднем);
б) аренда культурно-хозяйственная - 46 копеек (в среднем);
в) прочая - 78 копеек (в среднем)599.

При таких низких арендных ценах очень многие переселенцы предпочитали оставаться в ранге «непричисленных» арендаторов на хорошей земле, чем водворяться на законных основаниях, получая наделы сомнительного качества. Именно по этой причине полностью «устроить» всех непричисленных на переселенческих участках в 1910-1912 гг. правительство не смогло. Интересно, что при переписи 1911-1912 гг. из числа опрошенных непричисленных большинство заявило, что в Сибири они живут на новом мест лучше600.

Таким образом, анализ данных статистического обследования переселенце 1911-1912 гг. не позволяет нам сделать вывод о массовом разорении переселенце. Весте с тем ряд исследователей утверждают, что часть крестьян в результат переселенческой политики разорялась, становилась батраками, продавала свои наделы или вообще уходила в города на заработки601. Часть переселенце действительно в ходе переселенческой политики разорилась и потеряла свои земельные наделы. Но свидетельствует ли это о провале переселенческой политик 1906-1914 гг. в целом?

Проблема разорения части крестьян и перехода их собственности в другие руки серьезно изучалась многими исследователями в XIX-XX вв. Так, В.И. Лени в ряде работ доказал, что процесс разорения крестьянства - это процесс объективный, через который прошли все капиталистические страны. Но самой своей природе капиталистический способ производства постоянно уменьшает земледельческое население сравнительно с неземледельческим. Превращение мелкого производителя в наемного рабочего предполагает потерю им средств производства - земли, орудий труда, т.е. его «обеднение», «разорение». Разорение мелких производителей в обществе развивающегося товарного хозяйства и капитализма означает создание внутреннего рынка. В итоге экономическое развитие на деле ведет не к увеличению, а к уменьшению земледельческого населения602. Эту точку зрения разделяли К. Маркс и Ф. Энгельс. Они отмечали, что мелкий крестьянин, как и всякий пережиток отжившего способа производства, неудержимо идет к гибели. Он - будущий пролетарий603. Не менее рельефно эту же мысль выражал Т. Шанин, а также другие исследователи604. Таким образом, мы можем сделать вывод, что процесс разорения крестьян и превращение их в наемных рабочих есть процесс объективный и представляет собой закономерность, общую для всех капиталистических стран. Связывать этот процесс с оценками столыпинской переселенческой политики было бы неверно. Естественный процесс аграрной эволюции приводил к разорению части крестьян, переходу их собственности в руки другой части и постепенному сокращению земледельческого населения.

Изучение материалов обследования позволяет нам утверждать:
а) во-первых, беспосевные хозяйства в исследованной местности в 1911 году составляли небольшой процент во всех посевных и возрастных группах;
б) во-вторых, степень обеспеченности пашней достаточно высока даже в наиболее молодых хозяйствах;
в) в-третьих, большая часть переселенцев в Томской губернии стала жить лучше, чем в губернии выхода. Исчезают безземельные хозяйства, резко снижается процент хозяйств без жилья и скота. Увеличивается количество голов скота в среднем на хозяйство в 2,7 раза, количество построек - в 1,1 раза, размеры посева - в 1,6 раза.

Таким образом, приводимые многими отечественными исследователями аргументы о массовом разорении переселенцев в Томской губернии в период столыпинской аграрной реформы не выглядят бесспорными. Автор согласен с тем, что в процессе проведения аграрно-переселенческой политики в 1906-1914 гг. существовали пробелы, недостатки и ошибки, некоторые из них - весьма серьезные.

Но мнение о полном крахе столыпинской реформы в Томской губернии мы не разделяем. Итак, проведенный нами анализ влияния переселенческой политик правительства П.А. Столыпина в 1906-1914 гг. на хозяйственное развитие Томско губернии позволяет сделать вывод о положительном влиянии политики массовые переселений правительства П.А. Столыпина на экономическое положена крестьянства Томской губернии. Значительное большинство крестьян поел переселения в Томскую губернию увеличило размеры посевов, количество орудии труда и голов скота в своих хозяйствах. Это свидетельствует об успех переселенческой политики в целом.




562 Тюкавкин В.Г. Социально-экономические предпосылки переселения крестьян в Сибирь в начале XX века // Ученые записки. Выпуск XVIII(6). - Иркутск, 1961. - С. 17-19.
563 Соловьева Е.И. Переселение крестьян в Томскую губернию... - С. 106; Огановский Н. Закономерность аграрной эволюции. T.III... - С 126; Ямзин И. Переселенческое движение в России... - С. 104.
564 ГАТО. Ф.239. Оп.1. Д.24. Л 12.
565 Там же. Д. 57. Л.1-1а.
566 Скляров Л.Ф Переселение и землеустройство в Сибири... - С. 135.
567 Синельников Н. Хуторские отрубы, образованные в 1907 году в Томском уезде, на землях Алтайского округа Кабинета Е В. // Вопросы колонизации. - 1908 - № 3. - С. 187- 188, 192-193.
568 Минжуренко А.В. Устройство и становление переселенческих хозяйств Западной Сибири в конце XIX- начале XX вв // Экономические и социальные проблемы истории Сибири. - Томск, 1984. - С. 107.
569 Горюшкин Л.М. Рынок рабочей силы в сибирской деревне начала XX в // Бахрушинские чтения - Новосибирск, 1974,- С.148, 150.
570 Тюкавкин В.Г. Великорусское крестьянство и столыпинская... - С.290.
571 ГАТО. Ф.239. Оп.1. Д. 11. ДЛ.33-38; Оп.8. Д.45. JI.2.
572 Сборник статистических сведений об экономическом положении переселенцев. Вып. I. - Томск, 1913,- С.85.
573 Жизнь Алтая. - 1911.- 19 янв.
574 Тюкавкин В.Г. Сибирская деревня накануне... - С.20-21.
575 Сидельников С М. Аграрная реформа Столыпина... - С 229.
576 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д 922. ЛЛ. 75-76.
577 РГИА. Ф.391. On.4. Д.922. ЛЛ.20, 22-23.
578 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. Л.42.
579 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. Л.26.
580 ГАКО. Ф.Д-59. Оп.1. Д. 13. Л. 11.
581 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. ЛЛ.49-50.
582 Обзор сельскохозяйственной жизни заселяемых районов... - С.99.
583 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. Л.28.
584 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. Л.ЗО.
585 Там же Л.29.
586 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. ЛЛ.26-27.
587 Ленин В.И. Поли. собр. соч. - Т.З. - С.76.
588 Томская область. Исторический... - С. 125-126.
589 Аверин Н. Переселенческий вопрос и общественные организации. - СПб., 1907. - С. 1. Островский И В К изучению зернового хозяйства Сибири накануне Великой Октябрьской социалистической революции // Развитие производительных сил Сибири в XIX-XX вв.
590 Новосибирск, 1983 - С. 156.
591 РГИА. Ф.391. Оп.4. Д.922. ЛЛ.61, 66.
592 Нагнибеда В Я. Указ. соч. - С.289- 290.
593 Нагнибеда В.Я. Указ. соч. - С.290-293.
594 Сборник статистических сведений... Выи. II. - Томск, 1913. - С.2, 89, 128.
595 Сборник статистических сведений... Вып. II. - Томск, 1913 - С.11, 53, 95, 137.
596 Там же. С. 15- 16, 57-58, 99-100, 141- 142.
597 РГИА. Ф 468 Оп.44. Д.738. Л.6.
598 Горюшкин Л.М. Сельское хозяйство и крестьянство... - С. 15.
599 РГИА. Ф 396. Оп 6. Д.888 Л.5.
600 ЦХАФ АК. Ф.Д-4. Оп.1. Д.446. Л. 141.
601 Сборник статистических сведений... Вып. И. - Томск, 1913. - С.23, 65, 107, 149.
602 Сиренко М П. О некоторых особенностях сибирского крестьянства в 90-е годы XIX века - 1917.
603 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.З. - С.24-27; Т. 17. - С.135- 137.
604 Маркс К. Капитал. Т. 1. - М, 1978. - С.755; Маркс К., Энгельс Ф Сочинения. - 2-е изд.. - Т.22. - С.507.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6760

X