Охранники
   В военных событиях, разразившихся в Южной Маньчжурии летом 1900 года, самое видное участие пришлось принять чинам Охранной стражи, всеми силами отстаивавшим вверенную им железную дорогу и ее строителей. Охранная стража была образована в то же время, когда начались первые работы по постройке дороги. В первые годы охранникам приходилось защищать железную дорогу от хунхузов и случайных нападений. В 1900 году, охрана перенесла на себе несколько тяжелых месяцев борьбы с боксерами и китайскими регулярными войсками. В марте 1900 года штабс-капитан Янткевич и два казака были предательски убиты китайскими солдатами, без всякого вызова с русской стороны. Это была первая жертва среди чинов охраны.

   Полковник Павел Иванович Мищенко был отважным начальником Охранной стражи Порт-артурской линии во время событий 1900 года. По окончании Павловского военного училища он принимал участие в Хивинской экспедиции 1873 года, командуя конно-ракетным взводом. В 1877 году был участником Турецкой кампании и дрался с турками у Цудахара и Сугратля. Впоследствии командовал 1-й Закаспийской батареей[101]. В 1899 году назначен помощником главного начальника Охранной стражи, сформированной для охраны Маньчжурской железной дороги. Командирами стражи состояли наши офицеры разных родов оружия. Нижние чины набирались из запасных унтер-офицеров.

   Охранники Маньчжурской железной дороги



   Охранники, конные и пешие, были разбросаны по постам вдоль линии железной дороги. Когда вспыхнули военные действия, полковник Мищенко стянул охранников в один отряд, состоявший из 2-й роты сотника Мамонова (82 человека), 6-й роты капитана Кушакова (125), 3-й Кубанской сотни штабс-капитана Страхова (70 казаков) и 8-й Донской сотни подъесаула Денисова (93 казака). Весь отряд состоял до войны из 400 человек, из которых во время военных действий было убито и ранено 129 человек, из них убитых 74. Из офицеров охраны были убиты: штабс-капитаны Янткевич и Страхов и подпоручик Валевский.

   На станции Наньсаньшилипу, что значит по-китайски «Деревня в тридцати ли на юг», наш поезд встретился с санитарным поездом, который шел с севера. В этом поезде везли 18 нижних чинов, раненных в деле при Ньючжуане, 3 раненных при Аньшаньчжане, 49 больных солдат, 1 больного офицера и поручика Малишевского, раненного под Ньючжуаном.

   Генерал Мищенко



   В этом же поезде везли тело безвременно скончавшегося штабс-капитана Валериана Страхова, командира Кубанской сотни Охранной стражи. Один из самых лихих охранников, редкий товарищ и ревностный командир, которого одинаково любили как товарищи, так и его казаки-кубанцы, – он был тяжело ранен в деле под Аньшаньчжанем, во время разведки. Разрывная пуля китайца ударила по руке и рикошетом ранила Страхова в живот. Он скончался на другой день, 14 сентября, после жестоких мучений. Охранники потеряли в нем одного из своих лучших офицеров.

   Я познакомился со Страховым год тому назад, в один из жарких июльских дней, в Виктории-бэй, на месте постройки Дальнего. Здесь вспыхнули беспорядки. Китайцы, недовольные продажей их земель под постройку порта и железной дороги, напали на русских, производивших отчуждение земель. В этом деле мутили также китайские чиновники из города Цзиньчжоу. 20 казаков-охранников прискакали из ближайшего казачьего поста, выручили русских техников, разогнали китайских буянов и арестовали толпу в 200 человек. Из Порт-Артура немедленно приехал начальник округа подполковник Куколь-Яснопольский, разобрал дело и восстановил порядок.

   Генерал Мищенко, штабс-капитан Страхов и Кубанская сотня Охранной стражи



   В тот же день в Викторию прибежал некий китаец Шу и заявил русским, что на его дом в деревне Инченцза напали хунхузы, ограбили и избили его семью. Подполковник Куколь-Яснопольский приказал Страхову взять казаков и немедленно отправиться в поиски за хунхузами.

   Я присоединился к отряду как переводчик, хотя большая часть наших казаков в Маньчжурии быстро усваивает китайский язык и свободно объясняется с населением. Целый день носились мы по зеленым холмам и полям Квантуна, из одной деревни в другую. Спустилась чудная лунная ночь. Китаец Лиу обещал указать нам деревню, в которой укрылись хунхузы, но куда мы ни заезжали, поселяне всюду, кланяясь, отвечали, что хунхузы только что «паоле» – убежали. Мы входили во дворы, осматривали фанзы и, наконец, оцепили одну самую подозрительную фанзу по указанию Лиу. Казаки забрались на чердак и торжественно вытащили… несчастную столетнюю старуху, полуживую от страха. Страхов рассердился и сказал китайцу Лиу, что если он сейчас же не укажет, где запрятались хунхузы, то он – Лиу будет сам арестован вместо разбойников.

   Мы поскакали дальше. Снова напугали своим приездом несколько деревень. Наконец на лужайке перед одной деревней увидали хунхузов, которые в ярком лунном свете чернели точно крабы и, несомненно, готовили нам засаду. Мы с криком полетели на них… опять неудача! Мирные поселяне воспользовались чарующей тихой прохладой ночи и уселись кружком возле деревушки, чтобы отдохнуть после знойного дня и потолковать о своих деревенских делах. Так мы хунхузов и не нашли.

   Но если бы даже они и были в одной из осмотренных нами деревень, то поселяне все-таки их бы не выдали из боязни мести. Поэтому борьба с разбойниками-хунхузами в Маньчжурии так трудна и потребует много лет, чтобы они были выведены.

   Промаявшись несколько часов, поздней ночью мы заехали ночевать в какую-то деревню. После необозримых полей гаоляна, скал, холмов, грязных фанз, жалких китайцев и страшных хунхузов на другое утро я был приятно разбужен шумом русского самовара. Прекрасная веранда, тропические цветы, ослепительный самовар, белоснежная скатерть, удивительные закуски и приветливейшая хозяйка – встретили нас после наших ночных трудов и похождений. Страхов и я оказались в гостях у одного из строителей Маньчжурской дороги, инженера Панфиловича, в деревне Швантайгоу.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4265