«Ударить по космополитам»
Установление железного занавеса, разделение послевоенного мира на противостоящие блоки и начало холодной войны поставят в повестку дня, по мнению Сталина, необходимость новой идеологической мобилизации советского общества. «Закручивать гайки» в сфере культуры Сталин призовет А.А. Жданова — образованного партийного функционера «гуманитарного профиля». Именно в этом назначении некоторые историки видят причину отстранения технократа Маленкова от руководства Секретариатом ЦК. Вручением Жданову рычагов управления идеологией решалась задача идеологической мобилизации советского общества, организации его усилиями ряда идеологических кампаний175.

Одним из структурообразующих элементов этой мобилизации станет «борьба с космополитизмом», которая довольно быстро приобретет антисемитскую направленность. В публичной сфере это понятие было озвучено несколькими годами ранее. Будущий генеральный секретарь Союза советских писателей А. Фадеев еще в 1943 году в ноябрьском номере журнала «Под знаменем марксизма» писал «о ханжеских проповедях беспочвенного космополитизма». В июле 1945-го О. Куусинен в статье «О патриотизме», опубликованной им под псевдонимом Н. Балтийский в журнале «Новое время», противопоставил патриотизму космополитизм, который органически противопоказан трудящимся.

Жданову будет отпущен короткий срок, в течение которого ему, тем не менее, удастся провести целый ряд кампаний. В январе 1948 года в ЦК ВКП(б) на совещании деятелей советской музыки Жданов запустит в оборот понятие «безродный космополит». «Интернационализм рождается там, - скажет он, - где расцветает национальное искусство. Забыть эту истину означает... потерять свое лицо, стать безродным космополитом».


Письмо К.М. Симонова и А. В. Софронова И.В. Сталину и Г.М. Маленкову об исключении критиков-антипатриотов из Союза советских писателей. 26 марта 1949
[Из открытых источников]



Письмо К.М. Симонова Г.М. Маленкову о написании пьесы «Горький в Америке».
19 марта 1949 [РГАСПИ. Ф. 17. On. 132. Д. 235. Л. 27-29]


Слабый здоровьем Жданов уйдет из жизни в августе 1948-го в результате инфаркта миокарда. К Маленкову вернется роль первой скрипки в партийном оркестре. Поспособствует ему в этом и «дело литературных критиков». Запущено оно будет, однако, не Маленковым, а другими партийными функционерами. Находившийся тогда еще «в силе» первый секретарь МК и МГК ВКП(б) Г.М. Попов в первой половине января 1949 года обратит внимание Сталина на конфликт между руководителями Союза советских писателей во главе с Фадеевым и критиками из Всероссийского театрального общества (ВТО), критиковавшими слабые пьесы последователей «социалистического реализма». Заведующий Отделом пропаганды и агитации ЦК Д.Т. Шепилов решит уведомить Сталина о позиции «критиков» и передать их письмо с жалобами на руководство Союза писателей. Сталин произнесет: «Типичная атака на члена ЦК товарища Фадеева». 23 января 1949-го выдвиженцы Жданова Д.Т. Шепилов и его заместитель А.Н. Кузнецов направили Маленкову записку о критиках-космополитах. Уже на следующий день, 24 января, Маленков проведет заседание Оргбюро ЦК, на нем Шепилов представит проект постановления «О буржуазно-эстетских извращениях в театральной критике», который Маленков отклонит176. В противовес предложениям Шепилова Маленков решит действовать публично. Нет сомнений, что свои намерения он предварительно согласует со Сталиным. Об инициативной роли Сталина позднее будет вспоминать К. Симонов, принимавший непосредственное участие в этом деле177. Маленкову поручат взять на себя подготовку директивной статьи для «Правды». Ее предварительный вариант главный редактор «Правды» П.Н. Поспелов положит на стол Маленкову 27 января в 3:55 утра. В работе над статьей, кроме сотрудников редакции, примут участие К.М. Симонов, А. А. Фадеев, А. В. Софронов, В.М. Кожевников. После согласования со Сталиным и его личной правки статья получит название, под которым и выйдет 28 января из печати: «Об одной антипатриотической группе театральных критиков». «Глубоко отвратительный для советского человека, враждебный ему безродный космополитизм» — эта формула станет жупелом, использовавшимся в дальнейшем повсеместно в идеологической «работе» партии178.

26 марта канцелярия ЦК ВКП(б) зарегистрирует письмо руководителей Союза писателей Симонова и Софронова, адресованное Сталину и Маленкову. «В связи с разоблачением одной антипатриотической группы театральных критиков» они поставят вопрос об исключении из Союза писателей целой группы «критиков-антипатриотов». Судьбы подвергнутых критике литераторов сложатся по-разному179. На закрытом партсобрании Союза советских писателей 9 февраля 1949 года будет устроен настоящий погром с исключением из партии критиков, причисленных к этой группе. 10 февраля передовицу «Правды» опубликуют «Известия»; кампания, таким образом, достигнет одного из своих пиков. В течение февраля - марта «Правда» опубликует еще с десяток аналогичных статей, авторами которых будут высокопоставленные деятели советского искусства. Не останутся в стороне и общественно значимые фигуры вроде президента Академии художеств А. Герасимова, композитора Т. Хренникова, поэта Н. Грибачева, министра кинематографии И.Г. Большакова и др. К.М. Симонов 18 февраля выступит на собрании драматургов и критиков Москвы с изложением своего представления о космополитизме как глобальном политическом явлении и инструменте идеологической экспансии американского империализма. Космополиты, заявил он, станут ядром сил, занимающихся «преступной» работой, «враждебной советской драматургии». 19 марта 1949 года он напишет Маленкову и изъявит готовность написать пьесу «Горький в Америке». В этой пьесе Симонов считал возможным «ударить по космополитам»180.

На этот раз, однако, обойдется без привлечения органов госбезопасности, хотя возможности для такого поворота, конечно, имелись. В начале февраля Шепилов получит от одного из перепуганных «космополитов» - критика Варшавского, работавшего в газете «Советское искусство», - донос, в котором пойдет речь об истории возникновения «антипатриотической группы критиков» на ежемесячных «заседаниях» «в кабинете ресторана “Арагви”». Шепилов направит этот донос Маленкову и Абакумову181. Ни тот ни другой не дадут хода этому делу, а может быть, не получат санкции Сталина. Более того, градус истерии начнет снижаться. Главный редактор упомянутого «Советского искусства» В.Г. Вдовиченко 12 февраля направит Маленкову записку, в которой представит деятельность критиков уже как разветвленный сионистский заговор. К своему посланию он приложит и список из 83 подозреваемых с «еврейскими» фамилиями. Шепилов обратит внимание Маленкова, что Вдовиченко «поднял в газете “Советское искусство” крикливую шумиху, пытаясь изобразить дело так, что космополиты проникли повсюду». Чрезмерное рвение, проявленное Вдовиченко, приведет к прямо противоположным результатам. 7 апреля его освободят от занимаемой должности и направят на переподготовку в Академию общественных наук при ЦК182.

29 марта на совещании редакторов центральных газет секретарь ЦК М.А. Суслов призовет прекратить публиковать «крикливые» статьи. 7 апреля черту под этой кампанией подведет газета «Правда» редакционной статьей «Космополитизм - идеологическое оружие американской реакции», причем о внутренних «космополитах» в статье не будет уже ни слова.

Элементом кампании в прессе станет нарочитое раскрытие литературных псевдонимов. Спустя несколько лет Сталин вернется к этой теме, причем наставление он адресует фактически Маленкову. Это произойдет в середине марта 1952 года на заседании, посвященном «распределению» Сталинских премий. Вести это заседание Сталин поручит именно Маленкову. Тот, по воспоминаниям Симонова, «чувствовал себя не в своей тарелке». Функции Маленкова, сидевшего на председательском месте, сводились к тому, что он называл те или другие произведения в соответствии с проектом постановления. В представленных Сталину документах, по воспоминаниям Симонова, в качестве автора романа Ореста Мальцева «Югославская трагедия» в скобках будет указана другая фамилия, Ровинский. Сталин решит, что Мальцев - это псевдоним, и «очень сердито, раздраженно» напомнит, что в прошлом году было принято решение запретить «представлять на премию, указывая двойные фамилии». Сталин ошибется, поскольку в данном случае псевдонимом окажется Ровинский, а не Мальцев. «В чем дело? До каких пор это будет продолжаться? — возмущался Сталин. — Если человек избрал себе литературный псевдоним — это его право, не будем уже говорить ни о чем другом. <...> Но, видимо, кому-то приятно подчеркнуть, что у этого человека двойная фамилия, подчеркнуть, что это еврей. Зачем это подчеркивать? Зачем это делать? Зачем насаждать антисемитизм? Кому это надо?»183



175 См., например: Костырченко Г.В. Сталин против «космополитов»: Власть и еврейская интеллигенция в СССР. М., 2010. С. 117.
176 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 132. Д. 137. Л. 54-56.
177 Симонов К.М. Глазами человека моего поколения: Размышления о И.В. Сталине. М., 1989. С. 191.
178 РГАСПИ. Ф. 629. On. 1. Д. 98. Л. 1.
179 См. подробнее: Костырченко Г.В. Сталин против «космополитов». С. 130-133.
180 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 118. Д. 229. Л. 17-23; Оп. 132. Д. 234. Л. 54-55; Д. 235. Л. 27-29.
181 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 132. Д. 229. Л. 8, 13.
182 Там же. On. 118. Д. 353. Л. 116, 118-119.
183 См.: Симонов К.М. Указ. соч. С. 188.

<< Назад   Вперёд>>