Архангельск
Большинство западноевропейских и российских купцов, торговавших друг с другом, встречались в Архангельске. Там они вели переговоры и заключали торговые сделки под наблюдением российских властей. Происходило это во время ежегодных ярмарок, проводимых тогда в августе. Каждый год десятки голландцев со своим товаром отправлялись из Республики в город на Двине, и ежегодно многие российские купцы съезжались на ярмарку со всех концов России. Число голландских купцов, торговавших с Россией, существенно увеличилось: в начале XVII в. их было, по приблизительным подсчетам, 35 человек, к началу второго десятилетия XVII в. - около 130 человек. Голландцы в большинстве своем не владели жаловаными грамотами и потому имели право торговать в России лишь в период ежегодных ярмарок в Архангельске. Вне этого времени возможностей вести торговлю в России имелось немного. Можно было, впрочем, ездить в глубь необъятной страны и торговать там, однако на каждую такую поездку приходилось запрашивать проезжую грамоту в Посольском приказе. Большинство голландцев не желало себя утруждать и приезжало в Россию лишь на ярмарки. Вероятно, единственной реальной их привилегией было лишь то, что они подпадали под юрисдикцию Посольского приказа и тем самым были дополнительно защищены от грабежей и разбоя8.

Голландцы совершали поездки в Архангельск пассажирами на борту торговых судов. Суда фрахтовались относительно небольшим числом крупных торговцев, которые сами организовывали собственный транспорт, поскольку перевозили крупные партии грузов. Большинство же торговцев поступало по-другому. Они съезжались на ярмарку для закупки там у приезжих русских купцов небольших, хотя и дорогостоящих, партий мехов и юфти. Для отправки этих товаров в Амстердам нанималась часть трюмов на борту судов, фрахтуемых крупными купцами. Как правило, суда отправлялись в конце мая с голландского острова Тексел и примерно четырьмя неделями позже прибывали в Архангельск. Шкиперы стремились к тому, чтобы в начале сентября уже сняться с якоря в Архангельске и еще осенью быть в Голландии. Если они задерживались с отплытием из Архангельска - до второй половины сентября, октября или тем более до начала ноября, - им грозила опасность попасть после прохождения мыса Нордкап в полосу тяжких штормов; в таком случае приходилось во избежание крушения судна зимовать в норвежских фьордах. Случалось, что устье Северной Двины затягивало льдом уже в самом начале осени и судам приходилось пережидать зиму в Архангельске9.

Небольшое число иностранцев имели жалованые грамоты. Это давало им право постоянно проживать в России, ездить и торговать по всей стране. Когда на престол взошел Михаил Романов, владельцы жалованых грамот обратились к нему с прошением - как это обычно и бывало при восшествии на престол нового государя - подтвердить их привилегии, и царь внял их просьбе. В 1613 г. были обновлены жалованые грамоты английской компании, де Вогелара и Кленка, а в 1615 г. жалованую грамоту получил Херман ван дер Гус. Кроме того, царь выдал новые жалованые грамоты некоторым голландским купцам, прежде их не имевшим: в 1613 г. - Карелу дю Мулену, в 1619 г. - Герриту ван дер Хейдену, в 1629 г. - Жану Бернарду, Хендрику ван Рингену, Йохану Меерману и Арноуду ван Лиебергену, в 1631 г. - Андриесу Виниусу, а в 1633 г. - Тилману Аккеме (в русской литературе известен как Филимон Акема)10.

Воевода, другие представители власти в Архангельске располагались внутри крепости, имевшей трапециевидную форму и длинной стороной обращенной к реке. Крепость была хорошо защищена. Стены были сложены из бревен и обмазаны глиной. По углам возвышались башни, в середине трех стен из четырех имелись ворота. Ворота одной из стен выходили прямо на реку. С трех сторон крепость была защищена дополнительной стеной, отсутствовавшей только со стороны реки. Защитная стена также имела четыре угловые башни и двое ворот и, в свою очередь, была окружена рвом шириной более четырех метров (две сажени) и тыном. Весь комплекс имел общую протяженность около 850 метров (417 саженей). Внутри крепости располагались монастырь Архангела Михаила, двор воеводы и съезжая изба - воеводская канцелярия, пороховой, или зелейный, двор, таможня, тюрьма, гостиный двор, склады. Здесь же располагались подворья Николо-Корельского и Антониево-Сийского монастырей, а также амбар Соловецкого монастыря11. Эти монастыри располагались далеко за пределами Архангельска. Николо-Корельский монастырь стоял на Белом море, сразу за устьем Пудожемского рукава Северной Двины, Антониево-Сийский монастырь - на 150 километров южнее города, на берегу небольшой речки Сии недалеко от того места, где она впадает в Северную Двину, а Соловецкий монастырь располагался на Соловецких островах Белого моря.

Центром архангельской ярмарки являлись гостиные дворы. Там российские и иностранные купцы могли и ночевать, и хранить свои товары. Однако торговля шла и за пределами гостиных дворов: на торговых улицах, в лавках и с самих складов (амбаров), расположенных вдоль берега реки. Гостиные дворы стояли несколько ниже по течению, рядом с крепостью. В первой половине 20-х гг. XVII в. русский гостиный двор насчитывал 84 «государевых» амбара с двумя этажами каждый; 32 лавки, 15 амбаров гостей и других торговых людей из Москвы и иных российских городов. На гостином дворе иностранцев располагались 86 «государевых» амбаров, также в 2 этажа каждый, и еще 31 амбар принадлежал иностранным купцам, из которых, по крайней мере, 25-22 голландцам.

Архангельск был небольшим городом. К середине века посад насчитывал 62 двора посадских людей - русских торговцев и ремесленников, плативших налог; 16 вдовьих дворов, 9 поповских и церковных дворов, 9 «немецких» (то есть иностранных) дворов, домик просвирни, 12 пустовавших дворов, двор патриаршего крестьянина, 3 монастырских двора, а также земский двор. Российские торговцы и ремесленники селились, как правило, к северо-востоку от крепости, в деревянных рубленых домах; там же находились их лавки и амбары. Три монастырских двора принадлежали, вероятнее всего, так же, как и монастырские дворы внутри крепости, Антониево-Сийскому монастырю, Николо-Корельскому монастырю и Соловецкому монастырю. Они представляли собой в основном склады для хранения соли, которую выпаривали во владениях монастырей и затем привозили на продажу в Архангельск. Стрелецкая слобода, к югу от крепости, в первой половине 20-х гг. еще насчитывала 205 стрелецких дворов. Однако многие из стрельцов становились со временем ремесленниками, и в 1649 г. здесь осталось лишь 59 дворов военного люда.

Летом из-за наплыва иностранных купцов и моряков, российских торговцев, возчиков и лодочников население Архангельска резко увеличивалось по сравнению с зимним периодом. Голландская же община становилась во время летних ярмарок столь многочисленной, что нуждалась в собственном духовном пастыре. Вероятно, уже с 1622 г. в Архангельске более или менее постоянно находился протестантский пастор, голландец. По крайней мере, именно в этом году голландский предприниматель Давид Рутс преподнес деньги в дар местной реформатской церкви. Как правило, пастор прибывал в Архангельск весной на борту одного из судов, вел службу во время ярмарки и затем отбывал обратно в Амстердам. Однако случалось, что пастор задерживался на зиму в России и проводил службу для торговцев и купцов, оставшихся на зимовье в Вологде или в Ярославле. В отдельные годы в Архангельске в летний период служил пастор нидерландской реформатской общины из Москвы, приезжавший на ярмарку вместе с купцами12.

Вероятно, большинство голландцев останавливалось на время летних ярмарок в гостиных дворах, однако у некоторых имелись в Архангельске и собственные дома. В первой половине 20-х гг. город насчитывал семь иностранных дворов. Как правило, на дворе располагался жилой дом и один или несколько амбаров. Два таких двора принадлежали «московским торговым иноземцам», два - Московской компании и три - голландцам Георгу Кленку и неким Ондреяну Володимерову и Хабияну Хабиянову13. Московские торговые иноземцы составляли особую категорию купцов и пользовались особым юридическим статусом. Она была учреждена специальным указом Бориса Годунова еще в 1599 г. в целях укрепления экономических и политических связей с землями Прибалтики. Первоначально группа состояла из 13 балтийских купцов, проживавших в России. Позднее к ней были причислены и торговцы из Западной Европы. Московские торговые иноземцы выполняли коммерческие и дипломатические задания российского правительства и в обмен за свои услуги получали жалованые грамоты и другие привилегии. Так, в противоположность прочим иностранцам они пользовались правом покупать кожи и вырабатывать из них юфть14.

В 1646-1648 гг. число иностранных дворов в Архангельске выросло до девяти. Все они располагались в непосредственной близости от гостиных дворов. Пять из них принадлежали голландцам - де Вогелару и Кленку, Тилману Аккема, Томасу де Свану, Якову Онтонову, а также Херману Фензелю и Обраму Селу; еще один двор принадлежал Елисею Бурману, вероятно, выходцу из Гамбурга; один - иностранному переводчику и еще два - Московской компании. В 1649 г. иностранных дворов было восемь. Аккема, Онтонов и иностранный переводчик более в источниках не упомянуты, однако дворы Московской компании и Елисея Бурмана - теперь названного голландцем - еще значатся в документах, так же как и дворы голландцев Кленка, Фензеля и де Свана. Голландец Ондреянко Володимиров проживал к тому времени в доме Онтона Яковлева, вновь прибывшим был московский торговый иноземец Иван Елизаров, проживавший в доме другого голландца - Петра Володимерова. Некоторые иностранные дворы насчитывали большое число амбаров. Так, на дворе, принадлежавшем Московской компании, располагался 31 амбар15.

Все постройки в Архангельске были деревянными и, соответственно, чрезвычайно уязвимыми для огня. В 1613 г. гостиные дворы уничтожил пожар; в 1619 г. вновь выгорела большая часть города и посада. В том году голландские купцы понесли ощутимые потери. Большая часть их складов вместе с товаром оказалась уничтоженной; удалось спасти лишь половину имущества16. После каждого пожара разрушенные дома и гостиные дворы отстраивались заново на том же месте. Существенные изменения в планировке города произошли лишь после 1636 г. В тот год в Архангельске вновь бушевал сильнейший пожар, превративший в пепел полгорода, включая монастырь Михаила Архангела и большую часть крепости. Столь катастрофические последствия пожара объясняются тем, что монастырская территория была слишком тесно застроена. Потому при восстановлении города после пожара монастырь более не размещали внутри крепости, но выстроили на окраине Архангельска, на расстоянии почти одного километра к югу от стрелецкой слободы. Крепость была отстроена в том же 1636 г., а внутри ее, на том месте, где стоял монастырь, воздвигли храм «Происхождения Честного и Животворящего Креста»17.




8 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 26,41-43,57. Попова, Архангельск (1994) 17. Veluwenkamp,'Familienetwerken (1993) 656. Bushkovitch, The merchants (1980) 26,29. Kaufmann-Rochard, Origines (1969) 48. Kulischer, Russische Wirtschafisgeschichte (1925) 321-322. См. также примеч. 7.
9 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 62. Veluwenkamp, 'Familienetwerken (1993) 656. De Buck,'De Russische uitvoer (1988) 175. Bushkovitch, The merchants (1980) 26. Hart,'De handelsbetrekkingen (1969) 70.
10 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 30, 36,44,48-52, 88; 2 (1994) 35. Amburger, Die Familie (1957) 69, 78, 97,101. Кордт, Отчет (1902) 180. Uhlenbeck, Verslag (1891) 17-22.
11 Ясински, Овсянников, Взгляд 2 (1998) 191-193, 202,207-208. Popova, 'Archangel' (1995) 6-8. Попова, Архангельск (1994) 14-17,22-23. Ср. Овсянников, Ясински, 'Голландцы' (1997) 113.
12 Amburger, Die Familie (1957) 70. Amburger, Die van Brienen (1936) 14. Dalton, Geschichte (1865) 135. GAACA 4, Acta 1631-1646, fo.30,4-7-1633, fo.58,2-7-1635. GAACA: 238, Stukken betreffende kerkelijke zaken in Rusland, 1636-1684, nr.8; 163, Afschriften uit de acta van de classis, voor zover betrekking hebbend op de buitenlandse kerken, 1636-1648, fo. 11-12,19-20. См. также примеч. 11.
13 Овсянников, Ясински,Голландцы(1997) 112-113.
14 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 18, 55-56,63-64.
15 Ясински, Овсянников, Взгляд 2 (1998) 207-208. Овсянников, Ясински,'Голландцы' (1997) 113,117-118. Popova,'Archangel' (1995) 9.
16 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 109,115. Schade, Die Niederlande (1992) 236. Hart,'De handelsbetrekkingen' (1969) 76.
17Popova,'Archangel' (1995) 8-9. Попова, Архангельск (1994) 20. Amburger, Die van Brienen (1936) 13-15.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4005

X