3. Сводные источники с итогами переписи 1678 г.

Источники с подсчетами дворов и населения


Неудача переписи 1710 г. и ландратской переписи 1715—1717 гг., по которым оказалось меньше дворов, чем по переписи 1678 г., заставила правительство заняться вопросом об изменении системы податного обложения и поставила на очередь переход к подушной переписи. Как отметил П. Н. Милюков, вопрос об отказе от подворного обложения был поднят в ходе ландратской переписи: введение «поголовщины» было предписано Сенату Петром I в апреле 1717 г. Вероятно, в связи с этим и заинтересовались численностью населения по переписи 1678 г.
До нас дошли три группы сводных источников, содержащих подсчеты численности населения (не только дворов, но и людей мужского пола) по переписи 1678 г. Методика их составления была одинакова: просматривались переписные книги, хранившиеся в Поместном приказе, выписывалось зарегистрированное в них население и подсчитывались итоги.
Отсюда пять общих особенностей источников этого вида: 1) они касаются лишь тех уездов, по которым переписные книги хранились в архиве Поместного приказа, т. е. лишь части уездов государства; 2) они охватывают лишь владения светских феодалов и духовенства; 3) они дают более полные подсчеты, чем итоги переписных книг, которые охватили только тяглое население; 4) они содержат подсчеты по одним и тем же 93 уездам22, если не считать отдельно уезды «пригородов» Галича (Кологрива, Парфеньева, Солигалича, Судая, Унжи и Чухломы) , Костромы (Буя, Кадыя, Любима, Нерехты и Судиславля), Рязани (Гремячего, Зарайска, Михайлова, Печерников, Пронска и Сапожка), Новгорода (Ладоги, Порхова и Старой Русы) и Пскова (Белья, Владимирца, Воронича, Врева, Выбора, Вышгорода, Гдова, Дубкова, Изборска, Кобыльска, Опочки и Острова)23, и 5) в них не указана численность феодалов.
Первая группа сводных источников представляет собою поуездные перечневые выписки из переписных книг24. Не все перечневые выписки содержат одинаковое перечисление категорий населения. В некоторых из них отсутствуют сведения о городах, в нескольких находим отрывочные и явно случайные сведения о дворцовых крестьянах, но во всех имеются поуездные итоги крестьян, бобылей, задворных и деловых людей, принадлежавших помещикам, вотчинникам, патриарху, архиереям, монастырям и церквам (иногда категории владельцев объединяются, например, «за помещики и за вотчинники» и т.п.). Указано также количество владельческих дворов и число холопов в них, приведены данные о ремесленниках, живших на землях духовенства (иногда — в поместьях и вотчинах), а также о церковнослужителях. Датировать составление «Перечня» можно только приблизительно началом XVIII в., всего вероятнее — вторым или началом третьего десятилетия (но не позднее 1722 г.).
Вторая группа источников объединяет восемь погубернских ведомостей и общую сводную ведомость. В погубернских ведомостях приведены поуездные итоги. Сводная итоговая ведомость содержит общие итоги дворов и людей по всем губерниям и группам населения. Датируется источник 1717 г.25
Третья группа сводных источников представляет собой табели (таблицы) с поуездными итогами.26 Табель имеет общий заголовок: «Ведомость, сколько в котором городе и уезде по присланным из Вотчинной канцелярии перечням 186-го году крестьянских, бобыльских, разночинцовых и других званей дворов и в них людей и что по скаскам 719-го и 720-го годов и прописных всякого звания мужеска полу людей перечнем октября по 1 число 1721-го году». Следовательно, в Табели непосредственно сравнивается численность населения в 1678 г. с поданными сказками по подушной переписи. Составление ее датируется 1721 г.27 Нам, естественно, нужны лишь итоги переписи 1678 г. К сожалению, они менее подробны, чем итоги в «Перечне» и «Ведомости». Во-первых, в них не указано население посадов (подушная перепись в это время не касалась посадских людей, которые были включены в нее только с 1722 г.); во-вторых, итоги крепостных людей и холопов указаны только общие поуездные, без выделения дворов и людей за светскими феодалами и за духовенством; в-третьих, в ряде уездов в итоги крестьян и бобылей включены и дворцовые крестьяне и бобыли, причем далеко не во всех уездах, где таковые были; в-четвертых, в Табели объединены: крестьяне и бобыли, холопы и разночинцы.

Источники с подсчетами только дворов


Кроме этих сводных источников с подсчетами дворов и людей, до нас дошли сводки итогов с числом только дворов. Укажем основные.
22 марта 1702 г. Разрядный приказ потребовал от приказа Земских дел представить сведения, сколько значится «посацких и дворцовых и патриарших и архиерейских и монастырских и церковных и помещиковых и вотчинниковых и всяких чинов людей крестьянских и бобыльских и задворных и деловых людей дворов по переписным книгам 186-го и 187-го годов». В присланной «памяти» по каждому уезду с крепостными крестьянами были указаны итоги дворов: 1) посадских людей, 2) в дворцовых владениях, 3) во владениях светских феодалов и духовенства (вместе) и 4) общий итог по уезду. По поморским уездам указывались итоги посадских и крестьянских (с бобыльскими) дворов и общий итог. Общего итога по всем уездам нет. В конце источника сообщается, что «низовых городов для подворного збору посацким и уездным людям с переписных книг списков ис приказу Казанского дворца в приказ Земских дел не прислано». Всего приведены итоги по 118 уездам28.
Второй источник был составлен по указам 27 января 1701 г. и 30 марта 1702 г.29 Он содержит итоги по 116 уездам, показывающие количество дворов отдельно во владениях светских феодалов, духовенства и в дворцовых вотчинах. Уезды, находившиеся в ведении приказа Казанского дворца, не перечислены, но приведено общее количество дворов в этих уездах у светских феодалов и отдельно у духовенства со ссылкой, что эти сведения получены из приказа Казанского дворца30.
Третий источник — это упоминавшаяся выше «Выпись». Она датирована 12 мая 1701 г. В ней приведены итоги по 93 уездам, расположенным в алфавитном порядке. В конце книги помещены общие итоги и обобщенная таблица31.
Четвертый источник — перечневые выписки, составленные по требованию Петра I, изложенному в письме Сената, которое было получено в Поместном приказе 6 сентября 1718 г. В письме предписывалось «взнесть ведение немедленно... коликое число пятин и станов и волостей в каждом городе и уезде порознь, как оным звание и что в каждой пятине и стану и волости по переписным книгам 186-го году дворового числа». В соответствии с этим в Поместном приказе были выписаны общие итоги дворов посадских людей, крестьян, бобылей и задворных и деловых людей по всем станам и волостям 93 уездов, переписные книги которых хранились в Поместном приказе32.
К этим четырем источникам можно добавить еще указ от 29 мая 1719 г. о распределении уездов по губерниям и провинциям, в котором по многим уездам приведены данные по переписи 1678 г.33

Перечисленные источники охватывают много десятков одних и тех же уездов. Их дополняет ряд сводок, содержащих подсчеты количества дворов по отдельным районам и группам населения. Особое значение для нашей темы они имеют еще и потому, что в них содержатся подсчеты по уездам, переписные книги которых до нас не дошли (еще не найдены) или дефектны.
Среди них мы выделим сводные источники по Поволжью, Сибири, черносошным крестьянам и посадским людям, дворцовым владениям, а также источники о составе феодалов и распределении между ними крепостных дворов. По Поволжью (Восток и Юго-Восток) мы укажем следующие.
Во-первых, «Акт о сборе даточных людей» 1679 г., в котором содержатся итоги по 17 уездам34.
Во-вторых, сведения из сметных списков, имеющиеся в наказе казанскому губернатору 1697 г. и в справке, составленной в 1701 г.35
В-третьих, справки, составленные в 1714 г. по случаю выделения Нижегородской губ. из Казанской36.
Итоги количества дворов черносошных крестьян и посадских людей содержатся в окладных ведомостях 1681 и 1713 гг. и в Справке 1722 г.37
По Сибири итоги разновременных переписей уездов конца XVII в. дошли до нас в составе двух хорошо известных сводных источников: «Окладной книги» 1697 г. и «Ведомости сибирских городов», датируемой 1701 г.38
Переходим к источникам со сведениями о дворцовых вотчинах. Переписные книги дворцовых владений сгорели в 1737 г., и хотя состав владений часто изменялся, сохранились сводные источники (кроме Памяти и Елагина, упомянутых выше), позволяющие приблизительно представить себе численность и размещение дворцовых крестьян около 1678 г. Эти сводные источники составляют две группы: описания владений и справки о пожалованиях.
Наиболее раннее описание охватывает только вотчины, под-ведомственные Хлебному приказу39. Оно было составлено в 1679 г. И содержит итоги из писцовых и переписных книг Дворцовых владений за 1662—1679 гг., отражая состав, размещение и состояние владений, подведомственных Хлебному приказу в 1679 г., т. е. накануне их передачи приказу Большого дворца. Возможно, что и составлено оно было именно по этому поводу.
Следующее по времени описание относится уже к 1701 г. Оно тоже охватывает только часть дворцовых владений того времени. Некоторым дополнением к нему является справка о волостях и селах, находившихся в ведении приказа Большой казны40.

Мы привлекаем также описания, составленные в 1705 и 1732 гг., но содержащие итоги переписи 1678 г. по отдельным владениям41. Описания дворцовых имений отражают их размещение на дату составления. Итоги дворов по отдельным уездам и владениям могут в них означать: 1) итог владений во всем уезде на дату переписи, если раздачи дворов здесь не было; 2) остаток дворов после раздачи; 3) итог объединения первоначальной вотчины (или ее остатка) с «отписанными на царя» новыми владениями; 4) итог отписанных после 1678 г. новых владений. В первых двух случаях возможна проверка и корректировка при помощи сведений о раздаче вотчин до 1701 и 1705 гг. В третьем случае, дополняя описания данными о раздаче, мы приходим к преувеличенному итогу. В четвертом случае далеко не всегда можно выявить новоотписное имение.
21 сентября 1711 г. Сенат потребовал «взнести доношение, сколько кому со 190-го году роздано каких дворцовых волостей и деревень и что в них четвертные пашни и крестьянских и бобыльских дворов».42
В Книге раздачи записи расположены по годам, поэтому для выяснения перехода дворцовых владений в частные руки по уездам приходится делать выборку. Гарантий полноты записей, конечно, никаких нет; более того, в конце Книги раздач итог подводится с оговоркой: роздано «опричь тех, которым дача была в розных годех», — следовательно, источник сам оговаривает свою неполноту.

Ценным дополнением к нему является справка, составленная 23 декабря того же 1711 г. Она содержит итоги переписи 1678 г. по уездам Московской губ., число розданных дворов после 1678 г. по 1711 г. и количество оставшихся43.

Списки феодалов


Особую группу источников составляют списки светских феодалов и церковных организаций (патриаршего и архиерейских домов, монастырей, пустынь, соборов и церквей) с указанием количества и местонахождения принадлежавших им крепостных дворов и сказки их об этом же. Эти источники вдвойне ценны для нас тем, что одновременно дают сведения как о численности и составе феодалов, так и о количестве, распределении и размещении дворов их крепостных крестьян.
Указанные источники можно разделить на следующие группы: списки правящей верхушки светских феодалов («высших чинов», «думных» и «чинов по московскому списку»)44, списки церковных организаций («росписи»), сказки светских феодалов и духовенства и составленные по ним «реестры» с изложением их содержания45, а также сметы военных сил, «описи городов» (сметные списки) и т. п. документы военного учета46.
Впервые списки думных людей (исключая думных дьяков) были составлены В. Верхом. Эта работа, как объяснено в предисловии к ней, носила исключительно справочный характер, Берх перечислил бояр по царствованиям с 1468 по 1682 г. и приложил алфавитный список бояр, окольничих и думных дворян47. Ценным дополнением к работе В. Верха является алфавитный указатель имен, записанных в боярские книги 1626, 1628, 1635, 1639, 1657, 1667, 1675, 1676, 1685 и 1692 гг.48 Списки дворовладельцев (в том числе думных людей, архиереев и монастырей) на 1696 г., участвовавших в «кумпанствах» по постройке кораблей, опубликовал С. И. Елагин49. Список думных людей на 1653 г. с указанием количества дворов у них был в 1897 г. напечатан Н. Никольским50, а список их же на 1638 г. был в 1911 г. составлен А. И. Яковлевым по материалам Приказа сбора ратных людей51.
Характерной особенностью Росписей 1653 и 1696 гг. и списка Яковлева является указание только общего количества дворов у владельцев, без обозначения, в каких уездах они находились. В 1913 г. С. В. Рождественский опубликовал неполный список думных людей и их владений на 1647 г., где перечислены даже селения и число дворов в них52. Менее подробную (без селений, но с указанием уездов) роспись на 1678 г. напечатал (в 1949 г.) А. А. Новосельский53. Особенно ценны для нашей темы сказки владельцев крепостных крестьян 1699—1700 гг. Рассмотрим их подробнее.

В 1699 г. был объявлен набор даточных людей в армию. Даточные собирались с владельцев крепостных крестьян (светских феодалов и духовенства) с определенного числа дворов; имевшие меньше дворов платили деньги. О числе дворов владельцы обязаны были подавать сказки в специальное учреждение — Генеральный двор в подмосковном селе Преображенском, который должен был «имать даточных и деньги со всех... по их сказкам, а сказки имать с великим подкреплением, описався, сколько за ними в которых годах крестьян и деловых
людей по переписным книгам и что у кого прибыло сверх переписных книг... и по тем их сказкам с переписными книгами справиться»54. Основная масса сказок была подана в 1700 г.
В сказках требовалось указать число дворов по переписи 1678 г. в наличных (на 1699—1700 гг.) владениях. Можно предполагать, что сказки действительно сверялись с результатами переписи; хотя прямых данных об этом у нас нет, но в 1696 г. при организации «корабельной складки» для постройки кораблей тоже собирались сказки и проверялись по переписным книгам (об этом имеются пометки в росписях, опубликованных С. И. Елагиным).
Таким образом, в сказках зафиксирован состав владений на 1699—1700 гг. с учетом изменений, которые произошли после переписи 1678 г., причем число дворов показано по этой переписи. Иными словами, в 1680—1699 гг. владелец мог обменять или продать часть своих имений, купить новые или перевести крестьян из одного уезда в имение в другом уезде. В сказке он указывал, в каких уездах он имеет в данный момент владения и сколько дворов было зарегистрировано в этих владениях переписью 1678 г., независимо от того, принадлежали ли они в 1678 г. ему или другому владельцу. Если в имении были переведенные крестьяне, то и о них сообщались данные переписи 1678 г. Вследствие этого состав владельцев в уездах был иным, нежели в 1678 г. Однако за этот период численность и структура владельцев существенно измениться не могли — реформа Петра I, приоткрывшая дверь в класс феодалов, еще была впереди, — и изменение количества дворов у них, взятое в масштабе всей страны, при бесспорном преобладании мелких владельцев не могло существенно исказить картину состава владельцев по числу имевшихся у них дворов. Можно уверенно утверждать, что хотя абсолютные цифры владельцев в статистических группах в 1700 г. были иными, нежели в 1678 г., удельный вес этих групп в 1700 г. был очень близок к 1678 г.

Для нашей темы наличие данных о составе владельцев именно на 1700 г. имеет большое преимущество: сравнивая их с имеющимися данными на 1737 г., мы получаем возможность выяснить влияние политики правительства в изучаемый период на поуездный состав владельцев крепостных крестьян и изменения в размещении крепостнического землевладения55.
Содержание поданных сказок записывалось в специальный реестр. В записи сообщалось, кто владелец (имя, отчество, фамилия, иногда чин, в сказках духовенства — епархия, монастырь, собор, церковь), в каких уездах и селениях (последнее — не всегда) и сколько имелось дворов и общий итог. Сбор сказок не был централизован. В реестрах, составленных на Генеральном дворе, оказалось записано более 16 тыс. светских владельцев, но после анализа их состава выяснилось, что почти отсутствуют сказки владельцев из уездов Новгородского, Псковского. Пусторжевского, Юрьевецкого, Смоленского, Дорогобужского, Вельского и Рославльского и уездов Среднего Поволжья, находившихся в ведении приказа Казанского дворца. В этих уездах преобладали мелкие владельцы, которые платили деньги вместо поставки даточных солдат. В Поволжье для сбора солдат и денег был послан кн. П. И. Репнин; сбор производился также в Новгороде, Пскове и Смоленске. Книга записей платежей, аналогичная по содержанию реестрам, сохранилась по уездам Среднего Поволжья, и удалось найти таковую же по Псковскому и Пусторжевскому уездам, так что неохваченными оказались всего шесть уездов. По ним пришлось использовать переписные книги 1678 г.56

В 1852—1855 гг. в архиве были составлены два алфавитных списка помещиков, упомянутых в сказках, с «обозначением числа и местонахождения недвижимых имений, принадлежавших каждому владельцу»: алфавитный список «бояр, окольничих и других служилых людей высшего разряда» (т. е. высших чинов) и алфавитный список прочих помещиков57.
Вопрос о целесообразности использования вместо самих сказок алфавитных списков помещиков, составленных в 1852— 1855 гг., и реестра сказок духовенства решается положительно по аналогии с использованием переписных книг вместо сказок, собранных писцами: ведь переписную книгу с полным основанием можно рассматривать как реестр сказок. Правда, в переписную книгу надлежало заносить проверенные данные из сказок, алфавитные же списки 1852—1855 гг. составлялись по самим сказкам. Но, во-первых, сказки, поданные писцам, как мы видели, далеко не всегда проверялись (тем не менее, мы не отказываемся из-за этого от переписных книг); во-вторых, сказки 1700 г. тоже должны были проверяться по переписным книгам.

Для проверки полноты составленных в 1852—1855 гг. алфавитных списков мы привлекли источник, найденный К. В. Сивковым58. Это — справка, составленная в декабре 1710 г., вероятно, для сравнения итогов переписи 1710 г. с итогами переписи 1678 г. Ввиду важности этого источника приведем его целиком:
«В нынешнем 710-м году декабря в (число не указано.— Я. В.) день выписано в Поместном приказе из сказок, каковы в прошлом 700-м году збираны на Генеральном дворе, о сборе даточных солдат по переписным книгам 186-го году дворового числа. А что за какими чинами, и то писано ниже сего: за святейшим патриархом 8842, за архиереи 13 388, за монастыри и за церквами 104 704, за сибирским царевичем 217, за бояры 52 073, за окольничими 12 401, за думными дворяны 3743, за думными дьяки 500, за комнатными стольники 52 322, за стряпчим с ключом 317, за стольники 116 897, за стряпчими 10 008, за дворяны 2435, за жильцы 2964, за дьяки 988, за именитым человеком Строгановым 2990, за начальными людьми 2021, дворового чину за людьми 655, за гостми 277, за людьми нижних чинов 72 575, за отставными и за недоросльми и за вдовами и за девками 29 988. Всего за вышеписанными чинами 490 305».

Объединив сибирского царевича, бояр, окольничих, думных дворян, думных дьяков, комнатных стольников и стряпчего с ключом в группу «высших чинов», получаем у них 121 573 дв.; у дворян получается 238 531 дв., всего (без духовенства, гостей и Строгановых) 360 104 дв. Подсчеты по алфавитным спискам дали нам соответственно 120 874 и 240 277 дв., а всего 361 151 дв. Разница составляет 1047 дв., или 0,3%.
Можно считать поэтому, что в алфавитные списки вошли все помещики, подавшие сказки на Генеральный двор. Сопоставление поуездных итогов крепостных дворов, подсчитанных по сказкам 1700 г., с итогами в сводных источниках показывает, что по большинству уездов итоги дворов в сказках близки к итогам дворов в сводных источниках, а это означает, что сказки достаточно полно отражают состав помещиков.
Сведения об епархиях, монастырях и церквах и о количестве у них крепостных дворов содержатся в «росписях» архиереев, монастырей и церквей и их сказках. Часть росписей опубликована. Однако они до сих пор еще не были подвергнуты должному критическому анализу; их издатели и исследователи, в соответствии со своими задачами, ограничивались беглой характеристикой, отмечая неполноту сведений и неточность итогов.
Мы использовали следующие источники:

1. «Роспись ис переписных книг перечневая, сколько за кем числом крестьян», составлена на основании переписных и приходных книг в 1653—1654 гг.59 Содержит перечень архиереев и монастырей (по уездам) с указанием общего числа дворов.
2. «Роспись 170 году, какова взята из Монастырского приказа за дьячею приписью, сколько за всеми монастыри крестьянских дворов», составлена на основании приходных книг60. Содержит перечень монастырей по уездам с указанием общего числа дворов.
3. «Выписано ис переписных книг 186-го году всех городов, которые ведомы в Поместном приказе»61. Содержит перечни архиереев и монастырей с указанием размещения дворов по уездам.
4—5. Черновые росписи, аналогичные предыдущей62.
6. Росписи дворов архиереев, монастырей и соборов, имевших 100 и более дворов, по их сказкам, собранным в 1696 г и проверенным по переписным книгам 1678 г.63 Только общие итоги.
7. «В приказе Большого дворца по приходным книгам збору на покупку конских кормов денег прошлых лет и нынешнего 207-го году написано»64. Росписи архиереев, монастырей и церквей с итогами по уездам и выписки итогов по некоторым уездам. К сожалению, роспись попорчена, часть текста утрачена.
8. Реестры сказок архиереев, монастырей и церквей в 1700 г. Имеются реестры сказок, собранных на Генеральном дворе65, а также поданных владельцами Псковского и Пусторжевского уездов66 и уездов Поволжья67. В реестрах указано размещение и итоги дворов68. Важной особенностью их является выделение приписных монастырей. Однако сказки церквей представлены очень неполно.

Анализ показал, что ни один из перечисленных источников не содержит сведений о сибирском архиерее и сибирских монастырях, во всех встречаются случаи искажения названий монастырей, в росписях один и тот же монастырь приводится несколько раз под разными названиями. Простое соединение сведений и даже сличение их не решает вопроса. Поэтому для идентификации монастырей мы использовали также справочник, составленный В. В. Зверинским, который содержит исторические справки о монастырях с указанием их названий и местонахождения69. Сопоставление его со сводными источниками и привлечение других источников, в том числе переписных книг, позволили получить относительно надежные сведения.
Значение росписей и сказок как источников по истории духовенства трудно переоценить: их анализ позволяет составить общее представление (относительно полное) об экономическом и социальном могуществе духовенства, о количестве у него дворов, об их распределении между владельцами и размещении по уездам70.

К сожалению, объединить росписи можно только с целью уточнить состав монастырей (что мы и сделали). Если, например, Троицкий Гледенский монастырь подал в 1700 г. сказку и нам известно, что он уже существовал в XIII в., то это еще не значит, что в 1653 г. у него были крестьяне: они могли появиться позднее. С другой стороны, весьма вероятно, что они были, но пропущены в Росписи 1653 г. Следовательно, пока мы не изучим историю всех монастырей, включенных в росписи, мы не можем утверждать, что отсутствующий в данной росписи монастырь имел (или не имел) дворы в год ее составления. Поэтому было бы неправильным объединять росписи с целью получения более полного общего итога дворов. Для выяснения общего итога дворов у духовенства и их размещения нужны дополнительно другие источники и другие методы.
Но если росписи и сказки не дают общего итога дворов у духовенства и неполно показывают их размещение, то, с другой стороны, они раскрывают состав владельцев крепостных дворов, принадлежавших духовенству, и перераспределение дворов между этими владельцами. В этом отношении росписи и сказки — источники незаменимые, так как переписные книги, на основании которых они составлены, частично утрачены и дефектны и изучение их чрезвычайно трудоемко. Конечно, указанные выше недостатки Росписей и сказок (усугубленные рассмотренными ранее недостатками переписных книг) делают результаты их изучения в известной степени условными. Однако это обстоятельство не искажает существа дела и не умаляет их ценности как единственных сводных источников подобного рода.
Расхождения в росписях и сказках объясняются или неполнотой учета владений, или их увеличением в промежуток между составлением росписей, содержащих итоги одной и той же переписи, вследствие приобретений. Наиболее полные сведения содержатся в сказках 1700 г., однако наличие владений и их размещение, естественно, отличаются от сведений на 1678 г.
Любопытно, что у ряда монастырей итоги дворов в Росписях 1654 и 1661 гг. близки или даже совпадают с итогами дворов в Росписях и сказках 1678—1700 гг., несмотря на то, что в промежуток между переписями 1646 и 1678 гг. число дворов должно было бы увеличиться хотя бы вследствие естественного прироста населения. Это настораживает, ибо вызывает сомнение в правильности сведений не только в сводных источниках, но и в самих переписных книгах 1678 г. Но, как будет показано дальше, это обстоятельство не может скрыть тенденций исторического развития землевладения духовенства и динамики численности зависимого от него населения.



22В том числе по ряду уездов, по которым переписные книги 1678 г. пока не найдены.
23Некоторые из этих «пригородов» иногда в источниках выделяются, но не всегда, поэтому при общих расчетах мы будем объединять их итоги.
24ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5268, лл. 10—209 (далее — Перечень).
дело. Введены в научный оборот Н. М. Шепуковой (см. Шепукова Н. М. Указ соч.)
25Там же, кн. 5276, лл. 87—105. Помета: «8 табелей по губерниям и сия перечневая поданы в канцелярию Сената сенаторам декабря в 6-й день нынешнего 717-го году пополуночи в 7-м часу» (это — уже упоминавшаяся выше «Ведомость»), Копия — ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5268, лл. 1—9. Помета: «Сия табель перечневая и восемь табелей по губерниям учинены с табелей, каковы поданы в канцелярию Сената сенаторам. Декабря 3-го дня 717-го году». Позднее копия «Ведомости» и «Перечень» были объединены в одно дело. Введены в научный оборот Н. М. Шепуковой (см. Шепукова Н. М. Указ соч.).
26ЦГАДА, ф. 248, кн. 659, лл. 418—477 об. (далее — Табель). Об истории их составления см.: Клочков М. Очерк подушной переписи при Петре Великом,— ЖМНП, 1915, январь, отд. II, с. 145—150.
27ЦГАДА, ф. 248, кн. 659, л. 425.
28ЦГАДА, ф. 210, Дела разрядные, кн. I, с. 551—568 сб. Напечатано: Водарский Я. Е., Павленко В. В. Указ. соч., с. 69—72 (далее — Память). Извлечения см.: Оглобин Н. Н. Обозрение историко-географических материалов XVII и начала XVIII вв., заключающихся в книгах Разрядного приказа.— Описание документов и бумаг, хранящихся в московском Архиве Министерства юстиции, кн. 4. М., 1884, с. 488—489.
29Собственно, это два источника, но они однотипны, и мы их объединяем.
30ЦГА ВМФ, Главный морской архив, Воинский морской приказ, № 20. Напечатано: Елагин С. И. История русского флота. Период азовский. Приложения, ч. II. СПб., 1864, с. 378—383 (далее — Елагин).
31Таблица — это и есть источник, который мы условно называем «Выписью».
32ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5224 (далее —кн. 5224).
33ПСЗ-1, т. V, № 3380, с. 701—710 (далее ссылки на этот указ —ПСЗ).
34Дополнения к актам историческим, т. 8, СПб., 1862, № 40 (далее — ДАИ).
35Статистические и финансовые известия о древней России.— «Русский вестник», 1841, т. III, с. 685—686 (далее — Справка 1697); Сборник выписок из архивных бумаг о Петре Великом, ч. 2. М., 1872, с. 288—289 (далее — Справка 1701 г.).
36Справку с перечнем уездов, остающихся в Казанской губ., см.: ЦГАДА, ф. 248, кн. 91, лл. 53—106; справку с перечнем уездов, отошедших к Нижегородской губ., см.: там же, кн. 1131, лл. 1055—1138 (далее — Кн. 91 и Кн. 131).
37ААЭ, т. IV, № 250; Водарский Я. Е., Чистякова Е. В. Списки городов, посадов и укрепленных монастырей в России во второй половине XVII в. (далее— Роспись 1713 г.)—«Археографический ежегодник за 1972 год». М., 1974, с. 309—310; Справка 1722 г. упоминалась выше.
38ГИМ, ОПИ, ф. Щукина, св. Щ-284 (далее — Окладная книга 1697 г.); Наврот М. И. Окладная книга Сибири 1697 г.— В кн.: Проблемы источниковедения, т. V. М„ 1956; ЦГАДА, ф. 214, кн. 1354, лл. 152—406 об.; ф. 395, оп. 3, кн. 23 (далее — Ведомость 1701 г.). Общий итог опубликован: Новомбергский Н. В поисках за материалами по истории Сибири. СПб., 1906, с. 22—36 (по тексту: ЦГАДА, ф. 396, оп. 3, кн. 23). Ведомость 1701 г. широко использована в литературе.
39ЦГАДА, ф. 145, кн. 34 (далее —Кн. 34). См.: Водарский Я. Е. Опись владений Хлебного приказа как источник по социально-экономической истории и исторической географии России второй половины XVII в.— «Археографический ежегодник за 1970 год». М., 1971, с. 138—144. Историю Хлебного приказа см.: Заозерский А. И. Царская вотчина XVII века. М., 1937, с. 5.
40Сборник выписок из архивных бумаг о Петре Великом, ч. 2, с. 202—260 и 304—306 (далее — Сборник).
41ЦГАДА, ф. 396, оп. 39, кн. 120; оп. 2, кн. 3608 (далее—Кн. 120 и Кн. 3608). Кн. 120 и извлечения из Кн. 3608 подготовлены нами к печати.
42В литературе указано на существование трех вариантов «доношений»: (Се- мевский В. И. Крестьяне в царствование Екатерины II, т. 2. СПб., 1901, с. 11; Готье Ю. В. Указ. соч., с. 220; Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого, т. I. СПб., 1858, с. 390—399). Вследствие изменения архивных шифров трудно с уверенностью сказать точно, но можно предположить, что у В. И. Семевского указано «доношение», имеющее теперь архивный шифр — ЦГАДА, ф. 396, оп. 2, кн. 3605, а у Ю. В. Готье — там же, кн. 3574). Первый вариант содержит сведения о раздаче с 1676 г., второй — с 1682 г. (мы берем сведения за 1679—1681 гг. из первого, за 1682— 1711 гг.— из второго, объединяя их и обозначая условно как «Книгу раз дач»). Источник подготовлен нами к печати.
43ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5194, лл. 319^—324 (черновик) и 339—340 (беловик) (далее — Справка 1711 г.). Извлечения опубликованы в указ. выше публикации Я. Е. Водарского и В. В. Павленко, с. 72.
44В дальнейшем мы будем объединять их названием «высшие чины», если по ходу изложения не будет требоваться детализация их состава.
45Поскольку реестры сказок по своему характеру аналогичны переписным книгам, использование их вполне правомерно. Но так как записи в реестрах представляют собою сводные данные о количестве и местонахождении дворов у владельцев, их можно считать сводными источниками.
46Материалы военного учета хорошо известны в литературе, поэтому мы не будем их рассматривать. См., например: Сташевский Е. Д. Сметы военных сил Московского государства на 1632 год.— «Военно-исторический вестник», Киев, 1910, № 9—10, с. 50—85; Веселовский С. Б. Сметы военных сил Московского государства. 1661—1663 гг.— Чтения ОИДР, 1911, кн. 3; Чернов А. В. Вооруженные силы Русского государства в XV—XVII вв. М., 1954.
47Берх В. Систематические списки боярам, окольничим и думным дворянам с 1468 года до уничтожения сих чинов. СПб., 1833.
48Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства юстиции, с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях. М., 1853.
49Елагин С. И. История русского флота. Период азовский. Приложения, ч. 1. СПб., 1864, с. 181—202 (далее — Роспись 1696 г.). В списки вошли только владевшие не менее чем 100 дворами.
50Никольский Н. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство до второй четверти XVII в., т. I. СПб., 1897, Приложение I, с. III (далее — Роспись 1653 г.).
51Яковлев А. И. Служилое землевладение по данным Приказа сбора ратных людей.— В кн.: Сергею Федоровичу Платонову. СПб., 1911, с. 451—452 (без Московского уезда).
52Рождественский С. В. Роспись земельных владений московского боярства 1647—48 года.— В кн.: Древности. Труды Археографической комиссии ими. Московского археологического общества, т. III. М., 1913, стлб. 193—238; он же. Служилое землевладение в Московском государстве XVI века. СПб., 1897, с. 227—230.
53Роспись 1678 г.
54Желябужский И. А. Записки с 1682 по 2 июля 1709. СПб., 1840, с. 165—166. Указ датируется 10 декабря. О деятельности Генерального двора и обзор его архива см.: Востоков А. А. Описание документов и бумаг, хранящихся в Московском архиве Министерства юстиции, кн. V. М., 1888, отд. II, с. 1— 42; Рабинович М. Д. Судьбы служилых людей старых служб и однодворцев в период формирования регулярной русской армии в начале XVIII столетия. Автореф. канд. дисс. М., 1953, с. 4; он же. Стрельцы в первой четверти XVIII в.— «Исторические записки», 1956, т. 58, с. 284; Кушева Е. Н. Сказки Генерального двора как источник по истории городов Поволжья на рубеже XVII—XVIII вв.—В кн.: Города феодальной России- М., 1966, с, 417—424.
55Сведения на 1737 г. содержатся в поуездных ведомостях рекрутского набора. В этих ведомостях по каждому уезду указаны владельцы и число принадлежавших им в 1737 г. крепостных крестьян по I ревизии (ЦГАДА, ф. 248, кн. 1159, 1161, 1163, 3519). Эти ведомости уже были использованы Н. М. Шепуковой, раскрывшей состав помещиков по числу принадлежавших им крепостных по губерниям (Шепукова Н. М. Об изменении размеров душевладения помещиков Европейской России в первой четверти XVII — первой половине XIX вв.— «Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы, 1963». Вильнюс, 1964, с. 388—419).
56ЦГАДА, ф. 1210, кн. 6188, 6188-а, 6190, 6191, 6195. Книга записи владельцев в Поволжье.— Там же, кн. 5039 (далее — Кн. 5039); записи владельцев в Псковском и Пусторжевском уездах.— Там же, ф. 137, по Пскову, кн. 40 (далее — Кн. 40). По Новгородскому, Юрьевецкому, Смоленскому, Дорогобужскому, Рославльскому и Вельскому уездам использованы переписные книги 1678 г.—Там же, ф. 1209, кн. 8563, 8570—8572, 15167-а и б, 15650.
57Шереметевский В. В. История московских сенатских архивов и архива Министерства юстиции с 1843 по 1888 год.— В кн.: Описание документов и бумаг, хранящихся в Московском архиве Министерства юстиции, кн. VII. М., 1890, с. 166—168 (под помещиками здесь и далее мы подразумеваем и вотчинников). Алфавитные списки к сказкам Генерального двора — ЦГАДА, ф. 1210, кн. 661, 662 и 664 (далее ссылки на алфавитные списки и реестр сказок духовенства — Сказки 1700 г.). Список фамилий помещиков и число последних без указания итогов дворов опубликованы: Иванов П. И. Статистическое обозрение поместных прав и обязанностей, в России существовавших... М., 1836, с. 229—251. Там же приведен неполный общий итог помещиков (15 041 чел.).
58ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5194, лл. 286—289 (далее — Справка 1710 г.); Сивков К. В. К истории землевладения в России в начале XVIII в.— «Известия АН СССР. Отделение общественных наук». Л., 1933, № 3, с. 208.
59Роспись 1653 г.
60Записки отделения русской и славянской археологии Русского археологического общества, т. II. СПб., 1861, с. 401—422 (далее — Роспись 1661 г.).
61Роспись 1678 г. Поскольку выписки сделаны только из переписных книг, имевшихся в Поместном приказе, в ней нет сведений о владениях духовенства в уездах, где перепись производилась другими приказами (например, в поволжских уездах, и т. п.).
62ЦГАДА, ф. 125, 1678 г., д. 15 (далее - Д. 15); ЦГАДА, ф. 153, оп. 1, д. 53 (далее Д. 53); там же в д. 54 имеется еще одна роспись, но она содержит итоги как переписи 1678 г., без оговорок, так что пользоваться ею затруднительно.
63Елагин С.И. Указ. соч., с. 168-181 (далее - Роспись 1696 г.) На с. 181-202, указанных выше, помещены списки светских феодалов.
64ЦГАДА, ф. 1209, кн. 5095, (далее — Кн. 5095).
65ЦГАДА, ф. 1210, кн. 6195 (далее — Сказки 1700 г.).
66Кн. 40.
67Кн. 5039.
68Перечень владельцев, подавших сказки на Генеральный двор, с общими итогами дворов у них, был опубликован П. Ивановым (Иванов П. Описание Государственного архива старых дел. М., 1850, с. 344—358). Приписные монастыри не выделены; о том, что издается не сам источник, а извлеченные из него сведения, оговорки не сделано. Реестр сказок духовенства подготовлен нами к печати.
69Зверинский В.В. Материалы для историко-топографического исследования о православных монастырях Российской империи. С библиографическим указателем, т. I-III. СПб., 1890-1897
70Обработка переписных книг не дает возможности решить поставленную задачу, так как по ряду уездов книги либо не сохранились, либо дефектны. Кроме того, остается сложность идентификации монастырей, и, конечно, огромная трудоемкость работы, делающая ее непосильной для одного исследователя. Правда, в росписях возможен пропуск отдельных монастырей, особенно приписных, но дворы последних входят в итоги тех владельцев, к которым они приписаны; общей картины эти возможные пропуски исказить не могут.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 10242

X