Первооткрыватель рудного золота российских недр — Ерофей Сидорович Марков (1706-1783)
Между тем именно раскольником Ерофеем Марковым в мае 1745 г. было открыто в прибрежье р. Пышмы первое в России собственно золоторудное месторождение, о богатстве которого Главный судья (директор) Российской Монетной канцелярии, крупный ученый и государственный деятель И.А. Шлаттер (1708-1768 гг.) в своем заключении по исследованию березовских золотосодержащих руд (1748 г.) писал: «Благословенная Россия, которая такие великие сокровища в своих подземных недрах заключает; да процветет в тебе совершенная горная наука!».
Крупный ученый-химик и специалист по аффинажу благородных металлов и чеканке монет, директор Монетного двора России (1754) и президент Берг-Коллегии (с 1760 г.) Иван Андреевич Шлаттер (1708-1768)
В старинном архиве Екатеринбургской Главной канцелярии Горных дел Правления в деле за 1745 г., озаглавленном: «О золотых каменьях раскольником Марковым деревни Шарташ сысканных дорогою», сохранилась «челобитная» Ерофея Маркова о находке им обломков рудного кварца с видимыми вкраплениями золота следующего содержания:
«В главную канцелярию Горных дел Правления.
Челобитчика деревни Шарташ, раскольника Ерофея, сына Сидорова Маркова, челобитная, а с чем тому следуют пункты:
1) А ехал я в 21 день мая месяца из деревни Шарташ в д. Становую дорогою на своем коне к брату моему единоутробному Константину сыну Сидорову Маркову в гости на именины и дорогой тою идите с Березовой пади ручей протекает коло места тово, где углежоги уголь жгут сыскал неизвестные мне три каменья, а сведующие люди сказывают каменья де то золотом именуются, а я в том не сведущ.
2) И сказывают люди те в оных мол местах золоту должно быть, а я думая о благости отечества долгом чту бить об оным челом канцелярии горных дел правления и те три сысканных каменья при сем прилагаю.
Ерофей сын Сидоров Марков неграмотный, а по просьбе его повытчик Колесов руку приложил».
На «челобитной» имеется резолюция: «Асессору Прошену доложить. Оберюхин» и приписка: «Немедля о сем особой комиссии горных дел доложить. А полагать надо, где нашел Марков золотые каменья, опричь самородки, в оных местах золоту быть должно».
Уже 5 июня 1745 г. Коллегия горных дел постановила:
«1) Рассмотреть челобитную раскольника деревни Шарташ Ерофея Маркова о найденных им золотых каменьях, для точного уяснения того места надлежит отправить чертежника канцелярии Шмелева и писавшего Маркову челобитную чиновника Колесова, вменив им ученить точный чертеж того места, с окружностью, и указанием, где найдены золотые каменья.
2) По установлении и начертании плана того места, командировать на еное асессора Андрея Ивановича Прошена, как сведущего в науке горной, для произведения на оном месте разведочного действия и оным дознания и установления в почве той золота.
3) А указанным в п. 1 сего постановления чиновникам Шмелеву и Колесову отбыть немедля, а с собою привлечь раскольника Маркова, да бы он точно место то указал».
2 августа 1745 г. асессор Прошин доложил Горной коллегии следующее:
«Доношу, что выполнил возложенное поручение Горной коллегии... выезжал я на оное место, где самородки те яко бы найдены были... но ничего положительного не обнаружил, в смысле имения там самородного золота, да и место то не должно иметь самородков.
А, несомненно, одно, согласно обнаруженного на оном месте кварцевого залегания, при исследовании некоторых кусков которого, обнаружено в нем мелкое содержание золота, то полагать нужно в оных местах есть золото и где-либо в особом крупном залегании, а сие надлежит разведать большим действием. Раскольник Марков не там сыскал самородки, где он сказывал, а не иначе в другом месте, но место то не сказывает и потому надлежит раскольнику Маркову на строго приказание учинить, да бы разведки он мог тщательнее произвести, а где золото в крупном залегании сыщется и те же оные места за казну принять».
Рис. 1. Ситуационный план местности, прилегающей к деревне Шарташ (вторая половина XVIII столетия)
По докладу Прошина, Ерофей Марков был вызван в Судный стол для «большого дознания и допроса», о чем в указанном архивном деле Главной канцелярии имеется обширный протокол этого допроса, из которого в числе наиболее интересных вопросов и ответов следует выделить следующие:
«Вопрос. Почему ты неправильно показал, где сыскал золото?
Ответ. В челобитной моей я убуялся верно показать место где тое золото, что в каменьях представил, сыскал.
Вопрос. А почему ты убуялся?
Ответ. Я потому убуялся, кабы не подумали, что раскапывая яму, где я сыскал золото, что каштовался им в свою корысть.
Вопрос. А не думал ты, что за злостное сокрытие найденного золота, ты мог быть бит плятями, нещадно, в кандалы затачен и на каторгу услан?
Ответ. Такого я не мыслил.
Вопрос. Обязуешься ли ты в течение месячного сроку от сего правильно указать, где тое крупное золото сыскал и сейчас о том правильно без утайки открыть?
Ответ. Тое золото сыскал я на берегу реки Пышмы в девяти верст от деревни Шарташ, а там я яму копал для устройства рыболовного балагана и место тое указать обязуюсь и новые також доразведать».
По завершению этого дознания, была незамедлительно создана небольшая разведочная партия во главе с Ерофеем Марковым, выявившая в короткий срок выходы на поверхность богатейших золотокварцевых руд, пронизанных видимыми жилками золота, из образцов которых «толчением» было извлечено 13 фунтов (5323,5 г; 1 фунт = 409,5 г) первого отечественного рудного золота.
О найденном раскольником Марковым золоте и открытии Березовского золоторудного месторождения в архивном деле имелись копии двух обширных донесений Главной канцелярии Горных дел Правления в Санкт-Петербургскую Берг-Коллегию с подробным описанием данных событий, а также приложены акт от 25 сентября 1745 г. о сдаче Ерофеем Марковым 13 фунтов золота, извлеченного им в процессе проведения порученной ему разведки, с указанием мест залегания выявленных руд, и расчета на выплату Маркову 25 рублей за сданное золото, а также акта от 1 октября 1745 г., составленного асессором Прошиным и его комиссией, по результатам топосъемки поверхностных выходов золотоносных тел, и постановление комиссии — «считать эти места собственностью Кабинета ея Величества, Государыни Императрицы».
В указе Санкт-Петербургской Берг-Коллегии от 11 ноября 1745 г. были даны указания Главной канцелярии Горных дел Правления о дальнейшем развитии работ на Березовском месторождении и предписывалось: «Поступать с раскольником Ерофеем Марковым без озлобления, дабы он к совершению полезного прибытка мог тешиться, за что и надобен быть имеет, а к разведке приложит тщение».
После завершения поискового сезона и открытия Марковым богатых проявлений рудного золота в прибрежье р. Пышмы, асессор Прошин в начале 1746 г. представил в Главную канцелярию подробный доклад о перспективе дальнейшего развития поисковых и подготовительных работ по вовлечению в эксплуатацию выявленных залежей березовских золотоносных руд. По данному докладу Прошена, Горных дел Правление постановило: «1) Представить в Берг-Коллегию представление и просить оную предписать какой необходим штат для изыскания новых золотоносных мест и каким образом оный создан быть имеет, також на какие средства оные изыскания ученены быть могут. 2) А раскольника Маркова Ерофея привлечь к дальнейшим изысканиям, о чем оному и предписать незамедлительно».
К докладу и решению по нему рукой Прошена приписано: «Козлову — позвать раскольника Маркова в первых числах марта ко мне для нужного ему внушения».
Следует особо подчеркнуть, что с момента открытия в 1745 г. первых проявлений рудного золота на Пышме и вплоть до 1777 года Ерофей Марков честно трудился на этом руднике «во благость отечества», проявив незаурядные способности в поисковом и горнорудном деле, являлся умелым хозяйственником и распорядителем, за что неоднократно поощрялся и продвигался по службе. В частности, в 1748 г. он был назначен старшим десятником казенного золотого рудника, а в 1750 г. — штейгером этого рудника, что для людей из простого сословия бывало весьма редко.
В 1748 г. Берг-Коллегия своим Указом от 17 марта определила направления и пути достижения наибольшей добычи рудного золота на открытом месторождении, предписывая Горных дел Правлению обеспечить выполнение следующих основных заданий:
• «Для великия пользы отечеству надлежит стараться находить славу государству через науку, искусства и из земли искапывать многие богатые минерали и едино ценные золотые металлы.
• Сугубо следить, дабы не было хищения столь ценного металла, а коли таковы хищения объявятся — оных виновных судить без всякого снисхождения, елико по всей строгости законов.
• Золотой рудник заложить коло речки Пышмы, где золото было найдено, немедля в этом же году.
• Для работы на оном золотом руднике определить всех приписных людей Екатеринбургского городского острога, до пойманных беглых солдат, да прочих бродячих людей и держать их на казенном коште.
• О начале и об окончании работ немедля и неукоснительно доносить С.-Петербургской Берг-Коллегии по горным делам».
Рис. 2. Схематический план первого рудника «Первоначальный» (заложен в 1748 г.) на Березовском золоторудном месторождении (съемка 1750 г.): 1 и 2 — штольня и шахта с сетью подземных горных выработок.
11 мая 1748 г. Горный дел Правление докладывало Берг-Коллегии о начале сооружения золотого рудника путем «бытия двух шахт кандальными людьми, коих доставлено на рудник сто голов, под охраною двадцати инвалидных солдат с капралом», а также о строительстве «дома для смотрителя конторы, двух казарм для помещения кандальных людей, да казармы для солдат и жилья для обслуживающих людей». В том же году весь комплекс строящегося рудника с поселком был назван «Шарташский рудник», в 1753 г. его переименовали в «Пышминский», а в 1804 г. — в «Первоначальный», каким он и вошел в историю в качестве родоначальника золоторудной промышленности Урала и России.
В процессе проходки двух шахт и нарезки очистных выработок на строящемся руднике «...с мая месяца 1748 года по май месяц 1750 года сдано в доход казны добытого на руднике золота 15 пудов 3 фунта (246,9 кг; 1 пуд = 16,381 кг)». С развитием на руднике добычных работ, в 1752 г. назначенный на должность «смотрителя казенного золотого рудника» инженер по горным разработкам Николай Яковлевич Прошин (однофамилец асессора А.И. Прошина) доложил Главной канцелярии: «.. .лето сего года было особо удачным и превзошло все ожидания по добыче золота. В двух работающих шахтах добыто золота 39 пудов 18 фунтов (646 кг 232 г). В июле и августе месяцах штейгером Ерофеем Марковым открыты два новых золотоносных места. Оба они в верстовом расстоянии, одно на запад, а другое на восток от теперешнего работающего рудника».
Предвидя предстоящее значительное развитие горных работ на открываемых вновь залежах рудного золота, инженер Прошин полагал необходимым строительство в этих местах стационарных обустроенных жилых поселков, о чем 29 сентября 1752 г. докладывал Главной канцелярии: «...Приступая в недалеком будущем к разработке новых найденных золотоносных мест, стараться надлежит, к созданию в сих местах жилых поселений, с постройкою вольных жительств, и кроме того необходимо печись о привлечении в сии места поселенцев, буде и не кандальных же, мужска и женска пола. С созданием таковых поселений увеличится приток рабочей силы, а рабочая сила на руднике буде крайне необходима с развертыванием работ, даже в самом недалеком будущем».
По этой докладной, Указом Санкт-Петербургской Берг-Коллегии от 26 марта 1754 г. № 54 было разрешено строительство вольных поселений при казенных золотых рудниках, а также указывалось, что «...надежным кандальным людям, ежели таковые сыщутся, позволить строить жительства, с постройками и иным хозяйским коштом, семьями обзаводится и способление оным оказать надлежит. И тем из оных колико буде построятся и семьями обзаведутся, надлежит пропитал получать натурою, на себя и на каждую голову семейства их, по положению, кое незамедля прислано будет».
В сентябре 1755 г. Прошин доложил: «...новое поселение при золотом руднике основано. Летом 1754 г. происходила рубка леса, нужного для построек, потом, в начале сего года, началась стройка домов и ноне уже срублено тридцать три дома. Кандальные люди строили дома собча, т.е. по три, четыре человека рубили один дом, а в будущем надеясь разъединиться. Поселку дали название «Березовый поселок», потому что оный как раз стоит на горушках, коло самой Березовой пади, у которой произрастает вековой березовый лес».
В 1753-1757 гг. здесь был сооружен первый на Урале золотопромывальный завод и совместно с рудником обширный поселок стал именоваться «Березовский завод» (с 1938 г. — город Березовский).
Небезынтересно отметить, что с вводом в действие заводского золото-горно-обогатительного комплекса, в ноябре 1757 г. Сенатом был издан специальный Указ о поощрительной выплате первооткрывателю березовских золотоносных руд Ерофею Маркову денежного вознаграждения «.. . по 1 рублю за каждый фунт золота, добытого на Пышминском руднике». В 1747-1757 гг. на этом руднике было извлечено из недр около 25 фунтов «желтого» металла, что предопределило выплату Маркову 24 рублей 63 копеек — суммы по тем временам не малой. Вместе с тем Сенатом, в целях наиболее широкого привлечения простых людей к поискам золотоносных руд, предписывалось обнародовать Указ о поощрении Маркова для общего обозрения и «...о том, здесь, в Екатеринбурге, публиковать троекратно и в пристойном месте выставить лист...».
Производственной деятельностью Березовского завода охватывалась вся площадь выходов на поверхность залежей выявленных здесь золотоносных тел, составляющая 56 квадратных верст (63,7 км2; 1 верста = 1,0668 км). С момента открытия Ерофеем Марковым первой рудной залежи, на этой территории интенсивно велись поисково-разведочные работы и задействовались все новые и новые рудники. Так, в 1752 г. был заложен рудник «Березовский», в 1753 г. — «Уктусский» и «Становой», в 1755 г. — «Небогатый», в 1756 г. — «Ильинский», в 1766 г. — «Нагорный», в 1772 г. — «Лиственничный», в 1775 г. — «Комаровский» и ряд других. К концу XVIII столетия здесь уже действовало 50 рудников, а по состоянию на 1805 г. официально числилось 64 рудника.
Быстрый и значительный рост объемов добычи руд вызвал необходимость строительства и ввода в действие новых золотопромывальных заводов, в частности «Уктусского» (1759 г.) и «Пышминского (1761 г.).
Одновременно с развитием производства разрастался и быстро строился поселок «Березовский завод». О социально-бытовой структуре и численности населения этого поселка в справочнике «Географический и Статистический словарь Пермской губернии» (Пермь, 1873, автор Н.К. Чупин) сообщается, что в 1860 г. здесь «было домов — 1961 (в том числе три каменных), жителей — 10449 (в том числе 5139 мужчин и 5310 женщин). По численности населения Березовский завод превосходил такие губернские города, как Красноярск, Чита, Якутск, уступая лишь Екатеринбургу и Перми. В Березовском заводе: две церкви, госпиталь, богадельня, две большие первоначальные школы, содержащиеся за счет горного ведомства, контора Екатеринбургских золотых промыслов, более 50 кузниц и лавок; развиты промыслы: столярный, сапожный, мебельный, гранильный и др.».
Среднегодовой уровень добычи рудного золота на казенных Березовских промыслах составлял: в 1760-1775 гг. - 54,7 кг, 1800-1815 гг. — 271,5 и в 1845-1860 гг. — 22,1 кг; абсолютный максимум добычи был достигнут в 1810 г. — 344 кг. В 1860 г. из-за высокой себестоимости подземных горных работ и острой нехватки рудничных рабочих добыча рудного золота была прекращена.
Рис. 3. Общий вид на поселок «Березовский завод». На переднем плане Пророко-Илиинская церковь, слева - двухэтажное строение конторы Березовских золотых промыслов (фото конца XIX столетия)
За весь период производственной деятельности Березовских казенных промыслов (1745-1874 гг.) здесь было извлечено из недр суммарно 35 т золота, в том числе 11,5 т (32,8 %) из рудных и 23,5 т (67,2 %) из россыпных залежей этого металла.
С отменой в России крепостного права (1861 г.) в стране последовала полоса реформистских и социальных преобразований, в процессе которых государственные органы управления не смогли создать благоприятные условия для производительного труда вольнонаемных рабочих в рудничном производстве, что привело к большому оттоку рабочей силы с рудников на старательскую добычу россыпного золота, где оплата труда была значительно выше. Поэтому в 1874 г. Березовские казенные золотые промыслы с «приписной» к ним территорией в 56 кв. верст, где в поверхностной толще рыхлых отложений залегали богатейшие золотоплатиновые россыпи, были проданы с торгов частной компании «Золотопромышленное дело полковника В.И. Асташева и К°», успешно проработавшей здесь вплоть до 1917 г. В договоре «купли-продажи» компании ставилось обязательное условие возобновления добычи рудного золота в объеме не менее 10 пудов в год с выплатой казне 18,5 % стоимости извлеченного металла. При этом возможные убытки от разработки рудных залежей разрешалось покрывать доходами от добычи россыпного золота.
Основатель этой компании Вениамин Иванович Асташев (1837-1889) — сын широко известного в Сибири, крупного золотопромышленника И.Д. Асташева — являлся кадровым офицером русской армии, окончившим в 1855 г. элитное Николаевское училище гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров (позже Николаевское кавалерийское училище) в звании корнета, после чего служил в лейб-гвардии Конном полку, в том числе в действующих частях этого полка в период Крымской войны (1853-1856). В 1859 г. ему присваивается звание поручика, в 1862 г. — ротмистра, в 1867 г. — полковника ив 1878 г. Высочайшим приказом «за отличие по службе» он был произведен в генерал-майоры. За время воинской службы В.И. Асташев награждался многими высшими орденами Российской Империи. Приступив к руководству «золотопромышленным делом», проявил себя талантливым организатором и знатоком тонкостей производства, позволивших ему стать одним из главных участников «приватизационной» компании 70-х годов XX столетия в России и обладателем крупнейших паевых пакетов во всех крупных золотопромышленных обществах, действовавших на территории казенных заводов Березовского, Миасского и Алтайского районов. О таланте и удачливости В.И. Асташева в «Сибирском вестнике» 90-х годов сообщалось: «...Эта фамилия является образцом крупных золотопромышленников, видевших свои интересы не только в эксплуатации промыслов, ведших дело не набегом, а долгим рядом годов упорным трудом, с большими затратами и доведших дело до блестящего состояния».
В состав учредителей акционерной компании В.И. Асташева входили известные и именитые люди России, в частности графы Шуваловы, Воронцов-Дашков, Барклай-де-Толли, князь Романовский и др. Главной задачей в своей деятельности Компания ставила техническое перевооружение добывающих и обогатительных предприятий, обеспечение стабильной «нехищнической» эксплуатации недр и реализацию других мер, связанных с повышением эффективности проведения горных работ. С этой целью осуществлялся строгий подбор квалифицированных кадров, устанавливались более совершенное оборудование и средства механизации, а также закладывались новые шахты, необходимые сооружения и «золототолчейные» фабрики. К концу 1876 г. было подготовлено к началу добычных работ 27 шахт, 139 шурфов и новая обогатительная фабрика на берегу р. Пышма, мощностью по переработке 4,5 тыс. пудов золотоносной руды в сутки. Поступавшая на эту фабрику руда со средним содержанием золота «7,5 золотников во 100 пудах» (19,6 г/т; 1 золотник — 4,27 г) измельчалась на дробилках, затем прокатом чугунными валками и окончательно в «бигунных чашах». Из полученного «помола» золото извлекалось в установленных на фабрике 90 парах венгерских амальгамационных чаш, после чего из амальгамы выпаривалась ртуть, и шлиховой металл направлялся на аффинаж и плавку.
В 1877 г. компания, получив разрешение на разработку золотоносных россыпей, обратилась в Министерство земледелия и государственных имуществ по вопросу о привлечении к этим работам на контрактной основе артелей старателей — «золотничников», что согласно Договору от 1874 г. категорически запрещалось. В.И. Асташев мотивировал эту просьбу тем, что «...артельные работы будут осуществляться по указаниям и под строгим надзором промыслового управления», т.е. по сути, являются хозяйскими, а не старательскими. В феврале 1878 г. такое разрешение было получено, однако лишь с «допуском» к работам «...только в старых отвалах, остатках и бортах старых разрезов». В повторном обращении Асташев настаивал на разрешении развития старательских работ на всех площадях, отмечая, что «...вследствие 100-летней разработки в месторождении осталось мало цельных мест, на которых могут быть поставлены правильные работы». По этой просьбе, Министерство в конце 1878 г. приняло положительное решение «О дозволении широкого доступа» артелей старателей к разработке россыпей под контролем и на договорной основе с частными промыслами. Основываясь на этом решении, сначала последнего десятилетия XIX в. Березовская компания прекратила самостоятельную добычу золотоносных руд и песков, переведя ее в полном объеме на старательские работы. В последующие годы, вплоть до ликвидации в 1917 г., эта компания считалась среди золотопромышленников «царством старателей». Весь же свой потенциал в этот период компания сосредоточила на технической модернизации и совершенствовании технологии производства золота, в чем добилась немало успехов, особенно в деле переработки и обогащения золотоносных руд, добыча которых осуществлялась старателями, а извлечение металла из них было централизовано на «хозяйских» фабриках компании.
В 1889 г. умер В.И. Асташев, являвшийся на протяжении 15 лет умелым организатором и «душой» компании, вследствие чего по просьбе учредителей в 1893 г. Министерство дало согласие на ее переименование в «Березовское золотопромышленное товарищество», которое в своем новом наименовании продолжало дело своего основателя.
В 1896 г. была задействована новая Березовская цианхимическая золотоизвлекательная фабрика мощностью по переработке до 300 пудов руды в сутки, оснащенная 3 чанами и 3 экстракторами, позволившая повысить извлечение золота из руд до 60 % и снизить его себестоимость до 3 рублей за золотник, т.е. на 25—28 % ниже обычной технологии. Параллельно с циантехнологией проводилась в опытном порядке извлечение золота методом хлоринации, для чего была сооружена хлоринационная фабрика, но действовала она недолго, поскольку извлечение золота по хлортехнологии было ниже на 20 %, чем при цианировании.
В 1898 г. была введена в эксплуатацию новая более совершенная Березовская бегунная фабрика. До 1909 г. в практике обогатительных фабрик товарищества использовались параллельно «толчейные» и «бегунные» технологии «дробления — помола» золотоносных руд, причем количество «толчейных ставов» постоянно сокращалось, а число «пар бегунов» — возрастало.
С ростом производственных мощностей, развивалось и энергомеханическое хозяйство товарищества. В 1900 г. было завершено строительство электростанции мощностью 180 л.с., которая к 1904 г. была доведена до 606 л.с. (450 кВт). Топливом для этой станции служил торф из местного торфяного болота. Электротоком запитывались 16 электродвигателей подъемных шахтных и фабрично-обогатительных установок. По состоянию на 1908 г., на объектах товарищества действовали также 6 паровых машин и 2 двигателя внутреннего сгорания. К 1910 г. число действовавших здесь силовых установок возросло до 23 общей энергетической мощностью 698,5 л.с. (540 кВт), в числе которой 87 % (452,4 кВт) — электрическая, 12,5 % (65 кВт) — паровая и 0,5 % (2,6 кВт) — гидравлическая.
В период всей деятельности Березовских промыслов наибольшее внимание компания уделяла развитию добычи рудного золота, доля которой последовательно наращивалась, составив в бытность В.И. Аташева 36,9 %, а при «Березовском товариществе» (1893-1917) возросла до 56,8 % от общего объема производства «желтого» металла. В эти годы на объектах товарищества ежегодно трудилось в среднем до 2000 рабочих, из числа которых более % составляли старатели. Их относительно дешевый и не требовавший дополнительных затрат и организационных условий труд являлся все более востребован.
Численный состав артели старателей на Березовских промыслах колебался в пределах 5-10 человек и оплачивался «с золотника» (1 золотник = 4,27 г) сданного в промысловую контору золота.
Добытую руду старатели за счет собственных средств доставляли на Березовскую бегунную или Пышминскую толчейную заготоизвлекательную фабрику, где за переработку этой руды с них взималась плата в зависимости от содержания золота: по 1 руб. 25 коп. — до 3 золотников в 100 пудах, 1 руб. 50 коп. — при 4 и 1 руб.75 коп. — при 5 золотниках в 100 пудах руды. За сдачу в промысловую контору извлеченного на фабрике золота артелям выплачивался зароботок также с учетом содержания этого металла в добываемых рудах: по 2 руб.75 коп. при 4 и менее золотников и 2 руб.50 коп. при 5 и более золотников в 100 пудах этих руд.
Поиск, добычу и промывку россыпного золота артели старателей осуществляли собственными силами, получая оплату за сдаваемое золото в размере 2 руб.50 коп. за золотник независимо от его содержания в песках. На других промыслах Уральского округа эта цена колебалась от 2,5 до 5 руб. за золотник на северных землях.
В 1906 г. старатели Березовских промыслов обратились с требованием во вновь образованное Министерство торговли и промышленности о повышении расчетных цен за золотник сдаваемого ими золота до 3 руб. 50 коп. за рассыпной и 3 руб. за рудный металл. Это ходатайство было удовлетворено частично с повышением расчетных цен всего на 15 коп. до 2 руб.75 коп. за сдачу россыпного и соответственно до 2 руб.65 коп. и 2 руб.90 коп рудного золота.
В 1884 г. на россыпях компании действовало 40 артелей старателей, которые, в целях предотвращения возможных хищений золота, оснащались промывочными «вашгердами с закрытой головкой», опечатываемой надзирающим чиновником компании. В последующие годы число артелей старателей постоянно возрастало как на рудной, так и россыпной золотодобыче, превысив в 1905 г. по численности 2/3 общего состава рабочих компании.
Небезынтересны результаты проверки заработка старателей, проведенной здесь в 1906 г. окружным инженером Южно-Екатеринбургского горного округа. Им были выборочно проверены расчетные книжки старателей 90 артелей, что составляло по численности примерно 1/3 всех рабочих компании. При этом было установлено, что в среднем «поденный» заработок каждого члена этих артелей за 1906 г. составлял 1 руб.31 коп., колеблясь в широких пределах — от 0,5 до 9,95 руб., что связывалось, главным образом, с добычей руд и песков с «убогим» и «ураганным» содержанием золота.
К комплектации рабочего состава артелей старателей компания предъявляла особо жесткие требования, в частности «надлежало категорически отказывать тем, кто вызывал в прошлом какие-либо нарекания, тако ж записанным в Штрафную книгу Березовских промыслов или почему-либо неблагонадежным». Всем принятым рабочим вменялось в обязанность «...вести себя чинно, благоприятно, пьяные на работу не допускались, а уличенные подвергались штрафу. Особо запрещался прием на работу лиц, «связанных с питьевой торговлей».
На отвод участка для производства старателями добычных работ выдавался особый документ, именуемый «Билетом», который подписывался Смотрителем и Управляющим рудника (промысла). Артель могла продать или переуступить свое право на данный участок другому субъекту добычи, но с разрешения тех же лиц. «Билет» выдавался на руки «старшему артельщику», с которым компания вела все дела, особо оговаривая, что «взаимные отношения между членами артели ее (компании) не касаются», а все внутренние претензии должны передаваться на рассмотрение старательского суда, однако его решение «не имеет обязательного порядка исполнения для компании».
Следует особо отметить, что на протяжении всего периода производственно-хозяйственной деятельности, основанные В.И. Асташевым частновладельческие Березовские золотопромышленные промыслы (1874-1917) работали весьма продуктивно, обеспечивая сравнительно высокие показатели по добыче золота и уровню извлекаемой прибыли. Так, если в 1874-1892 гг. среднегодовой объем добычи золота составлял здесь 506 кг, то в 1893-1917 гг. он вырос до 823 кг, а абсолютный максимум был достигнут в 1899 г. — 1215 кг и в 1910-1190 кг. В целом же за все годы компанией было извлечено из недр и сдано казне 30,5 т «желтого» металла, из которых 18,1 т (59,3 %) добыто из руд и 12,4 т (40,7 %) — из россыпей.
22 декабря 1917 г. собрание рабочих, служащих и старателей Березовского товарищества постановило: «...все прииски, фабрики, заводы и мастерские с их живым и мертвым инвентарем конфисковать и передать под контроль Совета депутатов и земельного комитета Березовского завода...». Однако развитию первого национализированного предприятия, получившего название «Березовское золоторудное управление», помешала «революционная неразбериха» и последовавшая гражданская война, в период которых на рудниках и приисках эпизодически велась, преимущественно безучетная, добыча золота в небольшом объеме.
Восстановление пришедшей в упадок производственной структуры рудуправления начало интенсивно осуществляться со второй половины 20-х годов XX в. В этот период закладывались и вводились в действие новые шахты, возрастал объем геологоразведочных работ, расширялись сырьевая и материально-техническая базы.
В 1933 г. Березовское золоторудное управление в составе государственного треста «Уралзолото» вышло по объему добычи золота на уровень, превышающий 500 кг. В 1936 г. на р. Пышме была сооружена и введена в эксплуатацию первая отечественного производства мощная электрическая 210-литровая драга Воткинского завода. Одновременно существенно расширялась старательская база добычи золота на рудных и россыпных месторождениях. Все это позволило обеспечить в 1936 г. небывало высокий уровень добычи золота в объеме 2 т. Однако в «смутный период сталинских репрессий» (1937-1939) этот уровень сократился почти на 1/3 и лишь в 1940 г. был вновь восстановлен.
Рис. 4. Вид на г. Березовский. На переднем плане старательская шахта № 4 комбината «Березовзолото» (фото 1939 г.)
С 1939 г. Березовское золоторудное управление было преобразовано в комбинат «Березовзолото», который на протяжении ряда последних лет являлся одним из передовых золоторудных предприятий страны. В его составе работало пять подземных рудников, из которых два — старательских (рис. 4), включающих 70 действовавших шахт, две бегунно-амальгамационные фабрики, ремонтно-механические мастерские, железнодорожный цех, транспортную контору с 29 автомобилями и другие вспомогательные службы, а также мощная электрическая драга и несколько россыпных участков. В общем объеме добычи золота 57,9 % обеспечивалось государственными горными работами и 42,1 % — старательскими.
В 1941 г. комбинатом было добыто 2534 кг золота, что является рекордным достижением за всю советскую и современную историю Березовских промыслов. В 1942-1944 гг. здесь было извлечено из руд и россыпей 2442 кг валютного металла, более половины из которых было добыто старателями.
10 февраля 1949 г. Президиум Верховного Совета СССР своим Указом «За успешное выполнение задания правительства по добыче золота и в связи с 200-летием Березовских золотых рудников» наградил Государственный золотопромышленный комбинат «Березовзолото» высшим знаком отличия страны — орденом Ленина.
В послевоенный период на развитие Березовского рудника ежегодно выделялись крупные государственные капитальные вложения. В 1948 г. было завершено строительство новой шахты «Южная», в 1950-1960 гг. осуществлялась модернизация основных фондов наземного промкомплекса и обустройство социальнобытовой сферы. В 1980 г. были введены в действие технически высоко оснащенные шахта «Северная» и Центральная обогатительная фабрика, а также начато строительство крупнейшей на руднике шахты «Центральная скиповая», глубиной 700 м, при задействовании которой рудник планировалось вывести на производительность 2,5 т золота в год. К 1993 г. эксплуатационная готовность производственного комплекса этой шахты достигла 95 %, однако начавшаяся в стране непродуманная «перестройка», а затем и приватизация госпредприятий практически исключили возможность его завершения (рис. 5).
Рассматривая общие итоги производственной деятельности Березовского золоторудного комплекса за весь советский период в целом (1918-1992), следует оценить их весьма результативными, позволившими суммарно обеспечить извлечение из недр и поставку в Госфонд страны порядка 97 т золота, при среднем уровне его добычи несколько более 1,3 т в год.
Рис. 5. Вид на недостроенный копер шахты «Центральная скиповая» комбината «Березовзолото» (строительство заморожено в начале 90-х гг., фото 2005 г.)
В сложные 90-е годы, когда в стране царили административно-управленческая неразбериха и хозяйственно-экономический кризис, Березовский рудник пережил организационный хаос и банкротство, приведшие к неудержимому спаду объема добычи золота, составлявшему всего 154,5 кг в 1997 г. и только 42,4 кг в 1999 г. Лишь с образованием здесь в начале третьего тысячелетия новой золотодобывающей формации — ООО «Березовское рудоуправление» — были созданы условия к продуктивной работе и возрождению былой славы старейшего в стране золоторудного предприятия.
За 2000-2006 гг. на объектах Березовского рудоуправления было суммарно добыто около 3,3 т золота при среднем уровне 470 кг в год.
В заключении краткого экскурса в историю открытия и промышленного освоения золоторудного первенца России — Березовского месторождения — следует особо отметить, что почти за 260-летнюю эксплуатацию (1748-2007) его недра суммарно дали стране около 165 т золота, что является весьма высоким достижением.
Ныне березовское рудное поле продолжает обладать потенциально крупными ресурсами золота, разработка которых способна внести в XXI в. весомый вклад в пополнение золотого запаса России.
Начавшееся с 1748 г. успешное развитие добычи золота на Березовских промыслах вызвало интенсивное наращивание поисково-разведочных работ, позволивших уже к концу XVIII в. выявить в верховье р. Исеть около 140 золоторудных проявлений, на ряде из которых осуществлялись добычные работы. Затем поиски, перешагнув границы этого района, начали быстро охватывать прилегающие территории и обширные пространства Уральской горной страны в целом. В этот период открытия все новых и новых залежей рудного золота следовали одно за другим. В частности, такие залежи были выявлены в Гороблаго датском, Верхне-Нейвинском, Миасском, Билимбаевском, Невьянском, Кыштымском, Верхне-Исетском, Ревдинском, Уфалейском, Нижне-Тагильском, Пермском и в ряде других районов, что обеспечило возможность значительного прироста добычи золота. Так, если в 1748-1800 г. среднегодовой уровень извлечения золота из уральских руд составлял около 75 кг в год, то в 1801-1815 гг.— 170 кг.
В мае 1812 г. Сенатом был издан указ «О предоставлении права всем российским подданным отыскивать и разрабатывать золотые и серебряные руды с платежом в казну подати», позволивший значительно интенсифицировать промысловые работы на рудное золото. Однако подлинным триумфом отечественной золотодобывающей промышленности, прочно выдвинувшим Россию в число ведущих золотопромышленных держав мира, явилось открытие в 1814 г. талантливым русским горняком Екатеринбургских горных заводов Л.И. Брусницыным знаменитых уральских россыпей золота.
<< Назад Вперёд>>
