Изменения в положении своеземцев после конфискации
Итак, тип первоначального новгородского владельца представляет своеземец, то есть частный собственник. Таковы бояре, начиная с больших и оканчивая мелкими бояришками, таковы купцы, посадские люди, крестьяне, владыка, попы, монахи, монастыри и церкви. На таких владельцах-собственниках не лежало никаких служебных обязанностей по отношению к Новгороду и князю, они платили только некоторый налог с каждой обжи владеемой ими земли, так называемую обежную дань. Зависимое владение в Новгороде впервые вводится Великим князем Иваном Васильевичем после 1477 г. Отобранные у новгородцев земли он раздает своим служилым людям на поместном праве. Остаток состоятельных своеземцев также обращается им в людей, обязанных службой. Переселяя больших бояр и бояришек в Москву и обязывая их службой, московское правительство не могло оставить свободными от службы и последних своеземцев. Указания на их обязанность служить находим уже в писцовых книгах XV века. В Шегринском погосте великий князь имел деревню в общем владении со своеземцем, Данилкой Фоминым. Вот описание участка Фомина.
"Двор Данилко Фомин, своеземец, двор — подворник его, Петрушка Гридин, сеют ржи 3 коробьи, а сена косят 13 копен, обжа... И Данилко служить не может. И ныне оброку положено на ту обжу денгами две гривны ноугородские, опричь обежные дани" (II. 142—143).
На деревню вдовы Оринки тоже был положен оброк "тото деля, что служити не может" (II. 242).

Надо думать, что при описи конца XV века писцы производили разбор описываемых своеземцев, и тех, кто был годен в службу, записывали в службу, кто не был годен, облагали оброком сверх обежной дани. Что это новость, это видно из приведенного места, где сказано: "и ныне положено оброку".
Писцовые книги XV века хотя и предполагают службу своеземцев, но помещиками их еще не называют. И это понятно, они служат со своих земель, как и московские вотчинники. Но в новгородских писцовых книгах конца XVI века говорится уже о поместьях за своеземцами, например:
"В Васильевском же погосте пустоши, что были деревни за детьми боярскими и за своеземцы в поместье" (Неволин. О пятинах. Прил. VI. 143).
Надо думать, что в XVI веке некоторые своеземцы наделялись уже поместьями из конфискованных великими князьями в Новгороде земель.
В памятниках XVI века об этих служилых своеземцах речь идет уже наряду с новгородскими помещиками. В наказе новгородскому наместнику от 1 ноября 1555 г. читаем:
"Писали есмя к вам наперед сего да и грамоты во все пятины к ноугородским помещиком и к (свое) земцем к вам послали, а велели вам те грамоты к ним разослати, да и от себя вам велели к ним грамоты послати, чтобы они с людьми, и с конми, и с доспехом, на нашу службу были готовы... А (свое) земцом послали к вам роспись, и вы б по той росписи однолично тем земцом нашу службу нарядили"... (Д. к АИ. I. 66).

Служилым своеземцам были уже составлены особые списки (росписи), и они приглашались на службу вместе с помещиками. От таких служилых надо отличать более мелких своеземцев, которые, как мы видели, облагались не службою, а оброком. Московские порядки вводят этим существенное различие между своеземцами, неизвестное новгородской древности. Оброком в пользу казны великого князя облагались и крестьяне тех старо- и новосведенных бояр, земли которых не были розданы в поместья, а остались за великим князем. Мелкие своеземцы, таким образом, вводятся в разряд крестьян великого князя, а более зажиточные в разряд его служилых людей.
Новгородское землевладение мало-помалу переходит в московское поместное и черное.
Старинная поземельная собственность новгородцев носила наименование "волости". Например: "Волость Казимировская да Богдановская Норовова", и затем идет описание сел и деревень, составлявших волость Казимира Норовова и брата его Богдана. Или "волость Яковлевская Коробова, Москорици, отдана Федору Филипову сыну Нащокину". Если же это небольшое владение, оно называется волосткой: "волостка Настасьинская Ивановы жены Григорьева".
Если на крестьянах, сидевших на боярской земле, лежала натуральная повинность косить сено господское, в таком случае говорилось: косят волостью.
Слово волость, обозначающее в древности всякий административный округ и даже целое княжение, употребляется здесь для обозначения собственности потому, конечно, что и собственность состояла под властью собственника, как административный округ под властью администратора, хотя власть эта и неодинакова по своему содержанию.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4471

X