Замена тягла оброком
Введение новой стрелецкой подати в настоящем смысле этого слова решено 5 сентября 1679 г. Этого указа мы, однако, не имеем; он известен нам из ссылок на него в других указах 1679 г. и в указах 1681 г., в которых делается новый оклад стрелецкого налога, более льготный, чем первый оклад 1679 г. Новый налог вводится взамен стрелецких денег, которые установлены для посадов указом 1672 г., и взамен данных, полоняничных, ямских, пищальных и иных мелких доходов, кроме лавочных и мельничных и иных оброчных статей, которые платят из воли по перекупке. Новый налог назначается московским стрельцам (АЭ. IV. № 250; АИ. V. № 48 и 7). Введение новой стрелецкой подати взамен целого ряда прежних податей вне всякого сомнения. Стрелецкая подать отменяет: дань, ямские деньги, пищальные, полоняничные и еще разные мелкие сборы; но сбор хлеба на тех же стрельцов остается, и мы имеем указ от 1688 г. о сборе московским стрельцам недоимочного хлеба (АЭ. IV. № 299). С точки зрения организации финансов эта мера возбуждает большие недоразумения. Дело идет о жалованье московским стрельцам, т.е. стрельцам, имеющим пребывание в одном городе Москве. Они получают по старине корм хлебом и, кроме того, на их же содержание идет целый ряд старых податей, которые имели прежде каждая особое определенное назначение, как, например, ямские, пищальные, полоняничные и пр.; одна дань шла на общие государственные расходы. Теперь все это обращается в стрелецкие деньги и пойдет одним московским стрельцам на жалованье. На какие же средства будут удовлетворяться другие потребности государства? Надо думать, что наименование новой подати "стрелецкими деньгами" есть факт переживания. Как мы видели, все тягла возникают у нас для удовлетворения известных потребностей, от которых и заимствуют свое наименование. Дано наименование и новой подати, но едва ли можно сомневаться в том, что она не вся пошла на жалованье московским стрельцам. Указ 1679 г. есть первый опыт заменить целый ряд старых тягол, возникавших по мере надобности, одним общим для всего государства налогом, который шел на удовлетворение всяких государственных нужд, а между прочим, и на жалованье московским стрельцам.

Указ 1679 г. знаменует великую реформу в истории наших финансов. Это первый опыт введения общего для всего государства налога взамен целой массы специальных повинностей. Этот решительный и крупный опыт был подготовлен, однако, целым рядом мелких опытов замены для отдельных плательщиков разнообразных повинностей, на них падавших, одним налогом, которому усвоялось наименование оброка. Такие отдельные попытки значительно упреждают указ 1679 г. Один из крупных недостатков описанной системы повинностей заключается в ее малой определенности. Отдельные повинности назначаются на известный предмет, но ни время их платежа, ни самый размер большинства повинностей вперед неизвестны. Все это определяется в момент нарождения той или другой государственной потребности и нежданно-негаданно сваливается на голову плательщиков. Это большое неудобство для плательщиков, и весьма понятно, что они стремятся к замене неопределенного по времени и мере тягла определенным взносом в определенный срок. Когда впервые появились такие переложения, этого мы не знаем, но они встречаются уже в самом начале XV века. Эта замена делалась назначением "оброка", т.е. определенного взноса взамен разноименных и по размеру своему неопределенных тягол1. Древнейшая такая замена, нам известная, сделана углицкими князьями в пользу деревень Троице-Сергиева монастыря. В двух грамотах этих князей (1414 и 1437 гг.) монастырские деревни за оброк в 3 рубля освобождаются от всяких даней и пошлин:
"А опричь того оброку не надобе им ни которая моя дань, ни ям, ни подвода, ни иная ни которая пошлина, ни двора моего ни ставят, ни коня не кормят, ни закос им не надобе" и т.д.

Но в одной грамоте прибавлено: "опричь того дела, коли учнут город рубити", т.е. городовое дело остается тяглом. В обеих грамотах крестьяне освобождены не только от тягла, но и от пошлин торговых и княжеского суда. Грамоты эти имеют, следовательно, характер льготы, они даны по просьбе монастыря. Наряду с другими льготами монастырь испросил себе и переложение тягла на оброк, как более удобный способ обложения. В данном случае нововведение вызывается плательщиками (АЭ. I. №№ 19 и 28).
От того же XV века имеем грамоты, все содержание которых ограничивается переводом тягол в оброк; одна также дана Троице-Сергиеву монастырю. Дмитровский князь, в главном городе которого, в Дмитрове, был монастырский двор, пишет в своей грамоте:
"Не надобе им с того двора ни которая моя дань, ни подвода, ни к сотскому, ни к десятскому не тянут ни в которые проторы, ни в розметы, ни луга моего не косят, ни иныя им ни которыя пошлины не надобе; а дают мне, князю Юрию Васильевичу, оброк с того двора на Рождество Христово рубль. Опричь того не надобе им ничто, знают один свой срок" (АЭ. I. № 69. 1461).
Здесь очень хорошо оттенена приуроченность повинности к одному определенному сроку. Это, конечно, большое преимущество. Грамота белозерского князя Кириллову монастырю также говорит только о замене всяких даней единовременным оброком:
"Давати им дани в мою казну, от Сбора до Сбора, на год по 10 рублев пятигривенным серебром; а даньщики мои в те их слободки и деревни не въезжают и дани с них не емлют, ни писец их мой не пишет" (Доп. к АИ. I. № 201. 1468).
Самую грамоту князь называет "оброчной".

Такую же замену даней и пошлин оброком встречаем и в грамотах XVI и XVII веков. Приведем несколько примеров. Крестьяне бобровничей полусохи в Вохне до 1561 г. давали со своих 8 деревень дань, ямские деньги, примет, корм ловчему и делали дворовое дело, а с этого года за все пошлины обложены оброком в 51 р. да пошлин по 2 алтына 1 рубля, последнее в пользу чиновников.

Очень любопытна такая же грамота от 1589 г. в Соль-Вычегодскую о переводе на оброк крестьян Коряжемского монастыря; она дает возможность судить о стоимости наместничьего корма, с одной стороны, и всех других даней, с другой. В данной местности у монастыря было 334 двора. За наместничий корм, за присуд и за пошлинных людей доход положен оброк в 195 р. и 22 алт. и 1 1/2 деньги; а за все остальные дани (за дани, и запрос, и за поминочные за черные соболи, и ямских и приметных денег, и за посошные люди, и за городовое, и за засечное дело, и за ямчужное дело, и казначеевых и дьячих и подьячих пошлин) всего 34 рубля 7 алт. 4 ден. Таким образом, доход наместников и их пошлинных людей в конце XVI века в шесть раз превосходил доход государства! Это много, но во что обходится государствам содержание чиновников в наше время?
В писцовых книгах XVI века очень нередки указания на замену денежным оброком всяких даней. О дедиловцах, у которых была пашня, читаем:
"А оброку платят с тое земли за дань и за посоху и за всякия подати в государеву казну в Большой приход по полутретья алтына с четверти".
В такой оброк зачислялись иногда и торговые сборы.

В царской грамоте 1607 г. находим указание и на мотив, которым правительство руководствовалось в назначении оброка вместо даней. Крестьяне Зюздинской волости, у верховьев Камы-реки, били челом царю и великому князю, а сказывали:
"Живут они от Пермских городов, от Кайгородка, верст за двести и больше, а приезжают к ним в волость кайгородцы, посадские и волостные люди, и правят на них тягло себе в подмогу, и животы их грабят насильством, и самих их бьют, и им чинятся продажи и убытки великие; и нам бы их пожаловати, велети за всякие наши денежные доходы, и за посадские службы, и за сибирские отпуски... платить в нашу казну оброк опричь кайгородцев..."
Государь пожаловал, велел платить на один срок по 60 рублей в год2.
Иногда замена всяких тягол одним шла от правительства и вызывалась потребностями государева дела. Так, в 1584 г. на рыболовов Борисоглебской слободы была возложена обязанность ловить на дворец рыбу, а от тягла с городскими и волостными людьми они были освобождены. Здесь не денежная, а натуральная повинность заменяет все остальные (АЭ. I. № 324).
Об оброке взамен корма, присуда и некоторых других повинностей речь была выше.
Возникающий таким образом оброк составляет тоже тягло, подлежащее тем же правилам раскладки и взноса, каким подлежат все другие тягла3.



1Уречь, обречь — назначить; оброк — то, что назначено.
2АЭ. №№ 234, 256, 343, 350; II. № 69; III. № 170; Писц. книги Калач. II. С.335, 1267. 1552—1626. На поземщиков кладется оброк за обежную дань (Времен. XI. 33).
3В этом смысле и церковь могла быть сдана на оброк. В грамоте епископа Ростовского и Ярославского читаем:
"Что церковь Афанасия Великаго... и у той церкви кто будет игумен или поп и дьякон, не надобе им моя дань рожественская и данныя пошлины и десятинничьи и доводщичьи; а дает мне тот игумен или поп и дьякон с тое церкви оброком с году на год на Р. Хр. полтретьятцать бел, и десятиннику по 5 бел, а доводчику дает 2 белки" (А. до юр.б. № 177. 1535).

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 5874