Царский «shopping»

Если говорить о царской семье, то у императора, его жены и детей не было ни возможности, ни необходимости расплачиваться наличными деньгами. Поэтому представление о ценности денег у них было достаточно абстрактное. В России императорская чета по магазинам практически не ходила. И из соображений безопасности, и по этическим соображениям. Даже от великих князей и княгинь спецслужбы требовали заранее согласовывать время посещения магазинов, для того чтобы они могли заранее принять меры по обеспечению их безопасности. Если же визит в магазин проходил экспромтом, то ответственность за нарушение установленных правил безопасности возлагалась именно на владельцев магазинов вместе с крупным денежным штрафом. От всех этих сложностей вся прелесть шоппинга совершенно терялась. Поэтому великие князья и царь с императрицей предпочитали ходить по магазинам за границей, где они могли себе позволить некое призрачное инкогнито. Надо заметить, что к походам по магазинам великие князья готовились, поскольку времени на «магазинные импровизации» у них было очень мало. Информация о магазинах собиралась «среди своих» заранее. Например, в ноябре 1883 г. великий князь Владимир Александрович благодарил государственного секретаря А.А. Половцева «за сообщенные… ему адреса магазинов»685.

Конечно, в ценах мужская половина семьи Романовых ориентировались очень слабо, поскольку деньги считать не привыкли, считая это ниже своего достоинства. Было это характерно и для Николая II. А.А. Вырубова, описывая заграничные «походы по магазинам» императорской четы, упоминала, что император, выбирая понравившуюся вещь, «брал, что ему нравилось, не спрашивая о цене: о деньгах он понятия, конечно, никакого не имел, так как был сын и внук Царя, и все уплачивалось за него Министерством двора»686.

Вместе с тем им, как обычным людям, нравилось заниматься «шоппингом». Следует заметить, что именно этим, казалось бы, недавно вошедшим в массовый обиход термином члены императорской семьи обозначали свои «походы по магазинам» уже во второй половине XIX в. В январе 1875 г., находясь в Париже, великий князь Сергей Александрович записал в дневнике: «…потом пойти shopping, что меня очень прельщает».687 Но, еще раз подчеркнем, shopping члены императорской семьи позволяли себе, как правило, только за границей. Сестра Николая II, Ольга Александровна, вспоминала, как она со своей няней ходила по магазинам в Копенгагене: «…оставив экипаж где-нибудь в предместье, бродили пешком; заходили в какую-нибудь лавку. Никогда не забуду того волнения, которое я испытывала, когда впервые в жизни могла гулять по улице, разглядывая витрины магазинов, зная при этом, что могу войти в любой и купить все, что мне заблагорассудится. Это было больше чем удовольствие!»688.

Александр III, бывая в Дании, также не упускал возможности зайти в магазин. Возможность оставить «за плечами» требования этикета очень ценилась царем. Один из мемуаристов вспоминал, что Александр III «любил жить в Дании вне стеснений этикета, «по-человечески», как он говорил. Государь делал большие прогулки пешком, заходил в магазины… Датчане вели себя с тактом, избегая стеснять государя. В Копенгагене вышел преинтересный альбом юмористического содержания о пребывании императора Александра III в Дании… Так, в нем был изображен магазин, в который вошел государь, а на улице перед витринами большая толпа, старающаяся посмотреть, что покупает русский царь. Некоторые зрители влезли на плечи стоящих впереди, цепляются за ставни и пр. Государь направляется к выходу из магазина, толпа мгновенно бросается бежать в разные стороны, и когда государь выходит из магазина, уже никого на улице нет. Так, с одной стороны, публика хотела удовлетворить любопытство, а с другой – не хотела, чтобы государь заметил, как им интересуются»689.

Последнее посещение магазинов императрицей Марией Федоровной состоялось, видимо, летом 1914 г., когда она была в Англии. Это событие она сочла достойным упомянуть в своем дневнике: «Были с Ксенией в китайском магазине Фрэнка… Мы с ним (Михаил) и Ксенией вышли на прогулку, были в двух магазинах»690. Конечно, и тогда Мария Федоровна не упустила возможности посетить ювелирные магазины: «Немного прогулялись с Зиной М(енгден) по магазинам. Были у «Марка», где я приобрела брошь – очень дорогую, но необычайно красивую, похожую на диадему».691

Мемуаристы описывают, как в первые годы супружеской жизни Николай II и Александра Федоровна в Германии или Дании с удовольствием посещали магазины, накупая всякой всячины. Но инкогнито удавалось сохранить не всегда. Когда за спиной царственных покупателей вырастала любопытствующая толпа, вся прелесть от хождения «по магазинам» пропадала.

Эти «походы по магазинам» высоко ценились царственными покупателями, поскольку позволяли купить не то, что «положено», исходя из сложившихся прецедентов, а то, что хотелось. Так, А.А. Вырубова описывает эпизод, когда Николай II пожаловался ей, что страстно желает получить цветные носки к своему теннисному костюму. Когда изумленная собеседница спросила, в чем, собственно, проблема, император ответил, что как только он подумает, сколько людей будет вовлечено для совершения этой пустяковой покупки, сколько будет недоуменно поднятых бровей и пожиманий плечами, то у него моментально пропадает всякое желание отдать соответствующее распоряжение. По его словам, требовалось как минимум десять человек, чтобы у него появились новые теннисные носки. Когда Вырубова на следующий день подарила ему вожделенные цветные носки, которые она купила в ближайшем магазине, царь был просто счастлив. Последний раз императрица Александра Федоровна «ходила по магазинам» у себя на родине в Дармштадте в 1910 г. А.А. Вырубова упоминает, что «императрица ездила с дочерьми в Наугейм, любовалась магазинами и иногда заходила в них что-нибудь купить».692

Со времен Николая I выработалась жесткая бюрократическая процедура по оплате царских счетов за товары, приобретенные за границей. Еще раз следует подчеркнуть, что наличными Романовы рассчитывались только тогда, когда они путешествовали инкогнито. Если же товары за границей приобретались официально, то счета заграничных фирм и магазинов поступали в Канцелярию императриц, через которые проводились все счета, оплачиваемые из «собственных сумм» российских императоров и императриц. После эти счета поступали на подпись первым лицам. После того как синим или красным карандашом на счете писалось «Уплатить», то соответствующие суммы переводились в «Иностранное отделение при Особенной канцелярии по кредитной части» Министерства финансов. После соответствующего оформления «ассигновки» переправлялись в консульства тех стран, где были сделаны покупки и оттуда деньги переводились на счета фирм. Завершающим шагом была расписка фирмы о получении денег, которая пересылалась консульством в Канцелярию императрицы. Примечательно, что в платежных документах, как правило, не указывалась номенклатура приобретенных товаров, а шла только цена. Например, в феврале 1897 г. в фирме «Swears & Wells» были куплены вещи на 12 фунтов и 12 шиллингов693. Что это были за покупки, указано не было. Как правило, от момента покупки до получения магазином денег проходило порядка полугода.

Любопытно то, что транспортные фирмы, через которые в Россию отправлялись посылки с товарами, старались немедленно использовать этот факт, чтобы получить звание «поставщика Императорского двора». Так, летом 1897 г. транспортное таможенное агентство «Hermens», переслав в Россию посылку на имя императрицы Александры Федоровны, обратилось с просьбой «о пожаловании ему звания экспедитора Ея Императорского Величества». Иностранцы не знали о существовавших жестких условиях, необходимых для получения этого звания, поэтому чиновники Канцелярии императрицы Александры Федоровны разъяснили, что эта просьба «не может быть удовлетворена, так как в силу последовавшего в 8 день мая 1895 г. Высочайшего Ея Величества Государыни Императрицы повеления, звания поставщиков Ея Императорского Величества могут быть испрашиваемы лишь тем лицам, которые непрерывно и успешно в течение, по крайней мере, 10 лет и на значительные суммы исполняли заказы для Ея Императорского Величества»694.

Знали ли цену деньгам члены императорской семьи? И каковы были их «личные» расходы?

Конечно, знали, но в разной степени. Так, императрица Александра Федоровна, жена Николая I, жившая, как утверждали современники, в совершенно тепличных условиях, вряд ли даже держала ассигнации в руках. Один из мемуаристов как-то услышал мимолетный разговор между Николаем I и Александрой Федоровной, в котором царь жаловался на свою неудачную игру в карты. Но при этом он «подарил» жене «на шляпку» 21 руб. серебром, которые он выиграл у кого-то на днях. Жена, шутя, ответила: «Это не будет нечто великолепное, конечно, без перьев, но, во всяком случае, это выгодно!»695.

Сам же Николай I деньгами тоже практически не пользовался. Так по крайней мере утверждает, хорошо знавший императора, барон М. Корф: «Государь никогда не носил при себе денег».696 Тем не менее он был значительно более близок к повседневной жизни своих подданных, чем императрица. Например, тот же М. Корф упоминает, что царь лично перед Рождеством выбирал подарки своим близким, заходя в магазины.697 При этом император за выбранное не расплачивался и не перебирал мелочь в кармане. Понравившиеся товары вписывали в счет, который оплачивался камердинерами царя из «гардеробной суммы» Николая I.

Постоянной статьей расходов Николая I были подарки жене императрице Александре Федоровне. В 1833 г. император приобретал подарки для жены в «модном магазине Циклера» трижды. Как правило, это были различные модные женские шляпки. Император сам их не выбирал, этим занималась фрейлина императрицы Султелен, а Николай Павлович только оплачивал выбранные квалифицированной фрейлиной женские вещи. Так, в мае 1833 г. были приобретены «дамские головные уборы» за 710 руб.698 Самая крупная сумма в 2218 руб. пошла на покупку «разных уборов для дня рождения Ее Императорского Величества». И на Рождество за 419 руб. приобретались очередные «дамские головные уборы».

В разные годы подарков могло быть больше или меньше, и кроме шляпок царь оплачивал различные другие женские вещи699. Иногда в модном магазине вещи приобретались за счет императора и для других женщин.700 В 1839 г., среди прочего, император лично приобрел в Английском магазине «книгу для прихода и расхода гардеробной суммы» за 20 руб. Именно в этой книге зеленого сафьяна с тиснением и золотым обрезом велись расходные записи за 1840 г., и она по сей день хранится в Отделе рукописей РНБ. Как это ни парадоксально, но российский император Николай I в Английском магазине пользовался 5 %-ной скидкой. Видимо, как «выгодный, постоянный клиент». Приобретя в сентябре 1839 г. товаров на сумму 1620 руб. (хлыстик и браслет), он заплатил «всего» 1539 руб.701 Император приобретал для себя и памятные вещи. В апреле 1840 г. в Английский магазин «за взятые из оного лично Его Величеством бриллиантовый перстень за 200 руб. и кольцо с портретом Его Величества императора Александра Петровича 30 руб.» было отправлено 230 руб. Последний раз Николай Павлович делал покупки в Английском магазине в мае 1853 г., когда за женские шелковые чулки и карандаши он заплатил 196 руб. 20 коп. Шелковые чулки брутальный император покупал, конечно, для жены.

Пожалуй, самым «лично экономным» из российских императоров был Александр III. Сохранилось множество историй, рисующих его простоту, переходящую в прижимистость. С.Ю. Витте поведал о заштопанных панталонах императора, о клиньях, вшитых в его брюки, и т. д. Император, в своем стремлении сократить расходы на содержание двора, подчас обращал внимание на такие мелочи, о которых его предшественники постеснялись бы упоминать. Так, генерал Н.А. Епанчин в воспоминаниях приводит следующий колоритный эпизод: «Александр III был весьма бережлив в расходовании народных денег, и его внимание привлекали даже небольшие расходы в придворном обиходе. Так, государь обратил внимание на значительное количество фруктов, конфет и вообще угощения во время приемов во дворце. Иногда приглашенных было немного, а расход на угощение выводился очень большой. Государь как-то в беседе с К.П. Победоносцевым упомянул, что по случаю небольшого приема, бывшего недавно во дворце, было показано в счете гофмаршальской части множество фруктов, конфет и пр., но что, разумеется, гости не могли уничтожить все это количество. Особенно государь обратил внимание на расход фруктов, считая, что едва ли гости могли съесть по нескольку штук. На это Победоносцев объяснил государю, что такой расход возможен. Так, например, он сам съел один апельсин, но взял с собою другой и грушу для Марфиньки – его приемной дочери. Многие гости так делают, привозя детям из дворца какое-нибудь лакомство – как бы царский подарок. Государь не знал этого обычая и успокоился».702

Для Александра III характерны бережливость в расходах, стремление закрепить старое, нелюбовь к радикальным новшествам. Чиновник Министерства двора B.C. Кривенко приводит ряд характерных царских резолюций. Так, по поводу устройства калориферного отопления в некоторых комнатах Гатчинского дворца Александр III отметил: «Для чего? Я не понимаю, отопление отличное и чудная тяга!». По поводу обновления меблировки Зимнего дворца – «По-моему, не нужно».703 Но следует помнить, что именно в его царствование проведены масштабные работы по электрификации и телефонизации императорских резиденций. Активно внедрялись и другие технические новинки. Начались большие ремонты в императорских резиденциях.

«Личная бережливость» царя наталкивалась на многолетнюю традицию расходования средств, отпускаемых на содержание Императорского двора. Поэтому следует признать, что, несмотря на клинья, вшитые в штаны Александра III, общая сумма, отпускавшаяся казной на содержание царского двора, постоянно увеличивалась.

О том, что в начале XX в. Романовы начали считать деньги, свидетельствовали и взаимные подарки. Так, когда в 1909 г. великий князь Константин Константинович и его жена Елизавета Маврикиевна отмечали серебряную свадьбу, то им от всего семейства подарили довольно скромные серебряные тарелки. На обратной стороне каждой тарелки выгравировано имя одного из членов царствующего дома. Правда, Николай II с женой подарили юбилярам брошь с большим аквамарином, окруженным бриллиантами (аквамарин был любимым камнем императрицы Александры Федоровны). Дарились подарки и от частных, но очень известных лиц. Например, ювелир Карл Фаберже поднес «молодым» по платиновому обручальному кольцу, которые они с тех пор всегда носили.

Иногда личные средства российских императоров расходовались и на служебные цели. С.Ю. Витте, описывая обстоятельства своего перехода на государственную службу, рассказал, как он, беседуя с Александром III, упомянул о том, что много потеряет в жаловании, перейдя со службы в частной компании на государственную службу. На это заявление чиновник получил ответ, что «государь приказал, чтобы я 8 тысяч получал по штату, а 8 тысяч государь будет платить из своего кошелька, так что мне было назначено 16 тысяч».704

Вполне возможно, что откровенно нелицеприятный разговор на «шкурные» темы положил начало многолетнему сотрудничеству царя и министра. Возможно, царю понравилась та прямота, с которой Витте обозначил «денежную составляющую» их отношений. Современники единодушно отмечали, что Александр III был весьма щепетилен в денежных делах: «Люди, заподозренные в этой слабости, не могли уже рассчитывать на его сочувствие. Без лицеприятия относился и к членам своей собственной семьи. Он строго отличал государственную собственность от личной и в подобных вопросах был особенно щекотлив и чуток».705

В распоряжении великих князей после исполнения им 20 лет оказывались весьма крупные средства, позволявшие им вести тот образ жизни, который диктовался их положением. Когда Николай II был наследником российского трона, он мог себе позволить делать дорогие подарки М.Ф. Кшесинской. По словам весьма квалифицированной в этом отношении балерины, «Подарки были хорошие, но не крупные. Первым его подарком был золотой браслет с крупным сапфиром и двумя большими брильянтами».706 Затем цесаревич не только решил «жилищный вопрос» своей фаворитки, купив ей дом707, но и подарил ей на новоселье «восемь золотых, украшенных драгоценными камнями чарок для водки».708

После того как цесаревич Николай Александрович превратился в Николая II, в его распоряжении оказались огромные средства. О масштабе этих средств свидетельствует то, что в 1898 г. на помощь голодающим он выделил 500 000 руб., из средств Кабинета.709

Офицеры императорской яхты «Штандарт» летом 1909 г. оставили описание шоппинга дочерей Николая II в Англии: «На другой день княжны со свитой съехали в эти магазины и накупили массу сувениров (запонки, портсигары, флажки разных наций) и подарили и нам несколько этих безделушек, которые в Петербурге надо было заказывать по рисункам».710

Тогда офицеры их не сопровождали. Но в этом же году в Севастополе, сопровождая великих княжон в их «походе по магазинам», они «узнали, что бедные княжны совсем не знают цены деньгам.

Они покупали на бульваре разную мелочь, рамки из ракушек, пресс-папье с видами Крыма, все очень базарное и безвкусное, и когда нужно было платить, они вместо двугривенного хотели платить рубли, не оттого что хотели вознаградить бедного торговца, а просто потому, что не имели ни малейшего понятия, сколько, хоть приблизительно, может стоить такая дрянная вещица. Мы, сопровождавшие княжон, указывали им настоящую цену, но просили дать бедному торговцу вместо нескольких копеек – по пяти рублей, потому что это ведь был такой исключительный случай, что княжны сами покупали все эти сувениры».711

Фрейлина императрицы С.К. Буксгевден много лет спустя вспоминала об этом же. Она вспоминала, что императрица «не любила бросать денег на ветер. У всех великих княжон было большое состояние. Но на руки им выдавали ежемесячно лишь по два фунта, предназначавшихся для покупки почтовой бумаги, духов, необходимых подарков и т. п. Разумеется, им не приходилось самим оплачивать свои наряды – это делали их родители. Благодаря такой умеренности девочки должны были научиться думать, прежде чем тратить …таким образом, принцессы, по замыслу своей матери, должны были узнать цену деньгам – вещь, весьма труднодоступная для девушек из высшего общества. Однако этикет препятствовал принцессам посещать любые магазины (за исключением небольших лавочек в Царском Селе и Ялте), поэтому девушки никогда не представляли себе истинной стоимости различных вещей».712

Повторим, что Романовы, как и все обычные люди, любили ходить по магазинам. Однако в силу их статуса это они могли позволить себе очень редко, поэтому они плохо ориентировались в ценах. Однако все это было на 105-м месте по сравнению с той радостью, которую они испытывали, покупая то, что нравилось им, а не то, что положено было покупать в силу сложившейся традиции.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6699