Приказный быт

Важнейшими государственными учреждениями допетровской Руси являлись приказы — центральные органы управления, сформированные преимущественно по отраслевому принципу В начале петровского царствования семь приказов (Посольский, Разрядный, Большой казны, Поместный, Новгородский, Казанского дворца и Стрелецкий) по-прежнему размещались в Кремле в двухэтажном здании «покоем» (оно напоминало своей формой букву «П»). Строение находилось между Архангельским собором и Спасскими воротами и было возведено в 1680 году на месте старого здания приказов, существовавшего со времен Бориса Годунова(136). В 1699 году И. Г Корб отмечал: «Внутри Кремля находятся разные приказы; важнейший из них приказ Посольский или Посольская канцелярия: в нем решаются все государственные дела царства и производятся совещания с посланниками иностранных государей»(137).

С начала самостоятельного правления Петра I во второй половине 1690-х годов произошли перемены в приказном устройстве, которые стали особенно заметны на грани XVII — XVIII веков. В это время были ликвидированы приказы: Стрелецкий, Каменный, Сыскной, Сбора стрелецких денег; Военный, Иноземный и Рейтарский приказы слились в единое учреждение. Реорганизация не миновала и приказы патриаршего ведомства: все они были подчинены образованному в 1701 году Монастырскому приказу. Одновременно возник целый ряд новых приказов: Преображенский, Семеновский, Адмиралтейский, Военный морской, Провиантский, Приказ сбора печатных пошлин, Приказ крепостных дел, Ратуша(138).

В допетровскую эпоху приказы возникали как конкретные поручения служилым людям (отсюда и само название этих учреждений). Эта практика долгое время сохранялась и при Петре I. Например, Адмиралтейский приказ возник на основании указа царя: «Адмиралтейские и корабельные дела ведать стольнику комнатному Федору Матвеевичу Апраксину, а писать его во всех письмах адмиралтейцем». Указ об образовании Военного приказа от 18 февраля 1700 года гласил: «Велено генералов, полковников, подполковников и иных нижних чинов начальных людей… и всяких чинов ратных людей Сухова пути, которые ведомы были в Иноземском и в Рейтарском приказах, судом и росправою ведать боярину князю Якову Федоровичу Долгорукову и учинить ему тем людям особый приказ… и всякие дела, и с теми делами дьяков и подьячих, которые ему понадобятся, из Иноземского и из Рейтарского взять в тот особый приказ». Новое учреждение в течение полутора лет не имело названия, именуясь лишь «Приказом при генерал-комиссаре», и только летом 1701 года стало называться Приказом военных дел(139).

Современники и соратники Петра также рассматривали приказы как конкретные поручения. Т. Н. Стрешнев 25 февраля 1700 года писал царю: «По писму твоему, государь, сказано, кому в каких чинех и у каких дел быть: князь Яков Долгорукой — генерал-комисар, Семен Языков — генерал-провиант, другой адмиралтеец Федор Апраксин, и оне свои дела стали управлять». Точно таким же образом одиннадцатью годами ранее самому Стрешневу было поручено расследование дела Федора Шакловитого и тем самым был создан Приказ розыскных дел(140).

Стоявшему во главе каждого приказа судье подчинялись дьяки — письмоводители высокого ранга. Служители более низкой категории именовались подьячими, которые делились на старших, средних и младших. Приказы состояли из двух частей: передней и задней палат. В передней палате (канцелярии) сидели со своими бумагами подьячие. Канцелярия делилась на несколько «столов», позднее — отделов, которые отделялись от посетителей и друг от друга барьерами или перегородками, первоначально дощатыми, а позже — сооруженными из шкафов. В задней палате, более благоустроенной и удобной, располагались дьяки и приказные судьи. Там размещался «судейский стол» («присутствие») — особые покои, где судья и дьяки, сидя за большим столом, слушали и решали дела. В некоторых случаях судьи имели собственные рабочие кабинеты — выгороженные части помещений. В таком случае «присутствие» делилось на два «стола» — судейский и дьяческий(141).

Служебный быт первых десятилетий петровского царствования можно проследить на примере Посольского приказа — места работы боярина Федора Алексеевича Головина, важнейшего государственного учреждения, ведавшего внешними сношениями России. Он по-прежнему располагался на двух этажах в здании приказов в Кремле, занимая три комнаты с каменной «казёнкой» (чуланом) для хранения денег. Большой стол в задней палате, за которым сидели дьяки, отделялся от остальной части комнаты деревянной решеткой с двумя дверьми. Впоследствии дьякам из-за тесноты пришлось переместиться в «казёнку», получившую название «дьячьей».

Стены приказных помещений были обиты тесом и покрыты сверху красным или зеленым сукном. Наружные двери для сохранения тепла обивались войлоком и сукном ярких расцветок. В холодное время года палаты отапливались несколькими изразцовыми печами, первая из которых была установлена еще в 1627 году.

Немногочисленная мебель состояла из столов, лавок, скамей, а также используемых для хранения документов шкафов, сундуков, ящиков, коробов и рундуков — ящиков под скамьей с откидной крышкой-сиденьем. Столы, рундуки и ящики обивались сукном, преимущественно ярко-красным. Все служащие, включая бояр, сидели на скамьях и лавках, прибитых к стенам. Эти места для сидения в зависимости от ранга служащих покрывались войлоком или кожаными тюфяками ярких цветов, набитыми шерстью(142).

В приказных помещениях большую часть времени царил полумрак, поскольку маленькие слюдяные окна, закрытые зимой вторыми рамами, едва пропускали свет. Для освещения использовались свечи. Дорогие восковые свечи стояли только перед иконами и на столах у начальства; более широкое распространение имели свечи сальные, сильно чадившие, нередко изготавливавшиеся в самих приказах; они вставлялись в слюдяные фонари или шандалы — подсвечники на одну свечу, настольные или вислые.

Обязательными принадлежностями каждого стола являлись чернильницы, которые нередко помещались в одном станке с песочницами. На столах думных дьяков и других высших чинов стояли оловянные и серебряные чернильницы, у других служащих они были из глины и дерева. Рядовые чиновники писали гусиными перьями, а начальники — лебяжьими, являвшимися большой роскошью.

Записи в приходно-расходных книгах приказов нередко фиксируют приобретение столовой посуды: сковородок, противней, ложек и т. п. Это позволяет предположить, что приказные люди, не получавшие кормовых окладов, в связи с продолжительным рабочим днем готовили пищу тут же(143).


136. См.: Писарькова Л. Ф. Государственное управление России с конца XVII до конца XVIII в.: Эволюция бюрократической системы. М., 2007. С. 76.

137. Корб И. Г. Дневник путешествия в Московское государство. С. 205.

138. См.: Анисимов Е. В. Государственные преобразования и самодержавие Петра Великого в первой четверти XVIII в. СПб., 1997 С. 43.

139. См.: Богословский М. М. Петр I: Материалы для биографии. В 5 т. Т. 4. М., 1948. С. 270.

140. См.: Анисимов Е. В. Государственные преобразования и самодержавие Петра Великого в первой четверти XVIII в. С. 47.

141. См.: Там же. С. 70.

142. См.: Писарькова Л. Ф. Указ. соч. С. 76 — 78.

143. Бакланова Н. А. Обстановка московских приказов в XVIII в. // Труды Государственного исторического музея. Вып. 3. М., 1926. С. 78, 96 — 99; Писарькова Л. Ф. Указ. соч. С. 78 — 80.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6058