8. Начало боев на Зеленых горах
13/26 июня
Получив приглашение от друзей-артиллеристов, пошел сегодня на батарею сухопутного фронта. Оттуда прекрасно видны и Волчьи, и Зеленые горы, бухта Тахэ и далекий горизонт моря. С утра около бухты Тахэ было несколько японских миноносцев, вдали виднелись два судна покрупнее. Один из молодых офицеров повел меня на устроенную им батарею, показывал мне много интересного и сказал, между прочим, что он опасается только флангового огня с японских судов из бухты Тахэ89. На мои дальнейшие расспросы о стойкости крепости он почти воскликнул:

— Все, что вы здесь видите, может быть срыто японскими снарядами, все мы, артиллеристы, можем быть перебиты до единого, но пока у нас останутся штыки в окопах, пехота, до тех пор японцам не взять Артура!

Эта молодая уверенность ободрила меня, часто мучимого сомнениями при виде закулисных неурядиц в делах крепости.

— Не забудьте, что если нас перебьют, то и мы перебьем их немало. Труднее взять крепость, чем защищаться!

На батареях уже устроены перевязочные пункты, есть носилки и все необходимое.

После обеда с другой батареи мы увидали довольно красивую картину. В бухту Тахэ пришли «Новик», канонерки и миноносцы. Японские суда отодвинулись. Подойдя к берегу далее Лунвантанской долины, наши суда начали обстреливать занятый японцами берег. Особенно красива была стрельба с «Бобра» из крупного орудия. В первый момент казалось, что или судно попало на мину, или же в него попал неприятельский снаряд. Судно запарило, скрылось в облаке дыма. Но вскоре мы поняли, что оно стреляло дымным порохом, тогда как остальные суда стреляли бездымным, на них беспрестанно мелькали огненные языки и желтый дымок, скоро уносимый ветром. Мы ожидали, что японские суда — один большой крейсер, бывший китайский броненосец «Чин-Иен» и миноносцы — вступят в бой с нашими, но они оставались все время лишь зрителями.

В это же время солдаты, собравшиеся на бруствере, указали нам, что на Зеленых горах рвется неприятельская шрапнель. Действительно, над местом, где расположены наши передовые позиции, стали появляться белые дымки.

14/27 июня
Во вчерашнем бою у нас, как сообщают, выбыло до 300 человек из строя убитыми и ранеными. Японцы завладели выдающейся позицией — вершиной Куинсана, которую ни генерал Фок, ни начальник его штаба, подполковник Дмитревский, не нашли достаточно важной, несмотря на многократные указания офицеров. Теперь только начинают сознавать, что именно потеряно. Грустная история. Начинают обвинять капитана 14-го полка Лопатина в том, что он не удержал горы и отступил. Но что же ему оставалось делать, когда из его роты осталась горсть солдат против целого полка японцев. Говорят, что ему было приказано не ввязываться в бой. Все его просьбы о присылке подкрепления оставлялись без внимания. Его же предают суду.

Бои на правом фланге продолжаются. Интересен приказ генерала Стесселя.

«№ 368. Объявляю при сем выписку из телеграммы мне командующего армией генерал-адъютанта Куропаткина: «...Теперь требуется самая упорная и продолжительная оборона Артура, на что мы все вполне надеемся». Генерал-адъютанту Куропаткину я ответил благодарностью и донес, что, зная дух защитников, я уверен, что они превзойдут даже надежды своего любимого командующего армией».

Мне передавали, что генерал Стессель, всегда прежде на запросы генерала Куропаткина, не нужно ли чего доставить в Артур, отвечавший, что ничего не нужно, обратился после падения Кинчжоу через корнета Елкина с просьбой о помощи и получил очень неприятную телеграмму90. Генерал Куропаткин будто удивляется, почему понадобилась помощь теперь, когда ее нельзя уже доставить, так как перед ним стоят значительные неприятельские силы. Выписка в приказе будто и есть продолжение депеши, в которой требуется одно — защищать упорно крепость, не рассчитывая на помощь и т. д.

Узнаем, что солдаты на передовых позициях изорвали по скалам одежду, особенно обувь, и нуждаются во многом. Подошв уже нельзя купить в городе. Недостаток и во многом другом, во всем проявляется мало предусмотрительности. Жители начали собирать между собой деньги, покупать и посылать нашим защитникам кто что может: белье, табак, чай, сахар. Решено устроить в городе, за счет города, бесплатные чайные, где солдаты, приходящие по делам с позиций и уходящие на позиции, идущие с работ и на работы, могли бы попить чаю. Там же будут раздаваться им бесплатно папиросы. Мысль симпатичная91.

Погода стоит довольно жаркая.

Об адмирале Скрыдлове нет никаких вестей, никто не знает, прибудет ли он к нам или нет. Назначение его командующим флотом было обрадовало всех, но он что-то не поторопился с выездом. И вет — нас отрезали. Миноносец «Лейтенант Бураков» ходил уже несколько раз в Инкоу. Мы ожидали, что Скрыдлов прибудет на нем. В последнее время возникло сомнение — приедет ли он вообще к нам, стремится ли он сюда? Не верим, чтобы он не мог приехать, если бы у него было на то сильное желание. Говорят, что он не ладит с наместником, у них будто есть какие-то личные счеты. Это что-то ужасное, прямо преступное! Подводить в данное время личные счеты, когда интересы Отечества в величайшей опасности!

Мне сообщали на днях, что «Лейтенант Бураков» собирался пойти еще раз в Инкоу, Сеньючен или в другой условный пункт в том же направлении с секретным поручением. Не состоит ли это секретное поручение в том, что он должен принять и доставить сюда Скрыдлова?

18 июня
(1 июля). Со времени возвращения нашего флота в гавань почти каждую ночь японцы пытаются атаковать миноносцами наши сторожевые суда, выставленные нарочно на рейде. Это настоящая охота «с поросенком». Крейсер «Диана» поставлен за японским брандером и, кроме того, огражден еще сетками, так что мина никак не может попасть в него; крейсер стреляет вместе с батареями по атакующим японским миноносцам, нанося им почти всегда чувствительный урон.

Долгое отсутствие миноносца «Лейтенант Бураков» вызывает опасение за его судьбу. Он, оказывается, действительно ушел с официальной почтой и все еще не вернулся. Хотя он и принадлежит к самым быстроходным, но все же его могли окружить большие силы.

По городу разнесся «секрет», что готовится большая внезапная вылазка против японцев. Говорят, рассказал этот «секрет» генерал Фок, восстающий против этой вылазки. Если все «секреты» будут храниться так и впредь, то японцы узнают через китайцев об них раньше, чем мы успеем собраться что-либо сделать.

Многие из жителей уезжают на джонках в Чифу. Удастся ли им прорвать блокаду, неизвестно.

20 июня (3 июля)
Вместо задуманной «секретной» вылазки наш правый фланг начал еще вчера открытое нападение под руководством генерал-майора Кондратенко и отбросил неприятеля с занятых им позиций, гору Куинсан не удалось еще взять обратно, но наши позиции обхватывают ее подковообразно.

На днях привезли с позиции два трупа — японца и русского. Оказывается, что это часовые передовых постов. Они сперва ранили один другого пулей, потом пошли в штыки и закололи друг друга. Прибежавшие на выстрелы нашли их уже мертвыми. Коротко и ясно: надоело ожидать битвы и сразились между собой. Их привезли на одной двуколке, похоронили в одной могиле. Мир праху вашему, достойные сыны отечества!

Сегодня утром прибыл миноносец «Лейтенант Бураков», привез с собой из Северной армии военного корреспондента Б.Л. Тагеева и адъютанта генерала Стесселя — князя Гантимурова, почту и несколько газет, в том числе «Вестник Маньчжурской армии», издающийся в Ляояне. Адмирал Скрыдлов не прибыл, и нет вестей, чтобы он собирался пробраться к нам. Это неприятно. Значит, нечего на него и рассчитывать. Разве он явится сюда из Владивостока?

21 июня (4 июля)
Сегодня утром вышли «Новик», канонерка и миноносцы к, Сяо-бин-дао и открыли по месту расположения противника огонь; если суда эти и не нанесли японцам большого вреда, то все же содействовали, и даже с некоторым успехом, сухопутным войскам, продолжавшим наступление.

Попытки взять обратно Куинсан не удались; японцы укрепились на нем с пулеметами. Атаки велись против этой потерянной нами позиции сильные. Впереди своего 13-го полка пошел на штурм командир, безусловно храбрый князь Мачабелли92; сообщают, что и генерал Кондратенко водил некоторые колонны в бой. Но отряды таяли под убийственным огнем пулеметов. И все же можно было еще надеяться овладеть вершиной, если бы генерал Фок не прекратил атаки с левой стороны Куинсана, называя этот штурм напрасной тратой людей.

Все у него напрасная трата людей!.. Но кто же ему велел отдать Куинсан японцам! Впрочем, отдача кажется специальностью этого генерала. Отдал Кинчжоу, отдал Куинсан, отдаст, пожалуй, и Артур!

Зеленые горы вновь в наших руках, но ключ позиции, Куинсан, остался в руках японцев, откуда они могут прекрасно наблюдать за всеми движениями наших войск, за попаданием снарядов и т. д. и т. д.


89 Батарея эта и устояла до самой сдачи крепости, хотя убийственно обстреливалась японцами ежедневно.

90 Как ныне выяснилось, другая «очень неприятная» телеграмма была получена генералом Стесселем от наместника. Адмирал Алексеев, получив правдивые донесения о причинах падения кинчжоуских позиций — о том, что кинчжоуские позиции пали только благодаря отсутствию распорядка со стороны генералов Стесселя и Фока, а не оттого, что на этих позициях нельзя было держаться, — возмущенный неподготовленным очищением Талиенвана и Дальнего (причем все миллионные сооружения попали в руки неприятеля) и убедившись из полученных сведений о хозяйничанье генерала Стесселя, что последний не может принести защите крепости никакой пользы, предписал ему как главнокомандующий немедленно сдать командование генералу Смирнову и прибыть в Мукден, выехать в Инкоу на миноносце «Лейтенант Бураков». Генералу Стес-селю было предписано передать копию этого приказа генералу Смирнову, он этого не исполнил, сознавая, что в таком случае комендант заставит его немедленно покинуть крепость, а обратился к генералу Куропаткину со слезницею, что он, дескать, служил на Квантуне и ему бы хотелось умереть тут же и поэтому просит оставить его в Артуре. Генерал Куропаткин послал просьбу генерала Стесселя в Петербург (помимо наместника, с которым он не ладил), в Петербурге же имели совершенно неверные понятия о генерале Стесселе — и его оставили в Артуре. И в Петербурге не сочли нужным запросить адмирала Алексеева, почему тот отзывает генерала Стесселя из Артура. Факт характерный для выяснения причин наших несчастий в минувшую войну.

91 Такие бесплатные чайные были устроены и морским ведомством, и на частные средства, например чиновниками контроля.

92 Отмечаем это здесь потому, что не слыхали, чтобы, кроме полковника Третьякова (5-го полка), еще кто-либо из командующих полками показывал такие примеры личной храбрости.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2690

X