«Сказки» торговых людей 1660, 1662 и 1663 гг.
Земский собор 1653 г. часто считается последним собором типа, сложившегося в начале XVII в., последним образцом такого органа, в котором принимали участие, наряду с «освященным собором» и боярской думой, выборные представители дворян и посадских людей. В известной мере приведенная точка зрения верна. Собор 1653 г. действительно кладет заметную грань в истории этого учреждения, и вторая половина XVII в. является временем упадка сословного представительства. Но указанный процесс был не единовременным, происходил постепенно и медленно, а в отдельные периоды деятельность соборов вновь оживлялась.

О земских соборах вспомнили в начале 60-х годов XVII в. Как прекрасно показал К. В. Базилевич, это было время экономического и финансового кризиса в России, роста в военных условиях налогов, расстройства денежной системы (введение неполноценной серебряной монеты и медных денег), застоя торговли, дороговизны, голода. Наблюдалось обнищание ремесленников и торговцев, толкавшее их в сторону плебейской части городских жителей. В то же время усиливалась экономическая мощь высших слоев посадского населения, росли предпосылки для их превращения в буржуазию (или, как говорят из осторожности, - в предбуржуазию).

Усиливались классовые противоречия. Как известно, 25 июля 1662 г. в Москве произошло восстание1369. Почти накануне его правительство в целях уяснения причин экономической разрухи и их устранения созвало несколько совещаний торговых людей. Эти совещания не были земским собором как органом «всей земли» (в понимании того времени). Правительство пригласило представителей одного («торгового») «чина». Можно задаться вопросом: почему оно так поступило? Во-первых, вероятно, потому, что самые вопросы, требовавшие обсуждения (о товарном производстве и обращении, рынке, ценах, денежной системе), были связаны в значительной мере с городской экономикой. И народные восстания середины XVII в. в большой степени локализовались в городах, где зрели социальные антагонизмы. Второе, что можно предположить, это то, что формирование новых буржуазных элементов в феодальном обществе побудило правительство обратиться за «советом» (причем специально по экономическим вопросам) к средневековому сословию горожан, на основе которого уже складывалась торговая буржуазия. Не случайно такие совещания произошли лишь во второй половине XVII в., а более ранних мы не знаем (от первой половины XVII в. дошли лишь «сказки» купцов, посвященные некоторым вопросам внешней торговли). Это свидетельствует, что «торговый чин» теперь достиг определенной зрелости.

17 октября 1660 г. царь указал боярам «говорить... с гостьми и с торговыми людьми гостиныя и суконныя сотен и черных сотен и слобод». Перед ними был поставлен вопрос: «от чего учинилась на Москве и в городех перед прежним... дорогая цена» хлеба, а также других съестных припасов и скота1370. Особо допрашивались гости и люди гостинной и суконной сотен и особо сотские, старосты, тяглые торговые люди (лучшие, середние, молодшие) московских черных сотен и слобод. От опрашиваемых требовали, чтобы они «сказали правду» и дали совет, как поступить. Ответы были разнообразные, иногда противоречивые и вызывавшие споры (состав «торгового чина» был неоднороден): «и черных сотен торговые люди, выслушав [вопросы], межды собою учинили спор». Среди причин дороговизны назывались неурожаи, потребности в хлебе для винокурения и продажи на кружечных дворах для пивоварения. Указывали на спекуляции «закупщиков», перекупщиков, «кулащиков», «вящиков», на уменьшение численности «пашенных людей» - производителей хлеба, взятых на государеву службу или погибших в моровое поветрие, на рост спроса на товарный хлеб со стороны переведенных на денежное жалованье стрельцов, ружных попов и т. д. С экономической точки зрения особенно интересен материал, приведенный торговыми людьми черных сотен и слобод о духовных и помещичьих крестьянах-скупщиках, торгующих в Москве перекупным хлебом1371.

Ознакомление с материалом «сказок» показывает, что лица, их подававшие, прошли школу сословного представительства. Организация и характер обсуждения напоминают ритуал, выработанный на земских соборах. Государь «указал» боярам «говорить» с торговыми людьми, отдельно с каждой сословной прослойкой. Вопросы сформулированы заранее. Бояре их передали. Начался «разговор». Торговые люди в ответ «сказали»... Их ответ иногда носит характер предложений. Иногда же это скорее уклонение от ответа со ссылкой на волю божью и царскую («они полагаются на волю великого государя, как великий государь изволит», «как государю бог известит»). Государь «слушав», «указывает» задать повторные вопросы. Значит, идет «допрос», но не в смысле простого снятия показаний, а в смысле обсуждения. «Сказки»-показания перемежаются с «челобитьями-предложениями» торговых людей («да бьют челом»). Не все «челобитья» подаются с общего «совету». Иногда мнения в пределах одной сословной группировки расходятся («били челом великому государю о том 3 человека»). Иногда совпадают мнения представителей разных групп («а их де речи с гостьми одинаки, что де про то гости говорити, то и они говорят»). Такова схема «разговора».

Это процедурно-организациопная сторона дела. Что касается сущности понятий сословности и взглядов на земский собор как на сословно-представительный орган, то они проявились во время более поздних совещаний правительства с торговыми людьми.

А. Н. Зерцалов опубликовал еще 10 «сказок» (от января, 5, 7, 8 февраля, 22, 23, 26, 28 апреля, 1 мая 1662 г. и 12 января 1663 г.)1372. «Сказки» подавались И. Д. Милославскому и Р. М. Стрешневу. По сравнению с 1660 г. совещания по характеру поднятых вопросов и уровню их обсуждения поднялись на более высокую ступень. Ответы стали глубже и связывали тему обсуждения с общими проблемами общественной и государственной жизни. В двух отношениях явственно заметна близость «сказок» 1662-1663 гг. представителей различных сословных групп. Во-первых, довольно единодушно торговые люди указали, что главной причиной дороговизны является выпуск медных денег (об этом совсем не упоминали «сказки» 1660 г.): «А учинилось в Московском государстве и во всех городех и в уездех великая безмерная дороговль и соляная и всякая харчь и всякие товары, и то учинилось не от хлебного недороду и соленого промыслу, но от медных денег, а хлеб милостиею божиею родится по-прежнему, а у вотчинников и у помещиков и у пахотных людей в селех и в деревнях многие скирды и одоньи стоят немолоченого хлеба, не токмо нынешняго году, но и прошлых лет, а что продают хлеба, и то большею ценою, и от того бедные люди от нынешния всякия дороговли хлебныя и харчевыя помирают голодною смертью...»1373 - так написано в «сказке» старост и людей Кадашевской слободы. То же объяснение (только короче) дают и другие категории населения черных слобод и сотен, представителей разных слоев купечества.

Второе, что в известной мере объединяет «сказки» 1662 г. разных сословных групп, - это предложение перенести обсуждение поднятых правительством вопросов на земский собор. 5 февраля старосты и люди Кадашевской слободы сказали: «А о сем великого государя милости просим, чтоб великий государь изволил взять сказки у городовых земских людей, что то дело всего его великого государства, то наша и сказка...»1374. 23 апреля гости и люди гостинной и суконной сотен говорили: «...а чем тому помочь, и о том мы ныне одни сказать подлинно недоумеемся для того, что то дело всего государства всех городов и всех чинов, и о том у великого государя милости и просим, чтоб пожаловал великий государь, указал для того дела взять изо всех чинов на Москве и из городов лутчих людей по 5 человек, а без них нам одним того великого дела на мере поставить невозможно»1375. 22 апреля торговые люди суконной сотни заявили: «А о медных деньгах сказать и их на мере поставить, что им быть или переменить о том не домыслимся, что то дело великое всего государства, всей земли...»1376. 1 мая во время опроса сотских, старост и всех тяглых людей черных сотен и слобод они предложили: «и о том великого государя милости просим, чтоб великий государь указал взять изо всяких чинов и из городов лутчих людей, а без городовых людей о медных деньгах сказать не уметь, потому что то дело всего государства и всех городов и всяких чинов людей, и о том о всем как ему великому государю бог известит, то наша и сказка»1377.

Какова мотивировка участников совещания? Охарактеризовать ее очень важно, так как она раскрывает представления сословий о земском соборе в том виде, в каком он сложился и действовал к середине XVII в. Во-первых, в «сказках» подчеркивается, что рассмотрению подлежит дело большой государственной важности («дело великое всего государства, всей земли»), т. е. речь идет о вопросе, который по самому своему характеру, значению подлежит обсуждению на земском соборе. Правительство захотело остаться в рамках узкого экономического совещания. Но представители «третьего сословия» не согласились с таким решением. Во-вторых, представители «третьего сословия» осудили также узко московский характер совещания, отметив, что вопрос о «дороговли» - не локальный, он касается всей страны, поэтому и участвовать в обсуждении мер борьбы с ней должны люди, проживающие в разных городах, а не только столичные жители. В-третьих, купечество, тяглые люди высказались за «разговор» всех сословий (исключая крестьян - основного, но неполноправного класса). Наконец, в-четвертых, в «сказках» защищался принцип выборности соборного представительства.

Составители «сказок» предложили, если уместно так выразиться, модель земского собора середины XVII в. Модель эта построена на материале живой действительности. Конечно, соборы бывали разные и по характеру обсуждаемых дел, и по составу, и по той роли, которую в них играло выборное начало. Но наиболее полно их существо отражает сочетание четырех указанных признаков.

Лица «третьего сословия», присутствовавшие на совещании, предложили не только модель земского собора, но и модель общества в целом, с его структурой, с сословиями и сословными группами, которым должны быть присущи определенные права и обязанности, обеспечивающие нормальное функционирование общественного организма. В «сказках» отмечается наличие нескольких «чинов» - «духовного», «воинского», «судебного», «торгового», т. е. духовенства, боярства, дворянства, приказных, купечества (крестьянство опять-таки опускается). Каждый «чин» выполняет свое дело. Их совместная деятельность - условие нормального развития государства. Так составители «сказок» обосновывают требование о запрете торговли представителям «духовного», «воинского» и «судебного» чинов. Гости, люди гостинной и сукопной сотен 23 апреля 1662 г. указывали: «...изстари в прежних летех всякими торгами и промыслами по указу великого государя торговали одни торговые люди, и с того великому государю всякие подати и пошлины платили и тем его великого государя казну и государство полнили»; теперь же «всякими большими и лутчими промыслами и торгами владеют и промышляют, духовный и воинский и судебный чин оставя и презрев всякое государственное правление», от их торговли и промыслов «чинится государству не малая тщета и не управление и великого государя казне в пошлинах и во всяких податях великая убыль». Развивая свои идеи, гости и люди гостинной сотни подчеркивали, что «всякий неторговый чин, обоготяся торговым промыслом и добыв деньги и всякия вещи, задерживают у себя и с тех промыслов великого государя пошлины и всякие доходы пропадают»1378.

Выступления торговых людей на совещании с правительством в 1662 г. - признак известной зрелости «третьего сословия». Почему правительство не прислушалось к его голосу и не созвало земский собор, как оно сделало это в 1648 г.? Ведь социально-экономические ситуации и тогда и теперь были схожи. Созыв земского собора в 1648 г. имел место в ходе еще не закончившегося восстания в Москве, восстаний и движений во многих других городах. Предложение собрать собор в 1662 г. относится к кануну нового открытого выступления социальных низов столицы. Как будто в 1662 г. для властей было вполне уместно, используя опыт 1648-1649 гг. (когда земский собор помог подавить народные движения), попытаться при его посредстве уже предотвратить восстание. Думается, что тут нужно учитывать два момента. Во-первых, в 1648-1649 гг. имел место блок дворянства и верхушки посадских людей. От его лица и был поставлен перед государственной властью вопрос о соборе, и она противопоставила этот блок восставшему народу. На совещаниях 1662 г. правительство имело дело только с «торговым чином», он сам выделил себя из числа других сословий, и только от него исходила мысль о соборе. Это и позволило феодальному государству проявить тенденцию к абсолютизму, отказавшись в данный момент от созыва сословно-представительного органа. Во-вторых, земский собор 1648 г. оказал помощь правительству в ликвидации народных волнений, но на нем же проявились и оппозиционные настроения части господствующих сословий: дворян, посадских людей. Может быть, этого ждали и боялись и теперь, через 14 лет.

Правительство, вероятно, опасалось, что на земском соборе, если он соберется, встанет крестьянский вопрос. Почти одновременно с посадскими людьми, в 1660 г., представители дворянского сословия изложили правительству свое понимание характера общественного строя России. Оно близко к тому, что говорили посадские люди. Так же названы «чины», «освященный», «служивый», «торговый», а кроме того, упомянут «чин» «земледелательный» со ссылкой на «неподвижность» «государева крепостного устава» (т. е. Соборного уложения 1649 г.), определяющего существо социально-политических отношений в Русском государстве. В коллективной челобитной подчеркивалось, что борьба за крестьян между отдельными группами господствующего класса наносит вред его политическому единству, поэтому надо «твердо и непоколебимо стояти» на царском «уставе» и «повелении» - таков принцип, на котором сошлось правительство с феодальными сословиями и который был признан «уложенным» собором1379. Снова поднимать об этом вопрос спустя десять с небольшим лет правительство не считало целесообразным. Но до конца XVII в. в общественной жизни сохраняется коллективное дворянское челобитье как форма выражения сословных требований1380.

В литературе иногда относят к категории земских соборов (так называемых «неполных») еще два расспроса гостей о договоре России с торговой компанией персидских армян 1667 г.1381

1) 15 июля 1672 г. в Посольском приказе гостям была «чтена» договорная запись, и они «допрашиваны»: не будет ли купецким
людям «в промыслах их помешки», если армяне станут привозить шелк и иные товары в Россию и «за море в Неметцкия земли»1382.

2) 23 февраля 1676 г. в Ответной палате опять были рассмотрены договорные записи и жалованные грамоты армянам и, кроме того, письма голландского посла Конрада ван Кленка о разрешении голландцам участвовать в персидской торговле в Русском государстве и через Русское государство. Гости были снова «допрашиваны», «как тому шелковому промыслу против посольских поданных писем состояться»1383.

В обоих случаях перед нами - не акты земских соборов, да и сами гости (как это, к примеру, видно из «сказок» 1662 г.) документацию расспросов 1672 и 1676 гг. за таковые не признали бы.

Аналогичные по форме «сказки» были даны 19 февраля 1684 г. в Сибирском приказе гостями и «гостиной сотни и розных городов приезжими торговыми людьми» о том, что они не подговаривают ехать с ними в Сибирь беглых крестьян, а только «наймуют» гулящих людей («бездомовных и безженных людей») для обеспечения своих торгов и промыслов1384.



1369 Базилевич К. В. Денежпая реформа Алексея Михайловича и восстание в Москве в 1662 г. М.-Л., 1936, с. 83, 103-114.
1370 СГГД, т. 4. М., 1828, с. 69-72, № 18; Базилееич К. В. Указ. соч., с. 46-47.
1371 СГГД, т. 4, с. 70-71, № 18.
1372 Зерцалов А. Н. О мятежах в городе Москве и в селе Коломенском 1648, 1662 и 1771 гг. М., 1890, с. 237-239.
1373 Зерцало в А. Н. Указ. соч., с. 249.
1374 Там же, с. 250. Курсив мой. - Л. Ч.
1375 Там же, с. 260. Курсив мой. - Л. Ч.
1376 Там же, с. 264. Курсив А. Н. Зерцалова.
1377 Там же, с. 265 (курсив мой. - Л. Ч.) см. также: Платонов С. Ф. Нечто о земских «сказках» 1662 г. - Статьи по русской истории, с. 127, 130, 131; Базилевич К. В. Указ. соч., с. 62.
1378 Зерцалов А. Н. Указ. соч., с. 259-260. То же самое говорится в «сказках» гостей и людей гостинной сотни 28 апреля 1662 г.: «А воинского и судебного чина стольники, и стряпчие, и дворяне, и дьяки, и подьячие, и боярские люди торгуют поташем, и смолчугою, и пенькою, и собольми, н немецкими товарами...» (там же, с. 262).
1379 Новосельский А. Л. Побеги кроетъян и холопов и их сыск и Московском государство второй полонииы XVII в. - «Труды Института истории РАНИОН», т. I. М., 1926, с. 352; Маньков А. Г. Развитие крепостного права в России во второй половине XVII в. М.-Л., 1962, с. 37; Преображенский А. А. Об эволюции классово-сословного строя в России. - В кн.: Общество и государство феодальной России. М., 1975, с. 68.
1380 Новосельский Л. А. Коллективные дворянские челобитные о сыске беглых крестьян и холопов во второй половине XVII в. - В кн.: Дворянство и крепостной строй России XVI-XVII вв. М., 1975, с. 303-343.
1381 СГГД, т. 4, с. 204-208, № 56.
1382 Там же, с. 277, № 81; Латкин В. Н. Указ. соч., с. 242-243.
1383 СГГД, т. 4, с. 377, № 105; Латкин В. Н. Указ. соч., с. 245.
1384 ЦГАДА, ф. 214, оп. 3, д. 878, лл. 139-141; см. также: Преображенский А. А. Урал и Западная Сибирь в конце XVI - начале XVIII в. М., 1972, с. 156-157.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4142