Роль сословных представителей в создании Уложения 1649 г.
Вопрос о роли сословных представителен в создании Уложения 1649 г. давно является предметом исследования. В ряде работ достаточно убедительно показан активный характер деятельности «выборных людей» на соборе, выступавших с челобитными и добивавшихся их удовлетворения1200. Об инициативе «выборных» можно судить, во-первых, по прямым указаниям Уложения, во-вторых, по их (или при их участии составленным и поданным) челобитным, послужившим источником этого памятника.

Прямые ссылки на представителей сословных групп встречаются в Уложении дважды. В статье 1 главы XIII говорится, что «ныне» царь Алексей Михайлович, «по челобитью столников, и стряпчих, и дворян московских, и городовых дворян, и детей боярских, и гостей, и гостинные и суконные, и иных разных сотен и слобод п городовых торговых и посадских людей», издал указ об организации Монастырского приказа, которому были подведомственны дела, касающиеся представителей церкви и духовных организаций1201. Согласно статье 42 главы XVII Алексей Михайлович «советовов» с патриархом Иосифом, «и со всем освященным собором, и говоря с своими государевыми бояры, и с околничими, и з думными людьми, и с столники, и с стряпчими и з дворяны московскими, и з городовыми дворяны, и детми боярскими указал и собором уложили»: запретить духовным землевладельцам и корпорациям приобретение каким-либо путем у кого-нибудь «родовых и выслуженых и купленых вотчин»1202. Очевидно, служилые люди и горожане проявляли известную инициативу в вопросе об ограничении экономических и политических привилегий церкви.

В других случаях Уложение о челобитных «выборных» молчит, но они сохранились в самостоятельном виде или в пересказе составителей других документов; обращение к Уложению показывает, в какой мере предложения сословных представителей были учтены при составлении этого законодательного памятника.

Из памяти от 9 ноября 1648 г., отправленной в Поместный приказ из «приказа» кн. Н. И. Одоевского и др. (за подписью дьяка Ф. Грибоедова), узнаем, что били челом «все выборные люди ото всея земли» (служилые и посадские, столичные и городовые) с предложением отобрать на государя у патриарха, властей, монастырей, протопопов, попов вотчины, приобретенные с 1580 г. Челобитчики выдвигали проект: вотчинные земли, взятые из монастырей, «роздать по розбору служивым людем, безпоместным и пустопоместным, и малопоместным, дворяном и детем боярьским». Память от 9 ноября содержала предписание Поместному приказу проверить документацию на зсмли, перешедшие к церкви с 1580 по 1648 г., и составить на них выписку, с тем чтобы ее «взнести к... государю вскоре»1203. Поместный приказ потребовал данные о вотчинах у монастырей1204. Дело затянулось, секуляризация церковных земель не осуществилась, и предложение сословных представителей не было внесено в Уложение в качестве закона1205. Но, может быть, это предложение повлияло на включение в состав памятника статьи о запрете церковным землевладельцам приобретать родовые, купленные, выслуженные земли.

Наряду с вопросом о социально-экономических и политических прерогативах церкви, большую остроту на соборе 1648-1649 гг. приобрел крестьянский вопрос. Дворянством было выдвинуто требование о юридическом оформлении крепостничества. В царской грамоте в Звенигород от 24 января 1649 г. говорится о челобитье служилых людей «всех городов» с просьбой об отмене «урочных лет» для сыска беглых крестьян. Это челобитье было «доложено» царю боярином кн. Н. И. Одоевским с товарищами и рассмотрено «освященным собором», боярской думой, земским собором, принявшими решение, вошедшее в Уложение: беглых крестьян и бобылей отдавать их господам по писцовым книгам без «урочных лет»1206. В цитируемой грамоте звенигородской приказной администрации предписывалось руководствоваться этим новым законом1207. Такие грамоты были разосланы и в другие города1208.

Конечно, не только первая статья главы XI Уложения («Суд о крестьянех»), но и все 34 статьи этой главы, раздела, наиболее ярко выражавшего классовую сущность крепостнического кодекса Русского государства, были составлены в интересах поместного дворянства и в соответствии с его запросами.

Большое внимание разных сословных групп вызывал вопрос о частновладельческих, торговых и промышленных, слободах на посадской земле и о закладчиках за землевладельцами, избегающих посадского тягла. 30 октября 1648 г. били челом стольники, стряпчие, дворяне московские и городовые дворяне и дети боярские, указывая, что «на Москве ж де и по городом патриарши, и монастырские, и боярские и иных чинов люди, их крестьяне, покупили себе и в заклады поймали тяглые дворы и лавки, и погребы каменные, и торгуют всякими товары, и своею мочью и заступою откупают на Москве и по городом таможни и кабаки и всякие откупы, и от того де они служилые и тяглые люди обедняли и одолжали неоплатными долги, а промыслов своих многие отбыли». Подчеркивая, что «в прошлых де годех» «мятежу такова и межеусобия не бывало...», челобитчики просили: «чтоб везде было все его государство; а патриаршим бы, и мопастырьским, и боярским, и иных всяких чинов слободам, и пашням, и лавкам, и погребам, и закладчиком ни за кем не быть»1208a.

Аналогичную челобитную подали гости, люди гостинной, суконной и черных сотен и слобод и «городовые торговые и посадские выборные люди». Она не датирована, по близка по содержанию к челобитной служилых людей и, вероятно, одновременна с нею. Здесь опять (но несколько по-иному) ставится вопрос об отписке на государя в тягло («чтоб де никто в избыли не был») торговых и промышленных слобод, находившихся во владении патриарха, митрополитов, владык, монастырей, бояр, князей, думных дворян, стольников и дьяков, «ближних» и «всяких служилых чинов» людей1209. Таким образом, если первая челобитная в основном защищала интересы дворян и была направлена против цоркви и бояр, то вторая, исходившая от горожан, распространяла принцип возврата посадам «государевой искони вечной земли» на все феодальное сословие.

13 ноября 1648 г. бояре кн. II. И. Одоевский и др. докладывали обе челобитные царю и боярской думе. По царскому указу и боярскому приговору было решено «взять на... государя» торгово-промышленные слободы, находящиеся на посадах, «на тяглых и не на тяглых местах» с 1613 г., и возвратить закладчиков на «старые места»1210.

25 ноября 1648 г. последовала новая подписная челобитная «всяких чинов выборных людей» об отписке на государя слобод и возвращении закладчиков «без лет и без сыску» (т. е. независимо от срока их выхода из тягла). Челобитчики высказывали пожелание, «чтоб впредь слободам со крестьяны и с бобыли и с закладчики, с торювыми и ремесленными людми, на Москве и в городех всем быть его государевым, а ни чьим иным, опричь его государевых людей не быть, и чтоб от той розни в его государстве никакой ссоры и розни меж людми не было»1211. Последовал указ о претворении этого предложения в жизнь.

Сопоставление рассмотренных челобитных с главой XIX Уложения («О посадских людех»)1212, посвященной в основном «двум моментам - отчуждению частновладельческих слобод и вотчин в пользу посада с прикреплением к посаду их торгово-промышленного населения и к сыску беглых посадских людей - закладчиков» (А. Г. Маньков)1213, говорит об участии «выборных» в работе над главой. Это были «выборные» разных сословий и сословных групп, которых по-разному затрагивала противоречивая по своему характеру реформа: вывод закладчиков из частновладельческих слобод означал изъятие их из сферы действия отношений вотчинно-феодальной зависимости, но само освобождение закладчиков от частновладельческого вотчинного режима и возвращение их в города проводилось в крепостнических формах путем прикрепления к посадскому тяглу. Отсюда столкновение социальных интересов вокруг реформы, наличие «мятежа», «межеусобия», «ссоры», «розни», которые не были преодолены выступлениями с коллективными челобитными сословий и сословных групп.

На земском соборе 1648-1649 гг. поднимался вопрос о запрете иностранным купцам торговать во всех русских городах, кроме Архангельска. В этом вопросе представители класса феодалов сошлись с посадскими людьми. И те, и другие подали челобитные (раздельно). Челобитная стольников, стряпчих, дворян, детей боярских лаконична и маловыразительна. В ней лишь подчеркивается, что «московские госш и торговые люди во всяких торгех и в промыслех от немец погибли и разорилися до конца». Челобитная гостей и торговых людей, напротив, пространна, очень конкретна и выразительна. Здесь собран ряд претензий в отношении иноземного купечества, а в конце выражено пожелание: «Чтоб в Московском государстве заморские немцы не множились и иных бы государств королевскими имяны, на Москве живучи не назывались».

Челобитные поступили в «приказ бояр» кн. Н. И. Одоевского и др. Оттуда по царскому указу был послан запрос в Посольский приказ о том, какими официальными документами определялись условия иностранной торювли в России со времени Ивана IV. После того как была получена справка из Посольского приказа, датированная 20 декабря 1648 г., царь велел «допросить» по этому вопросу «выборных» дворян, детей боярских, гостей, торговых и посадских людей, т. е. передал дело земскому собору. Речь шла о том, не поведет ли стеснение иностранной торговли к «нелюбыо» с «Немецкими государствы»; не будет ли затруднений в ликвидации русскими людьми своих долговых обязательств иноземцам; кто будет платить им за дворы в русских городах? «Выборные люди» дали развернутую картину внешней торговли России и остались на прежних позициях. Речи «выборных людей» подписали 164 человека (жители разных городов)1214. На этом обрываются дошедшие до нас от декабря 1648 г. документы по делу о торговых иноземцах. В Уложении оно отражения не нашло. А через полгода, в нюне 1649 г., был издан царский указ и боярский приговор о запрете англичанам ездить как с товарами, так и без товаров в Москву и другие русские города. Им разрешено было торговать только у Архангельска «повольною торговлею и пошлины платить по государеву указу»1215. В тексте указано, что «в прошлых годех и в нынешнем во 157 году» подавали жалобу («били челом») царю Алексею на иностранных купцов «гости и торговые люди». Так устанавливается прямая связь между челобитьем «выборных людей» конца 1648 г. и указом середины 1649 г.

В качестве одного из аргументов в пользу изгнания английских купцов названы события Апглийской революции: «а ныне великому государю нашему его царскому величеству ведомо учинилось, что ашлпчане всею землею учинили большое злое дело, государя своего Карлуса короля убили до смерти, и за такое злое депо в Московском государстве вам быть не довелось»1216. В глазах московского правительства возникали параллели между тем, что происходило в Англии и в Русском государстве. Когда в Москву пришла весть о гражданской казни «всею землею» (Английскою) короля Карла I Стюарта, в России «вся зомля» (земский собор) готовила крепостническое Уложение. Изгнать из своей страны англичан означало для правительства не только удовлетворить запросы русского купечества, но и сохранить консервативную направленность деятельности соборных представителей, взятый ими крепостнический курс.

Приведенный материал, касающийся активного участия «выборных» в составлении Уложения, конечно, не является исчерпывающим. Это отдельные примеры, касающиеся наиболее крупных вопросов. Но и из них видно, что несостоятельны утверждения о пассивности соборных представителей, о том, что они выступали в роли статистов, хотя нельзя считать документально доказанным, что до 88 статей в восьми главах составлены по инициативе «выборных»1217.

Роль «выборных» проявилась не только в апробации нового законодательного кодекса Русского государства, но и в подаче челобитных по конкретным вопросам, касающимся отдельных русских городов. Желая в «смутное» для него время, заполненное «мятежами» в разных частях страны, привлечь на свою сторону оппозиционно настроенных служилых и посадских людей, само правительство предлагает «выборным» подавать челобитья, которые поступают в «приказ» кн. Одоевского с товарищами1218.

В челобитной около 12 марта 1649 г. «выборные» посадские люди Устюжны Железопольской писали: «В нынешнем, государь, во 157-м году, по твоему, государеву, указу, были со всех городов выборные для ради твоих, государьских и земьских дел и была твоя царская милость, велено было нам подать челобитные и росписи о своих нуждах, что которому городу нужа и обида...». Челобитчики жаловались на тяжесть податного обложения и указывали, что «от такова... великого немерного окладу» одни посадские люди «розно розбрелися», а другие вошли в долги и заложили свои дворы и «животы» «из великих и недельных ростов». Добиваясь в Москве снижения податного «оклада», устюжане, по их словам, «волочились» от «Семеня дни» (с 1 сентября 1648 г.) «и по се число» (12 марта 1649 г.)1219. Таким образом, они явились в Москву к тому сроку, когда должен был открыться «уложенный» собор, и пробыли до завершения его работы. Добиться обещанного царской милостью было не так-то легко.

Этот конкретный случай, конечно, не единственный, обращения местного населения, по призыву власти, к собору. В памяти кн. Одоевского от 12 февраля 1649 г. описание разбора челобитных дается в обобщенном виде. «В нынешнем во 157-м году в разных месяцех и числех, - читаем в этом документе, - били челом государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии в Столовой избе (место заседаний земского собора. - Л. Ч.) выборные из городов посадцкие люди и во всех посадцких людей место и подали челобитные за руками о розных своих делех»1220. Из челобитных сделана выписка, которую бояре Н. И. Одоевский, С. В. Прозоровский, окольничий Ф. Ф. Волконский, дьяки Г. Леонтьев и Ф. Грибоедов доложили царю. Государь «слушав докладные выписки, указал, против челобитья по-садцких людей под статьями свой государев указ подписать в приказы, где которые городы ведомы»1221.

Из рассмотренной памяти достаточно отчетливо выступает весьма существенная функция «выборных». Через них осуществлялась связь земского собора с внешним миром, с дворянскими уездными коллективами, с посадскими «мирами». «Выборные» организовали составление челобитных, подачу их в Москву, они «волочились» в Москве, добиваясь ответа. Земский собор в какой-то мере был центром общественной жизни страны.

«Уложенный» земский собор - это большое событие в истории Русского государства, обнажившее, активизировавшее и столкнувшее разные общественные силы. Не соответствует действительности утверждение, что собор «закрепил» «настоящий переворот, произведенный выступавшими в «единачестве» поместной армией и черными посадскими людьми, главным образом московским «миром»...»1222. Никакого переворота не было, ибо не изменилась ни классовая структура, ни политический строй общества, и главной социальной функцией собора была ликвидация потрясений, нанесенных господствующему классу и государственному аппарату массовым народным движением. На фоне же основного классового противоречия раскрылись внутриклассовые интересы, определившие расстановку сил. Вряд ли можно для объяснения событий ограничиться формулой о «одиначезстве» поместного дворянства и черных посадских людей. По некоторым вопросам такое «единачество» (компромисс) имело место: в отношении к боярскому, церковному землевладению, в критике боярского правительства. Но дворяне и горожане (или какие-то их группы) выступали и раздельно. Их интересы могли и столкнуться, ибо состав и служилых людей и горожан был неоднороден. Судя по двум коллективным челобитным, предшествующим июльскому собору, были разные программы политического устройства: одна более демократическая, устрапяла даже от судебной деятельности царя, вводила выборных судей.

Все это заставляет признать важность общественной роли «выборных». Интересно и то, что коллективы, их выдвинувшие, требовали с них ответа за действия на соборе. Бывало и так, что между «выборным» и его избирателями возникали расхождения и правительство брало сторону первого. Так, 9 марта 1649 г. бил чочом царю курянин Гаврила Малышев. «Но выбору всего города курчан» был он в Москве у «государева и у земского дела с московскими из разных городов с выборными людьми» с 1 сентября «до отпуску безсъездно». Теперь многие «выборные люди» замосковских и северских украинпых городов отпущены по домам и воеводам велено их «от городских людей от всякова дурна оберегати», так как у Соборного уложения «по челобитью земских людей не против всех статей... государев указ учинен». Очевидно, по некоторым статьям Уложения в комиссии Одоевского не была достигнута договоренность1223. Г. Малышев жаловался, что ряд курян «но своей ненависти многих невоздержательных людей наговаривают» на него, с тем чтобы над ним «всякое дурно учинити», говорят, что, будучи в Москве, он «курчан весь город... всяким дурном огласил». Челобитчик опасается без царского указа ехать из Москвы в Курск: «и я, холоп твой, - пишет он, - боясь от городских людей, что против северских, и польских украиниых людей челобитья не о всех наших и ужах твой, государев, указ учинен, ... побрести в Курск не смею...»1224.

Резолюция по челобитью Г. Малышева была такая: «... шумят де на него курчане, что он на Москве разных их прихотей в Уложенье не исполнил, и нам бы его пожаловать, велети ему дати береженную грамоту». Если куряне «учнут» на Малышева наступать, «скопом и заговором», курский воевода должен таких «озорников унимать с наказанием»1225.



1200 Щапов А. П. Сочинения, т. I. СПб., 1906, с. 718-752 (переиздание статьи: «Земский собор 1648-1649 и собрание депутатов 1767 годов». - «Отечественные записки», т. CXLV, 1862, ноябрь, с. 1-43); Шпилевский С. Об источниках русского права в связи с развитием государства до Петра I. - «Ученые записки Казанского университета», 1862, т. 29, вып. II, с. 316-317; Сергеевич В. И. Земские соборы в Московском государстве. – В кн.: Сборник государственных знаний, под ред. В. П. Безобразова, т. II. СПб., 1875, с. 40-44; Загоскин Н. П. Уложение царя и великого князя Алексея Михаиловича и земский собор 1648-1649 г. Казань, 1879; Латкин В. Н. Земские соборы древней Руси, с. 220-229; Верховский К. Источники Уложения царя Алексея Михайловича. - «Юридический вестник», 1889, т. III, кн. 3. с. 369-388; Шмелев Г. Н. Об источниках Соборного уложения 1649 г. - ЖМНП, 1900, № 10, с. 375-387: Платонов С. Ф. Заметки по истории земских соборов. - Платонов С. Ф. Статьи по русской истории (1883-1912), изд. 2. СПб., 1912, с. 16-20; см. также цитированные выше работы П. П. Смирнова и др.
1201 Тихомиров М.И. и Епифанов П.П. Указ. соч., с. 170.
1202 Там же, с. 210.
1203 ААЭ, т. IV. СПб., 1836, с. 49-49, № 33.
1204 Описание актов собрания графа А. С. Уварова. Акты исторические, описанные И. М. Катаевым и А. К. Кабановым. М., 1905, с. 200-201.
1205 Смирнов П. II. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII в., т. II, с. 231-232.
1206 Тихомиров М. П. и Епифанов П. П. Указ. соч., с. 160, Гл. XI, ст. 1.
1207 АИ, т. IV. СПб., 1841, с. 66-67, № 30.
1208 В этой связи большой интерес представляет документ, обнаруженный Е. В. Чистякоовой, - наказ владимирских дворян и детей боярских «доброму дворянину» (имя в тексте зачеркнуто), избранному но указу царя от 28 июни 1648 г. на земский собор, в котором, в частности, содержится следующим текст: «об летах крестьянских говорить и стоять накрепко, чтоб государь указал с одделных кн(и)г ыхъ безлетно» (Архив ЛОИИ СССР, Колл. Артемьева, д. 2; см. также: Чистякова Е. В. Указ. соч., с. 238).
1208a ААЭ, т. IV, с. 44-45, № 32/I.
1209 Там же, с. 45-46, № 32/II; Смирнов Л. Л. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII в., т. II, с. 220, 224. Смирнов считает, что челобитная посадских людей была основной, служилые люди к ним примкнули.
1210 ААЭ, т. IV, с. 46-47, № 32/II.
1211 Там же, с. 47-48, № 32/III.
1212 Тихомиров М. Н. и Епифанов Л. П. Указ. соч., с. 228.
1213 Маньков Л. Г. Развитие крепостного права в России во второй половине XVII века. М.-Л. 1962, с. 251.
1214 Сборник князя Хилкова. СПб., 1879, с. 238-255, № 82.
1215 СГГД, т. 3, с. 455-456, № 138.
1216 Там же, с. 456.
1217 Платонов С. Ф. Заметки по истории земских соборов, с. 16.
1218 Может быть, как говорилось, так было уже во времена июльского земского собора.
1219 ЦГАДА, ф. 141, № 80, 1647-1650 гг., л. 293; см. также лл. 291-292; Смирнов П. П. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII в., т. II, с. 216.
1220 См. также челобитье псковских посадских людей о снятии с них недобора таможенных и кабацких денежных сборов (ЦГАДА, ф. 141, № 85, 1649-1651 гг., л. 141).
1221 Там же, № 80, 1647-1650 гг., лл. 294-295; Смирнов П. Я. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII в., т. II, с. 216.
1222 Смирнов П. П. Посадские люди и их классовая борьба до середпны XVII в, т. II, с 206.
1223 Конкретно речь шла о ст. 26 гл. X об ограничивши торювли в воскресные и праздничные дни.
1224 Алексеев В. П. Новый документ к истории земского собора. 1648-49 год - «Древности. Труды Археографической комиссии Московского археологического общества», 1900, т. II, вып. 1, с. 79-84.
1225 Там же, с 84-86.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6281