Нижегородский уголовный сыск
Как уже говорилось, идея о специальном уголовном сыске возникла еще в ХIХ столетии, но повсеместно он стал действовать с 1908 года. Созданная сыскная полиция России имела долгую историю. Сыск в нашем Отечестве всегда связывался с политической деятельностью. Разбойные, Сыскные приказы занимались у нас поимкой беглых крестьян, ушедших от помещика в поисках новой жизни, земли. Специальные розыскные команды конца ХVII – начала ХVIII века, возглавляемые «сыщиками», использовали армейские методы деятельности. Однако благодаря их абсолютному незнанию права и отсутствию, в этой связи инициативы, рассмотрение правонарушений стопорилось. Именно в этой связи Правительствующим Сенатом еще в 1857 году отмечалось, «полицейский розыск не производится, а лишь фиксируется на бумаге, отчего происходит бессмысленная переписка»1.

Вопрос о создании специального уголовного сыска в виде особого приказа возник в середине ХIХ века и для изучения западноевропейского опыта были даже направлены специальные чиновники. Безусловно, что опыт организации и деятельности уголовного сыска за рубежом оказывал влияние на создания его в нашей стране. Информацию о деятельности западноевропейской полиции россияне черпали не только из центральной печати (в основном из журнала «Исторический вестник» ), но и из публикаций губернских изданий. Так, в ежедневной нижегородской газете «Волгарь» читателей часто информировали о борьбе с преступностью. В начале века появляются заметки о деятельности бельгийского и швейцарского уголовного сыска, о задержании лондонским уголовным сыском похитителей дочери директора департамента полиции России А.А. Лопухина, о служебно-розыскной собаке «Люкс» из берлинского сыска. А похождения знаменитого литературного сыщика Ната Пинкертона не сходило со страниц детективных изданий дореволюционной России2.

В декабре 1866 года организуется уголовный сыск в Санкт-Петербурге и Москве3, а также в ряде городов России, в том числе и Нижнем Новгороде4.

С начала 80-х годов руководство отделением нижегородского уголовного сыска в полицейском управлении осуществлялось А.А. Знаменским - специалистом по борьбе с фальшивомонетничеством и мошенничеством5. Создав небольшой аппарат, использует околоточных надзирателей и опытных городовых, получая различного рода информацию по торговле, ветеринарному надзору, проституции и пр. В качестве помощника полицмейстера (с 1887 года), он координировал деятельность уголовного сыска.

До организации сыска практически вся работа по борьбе с преступлениями осуществлялась городовыми и урядниками, о чем было зафиксировано в особой для них инструкции. Так, по инструкции Министерства внутренних дел им предписывалось «собирать необходимые сведения негласно, пользуясь близким знанием жителей своего участка и местности, стараясь не возбудить подозрения или недоверия». Обращалось внимание, что «тот полицейский, в районе которого меньше всего совершается преступлений, сделает гораздо больше пользы для дела и заслуживает большей похвалы, нежели тот, который, хотя и часто задерживает воров и мошенников, но в его районе преступления не уменьшаются, а увеличиваются»6.

В инструкции околоточным надзирателям нижегородской городской полиции отмечались обязанности «по внутреннему надзору за народонаселением, в том числе оказывать содействие сыскной полиции при производстве розыскных дел»7. Между прочим, она была принято еще в 1878 году нижегородской городской думой. Безусловно, что меры негласной деятельности и профилактическая работа являлись лишь определенным шагом в борьбе с набиравшей рост уголовной преступностью.

Порядок и общественную безопасность координировало губернское правление, а практическая деятельность осуществлялась околоточными надзирателями, городовыми, урядниками в сельской местности. Урядникам предписывалось «собирать необходимые сведения негласно, пользуясь близким знанием жителей своего участка и местности, стараясь не возбудить подозрения или недоверия»8, осуществлять профилактику преступлений9. Околоточным надзирателям вменялись обязанности «по внутреннему надзору за народонаселением, в том числе оказывать содействие сыскной полиции при производстве розыскных дел»10.

По распоряжению от 28 декабря 1894 года руководителю нижегородским сыскным отделением, полагался небольшой штат: столоначальник и писец по вольному найму, да пять городовых11.

В начале 1900 года было вновь учреждается нижегородское сыскное отделение для производства розысков и предварительного следствия по уголовным делам, а равно исполнение приказаний губернатора по предупреждению преступлений.
Общая полиция обязывалась содействовать уголовному сыску. А сотрудникам сыска рекомендовалось отмечать: время преступления, место, свидетелей, описание похищенного, наблюдение за состоянием порядка и безопасности в среде рабочего класса, домами терпимости, содержателями гостиниц, трактиров, харчевен, осуществлять производство розыска и предварительного следствия по уголовным делам. В 1903 году была подготовлена подробная картотека состоящих на учете в нижегородском сыске одну тысяча рецидивистов12.

Приведем один из нашумевших в то время примеров удачной работы сотрудников нижегородского отделения уголовного сыска по раскрытию ограбления ценных вещей (ювелирных изделий, драгоценных камней, золота и нумизматическую коллекцию) из художественного музея, находившегося в Дмитриевской башне Кремля. Воры Тимофеев и Антипов спрятали в помещении музея десятилетнего мальчика Федора Суслова, который ночью с награбленным вылез через окно со стороны Благовещенской площади. Сотрудники уголовного сыска обнаружили преступников в Казани, где монеты и иные ценные вещи были реализованы торговцу Торгаеву и ювелиру Мансурову. Воры и скупщики краденого получили большие сроки наказания13.

Губернию захлестнула волна уголовного насилия. К примеру, с 1 января по 1 ноября 1904 года только по Макарьевской части Нижнего Новгорода было зарегистрировано 173 кражи, задержано местной полицией и отделением нижегородского уголовного сыска 140 человек14.

Граждане, средства массовой информации и в 1905-1907 годах отмечали рост преступных проявлений. Преступники совершали ограбления в центральной части губернского центра даже днем15. Но особенно часты были ограбления на железнодорожном транспорте. Московско-нижегородское и арзамасское отделения железной дороги возбудили вопрос о создании отделений уголовного сыска. Вопрос был разрешен положительно. На работу были приняты три сотрудника московского уголовного сыска Филаретов, Стрельцов, и Околотин, организовавшие систематическую борьбу с преступностью участке железной дороги между Нижним Новгородом и Арзамасом, а также Москвой16.

6 июля 1908 года принимается закон "Об организации сыскной части", по которому в составе губернских полицейских управлений образуются "сыскные отделения четырех разрядов для производства розыска по делам общеуголовного характера, как в городах, так и уездах"17.

По стране было организовано 89 отделений. Штаты сыскных отделений в Нижегородской губернии были небольшими: от 15 человек в губернском центре, до 8 - в Арзамасе и это затрудняло борьбу с преступностью. По замыслу Министерства внутренних дел сыскные отделения должны были функционировать не только в крупных городах, но и во всех уездах. Но серьезный недостаток - это децентрализация управления, когда полицейское управление, осуществляло свою деятельность исключительно в пределах своей территории.
Одна из задач нижегородского уголовного сыска - борьба с гнездом профессионального уголовного элемента, находящегося в районе Рождественской части. Как отмечали средства массовой информации города: «Миллионка в Нижнем Новгороде это гнездо воров. Пьянство, нищенство, ночлежки. Ключники – одни из низа. Миллионка это не только синоним Живоносовской улицы. Это живой организм с крепко сложившимися связями, взаимной близостью людей друг с другом. Здесь хорошее и дурное сплелось»18.

Закон 6 июля 1908 года лишь в самых общих чертах определял задачи сыскных отделений и их организационное устройство. Поэтому 9 августа 1910 года Министерством внутренних дел выпустило Инструкцию чинам сыскных отделений, которая более конкретно определяла следующая задача - "негласное расследование и производство предварительного следствия в видах предупреждения, устранения, разоблачения и преследования преступных деяний общеуголовного характера".

Однако ее нормы не отличались достаточной четкостью, что отмечали сами чиновники сыскных отделений. Такое положение стало одной из причин, не позволявшей "успешно бороться с возрастающей из года в год преступностью"19.

Каждое сыскное отделение состояло из столов личного задержания, розысков, наблюдения, а также справочно-регистационного бюро. Работа сотрудников сыскных отделений строилась по линейному принципу: а) убийства, разбои, грабежи и поджоги; б) кражи и участие в профессиональных воровских организациях (конокрады, взломщики, карманные, магазинные, железнодорожные, «хипесные» и др.); в) мошенничества, подлоги, обманы, фальшивомонетничество, подделка документов, шулерство, аферы, контрабанда. В нижегородской городской полиции было создано и четвертое отделение - "летучий" отряд для постоянных дежурств сотрудников уголовного сыска в театрах, на вокзалах, для обходов, облав на бродяг и несения дневной и ночной службы на улицах, рынках и т.д.

Одним из первых сообщений о результативности деятельности нижегородского уголовного сыска стала информация о разоблачении разбойная шайка, действовавшая в Санкт-Петербурге, в Москве и других городах страны20.

В 1909 году нижегородским сыском проведена успешная операция по раскрытию мошенничества с провозом по подложным документам 13 вагонов муки (в каждом по семьсот пятьдесят тысяч пудов), находящегося в собственности купца Круглова. Агент сыскного отделения Байстрюков расследовал мошенничество в торгово-промышленном банке, выявив гражданина, выдававшего подложные документы. При участии нижегородского уголовного сыска была задержана группа преступников из трех человек действующих на железнодорожных станциях в Рузаевке и Симбирске21. В августе 1911 года проведена успешная операция по выявлению фальшивомонетчиков группы Фомина в Сормово22.

В циркуляре Министерства внутренних дел от 28 ноября 1910 года отмечалось, что временной период «потерял резко очерченную политическую окраску, но вызвал целый ряд новых явлений, не типичных для общественного спокойствия и безопасности. Главным образом совершались преступления против личности и имущества, выражающиеся в проявлениях бандитизма, перенесения в уезды крайней формы нравственной распущенности в сфере подрастающего населения (хулиганство). Опора здесь должна быть на становых приставов и урядников. Необходимо обязательно приобретать наручные и другие средства»23.

Из ведомости о работе нижегородского уголовного сыска за 1912 год мы можем узнать о результатах работы: в раскрытии поджога церкви - 1 дело; зарегистрировано уклонений от военной обязанности - 13 (раскрыто 4); железнодорожных краж - 1121 (423); простых краж - 847 (312), свыше 300 руб. - 41 (28); с взломом - 112 (28); убийства - 4 (3); грабежи - 49 (14); мошенничества и подлоги - 29 (21); поджоги - 8 (4); растраты - 28 (19); другие виды преступлений - 13 (4). Выявлено и обезврежено 125 рецидивистов. Принято к производству 1121 заявление от потерпевших граждан. Общая сумма отправленных в государственную казну денежных средств выразилась в 71 00024.

В 1913 году создается центральное регистрационное бюро России. Базовые данные имелись на 260 тысяч человек с информацией с конца 70- годов ХIХ века, с фотографиями, антропометрическими данными, иными материалами25.

В Нижнем Новгороде находилось много мест для преступного ремесла: Всероссийская ярмарка, многочисленные рынки (такие как Балчуг- Нижневолжский базар около набережной Оки и Волги), Рождественская улица и Канавино с многочисленными приютами для нищих, сирот, домами призрения и богадельнями. Нижегородские тюрьмы уже не справлялись с определением подследственных и осужденных.

Продолжала беспокоить ярмарка, с криминалом и разнузданным гульбищем. Например, в ярмарочный период 1902 года сыскным отделением было зарегистрировано 663 побоев, ранений холодным оружием - 523, разных ран – 550, ожогов – 392. За ярмарочный период зарегистрировано около одной тысячи проституток26.

Для специалистов уголовного сыска разрабатывались определенные схемы анализа преступных явлений. Так, профессиональные организации преступников по различным направлениям деятельности в специальных сводках отмечались по следующей классификации: "гастролеры", карманники, воровки-проститутки, простые воры, воры по передним домов, чердачные, магазинные, железнодорожные, велосипедные, театральные, пушкари, взломщики квартир и магазинов, воры с употреблением обмана, воры-прислуги, барышники, бродяги, притоносодержатели воров, покупщики краденого, конокрады, мошенники и аферисты, грабители и разбойники, фальшивомонетчики, поджигатели, убийцы, шулера – картежники, хулиганы и "коты", ссыльно-каторжные, соучастники преступлении, «хипесники», «подкидчики» (обкрадывавшие приезжих при помощи подкидывания на улице кошельков с деньгами или ценных вещей).

Вот как вспоминал бывший сотрудник нижегородского уголовного сыска Сергей Алексеевич Скворцов о мошенничествах в районе Балчуга: «Существует более десятка профессиональных групп только в этом районе. Жертвы в основном крестьяне. Продавец и покупатель торгуются по "золотым" часам. Часы куплены, и покупатель начинает хвастать, как дешево он купил. Кто-то из крестьян на это «клюет», уже вдвоем идут к продавцу. Продавцу нельзя упускать такого случая. Ежедневно на это попадается пять-шесть человек»27.

А в рапорте Балахнинского уездного исправника коллежского асессора Вуколова нижегородскому полицмейстеру о задержании известного бандита Матвеева, прославившегося своими дерзкими нападениями на граждан и сотрудников полиции, отмечалась причастность сотрудников нижегородского уголовного сыска в пресечении его преступного деяния: «Гражданин Матвеев подозревался в убийстве городового Разживина третьего ноября 1913 года, в вооруженном ограблении крестьянина села Вари А.М. Салитова, в ранении братьев Боковых в селе Княгинино, в издевательствах над членами семьи Охлопковых в деревне Дарьино. Семнадцатого ноября была перестрелка с полицией, девятнадцатого ноября убийство полицейского Кондрашова, перестрелка с полицией Балахны. 26 ноября 1913 года полицией зарегистрированы ограбления гражданина Ахапова в Сормове, убийства в селах Богородском и Горбатове трех человек, двадцать первого марта 1914 года – перестрелка с полицейским урядником в Горбатовском уезде, что Матвеев и признал, когда его поймала в селе Бор уездно-полицейская стража под руководством штабс-капитана А.Н Анисова, совместно с сотрудниками нижегородского уголовного сыска. Пользуясь ситуацией, бандит бежит из-под полицейского караула, но при попытке убежать был застрелен полицейским стражником Балахнинского уезда Прокофьевым. Позже стражник был награжден орденом Святой Анны лично нижегородским губернатором»28.

Для осуществления такой сложной и политически важной работы нужны были лица, подходившие по своим нравственным и деловым качествам. «Полагаться на сведения, добываемые исключительно таким путем, - доводить дело до того, что становится неизвестным, где кончается преступник и начинается сыщик, где узлы старого преступления превращаются в завязь нового», отмечалось одним из официальных печатных органов полиции29. Департаментом полиции 10 июня 1914 года также отмечалось: «На службу по общеуголовному сыскному делу проникали люди без соответствующего нравственного уклада для личных целей, используя свое должностное положение». Предлагалось: не допускать к делу таких лиц, доставлять сведения о составе сыска с приложением фотокарточек. 10 сентября того же года в секретном циркуляре на имя губернаторов вновь Департамент полиции вновь признавал: «опыт последних лет указывает, что на службу по общеуголовному сыскному делу нередко проникали лица, которые и придавали этому делу, в личных корыстных видах и во вред интересам сыска и правосудия». При замещении должностей по сыскным отделам, советовалось запрашивать о них (громе городовых) сведения от Департамента полиции»30.

Следует отметить и работу руководителя нижегородского сыска - В.И. Вознесенского. Сын коллежского секретаря из Сергача, он с 1899 года служил околоточным надзирателем, затем приставом третьей кремлевской части Нижнего Новгорода. С 28 августа по 1 ноября 1908 года проходил обучение на курсах подготовки сотрудников уголовного сыска, а с 15 ноября 1908 года назначается на должность начальника нижегородского уголовного сыска31. В его активе были задержания известных воров-профессионалов Кашина, Скворцова, Помелова, Руфьева. Лично им была раскрыта кража на шестьдесят пять тысяч рублей в ювелирном магазине Климычева в 1911 году32.

В 1915 году заместитель министра внутренних дел генерал-майор В.Ф. Джунковский предложил губернатору А.Ф. Гирсу на должность заведующего отделением нижегородского уголовного сыска начальника Бердичевского уголовного сыска Киевской губернии сорокалетнего Г.С. Левикова. Выходец из крестьянского сословия, он прошел хорошую армейскую выучку33. Одним из помощников Левикова и начальником отделения (всего их у руководителя нижегородского сыска было четыре – пять человек) был утвержден Г.М. Лазарев, работавший в этой должности более десяти лет.

Постепенно формируется костяк сотрудников сыска, осуществлявших борьбу с преступностью в Нижнем Новгороде и губернии, а летом на Нижегородской ярмарке, где каждому сотруднику отводился определенный объект наблюдение. Вне ярмарочного времени, они осуществляли розыск в городе, на вокзалах, пристанях, гостиницах34. В сентябре 1913 года им на помощь прибыла из Москвы партия специально обученных собак.

В 1913 году нижегородским сыском задержаны, по ориентировке петроградского уголовного сыска воры высшей квалификации А. Гуськов и Ю. Петрушинская35. Была обнаружена группа фальшивомонетчиков из трех человек, подделавшие и сбывавшие серебреные монеты. Задержаны две бандитских группы, терроризировавших население заречной части и Нижегородского уезда.

Как тенденция, в отчетах уголовного сыска отмечалось возрастание железнодорожных краж. При уголовном розыске существовало дактилоскопическое бюро, архив, музей нижегородского сыска, открывшийся в 1911 году.

Надо отметить, что при всех сложностях с состоянием уголовной преступности, когда ежедневно в отделение поступало от 20 до 30 сообщений об уголовных преступлениях, сотрудники нижегородского уголовного розыска П. Куклев, Г. Костерин, П. Барановский, А. Гуляев, М. Киселев, В. Данилов, С. Лис, В. Печенов, В. Заргаров, а также небольшой аппарат отделения сотрудников уголовного сыска в городе Арзамасе успешно выполняли свои обязанности.

В период войны Нижний Новгород наводнили беженцы с Западной Украины и Белоруссии, которых в губернии было зарегистрировано 53 000 человек, из которых 27 000 в Нижнем Новгороде36. В это время все более стал ощущаться голод. Спекуляция продовольствием происходила в массовых масштабах. Полиции пришлось бороться со спекуляцией, скупкой и перепродажей. Цены на продукты питания выросли на 200%37.

Народ негодовал. Министерство внутренних дел вменило губернаторам организацию обеспечения городов и населенных пунктов предметами первой необходимости. Предлагалось организовать губернский комитет под председательством губернатора38.

Губернатор А.Ф. Гирс на совещании 5 июня 1916 года отмечал: «Карательные меры к должностным лицам и гражданам будут осуществляться за всякое проявление алчности, выражающееся во взаимных прибылях, к торгующим будет применяться высшая мера административного взыскания вплоть до выселения из губернии»39.

В этот период времени нижегородские сыщики работали не щадя своих сил. Так, нижегородским уголовным сыском было установлено, что в районе Гордеевки работает воровская шайка грабителей. Нападения происходили в основном на Московском шоссе. Выяснилось, что преступники проживали близ Гордеевки, в доме Барановой, квартире П.В. Орлова. За ней было установлено наблюдение, а затем произведен обыск. Обнаружено много галантерейного товара, оружия, воровского снаряжения - лом, связка ключей, коловорот, фомка. Сотрудниками сыска были обезврежены воры-рецидивисты Николай Обидин, Павел Спиридонов, Василий Шамарин и их сожительницы, а на основе полученного от них задержано еще несколько человек. На их совести дерзкие ограбления в Балахне, Растяпино, Перевозе, Княгинино, Макарьеве, др. местах40.

Успешная работа уголовного сыска была прервана революционными событиями февраля 1917 года.



1 Журнал МВД. 1857. №7. С.90.
2 Маркузе И.К. Из практики сыщика //Исторический вестник. 1907. №3. С.532.-552. Чедлицкий А.Ф. Адская машина (из старых дел русской сыскной полиции) //Исторический вестник. 1908. №11. С.576-589. Путилин К.И. Рассказ из практики деятельности первого начальника петербургского сыска И.Д.Путилина //Исторический вестник. 1912. №12. С.1100-1122. Соколов А.К. Московская сыскная полиция былых годов //Исторический вестник. 1916. №1. С.179-194
3 Волгарь. 1905. 14 октября. Там же. 1907. 8 сентября, 19 октября. Там же. 1911. 7 июня. Там же. 1913. 7 октября
4 См. например: Костин В.И., Беляков А.В. Становление нижегородского уголовного сыска в дореволюционной России //Проблемы правового регулирования общественных отношений в сфере экономики. Сб. стат. Нижний Новгород: Нижегородская правовая академия, 2006. С.22-25
5 См. например статью в газете: «Мошенничество в церкви. Дело раскрыто помощником полицмейстера А.А.Знаменским». //Нижегородские губернские ведомости. 1896. №34
6 Сборник циркуляров и инструкций Министерства внутренних дел России за 1878 год. СПб,1880. №148
7 Сборник обязательных постановлений Нижегородской думы для жителей Нижнего Новгорода и инструкции для нижегородской городской полиции. Нижний Новгород, 1894. С.127
8 Сборник циркуляров и инструкций Министерства внутренних дел России за 1878 год. СПб,1880. №148
9 См.: Клайгельс Н.В. Основы полицейской службы. СПб,1901. С.12.
10 Сборник обязательных постановлений Нижегородской Думы для жителей Нижнего Новгорода и инструкции для нижегородской городской полиции. Нижний Новгород, 1894. С.127.
11 ЦАНО. Ф.342. Оп.1.Д.1643. Л.214
12 Подсчитано по: ЦАНО. Ф.1865. Оп.1. Д.2
13 Нижегородские губернские ведомости. 1902. №44
14 ЦАНО. Ф.342. Оп.1. Д.3452. Л.112
15 Ограбление ювелирного магазина на Б. Покровской улице //Волгарь. 1906. 6 августа
16 ЦАНО. Ф.924. Оп.1. Д.23. Л. 144
17 ПСЗ III. Т.ХХУIII. №30672
18 Миллионка – гнездо профессионального уголовного элемента в Нижнем Новгороде //Волгарь. 1908. 3, 4, 6 мая
19 Вестник полиции. 1913. №14. С. 318
20 Волгарь. 1908. 8 сентября
21 ЦАНО. Ф.1865. Оп.1. Д.7. Л.л. 45-48
22 Нижегородский листок. 1911. 29 августа
23 ЦАНО. Ф.5. Оп.51. Д.20676. Л.1
24 ЦАНО. Ф.1865. Оп.1. Д.42. Лл.1-1об.
25 ЦАНО. Ф.380. Оп.1. Д.19. Л.35
26 Ситуация на Нижегородской ярмарке. //Волгарь. 1902. 19 августа, 8 сентября.
27 ЦАНО. Ф.105. Оп.1. Д.9. Лл.37-38
28 ЦАНО. Ф.5. Оп.51. Д.22203. Д.11-13
29 Вестник полиции. 1909. №34. С.31
30 ЦАНО. Ф.5. Оп.1. Д.1049. Л.15, 19
31 ЦАНО. Ф.5. Оп.2. Д.105. Л. 62
32 См.: Личное дело Вознесенского В.И. Там же. Л.62-72
33 ЦАНО. Ф.5. Оп.2. Д.139. Л.41-48.
34 ЦАНО. Ф.1865. Оп.3. Д.10. Л.214
35 Нижегородский листок. 1913. 9 сентября
36 Волгарь. 1915. 10 ноября
37 Волгарь. 1916. 6 июня
38 Волгарь. 1915. 8 мая
39 ЦАНО. Ф.5. Оп.51. Д.24704. Л.72
40 Ликвидация воровской шайки //Волгарь. 1916. 11 ноября

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 209