Артиллерия во встречном бою

Относительно действия артиллерии во встречном бою в утверждённых в 1912 г. «Уставе полевой службы» и «Наставлении для действия полевой артиллерии в бою» имелись лишь краткие указания общего характера.

«Уставом» указывалось для всех родов войск, в том числе и для артиллерии, что при встрече с неприятелем «очень важно предупредить его в развёртывании боевого порядка, дабы захватить почин в действиях», и что поэтому при встречном столкновении следует возможно быстрее производить развёртывание как авангарда, так и главных сил; что «развитие сразу наиболее сильного артиллерийского и ружейного огня создаст выгодные условия для действия против неприятеля и может заставить его притти к решению обороняться»; что каждый начальник, должен проявлять «самостоятельность в принятии решений сообразно общей цели действий и сложившейся для него обстановке».

«Наставлением» подчёркивалось, что при встречном столкновении преимущество будет на стороне того из противников, который сумеет ранее достигнуть большей готовности к бою и обеспечить себе большую свободу действий. Поэтому при завязке боя действия артиллерии авангарда должны быть «дерзки, быстры, решительны», артиллерийские начальники должны уметь быстро оценивать обстановку, «быстро принимать решения и энергично приводить их в исполнение».

Требовалось, чтобы при столкновении на походе двух наступающих против друг друга сторон батареи смело выезжали на позиции и открывали огонь, стремясь поражать противника ещё в походных колоннах, вызвать его на поспешное и преждевременное развёртывание в неблагоприятных для него условиях обстановки.

«Наставлением» указывалось, что в том случае, если авангард вынужден отстаивать захваченную им местность под сильным натиском противника, бывает выгодно батареям авангарда занять позиции с ограниченным обстрелом, позволяющие обстреливать лишь подступы к отстаиваемым пунктам, но надёжно укрытые от дальнего огня противника. В том же случае, если противнику удалось предупредить в развёртывании, батареям авангарда предлагалось: или, пользуясь выгодами закрытого расположения на широком фронте, стараться держаться против более сильной неприятельской артиллерии, добиваясь возможного успеха, или, избегая неравного боя, укрыться, по особому приказанию начальника авангарда, и ожидать развёртывания в боевой порядок артиллерии главных сил.

Встречный бой считался в довоенное время нормальным видом боевых столкновений в маневренных условиях; поэтому на подготовку войск к действиям в условиях встречного боя обращалось большое внимание.

Офицерская артиллерийская школа при подготовке командного состава русской артиллерии к действиям во встречном бою проводила в основном те же мысли, что и «Устав полевой службы» и «Наставление» 1912 г., но несколько шире их развивая и более определённо высказывая, а именно:

Во встречном бою решающее значение имеет быстрое развёртывание войск в боевой порядок, предупреждающее противника в развёртывании, в открытии артиллерийского огня и в переходе в наступление и атаку. От командиров требуется захват в свои руки инициативы, смелость и решительность действий, подчиняющих себе волю неприятеля.

Задача артиллерии во встречном бою: быстрое достижение огневого превосходства над противником с целью сковать его маневр, прикрыть развёртывание своих войск, поддержать и обеспечить успех их удара.

Успех встречного боя обеспечивается: быстротой развёртывания и вступления в бой подавляющего количества более сильной артиллерии, проявлением самой широкой энергии и почина со стороны командиров батарей, дивизионов и других артиллерийских соединений, тесной и непрерывной связью с пехотой, знанием и пониманием свойств и задач пехоты всеми артиллеристами.

На походе, в предвидении встречного боя, артиллерия выдвигается вперёд ближе к голове колонны, причём в авангард назначается настолько сильная, в том числе и дальнобойная артиллерия, чтобы она в состоянии была быстро пробивать своим огнём дорогу авангарду, поражать неприятеля на походе, сковывать его развёртывание и поддерживать вступление в бой своих главных сил.

Во встречном бою артиллерия авангарда не должна терять время на производство детальной разведки, на сколько-нибудь полное выяснение обстановки, на выбор и занятие позиции, на тщательность подготовки огня. Быстрота открытия огня имеет первостепенное значение. Батареи авангарда должны без колебаний занимать первые подходящие позиции, не считаясь с удобствами первоначального своего расположения, и действовать решительно, чтобы захватить противника своим огнём возможно раньше и вынудить к развёртыванию в неблагоприятных для него условиях. По мере развития боя батареи авангарда открывают огонь по тем целям противника, которые более всего мешают и вредят пехоте.

Артиллерия главных сил должна возможно скорее выдвигаться из походной колонны к авангарду, развёртываться и занимать позиции скрытно и вместе с тем быстро, чтобы успеть своим огнём не только поддержать ведущий бой свой авангард, но и прикрыть переход в боевой порядок своей пехоты главных сил и обеспечить успех вступления её в бой. Артиллерия главных сил должна была располагаться на позициях на широком фронте, чтобы возможно было сосредоточить перекрёстный, по возможности фланговый или косоприцельный огонь по тому участку позиции противника, куда будет направлен главный удар. Старший начальник артиллерии, указывающий район артиллерийских позиций, должен быть осведомлён в предположениях старшего общевойскового командования о направлении главного удара. В том случае, если район, назначенный для артиллерийских позиций, захватывал участки местности, неприкрытые развернувшимся для боя авангардом, для прикрытия выдвижения вперёд и развёртывания артиллерии главных сил назначались особые войсковые части, по большей части конницы, которые должны были упредить свою артиллерию, чтобы прикрыть её своевременно на более опасных направлениях — с открытых флангов и участков фронта.

Офицерская артиллерийская школа, начиная с 1908 г. и до 1914 г. включительно, большинство практических групповых стрельб проводила с тактическими задачами на встречный бой.

Основы тактики артиллерии во встречном бою, проводившиеся при боевой подготовке русской артиллерии в мирное время, в общем, оправдались на опыте встречных столкновений в маневренный период мировой войны.

В происходивших встречных боях один из противников обычно вынужден был остановиться и перейти к обороне со всеми присущими ей особенностями: с одной стороны, потерей инициативы и свободы действий, с другой стороны, получением возможности использовать местность для организации огневой обороны. Остановившийся противник стремился нанести своим огнём тяжёлые потери неприятелю, задержать дальнейшее продвижение его пехоты, ослабить её порыв к атаке и возобновить своё наступление. Наоборот, захватившая в свои руки инициативу наступающая сторона стремилась развить при мощном содействии своей артиллерии достигнутый успех и не позволить противнику закрепиться.

В Галиции при встречном столкновении 26 августа 1914 г. на Злочевском направлении 5-й русской пехотной дивизии с 22-й австрийской каждая дивизия двигалась одной походной колонной, имея в авангарде пехотный полк. К авангарду русской дивизии придан был артиллерийский дивизион в составе трёх батарей — 24 лёгких 76-мм пушек.

В предвидении близкого столкновения оба авангарда заблаговременно развернулись в боевой порядок, причём в русском авангарде две батареи быстро заняли позицию и приготовились к открытию огня, тогда как в австрийском авангарде артиллерия запоздала и, повидимому, ещё двигалась в походной колонне. Как только на гребне холмов появились стрелковые цепи шедшего в авангарде австрийского 4-го Тирольского полка, на них сразу обрушились беглым огнём обе русские батареи, а минут через десять к ним присоединила свой огонь и третья авангардная батарея русских (в данном случае на 1 км неприятельского фронта приходилось 12 пушек). Попав под внезапный сильный огонь всех трёх русских авангардных батарей, открыто наступавший австрийский Тирольский полк через 15–20 минут понёс огромные потери и в течение всего боя не мог проявить активности.

Австрийская авангардная артиллерия открыла огонь почти на 1 ч. 30 м. позже русской. Австрийцы, потеряв наступательную инициативу, пытались перейти к обороне, но и это им не удалось. Русские сумели использовать достигнутое огневое превосходство, стремительно атаковали, разбили австрийцев и принудили их к поспешному отступлению.

Этот пример и ряд подобных примеров маневренного периода мировой войны показали, что придача авангарду сильной и в особенности дальнобойной артиллерии и быстрое развертывание её для боя давали большое преимущество в отношении захвата инициативы в свои руки, что является главнейшим условием обеспечения успеха во встречном бою.

В предвидении встречного столкновения придача авангарду сильной дальнобойной артиллерии является обязательной. Быстрое вступление в бой авангардной артиллерии, неожиданно открывшей огонь с большого расстояния, может заставить противника остановиться, развернуться в неблагоприятных для него условиях и даже обратиться к обороне. Вместе с тем авангардная артиллерия своим огнём обеспечит скорейшее развёртывание и вступление в бой пехоты авангарда и артиллерии главных сил, которая должна без малейшего промедления усилить огонь авангардной артиллерии и прикрыть своим огнём вступление в бой пехоты главных сил.

Опыт войны резко подчеркнул необходимость дальнобойной артиллерии (107-мм полевых тяжёлых пушек, которых было очень мало на вооружении русской артиллерии); в особенности она нужна была в составе авангардов и арьергардов.

При наступлении русской 3-й пехотной дивизии 4 июня 1916 г. к г. Радзивиллову артиллерия, следовавшая тремя параллельными колоннами по совершенно открытой местности, была внезапно обстреляна шрапнелью неприятельской 10-см артиллерии из-за гряды холмов, находившихся в 10–11 км впереди. Противник стрелял на пределе дальности своих орудий. Русские батареи, отойдя назад лишь на 200–300 м, оказались уже вне поражения. Выпустив несколько снарядов, большинство которых дало недолёты или ткнулось клевками в землю, противник прекратил огонь.

Тем не менее даже такая преждевременная и безрезультатная стрельба заставила русские батареи свернуть со своего пути и выслать разведку для розыска укрытых подступов, потеряв почти 4 часа времени до возобновления дальнейшего движения.

Очевидно, при передовой артиллерийской разведке не было разведчиков пути или разведка укрытых подступов ими не производилась.

При совершении марша в ожидании встречи с противником должна быть организована общевойсковая и артиллерийская разведка при передовых частях походного охранения. Встречное столкновение, даже и при наличии артиллерии в авангарде, может привести к поражению стороны, совершающей марш вслепую.

В самом начале войны русская 2-я гренадерская дивизия, перейдя австрийскую границу, направлялась походным порядком к р. Сан, имея в авангарде полк с батареей, но без боковых мер охранения и с весьма сомнительной передовой разведкой — и общевойсковой и артиллерийской.

Утром 24 августа 1914 г. на привале у Радечница (рис. 13) перед тем как выйти в теснину, образуемую болотистой р. Гораец, находившийся при авангарде начальник дивизии был предупреждён каким-то шляхтичем из местных жителей, что у Чёрный Сток (около 8 км к югу от Радечница) уже несколько дней австрийские войска возводят укрепления. Начальник дивизии не поверил шляхтичу, хотя от своей разведки сведений о противнике не имел. Между прочем, на вопрос командира авангардной батареи о противнике, обращённый к начальнику авангарда во время привала, последний ответил: «Противник, должно быть, за Саном дожидается...»

Около 9 час. авангард при выходе из Гораец неожиданно был остановлен ружейным огнём австрийцев, укрывавшихся в кустарнике на высотах Чёрный Сток. Начальник авангарда приказал двум ротам выбить пехоту противника, замеченную на высоте 138,6 (к западу от Гораец), а батарее «выехать на позицию впереди Гораец и пугнуть австрийцев, задерживающих движение».

Командир батареи, не произведя никакой разведки, вывел батарею, как на параде, на открытую позицию на лужайке южнее Гораец и стал обстреливать отдельных людей сторожевого охранения австрийцев (т. е. открыл огонь по целям, недостойным расхода снарядов), быстро скрывшихся в кустах. После первых же выстрелов на русскую батарею обрушилась с трёх сторон австрийская артиллерия, укрывавшаяся за холмами в районе Теодорувка, Трясины, Чёрный Сток — к западу, юго-западу и почти к югу от Гораец. Через несколько минут 4-я гренадерская батарея, потеряв почти весь свой личный состав (30% убитыми и 55% ранеными), умолкла, не успев даже ответить на огонь неприятельской артиллерии.

Колонна главных сил 2-й гренадерской дивизии была остановлена, не входя в Гораец. Командир головного полка с командиром 2-й батареи, шедшей за головным батальоном, прискакали к авангарду для выяснения обстановки. Находившийся при авангарде начальник дивизии приказал командиру 2-й батареи немедленно выехать на позицию возле погибающей авангардной 4-й батареи, чтобы «спасти её».

Командир 2-й батареи, не желая увеличивать трофеи противника, что было бы неизбежным при расположении на открытой позиции рядом с погибшей батареей, произвёл со своими разведчиками быстро и скрытно разведку и выбрал для себя наблюдательный пункт в опушке кустарника южнее Комодзянка, а для батареи — закрытую огневую позицию приблизительно в 1 3/4 км к северо-востоку от себя и в 2 км в стороне от погибшей 4-й батареи.

Почти одновременно заняла позицию возле 2-й и 3-я батарея с наблюдательным пунктом командира на той же опушке кустарника, где находился наблюдательный пункт командира 2-й батареи.

Первые выстрелы 2-й батареи, направленные по австрийским пулеметам, обстреливавшим с фланга развернувшийся авангард гренадер, зажгли копны хлеба, в которых скрывались пулеметы, и заставили пулемётчиков разбежаться.

Вскоре обе батареи — 2-я и 3-я — открыли огонь по обнаруженным неприятельским трём батареям и, перенося огонь поочерёдно с одной на другую, заставили их замолчать.

Вся гренадерская дивизия развернулась и наступала вдоль р. Гораец по обоим её берегам, выбивая при поддержке своей артиллерии австрийцев, засевших и окопавшихся в разных местах. Часам к 18-ти бой достиг высшего напряжения, развиваясь для русских при недостаточно ясной обстановке. В это время от Чёрный Сток показалась группа всадников, направлявшихся на-рысях к Гораец, где находился штаб гренадерской дивизии. Это был запоздавший казачий разъезд, принятый ординарцами штаба за неприятельскую кавалерию. Повернув свой автомобиль, ординарцы понеслась обратно на Радечжица с криками о появлении австрийской конницы, внося панику на всём пути в тылу, запруженном артиллерийскими парками, обозами и подводами, отвозившими раненых. Паника передалась и войскам, среди которых быстро распространился слух, что австрийцы отрезали, окружили... Началось беспорядочное отступление пехоты. Расположенные укрыто и довольно далеко от пехоты, 2-я и 3-я гренадерские батареи узнали об отступлении случайно от казачьего разъезда. Под шрапнельным огнём противника 2-я батарея снялась с позиции и присоединилась к колонне отступающих главных сил своей дивизии. Командир 3-й батареи переменил карьером позицию и, став почти у самой дороги возле Гораец, открыл при наибольшем прицеле огонь через головы своей пехоты в сторону противника. Огонь этот едва ли был вреден для неприятеля, но отступавшая в панике пехота, видя, что своя артиллерия не уходит и спокойно продолжает стрелять, стала успокаиваться, сознавать, что никакой опасности нет; постепенно восстанавливался порядок, паника прекратилась.

Австрийцы не могли не заметить отступления русских, но в решительное контрнаступление почему-то не перешли и преследовали русских лишь артиллерийским огнем, разбрасывая снаряды куда попало и не нанося существенного вреда.

В этом бою 2-я гренадерская дивизия потеряла около 2500 человек и 7 полевых 76-мм пушек.

По распоряжению высшего командования дивизия отошла ночью, несмотря на переутомление после неудачного боя, почти на 30 км в тыл.

Главная причина неудачи — безграмотные действия высшего командования, выразившиеся в несоблюдении элементарных правил походного движения (без разведки, связи и должных мер охранения) и в нелепых распоряжениях, в особенности в отношении артиллерии, при завязке боя. Исполнившая беспрекословно приказание командования 4-я батарея поплатилась за это своим существованием. В дальнейшем течении боя артиллерия действовала самостоятельно по инициативе своих командиров, и в общем оказала существенную помощь своей пехоте, не поддаваясь до конца боя панике, охватившей пехоту. Отсутствие специального прикрытия от пехоты могло привести к гибели почти всех русских батарей, если бы австрийцы воспользовались паническим отступлением русских и стали энергично их преследовать.

Авангардная артиллерия во встречном бою, запоздав с занятием позиции и открытием огня, может оставить свою пехоту вовсе без поддержки, как это было с 22-й австрийской пехотной дивизией в бою 26 августа 1914 г. (см. выше), или может быть вынуждена к отходу, даже не открыв огня. С другой стороны, могут быть случаи, когда, заняв позицию слишком заблаговременно, артиллерия настолько отстанет от своей пехоты, что та, продолжая движение вперёд, выйдет из поля зрения артиллерийских наблюдателей и из сферы дальности артиллерийского огня, вследствие чего батареи авангарда должны будут передвигаться вперед на новые позиции и терять время.

В сражении при Гумбинене 20 августа 1914 г. батареям 2-го дивизиона 25-й артиллерийской бригады пришлось семь раз менять позиции, из них четыре раза до открытия огня. В то же время 99-й пехотный русский полк попал в критическое положение из-за того, что поспешно двигался вперед, не ожидая развёртывания и открытия огня своих батарей.

Начало боя 20 августа было неудачным для 25-й пехотной русской дивизии. Когда же батареи 25-й артиллерийской бригады расположились на позициях и приготовились к бою, под их губительный огонь попали и понесли огромные потери густые цепи германской пехоты перед тем сбившие 100-й и поставившие в тяжелое положение 99-й пехотные полки русских. Наступление немцев было отбито; они в беспорядке отступили.

Встречное столкновение пехоты без артиллерии обычно приводит к поражению пехоты, если у противника имеется артиллерия.

В том же сражении под Гумбиненом русский 100-й пехотный полк, двигавшийся без артиллерии, встретился с германской 87-й бригадой 35-й пехотной дивизии в был ею атакован. Бой развернулся на фронте около 2 км, причем на 1 км фронта приходилось у русских 1600 винтовок и 4 пулемета, а у германцев 2400 винтовок, 6 пулеметов и 12 орудий. В течение 5 час. боя Островский полк потерял 20 офицеров и 2000 солдат. Остатки Островского полка и подошедшие два батальона 109-го полка продолжали упорно драться, отбив атаки немцев к 14 час. без содействия своей артиллерии, которая располагалась слишком глубоко и не успела подойти своевременно ближе.

Отсутствие артиллерии при авангарде во встречном бою может не только поставить авангард в критическое положение, но и привести к полному разгрому главных сил раньше, чем артиллерия успеет их поддержать своим огнём. Вместе с тем не будет обеспечено необходимое взаимодействие пехоты с артиллерией и, в частности, артиллерийская разведка не добудет своевременно необходимых данных, обеспечивающих успех действий артиллерии.

Отрицательным примерном использования артиллерии во встречном бою может служить бой в районе Гажов, Колюшки 23 ноября 1914 г:, в период Лодзинской операции (рис. 14 и 15).

Группа германских войск Шеффера, зашедшая в тыл русских с целью завершить их окружение, сама оказалась почти окружённой и должна была искать спасения путём отхода в северном направлении, чтобы прорваться через единств энный оставшийся свободным узкий промежуток в районе Брезины.

Ловичскому русскому отряду поставлена была задача замкнуть этот промежуток и выйти в тыл группы Шеффера. Выполнение этой задачи было возложено на 6-ю Сибирскую стрелковую дивизию (из состава Ловичского отряда), уже успевшую к тому времени занять Брезины.

Не располагая сколько-нибудь подробными сведениями о противнике и не произведя предварительной разведки, 6-я Сибирская стрелковая дивизия начала в 5 ч. 30 м. 23 ноября 1914 г. наступление на Воля Ракова и Вардзин двумя колоннами: правая в составе 23-го и 24-го стрелковых полков и четырех батарей, имея в авангарде два батальона без артиллерии, через Галков и далее по лесной дороге на Воля Ракова; левая в составе 21-го стрелкового полка одной батареей, имея в авангарде один батальон, тоже без артиллерии, через Борово и Карпин на Вардзин.

Между тем группа Шеффера, ввиду угрозы окружения, выступила в ночь с 22 на 23 ноября в северном направлении с целью прорыва на Брезины, прикрываясь арьергардами и конницей, тремя колоннами: правая — 50-я резервная дивизия из Воля Грабова на Колюшки; средняя — 49-я резервная дивизия из Рзгово на Хрусты Старе и Брезины; левая — 3-я гвардейская дивизия с частью 41-й дивизии из района Бедонь на Борово и Брезины. В авангардах каждой колонны шла сильная артиллерия.

Германское командование предполагало встретиться на фронте Галков, Колюшки с тремя дивизиями Ловичского отряда.

О ночном марше Шеффера командование 6-й Сибирской дивизии, повидимому, не имело сведений. Только около 8 час. 23 ноября узнали от местных жителей, что три дня назад около 40000 немцев прошли через Галков на юг.

Встречное столкновение авангардов произошло неожиданно. В 9 ч. 30 м. 23 ноября 49-я и 50-я резервные дивизии германцев закончили переправу через р. Мязга и началась переправа 3-й гвардейской дивизии.

В 8 час. авангард левой колонны русских выбил передовые части немцев, занявших д. Пшановице, но дальнейшее движение русской левой колонны было остановлено сильными пехотными частями немцев и огнём из двух лёгких и одной тяжёлой гаубичной батареи, развернувшихся непосредственно за своей пехотой (рис. 15). При этом авангард левой русской колонны, не имея артиллерии и своевременно не поддержанный огнём артиллерии главных сил, оказался в тяжёлом положении.

В это время авангард правой русской колонны, пройдя Галков, втянулся в лес, что южнее Галков. Дозоры авангарда, выйдя на южную опушку леса, неожиданно встретились с германскими дозорами, вступили с ними в перестрелку и обстреляли обозы противника, проходившие Борово.

Под прикрытием авангардов части 6-й Сибирской стрелковой дивизии постепенно развёртывались и втягивались в бой, образовав на фронте около 7 км два боевых участка: правый — три батальона и пулемётная команда 24-го полка — развернулся на южной опушке леса и вдоль полотна железной дороги в районе Галков и Гура Зелиона; левый — 21-й полк вёл бой за высоту с мельницей между Галков и Ружице. Севернее Галков стали в резерве 23-й полк и два батальона 22-го полка.

Батареи 6-й Сибирской артиллерийской бригады заняли позиции лишь к 9 ч. 30 м., т. е. пехота вступала в бой без поддержки артиллерии. Раньше других вступила в бой 1-я батарея из левой колонны; она стала за высотой к северо-востоку от д. Пшановице. Из правой колонны 4-я и 5-я батареи стали за высотой в 1 км юго-западнее Гай, а 6-я батарея — за высотой в 1/2 км юго-восточнее с. Гай. Через 2 часа подошла из Брезины 2-я батарея и, расположившись около 1-й батареи, была готова к открытию огня приблизительно к 12 час. Из 40 лёгких орудий, развернувшихся на позиции, большая часть — 24 орудия 4-й, 5-й и 6-й батарей — оказалась отставшей от своей пехоты на 5–7 км и вследствие большого своего удаления не установила с нею надлежащей связи и не могла оказывать огневой поддержки своим наступающим частям.

До 12 час. 24-й стрелковый Сибирский полк держался на достигнутом рубеже в опушке леса — южнее Галков. Но когда к 12 час. подошла к Гура Зелиона 3-я гвардейская дивизия германцев и под прикрытием сильного артиллерийского огня повела наступление на юго-западную опушку леса, некоторые части 24-го полка, не поддерживаемые своей артиллерией, были отведены внутрь леса, другие упорно оборонялись, неся большие потери. Один из батальонов 24-го полка контратакой даже захватил, впрочем временно, одну из тяжёлых германских батарей. На поддержку 24-го полка были выдвинуты части 23-го полка.

К 14 час. 4-я, 5-я и 6-я Сибирские батареи выдвинулись вперёд за западную окраину Галков, откуда открыли огонь по Борово и по опушке леса к югу от Ружице (т. е. отчасти помогли левому боевому участку). Но и с этой позиции они не могли помогать своему 24-му полку из-за отсутствия связи с ним и за дальностью расстояния, находясь в 5 км за своей пехотой. Несмотря на отсутствие связи и даже наблюдения, батареи эти открыли огонь по лесу между Галков и Гура Зелиона, в котором в то время ещё оставались две роты 24-го Сибирского полка, прикрывавшие его отступление. Эти роты попали под огонь своей артиллерии, продолжавшийся почти 2 часа, и понесли потери. В то же время отходившие части 24-го полка попали под фланговый огонь германской артиллерии с востока из района д. Хрусты Старе, против которой русская артиллерия огня не открывала.

В результате бой на правом участке, несмотря на исключительную доблесть пехоты 24-го Сибирского стрелкового полка, не поддержанной ни единым выстрелом своей артиллерии, закончился потерей леса к югу от Галков. К 17 час. 24-й полк и часть 23-го полка отошли на линию железной дороги юго-западнее Галков.

На левом боевом участке 21-й Сибирский стрелковый полк при сильной огневой поддержке 1-й батареи разгромил авангард 49-й германской резервной дивизии, который не мог продвинуться дальше Борово. Около 17 час. при контратаке одного из батальонов 21-го полка, поддержанной метким огнём 1-й батареи, занявшей новую маскированную позицию за высотой с мельницей между Галков и Ружице, захвачено было у немцев 3 гаубицы, лёгкая батарея и 600 пленных. Главные силы 49-й резервной дивизии германцев подошли к своему авангарду лишь к вечеру, уже в темноте.

Правая колонна германской группы Шеффера, в составе 50-й резервной дивизии с артиллерией, около 15 ч. 30 м. достигла своим авангардом рощи восточнее Ружице и линии железной дороги на Скерневицы, охватывая левый фланг 6-й Сибирской стрелковой дивизии. Для парирования охвата были выдвинуты из резерва два батальона 22-го Сибирского полка и 2-я батарея, которые подошли к Жаковице к 18 час., когда стало темнеть. Батарея заняла позицию севернее Жаковице, но огонь вследствие наступившей темноты не открывала. Батальоны перешли полотно железной дороги, вступили в рощу, но под давлением занявших рощу частей 50-й германской резервной дивизии, атаковавших с трёх сторон, отошли на северо-восток, открыв немцам путь на Брезины.

В выводах, которые можно сделать в отношении действия русских из приведённого примера, следует подчеркнуть:

а) Крайне неудачную организацию марша: большая часть артиллерии придаётся правой колонне, наступление которой ведётся через лес, лишающий артиллерию возможности наблюдать и вести огонь; напротив, левой колонне, наступление которой имеет более важное значение, придаётся лишь одна батарея и значительно позже — часа через 2–3 — подходит другая батарея; авангардам — и правому и левому — артиллерия вовсе не придаётся, и тем самым авангарды лишаются огневой поддержки артиллерии, особенно необходимой при завязке встречного боя для обеспечения захвата инициативы в свои руки. В связи с отсутствием артиллерии в авангардах отсутствует и передовая артиллерийская разведка, вследствие чего артиллерия, особенно правой колонны, вступает в бой вслепую и никакого содействия своей пехоте не оказывает.

б) Неумелое использование и управление артиллерией: большая часть артиллерии (в правой колонне) остаётся далеко в тылу своей пехоты и ей не помогает, направляет свой огонь прямо перед собой наудачу по лесу, занятому своей пехотой, нанося поражение ей, а не противнику; объединённое управление артиллерийским огнём отсутствует; между тем при наличии такого управления огонь 4-й, 5-й и 6-й батарей правой колонны возможно было направить в юго-восточном направлении почти во фланг наступающей 49-й германской резервной дивизий и тем оказать настолько мощное содействие своей левой колонне, что 21-й полк этой колонны совместно с резервом (два батальона 22-го полка) мог бы перейти в решительную контратаку, преградить путь немцам, прорывающимся на Брезины, и способствовать окончательному окружению и уничтожению германской группы Шеффера; наконец, при умелом использовании артиллерии 2-ю батарею 6-й Сибирской артиллерийской бригады вовсе не следовало для парирования охвата левого фланга 6-й Сибирской стрелковой дивизии перетягивать на новую позицию к северу от Жаковице (в затылок своей пехоте), куда она опоздала вследствие наступившей темноты, а нужно было оставить на прежней позиции у Пшановице (близ 1-й батареи), откуда она могла бы фланговым, а следовательно, более сильным огнём поражать 50-ю германскую резервную дивизию и тем оказать самое действительное содействие парированию охвата.

в) Полное отсутствие взаимодействия артиллерии с пехотой в правой колонне и недостаточное взаимодействие в левой колонне (особенно 2-й батареи с батальонами 22-го полка, направленными для парирования охвата).

г) Отсутствие инициативы и взаимной выручки у артиллеристов: каждый действует по большей части прямо перед собой, не решаясь в полной мере помогать соседу косоприцельным и фланговым огнём; командование артиллерией правой колонны — ни командир дивизиона, ни командиры батарей не переносят сосредоточенного огня по своей инициативе не только на пехоту и артиллерию немцев, действующие против левой колонны 6-й Сибирской стрелковой дивизии, но и против тяжёлой германской артиллерии, поражающей фланговым огнём со стороны Хрусты Старе отходящие к северу части 24-го полка правой колонны.

В продолжение всего дня 23 ноября 1914 г. 6-я Сибирская стрелковая дивизия вела бой с превосходными силами немцев (14 батальонов и 40 орудий против 23 батальонов и 130–140 орудий), задержала продвижение на север группы Шеффера, т. е. выиграла время для принятия действительных мер к окружению немцев. Не по вине дивизии не был использован достигнутый ею выигрыш времени. Было много непростительных ошибок русского командования, благодаря которым германская группа Шеффера, находившаяся в состоянии окружения русскими, усталая, страдающая от голода и холода, в мороз без тёплой одежды, не только вышла из крайне тяжёлого положения и прорвала окружавшее её кольцо, но и вывела с собой все свои обозы, всех своих раненых (до 3 000 человек), всех пленных русских (около 10000 человек) и все трофеи (64 орудия, 39 пулемётов).

Причины такого успеха заключались в численном превосходстве немцев, в особенности их артиллерии, и не столько в их искусстве, сколько в ошибках русского командования. Тем не менее Гинденбург признал прорыв у Брезины «самым блестящим подвигом» Шеффера.

В результате неравного боя с немцами в продолжение 23–24 ноября 6-я Сибирская стрелковая дивизия вследствие огромных потерь перестала временно существовать как боевая единица. Одной из главных причин её разгрома следует считать нецелесообразное использование артиллерии общевойсковыми начальниками и неумелые действия самой русской артиллерии в тактическом отношении.


638 «Пособие по стрельбе полевой артиллерии», 1911 г. «Устав полевой службы», 1912 г. § 501, 502, 505. «Наставление для действия полевой артиллерии в бою», 1912 г., § 130, 131.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 3367