Походы
   Одновременно с успокоением столицы Маньчжурии русские военные власти предприняли ряд походов в глубь Маньчжурии для уничтожения остатков китайской армии и усмирения всего края. Но эта задача оказалась гораздо труднее завоевания.

   Китайские войска разбежались по горам и долинам необъятной Маньчжурии, разбились на мелкие отряды и повсюду разоряли свои же города. Те города, которые оказывали русским гостеприимство, они наказывали еще более тяжелым разорением и сожжением. Таким образом, китайское мирное население оказывалось между двух огней и не знало, чью власть признавать в крае. К беглым китайским солдатам присоединились хунхузы.

   В первое время были отправлены следующие экспедиции.

   23 сентября из Мукдена был выслан на север в Телин отряд полковника Мищенко, который в Телине встретил сотню есаула Кузнецова из отряда генерала Ренненкампфа[104] и таким образом установил связь между русскими войсками, действовавшими в Южной и Северной Маньчжурии.

   23 сентября вышел из Мукдена летучий отряд, под начальством Генерального штаба генерала Кондратовича, заведовавшего военными сообщениями, в составе пехоты и артиллерии (подполковник князь Крапоткин), конницы (есаул Мадритов) и саперов. Назначение этого отряда было установить речное сообщение по реке Лаохэ и ее притоку Хунхэ, протекающему возле Мукдена, для того чтобы доставлять транспорты водой от Инкоу до Мукдена.

   Корнет Базилевич, есаул Мадритов и казаки-верхнеудинцы



   Генерал Кондратович прошел весь назначенный путь, имел во многих местах перестрелку с китайскими беглыми войсками и хунхузами и впервые установил связь по реке Лаохэ между Мукденом и Инкоу. На генерала Кондратовича в кампанию 1900 года было возложено весьма трудное, сложное и ответственное дело: устройство военных сообщений и тыловой организации на огромной области – от Пекина до Мукдена. Благодаря его стараниям, вскоре после взятия Пекина и Мукдена русский военный телеграф, проведенный нашими саперами, уже работал между Порт-Артуром и этими столицами. Также благодаря настойчивости генерала Кондратовича быстро был восстановлен китайский телеграф, разрушенный в Маньчжурии боксерами. С помощью этого телеграфа было установлено прямое телеграфное сообщение между Порт-Артуром и Сибирью, благодаря чему Петербург получил возможность сообщаться непосредственно с Маньчжурией и Квантуном по русскому телеграфу, не прибегая к иностранным кабелям. Впоследствии генерал Кондратович был начальником отрядов, которые посылались в глубь Маньчжурии для усмирения страны.

   26 сентября генерал-лейтенант Штакельберг, во главе отряда из трех родов оружия, переправился через реку Лаохэ, занял Синьминтин, двинулся на северо-запад и отбросил в Монголию остатки китайских войск. Начальником штаба этого отряда был подполковник Генерального штаба Запольский, уже отличившийся в Северной Маньчжурии взятием китайских орудий.

   Подполковник Генерального штаба Запольский



   На юго-восток, в долину реки Ялу, к границам Кореи был отправлен отряд полковника Артамонова, взявший город Фынхуанчен.

   21 октября, в день восшествия на престол Государя Императора, в Мукдене произошло торжественное братание русских отрядов – Южно-Маньчжурского и Северо-Маньчжурского, представителем которого явился генерал-лейтенант Каульбарс, приехавший из Северной Маньчжурии с небольшим отрядом[105]. На площади богдыханского дворца перед собранными войсками, генерал Каульбарс сказал горячую речь, в которой описал заслуги русских доблестных войск, в два месяца прошедших всю Маньчжурию и занявших главнейшие города, и передал привет от Северных отрядов – Южно-Маньчжурскому.

   В отряде генерала Каульбарса переводчиком китайского языка состоял штабс-капитан Россов, служивший ранее на Квантуне, – один из тех русских самородков, которые сами родятся, сами учатся, сами трудятся и сами делают себе карьеру. По окончании Павловского училища он сам просил назначить его в один из приамурских батальонов, стоявших в Хабаровске. Сам хлопотал, чтобы его командировали в Пекин для изучения китайского языка, который он одолел в два года. После занятия Порт-Артура он оказался на Востоке единственным русским офицером, знающим свободно китайский язык, вследствие чего генерал Суботич, бывший в то время начальником Квантунского полуострова, назначил его своим дипломатическим чиновником. Двадцатипятилетний дипломат не только сам прекрасно справлялся с китайцами на Квантуне, но даже успел через несколько месяцев написать серьезную и дельную книгу «Очерки занятия Квантуна и быта туземного населения». Это было первое популярное сочинение о Квантуне, напечатанное в 1900 году в «Новом Крае» и затем изданное в Порт-Артуре отдельной книгой. В стычке с хунхузами в Дагушане, осенью 1900 года, Россов был ранен.

   Штабс-капитан Россов



   Одной из самых трудных была экспедиция ротмистра гвардии Ельца, известного военного писателя[106]. 23 сентября с небольшим отрядом он отбил у боксеров города Юнпинфу. 14 октября Елец был командирован для освобождения католической миссии в Суншуцицзы, в которой были осаждены китайскими войсками и боксерами епископ Восточной Монголии Абельс, 23 миссионера и 3000 китайцев-христиан. Явившись на выручку, Елец сам попал в осаду, которую геройски выдерживал со своим отрядом 6 дней. Во время перестрелки Елец был тяжело ранен три раза, ранены: храбрый подпоручик Бунин – тяжело в ногу, подпоручик Пельгорский, доктор Шрейбе и 26 солдат, 2 солдата убиты. 22 октября явился генерал Церпицкий и освободил осажденных. После того как были заняты главнейшие города Маньчжурии: Цицикар, Гирин и Мукден и восстановлен порядок в окружающих местностях, был предпринят целый ряд походов в горы и топи Маньчжурии и в степи Монголии. Конец 1900 года, весь 1901 год и начало 1902-го были посвящены этим трудным изнурительным походам то по скалам, то по болотам, то по пескам, то в жгучий зной, то в леденящий мороз. Главною целью этих походов было уничтожить остатки китайской армии, продолжавшие разорять страну, и рассеять царство хунхузов, давнишний и злейший бич Маньчжурии. Эти хунхузы, состоявшие из разбойников и бездомных бродяг, гнездились в восточных горах Маньчжурии, были вооружены огнестрельным оружием, наводили ужас на население маньчжурских городов и деревень, которые они облагали данью и без откупа не пропускали ни одного обоза на дороге и ни одной джонки на реке.

   Ротмистр Елец



   Трудные и продолжительные экспедиции генералов Кондратовича, Церпицкого и Каульбарса в горы Маньчжурии только разметали гнезда хунхузов, но не уничтожили их. Несколько тысяч хунхузов и их главный предводитель – 60-летний хан Лиуданьцзыр (по-русски: шесть дробинок) сдались русским. Есаулу Мадритову, прославившемуся своими набегами на хунхузов, было поручено командовать этой ордой плененных хунхузов, которых он посылал на разные работы, на постройку Маньчжурской железной дороги, употреблял для летучей почты, для исправления дорог и прочих работ. Сдавшиеся хунхузы оказались весьма старательными работниками на русской службе. Но тысячи их еще скрываются в лесах и скалах Маньчжурии и предпочитают более легкий и верный способ добычи – грабеж и насилие.

   Генерал Кондратович



   Нет сомнения, что когда русские войска будут окончательно выведены из тех отдаленных мест Маньчжурии, в которых они находятся в настоящее время, то хунхузы тем самым не будут выведены и все в Маньчжурии останется по-прежнему: хунхузы будут по-прежнему грабить города и деревни, и прежде всего жестоко накажут те города, которые оказывали гостеприимство русским; хунхузы попрежнему будут нападать на обозы русских купцов, на станции и посты нашей железной дороги, а при большей смелости – будут нападать и на наши поезда.

   В течение событий 1900 года Россия немедленно мобилизовала 98 000 солдат, т. е. в 10 раз больше того числа войск, которые были присланы всеми иностранными державами вместе для освобождения Пекина. Россия потеряла 2002 солдата ранеными, убитыми и пропавшими без вести.

   Русские могилы в Китае



   Россия исключительно своими силами, быстро собранными и направленными, произвела усмирение Маньчжурии от Айгуна до Инкоу, от Монголии до Кореи. Россия покрыла Маньчжурию не только величайшей железнодорожной сетью, стоящей пока 500 миллионов русских денег, но усеяла ее также костями своих солдат и строителей дороги, погибших во время смут.

   Пусть же кости этих русских людей, покоящихся вечным сном в самых отдаленных и глухих маньчжурских углах, всегда напоминают, кому принадлежит первое право и будущее в Маньчжурии.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4258