«0 мерах по оздоровлению...» на внешнеполитическом фронте
Едва ли не самым заметным среди внешнеполитических документов этого времени станет распоряжение Совета министров СССР «О мерах по оздоровлению политической обстановки в ГДР». Оно было подготовлено Л.П. Берией и принято 2 июня 1953 года. Распоряжение представляло собой попытку ответить на разразившийся в ГДР полномасштабный социально-экономический и политический кризис, причиной которого стал форсированный курс на построение социализма в странах «народной демократии». В ГДР общая ситуация осложнялась репарациями по итогам Второй мировой войны, увеличением норм выработки и другими ситуативными обстоятельствами. В ГДР возникнут серьезные затруднения в снабжении населения промышленными и продовольственными товарами, что приведет к резкому падению курса марки, разорению большого количества собственников-ремесленников, кустарей. Более 500 тыс. га земли будут заброшены без обработки. Восточные немцы всеми правдами и неправдами станут стремиться бежать в западную зону оккупации. С января 1951-го по апрель 1953 года в Западную Германию переберутся 447 тысяч человек, из них свыше 120 тысяч - за первые четыре месяца 1953 года.
Текст тоста Г.М. Маленкова на обеде в связи с приемом руководящих деятелей лейбористской партии Англии. 11 августа 1954 [РГАСПИ. Ф. 83. On. 1.Д. 34. Л. 78]
В распоряжении признавалось, что «весьма неблагополучное политическое и экономическое положение» в ГДР создалось «в результате неправильной политической линии». Главной причиной назван курс на ускоренное строительство социализма. Для исправления положения было сочтено необходимым признать ошибочным курс на форсированное строительство социализма в ГДР, взятый СЕПГ и одобренный Политбюро решением от 8 июля 1952 года. Причем в распоряжении подчеркивалось, что этот неправильный курс одобрен Политбюро ЦК ВКП(б) без учета внутренних и международных предпосылок. Причинами происходивших в ГДР событий распоряжение Совмина называет форсированное развитие тяжелой промышленности, «резкое ограничение частной инициативы, задевающее интересы некрупных собственников как в городе, так и в деревне», поспешное создание сельскохозяйственных кооперативов при отсутствии необходимой для этого почвы в деревне.
Было рекомендовано прекратить искусственное насаждение сельскохозяйственных производственных кооперативов, не оправдавших себя на практике и вызывающих недовольство крестьянства, распустить те из них, которые были созданы принудительно. Признавалось также целесообразным отказаться от вытеснения среднего и мелкого капитала, обеспечить привлечение частного капитала в мелкую и кустарную промышленность, сельское хозяйство, торговлю, не допуская, однако, его концентрации в крупных масштабах. Отмечалось, что следует предусмотреть выделение частным предприятиям сырья, топливно-энергетических ресурсов, а также пересмотреть систему налогообложения частных предприятий, «убивающую у них стимул к участию в хозяйственной жизни». Планировалось пересмотреть пятилетний план развития народного хозяйства ГДР с целью сокращения темпов развития тяжелой промышленности и резкого увеличения объемов производства товаров массового потребления. Была поставлена задача ликвидировать карточную систему снабжения продовольственными товарами. В распоряжении обращалось внимание не только на проблемы экономического развития, было также указано: «Принять меры к укреплению законности и обеспечению демократических прав граждан, отказаться от жестких карательных мер... пересмотреть дела репрессированных граждан... внести соответствующие изменения в существующее уголовное законодательство».
Как выяснится позднее, принятию этого распоряжения Совмина предшествовала дискуссия, развернувшаяся между членами Президиума ЦК. На январском 1955 года пленуме ЦК Маленков заявит, что проект этого документа рассылался членам Президиума и был в целом согласован. Возражения возникли лишь у В.М. Молотова, который расскажет о ходе обсуждения «германского вопроса», развернувшегося в мае 1953-го. По его словам, оно показало, что Маленков и Берия отказываются поддерживать политический курс на постепенное строительство социализма в ГДР, курс на все более тесное сближение с Советским Союзом. После обсуждения этого вопроса в Президиуме была создана комиссия в составе Берии, Маленкова и Молотова, которым было поручено сформулировать проект решения. Через пару дней Молотов получит на согласование проект, подготовленный Маленковым и Берией. По словам Молотова, «в этом проекте прямо указывалось на то, что проводимый в Германской Демократической Республике курс на строительство социализма неправилен». Молотов позвонит Маленкову и скажет, что такую формулировку считает «неправильной», поскольку, заявив о «неправильности курса на строительство социализма в ГДР, мы тем самым признали бы правильность противоположного курса, то есть курса на восстановление капитализма, с чем нельзя согласиться». Молотов предложит уточнение. Оно заключалось не в отказе от строительства социализма в целом, а в том, «что ЦК нашей партии признает неправильным курс на форсированное строительство социализма в ГДР». На это Маленков не ответит ни да ни нет. Молотову станет ясно, что Маленков хочет знать мнение Берии. Поняв это, Молотов позвонит Берии и выскажет ему те же, что и Маленкову, соображения. Берия, видимо, поняв, что в случае разногласий предстоит новое обсуждение на Президиуме, не станет долго спорить и даст согласие на формулировку Молотова. После этого и Маленков согласился с формулой Молотова, которая и войдет в окончательный вариант распоряжения Совмина. Так позднее будет вспоминать об этом эпизоде Молотов74.
Летом 1944 года Сталин во время переговоров с премьер-министром Польши С. Миколайчиком, отвечая на высказывание последнего о послевоенном устройстве Германии, сформулирует в афористичной манере свое мнение по этому вопросу: «Коммунизм, - скажет он, - подходит Германии как корове седло». Сталин, судя по всему, с самого начала скептически оценивал перспективы насаждения в Восточной Германии социализма по советскому образцу. Ни Берия, ни Маленков в упомянутых переговорах участия не принимали, но, судя по всему, в политическом дискурсе первых послевоенных лет эта тема явно присутствовала, оказав влияние на формирование представлений Берии и Маленкова о целесообразном, по их мнению, политическом курсе в отношении ГДР, исключавшем для этой страны «светлое коммунистическое будущее» в близкой исторической перспективе.
Предотвратить кризис распоряжение Совмина не сможет. 16 июня в Берлине начнется антиправительственное восстание. Аналогичные выступления пройдут и в других городах ГДР, они будут подавлены вооруженным путем с участием советских войск. Июньские события 1953 года подтолкнут советское руководство к дальнейшему поиску решения накопившихся проблем. В августе в Москву приедет правительственная делегация ГДР. 20 августа Маленков выступит с пространной речью на приеме в Кремле, 23 августа — на обеде в честь делегации75. В своих выступлениях он будет говорить о таких задачах, как восстановление национального единства Германии и создание Временного общегерманского правительства, проведение общегерманских свободных выборов, заключение мирного договора. 22 августа 1953 года, «считаясь с необходимостью облегчить экономическое положение Германии», будет подписан протокол о прекращении взимания германских репараций и о других мерах по облегчению финансово-экономических обязательств ГДР. Согласно этому протоколу с 1 января 1954 года полностью прекращалось взимание репараций с ГДР в любых формах, сокращались другие ее финансовые и экономические обязательства76.
В марте 1954 года Совмин СССР заявит о передаче правительству ГДР права самостоятельного решения всех внутренних и внешних вопросов. 2 декабря 1954-го будет выпущена совместная декларация правительств СССР и «стран народной демократии» против ремилитаризации Западной Германии, о необходимости проведения в 1955 году свободных выборов и объединения Германии, заключения мирного договора с Германией и создания эффективной системы коллективной безопасности в Европе. Самым большим достижением политики на германском направлении станет указ Президиума Верховного Совета «О прекращении состояния войны между Советским Союзом и Германией» от 25 января 1955 года. Урегулирование германского вопроса будет сопровождаться столкновением позиций членов советского руководства. В конечном итоге возобладает «консервативный» подход, а маленковские новации на этом направлении подвергнутся осуждению, будут поставлены ему в вину и станут одной из формальных причин его смещения с поста пред-совмина. Германский вопрос будет дважды со всей серьезностью разбираться партийными форумами - в 1955 и 1957 годах, а в адрес Маленкова станут выдвигать политические обвинения, речь о которых идет в соответствующих разделах книги.
Протокол о прекращении взимания германских репараций и о других мерах по облегчению финансово-экономических обязательств Германской Демократической Республики, связанных с последствиями войны. 22 августа 1953 Подлинник. Машинописный текст, подписи - автографы В.М. Молотова и О. Гротеволя. [АВП РФ]
В эти месяцы внешнеполитическая деятельность советского государства начнет обретать новое дыхание. В упоминавшейся уже выше речи на V сессии Верховного Совета СССР в августе 1953 года Маленков выступит «за мирное сосуществование двух систем». Новаторским станет его тезис об отсутствии «объективной основы для столкновений между Соединенными Штатами Америки и Советским Союзом». «Само собой разумеется, - заявит Маленков, - что различие в социально-экономических системах нашей страны и некоторых соседних государств не может служить препятствием для упрочения дружественных отношений между ними». Заявит Маленков и об отсутствии со стороны Советского Союза «территориальных притязаний ни к каким государствам, в том числе ни к одному из соседних государств»77.
В этой речи Маленков отметит также подписание перемирия в Корее, которое действительно следует признать серьезным успехом, в том числе и советской дипломатии. Завершится многолетняя корейская война, временами всерьез грозившая перерасти в столкновение двух сверхдержав. Восстановление отношений с Югославией и Грецией начнется именно в бытность Маленкова советским премьер-министром. Оба государства обменяются с Советским Союзом послами, возобновив таким образом полномасштабное дипломатическое взаимодействие. Советское правительство «даст согласие», как скажет об этом Маленков, и на восстановление дипломатических отношений с Израилем.
Характерной представляется фразеология, использованная Маленковым в отношении государств Центральной и Восточной Европы, попавших в сферу советского влияния. В отличие от более поздней советской риторики, маленковские характеристики заметно аккуратнее. В противовес большинству представителей советского руководства Маленков реалистичнее воспринимает процессы, происходившие в этой части европейского континента. Это проявится в том, что страны советского блока он назовет «демократическим лагерем». Уже при Хрущеве они станут лагерем «социалистическим».
Напомнит Маленков об особой ответственности великих держав за дальнейшее ослабление международной напряженности путем переговоров и урегулирования спорных вопросов. Именно Маленков, а не Хрущев сочтет возможным доложить Верховному Совету СССР, а заодно и всему миру о том, что «Соединенные Штаты не являются монополистами и в производстве водородной бомбы». Это сообщение, как зафиксируют подготовители стенограммы, вызовет «бурные, долго не смолкающие аплодисменты».
Маленков вновь поставит вопрос «о заключении Пакта мира между пятью великими державами»78. Впервые это предложение было выдвинуто при Сталине - в сентябре 1949 года советской делегацией на четвертой сессии Генеральной Ассамблеи ООН. В советском проекте предлагалось не прибегать к использованию силы или к угрозе применения силы как средству разрешения международных споров. Советское предложение найдет поддержку лишь со стороны Китая. США, Великобритания и Франция откажутся принять участие в таких переговорах79.
В 1953-1954 годах будет подписан ряд межправительственных соглашений. Более активно начнут развиваться отношения с Китаем. 15 сентября 1953 года председатель Центрального народного правительства КНР Мао Цзэдун по итогам состоявшихся советско-китайских переговоров направит в адрес Маленкова телеграмму, в которой выразит «сердечную благодарность» за «великую, всестороннюю, долгосрочную и бескорыстную помощь» в деле экономического строительства. Советское правительство, подчеркнет председатель Мао, согласилось «на оказание систематической экономической и технической помощи в строительстве и реконструкции 91 китайского нового крупного объекта и 50 строящихся и реконструируемых объектов». Китайская Народная Республика станет главным партнером СССР на Востоке. В июле 1954 года Маленков примет главу Госсовета Чжоу Эньлая, а для укрепления отношений будет использовать и такие возможности, как прием в посольстве КНР по случаю пятилетия со дня образования КНР80.
31 марта 1954 года член «маленковского кабинета» министр иностранных дел В.М. Молотов вручил послам Великобритании, США и Франции ноты одинакового содержания, в которых был поставлен вопрос об укреплении безопасности в Европе, что имело бы решающее значение для поддержания всеобщего мира и не допущения новой мировой войны. В этой ноте советское руководство напомнит о том, что на Берлинском совещании министров иностранных дел четырех держав Советский Союз внес на рассмотрение предложение «Об обеспечении безопасности в Европе» и выдвинул проект основ «Общеевропейского договора о коллективной безопасности в Европе». Проект Общеевропейского договора был направлен, считала советская сторона, на создание эффективной системы коллективной безопасности в соответствии с принципами устава ООН. Создание такой системы положило бы конец образованию в Европе «противопоставленных друг другу военных группировок государств». В ноте подчеркивался агрессивный характер Североатлантического договора как направленного против СССР, а также указывалось, что НАТО могла бы при определенных условиях утратить свой агрессивный характер в том случае, если бы ее участниками стали все великие державы, входившие в антигитлеровскую коалицию. Мы не можем судить, насколько искренним в своих намерениях было советское руководство, поставив вопрос о присоединении Советского Союза к НАТО. Но, так или иначе, предложение поступило, но принято, как мы знаем, не было. Коллективный Запад оказался не готов к позитивному рассмотрению подобного предложения.
Накануне этого демарша состоится еще одна малозаметная, но значимая дискуссия в руководстве СССР. В начале марта советские руководители будут выступать на предвыборных собраниях в ходе избирательной кампании по выборам в Верховный Совет СССР. 6 марта 1954 года. Хрущев заявит о возможности длительного мирного сосуществования социализма и капитализма. Маленков в своем выступлении 12 марта скажет, что холодную войну неверно рассматривать как альтернативу войне «горячей», поскольку одна готовит другую, а «новая мировая бойня», «при современных средствах войны означает гибель мировой цивилизации»81. Хрущев очень скоро представит альтернативный подход, отражающий взгляд подавляющего большинства представителей советского руководства на возможный исход новой войны. Выступая в прениях по бюджету на I сессии нового состава Верховного Совета, он подчеркнет: «Если империалисты попытаются развязать новую войну, то она неминуемо окончится крахом всей капиталистической системы»82. «Капитулянтство» Маленкова и его «исторический пессимизм» станут вменять ему в вину во время всех последующих его проработок, припоминая это, казалось бы, безобидное и очевидное высказывание о «гибели мировой цивилизации».
На период премьерства Маленкова пришлись крупнейшие внешнеполитические прорывы мирового масштаба. Исключительным по значимости событием станет Женевская мирная конференция, завершившая первую Индокитайскую войну между Францией и Вьетнамом. 25 и 29 марта под председательством Маленкова пройдут два заседания Президиума ЦК, на которых будут приняты проекты директив делегации СССР на Женевской конференции и утвержден состав самой делегации. Корректировки в директивы будут внесены на заседании 7 апреля. Все три протокола, однако, подпишет Хрущев в качестве первого секретаря ЦК83. Итоговое заявление по урегулированию индокитайской проблемы министрами иностранных дел Франции, СССР, ДРВ, КНР, Великобритании было подписано 21 июля 1953 года.
72 РГАСПИ. Ф. 83. On. 1. Д. 34. Л. 78.
73 Там же. Л. 85—88.
74 Там же. Ф. 82. Оп. 2. Д. 50. Л. 174-176.
75 Там же. Ф. 83. On. 1. Д. 34. Л. 1-11, 30-33.
76 История внешней политики СССР: В 2 т. 4-е изд., перераб. и доп. / под ред. А.А. Громыко, Б.Н. Пономарева. М., 1981. Т. 2. С. 678.
77 Маленков Г.М. Речь на пятой сессии Верховного Совета СССР. М., 1953. С. 26-27.
78 РГАСПИ. Ф. 83. On. 1. Д. 15. Л. 83.
79 Маленков Г.М. Речь на пятой сессии Верховного Совета СССР. С. 23-41.
80 РГАСПИ. Ф. 83. On. 1. Д. 12. Л. 81.
81 Правда. 1954. 13 марта.
82 Правда. 1954. 27 апр.
83 Советский Союз и Вьетнам в годы первой Индокитайской войны. Женевская конференция, 1954 г.: Сборник документов и материалов. М., 2017. С. 227-228, 243.
<< Назад Вперёд>>
