Беспримерный героизм русских солдат и моряков

Из предыдущего изложения ясно, в какой обстановке нечеловеческих трудностей, порожденных гнилым самодержавием, приходилось воевать русским солдатам и матросам, проявившим и в эту войну исключительную храбрость и геройство, особенно во время длительной обороны Порт-Артура.

Легендарный гарнизон Порт-Артура, руководимый генералом Кондратенко, Смирновым и другими, несмотря на вредительство Стесселя и К°, мужественно отбиваясь от наседающего неприятеля, неустанно укреплял крепость, оказавшуюся не подготовленной к обороне из-за преступной бездеятельности царского правительства.

Исключительная заслуга по непосредственному руководству укреплением крепости Порт-Артура принадлежит инженеру-полковнику Рашевскому.

Несмотря на невыносимые условия, работа героического русского гарнизона по укреплению и обороне крепости была настолько эффективной, что на долгие месяцы спутала крапленые карты японской разведки и всей японской военщины. Членам японского парламента и иностранным морским агентам, прибывшим по приглашению адмирала Того в начале июля 1904 г. из Японии на пароходе «Мансю-мару» для того, чтобы «насладиться» картиной взятия Порт-Артура японскими войсками, пришлось вернуться во-свояси, не солоно хлебавши.

Это было особенно конфузно для японских самураев, если учесть, что их воображению рисовалась легкая победа над русскими.

Русские солдаты и моряки во время защиты Порт-Артура, так же как и на других участках фронта, показали образцы исключительной храбрости и геройства, свойственных великому русскому народу.

О беззаветной отваге защитников Порт-Артура вынуждены были положительно писать даже газеты Англии, находившейся в то время в дружбе с Японией.

«Русские сражались, — писал один из английских корреспондентов, — с храбростью, которую недостаточно назвать храбростью. Это было неистовство, а не храбрость».

Другой английский корреспондент при японской армии, Норригард, писал о сдаче крепости: «Крепость сдали, быть может, предусмотрительно, но не совсем красиво, и оборона, рассказы о которой передавались бы из поколения в поколение как об одном из величайших военных подвигов в истории всего мира, была обесславлена».

Более того, даже сами японские самураи, несмотря на все их низкопробное бахвальство, не в силах были замолчать героизм русских солдат и моряков.

Японский поручик Тадеучи Сакурай, один из активных участников штурма твердынь Порт-Артура, в своей книге, выдержавшей в течение короткого времени десятки издании, так описывает результаты штурма японцами в июле 1904 г. «Зеленых гор» и правого фланга «Позиции на перевалах»:

«...несмотря на все наше озлобление против русских, мы все же признаем их мужество и храбрость, и их упорная оборона в течение 58 часов заслуживает глубокого уважения и похвалы...

Среди убитых в траншеях мы нашли одного русского солдата с перевязанной головой: очевидно, уже раненный в голову, после перевязки он вновь встал в ряды товарищей и продолжал сражаться до тех пор, пока новая пуля не уложила его насмерть...»

Приведем несколько примеров, рисующих несравненные боевые качества русских солдат и моряков.

23 апреля 1904 г. команда русских пограничников в составе 50 человек во главе с поручиком Сиротко, вооруженная только винтовками, оказывала длительное сопротивление в двадцать раз превосходившему ее противнику, И это на неукрепленной позиции!

17 октября 1904 г. поручик 25-го Восточносибирского стрелкового полка Топсашар вместе с ротой русских моряков штыковой атакой выбил японцев из траншей, прячем противник имел колоссальное превосходство в силах. Этот подвиг вызвал изумление даже у видавшего виды японского генерала Ноги, который доложил о нем японскому императору.

Наряду с русскими моряками и солдатами самоотверженно защищали Порт-Артур и их жены. Одной из таких героинь была женщина-стрелок 13-го полка Харитина Короткевич. Она принимала со своим мужем, тоже стрелком 13-го полка, активное участке в нескольких боях и была убита в сентябре 1904 г.

Не случайно во время штурмов Порт-Артура японские солдаты иногда целыми полками выходили из повиновения, отказываясь штурмовать крепость, и это несмотря на шовинистический угар, которым в то время были охвачены многие японские солдаты.

Немало тяжелых потерь нанесли японцам и русские моряки, потопившие много вражеских военных транспортов. Часть из них была захвачена русскими крейсерами в сохранном состоянии и с ценным военным грузом. Но особенно много японских кораблей погибло в 1904 г. от русских мин у Порт-Артура.

Так, 2 мая (по ст. ст.) русские моряки потопили два самых больших японских броненосца «Хатсусе» и «Ясима» и подорвали третий броненосец «Фудзи». Кроме того, в тот же день в суматохе японский крейсер «Носино» столкнулся с японским военным судном «Кассугой» и пошел ко дну.

4 мая русские моряки потопили японский истребитель миноносец «Акацуки», 5 мая — японскую канонерку «Осима» и т. д. и т. п.

О поразительной отваге и героизме русских моряков особенно ярко свидетельствуют следующие факты.

27 января 1904 г. японский адмирал Уриу предложил командирам русского крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» сдаться, но те отказались, несмотря на подавляющее превосходство сил врага. Не желая подвергать опасности экипаж иностранных судов, стоявших на рейде в том же порту Чемульпо, командиры русских судов отдали приказ выйти в открытое море25. И здесь, в открытом море, вызывая восхищение команд иностранных судов, стоявших на рейде, бесстрашные русские моряки показали необычайную силу сопротивления в попытке прорваться под огнем через тесный строй неприятельской эскадры и уйти в Порт-Артур. Во время этого боя моряки броненосца «Варяг» всячески старались прикрыть от огня противника матросов канонерской лодки «Кореец».

Этот бой один из очевидцев французский морской офицер описывает так:

«Бой «Варяга» и «Корейца», грудью встретивших снаряды с шести больших японских судов и мины с восьми миноносок, останется незабвенным событием текущего века. Героизм русских матросов не только не дал японцам возможности захватить в свои руки оба судна, но побудил их (русских. — А. В.) оставить бой лишь после того, как неприятельской эскадре были нанесены чувствительные поражения. Один из японских миноносцев затонул. Японцы хотели это скрыть и послали своих людей отпилить мачты и трубы, которые торчали из-под воды еще на другой день после боя, но офицеры иностранных судов были свидетелями этого факта, а потому отрицать его японцам нельзя. С иностранных судов видели, кроме того, что броненосцу «Ассама» были нанесены очень серьезные повреждения: между его трубами показался огонь, и судно после этого сильно накренилось. Не желая ничего оставлять японцам, экипаж русского торгового судна «Сунгари» устроил на нем пожар и попросил приюта на «Паскале» (французское судно. — А. В.), который принял эту команду».

Так же восторженно отзывается о героизме русских моряков и итальянский моряк, высказывания которого мы приводили выше (см. сноску на стр. 62).

«Когда «Варяг», блестящий и ярко сверкавший сталью и медью, с приготовленной артиллерией, сравнялся с «Эльбой», стоявшей у входа в порт, он несколько задержал ход и пропустил вперед «Корейца». Затем, в этом порядке два обреченные на смерть судна двинулись через канал и достигли японской эскадры, пройдя через ряд неприятельских чудовищ. Настала томительная тяжелая тишина и ожидание. Иностранные офицеры вооружились биноклями, моряки, затаив дыхание, напрягали зрение... Но вот японский адмиральский корабль поднимает сигнал о сдаче. И тотчас же на «Варяге» и на маленьком «Корейце», составлявшем его слабую охрану, моментально взвились всюду русские флаги. Весело развевались они, играя на солнце, с чувством гордости и презрения к врагу. Это знак сражения.

В 4 километрах от плотины порта завязался бой. Мы видели раньше, чем звук долетал до нас, огонь, выбрасываемый со всех сторон японской эскадрой, огонь, несший потоки железа. Семь громадных колоссов, точно собачья свора, преследовали два русских судна, которые дошли, почти не отвечая, до крайней линии нападавшего неприятеля. Первый заряд упал приблизительно в 200 метрах от «Варяга». Затем началась буря ударов. Страшный перекрестный огонь продолжался 40 минут. Борты, палуба, мостик «Варяга» были поражаемы выстрелами, как градом. Красавец корабль исчез в облаках дыма, чтобы через несколько времени явиться почернелым с начавшимся пожаром. Он (корабль. — А. В.) яростно отвечал на нападения. Орудийное пламя поминутно сверкало с его бортов».

Несмотря на страшнейшие повреждения на корабле (на «Варяге» было подбито несколько орудий, сбиты обе рубки, снесена одна из дымовых труб, в нескольких местах вспыхнул пожар), русские моряки продолжали энергично, хладнокровно и бесстрашно вести бой против всей японской эскадры. Они меткими нападениями вывели из строя флагманский корабль японской эскадры «Ассама» и крейсер «Чиодо». И только сильное повреждение рулевого аппарата вынудило командира русского крейсера прекратить бой. Дождавшись подхода канонерской лодки «Кореец», «Варяг» направился в гавань с тем, чтобы исправить повреждения и снова ринуться в бой.

Японская эскадра, насчитывающая в своем составе один броненосец, пять бронепалубных крейсеров и восемь миноносцев, не решилась преследовать смельчаков. Русские суда беспрепятственно вошли в гавань при бурных приветствиях иностранных команд, восхищенных действительно непревзойденным героизмом русских моряков. Убедившись в невозможности исправить суда, и не желая, чтобы они достались врагу, русские взорвали канонерскую лодку «Кореец» и затопили крейсер «Варяг».

В марте 1904 г. русский миноносец «Стерегущий», изрешеченный снарядами неприятеля и пылавший в огне, один вел бой против целой японской эскадры. Из-за взрыва котла миноносец «Стерегущий» потерял возможность двигаться, но, несмотря на это, несколько уцелевших матросов героически продолжали вести страшный неравный бой, поддерживая огонь одним оставшимся орудием. Мичман Кудревич посылал последние снаряды из оставшегося одного носового орудия. Но вот и оно выбыло из строя. Из команды почти никого не осталось. Тяжело раненый и обессилевший от потери крови сигнальщик Кружков перед смертью, напрягая последние силы, утопил сигнальные книги в море, чтобы они не попали в руки противника. Предвкушая свою победу, японцы устремились к «Стерегущему», пытаясь овладеть им и доставить его как трофей в Токио. Но в тот момент, когда японцы стали брать «Стерегущего» на буксир, они заметили, что двое русских матросов спускаются в люк. Японцы бросились за ними, но люк был крепко задраен и не поддавался никаким усилиям. Японцам пришлось поспешно бежать со «Стерегущего», не солоно хлебавши. Двое русских матросов, жертвуя своей жизнью, затопили свой боевой корабль, чтобы не сдать его врагам. Не успей японцы перерубить буксирный канат, их миноносец также пошел бы ко дну.

30 марта 1904 г. команда русского миноносца «Страшный» мужественно и стойко отбивалась от шести японских миноносцев и двух крейсеров.

Вот выдержки из описания этого боя.

«У берега идут шесть неприятельских миноносцев и два двухтрубных крейсера, которые залпами начали осыпать «Страшного».

Открыв огонь из своей слабой артиллерии, командир дал самый полный ход вперед... Все было на стороне противника — и численность, и сила, и большой ход.

Неприятель настигал, засыпая снарядами.

Попавшим снарядом разорван командир капитан 2-го ранга Юрасавский и перебита вся прислуга у носовой артиллерии. Снаряды быстро разрушали миноносец, заполняли палубу ранеными и убитыми.

Но машина продолжала работать. Миноносец не потерял еще своей жизненной силы — он уходил. В сердце каждого еще теплилась надежда на спасение. Прислуга поддерживала орудийный огонь.

Лейтенант Малеев, принявший командование миноносцем, энергично распоряжается, дает указания, весело подбадривает. Он всюду: то на корме, то на носу. В нем бьет ключом жизнь и жажда жизни, призрачная надежда на помощь и спасение заставляют его забыть, не ощущать, что кругом смерть, что огонь противника все усиливается, что море кипит, как в котле, от падающих и рвущихся снарядов. Мичман Акинфиев падает, пораженный в бок... Вой, треск, свист снарядов. Стоны, крики, мольбы и проклятья раненых и умирающих.

Лейтенант Малеев, улучив удобный момент, посылает из кормового аппарата мину в крейсер, настигающий миноносец. Цель достигнута.

Крейсер накренился и тотчас же отстал. К нему подошел другой крейсер и два миноносца. Положение значительно изменилось. Только четыре миноносца громят «Страшный». Окрыленный надеждой и напутствуемый своим командиром, минер Черепанов бросается ко второму аппарату, но лишь только взялся за опускную ручку, как мину попавшим в нее снарядом разорвало. Результаты ужасны! Инженер-механик Дмитриев разорван пополам, всех вблизи стоявших разметало; машина остановилась. Японцы тоже остановились и на расстоянии 35 саженей расстреливали миноносец... Новый снаряд дает подводную пробоину. Последняя 47-мм пушка подбита. Миноносец гибнет. Лейтенант Малеев, убедившись, что спасения нет, что минуты «Страшного» сочтены, поднял голову своего соратника механика Дмитриева, простился и, поцеловав его со словами: «Прощай, дорогой товарищ!», бодро обратился к команде:

— Лучше погибнем, но не сдадимся!

Подбежав к пятиствольной митральезе, снятой им самим с японского брандера, он открыл беглый огонь по неприятелю.

Дорого отдавал свою жизнь Малеев!

Огнем митральезы разбило мостик одного миноносца, разворотило трубу другого. Противник, ожесточенный таким упорством, залпами добивал героев. ...Малееву сбило фуражку, — ранило в висок... он упал.

«Страшный» с грудами трупов и корчившихся в мучениях, залитый кровью, быстро погружался.

Вдруг японцы прекратили огонь и стали отходить.

Со стороны Ляотешаня шел на помощь «Баян».

Вечную славу заслужили и моряки многих других русских боевых судов.

Так беззаветно бились и жертвовали своей жизнью русские солдаты и моряки даже тогда, когда царская Россия была для них злой мачехой, а не матерью-родиной.

* * *

В огне революции, в ожесточенных кровавых схватках с гнусными интервентами всех мастей, в беспощадной борьбе с их омерзительными пособниками из троцкистско-бухаринской своры трудящиеся Советского Союза под руководством непобедимой партии Ленина — Сталина заново обрели свою родину. И нет в мире силы, способной противостоять героизму народов, населяющих Советский Союз — великое отечество трудящихся всего мира.

Недавние события в районе озера Хасан вновь продемонстрировали всему миру непобедимую, все возрастающую мощь нашей легендарной Красной Армии, могучую силу советского патриотизма.

Наша героическая армия на Дальневосточном фронте дала сокрушительный отпор японской военщине, несмотря на внезапность нападения и длительную подготовку самураев к этой чудовищной провокации войны.

«Через своих плохих разведчиков японские и германские фашисты были, видно, сильно обмануты и насчет боевых качеств наших пограничников и красноармейцев. В этом они убедились, получив крепкий отпор. Теперь для самоутешения им ничего не остается, как распространять всякие небылицы о слабости Красной Армии и советской авиации через всяких проходимцев, через всяких Линдбергов. Но пусть верит, кто хочет, наемным агентам, вроде шпика Линдберга. Мы предпочитаем верить фактам. И даже нашим врагам не советуем забывать о таких фактах, как геройские дела красноармейцев у Хасана. Мы знаем, что как у японских, так и у германских фашистов не было желания популяризировать Красную Армию, но независимо от своих желаний они добились того, что красноармейские части в Советском Приморье продемонстрировали свои прекрасные боевые качества и силу советского патриотизма.

Непреклонная верность СССР своей мирной внешней политике и готовность до конца отстоять советские границы от всяких нападений, — вот итог событий у Хасана, имеющий большое международное значение»26.


25 Вот как был воспринят этот благородный поступок русских командами иностранных судов, бывших свидетелями неравного боя. Приводим высказывания одного итальянского моряка: «В 11 1/2 часов «Варяг» и «Кореец» снялись с якоря. «Варяг» шел впереди. Волнение иностранных моряков было неописуемое. Палубы всех судов были покрыты экипажами; некоторые из моряков плакали. Никогда не приходилось видеть более возвышенной и трогательной сцены. На мостике «Варяга» неподвижно, спокойно стоял его командир. Громовое «ура» вырвалось из груди всех и раскатывалось вокруг... Подвиг великого самопожертвования принимал эпические размеры».

26 В. М. Молотов, 21-я годовщина Октябрьской революции (доклад на торжественном заседании Московского совета 6 ноября 1938 г.), Гос. изд-во политической литературы, 1938 г., стр. 12 и 13.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 7004