Введение
В последнее время «имперская» тема у нас не сходит со страниц газет, поднимается в электронных СМИ, обсуждается на «круглых столах», коллоквиумах и конференциях, заявляет о себе статьями в журналах и сборниках научных трудов1. Ей все чаще посвящаются и капитальные монографии (в том числе переводные)2, и даже книги псевдонаучного характера3.

Причины повышенного внимания к имперской тематике главным образом, конечно, политические, точнее - политологические. Они - прежде всего следствие общей политизации исторических событий, которая, в свою очередь, определяется и потребностями текущей политики, и сменой государственных, общественных, идеологических векторов. И это, в общем, закономерно: что устойчиво в спокойные («застойные») годы, часто бурно выплескивается в периоды смут и государственных потрясений. Глобальные катаклизмы последних десятилетий - яркое тому подтверждение.

Минувшее столетие было «веком крушения империй». Крах любого государства невольно заставляет мысль устремляться к истории его становления, развития, понять причины падения. Если же это было государство, затрагивавшее и аккумулировавшее интересы многих стран и народов, такой интерес многократно возрастает. Развал Советского Союза, часто называвшегося «последней в мире империей», с особой остротой поставил вопрос о том, почему произошло столь стремительное крушение, казалось бы, могучей державы. Поиски ответов на него тоже заставляют идти «в глубь веков», переосмысливать генезис Российской империи как «предшественницы СССР», сравнивать ее с другими мировыми державами и строить прогнозы относительно будущего «наследницы СССР» - современной России. Отсюда повышенный интерес к этой проблематике со стороны зарубежных исследователей4.

Нельзя, однако, не заметить, что большинство авторов, пишущих в последние годы на «имперские» темы, является не профессиональными историками, а политологами, культурологами, философами, журналистами, и это не может не накладывать негативный отпечаток на ее освещение в целом и отдельных сторон в частности. К настоящему времени по имперской проблематике выявляется очень большой разброс мнений. Даже в само понятие «империя» разные авторы вкладывают разное содержание, и оно нередко имеет мало общего с историческими реалиями, являясь, как правило, либо неполным, либо неприменимым к России. Нередко не проводится грань между колониальными и неколониальными империями. Тем не менее, проанализировав эти определения и сравнив особенности тех государственных образований, которые, по общему мнению, бесспорно и независимо от своих наименований империями являлись (Римская, Византийская, Империя Карла Великого, Габсбургов, Оттоманская, Российская, Французская, Британская, Японская и т. п.), мы сочли необходимым дать свои дефиниции.

По нашему мнению, империя - это крупное, как правило централизованное, государство, отличающееся полиэтничностью, поликонфессиональностью, неравномерностью социально-экономического развития отдельных частей своей территории, включающее в свой состав ранее независимые государственные образования и стремящееся проводить имперскую политику.
Важно подчеркнуть ключевой для понимания сущности вопроса момент. Все империи создавались преимущественно насильственным путем, силой оружия. Но в бесконечной череде войн, издревле неотделимых от истории человечества, войны, приводившие к образованию империй, отличались не только своей масштабностью. Империи складывались не просто путем расширения первоначальной территории государства и подчинения одних народов другим, а в ходе поглощения одних суверенных государственных образований другими суверенными государственными образованиями. Поэтому восточное «царь царей» (или «хан ханов») и является наиболее точным аналогом европейскому «императору», и это при том, что монархическая форма правления не является обязательным условием существования империй. Но что действительно неотделимо от них, так это имперская политика - политика, направленная на укрепление и расширение империй. Во внешнеполитическом плане она выражается прежде всего в экспансии, непосредственно не связанной с задачами обороны страны или с отстаиванием каких-то жизненно важных для ее населения интересов и часто имеет различные идеологические обоснования (мировое господство, утверждение в мире «своих» религиозных ценностей, приобщение других стран и народов к «своей» цивилизации и т. п.). С этими обоснованиями тесно связано имперское мышление - мышление категориями имперской политики.
Нельзя не заметить, что усиливающееся в последнее время обсуждение имперской проблематики в СМИ часто демонстрирует, наряду с верными наблюдениями и выводами, крайне низкий уровень знаний истории России многими участниками «дискуссий» и «круглых столов», необъективные, явно предвзятые, просто ошибочные и устаревшие суждения и оценки, которые множатся в геометрической прогрессии, внося сумятицу в умы и настроения миллионов людей. Принципов историзма в освещении и трактовке имперского прошлого России не всегда придерживаются, в силу разных причин, и некоторые наши коллеги, профессиональные историки, содействуя тем самым живучести нелепых идеологических клише и мифов об имперской политике России, вроде мнения об «извечной» и «повышенной» ее агрессивности или пресловутой «империи зла» и «тюрьме народов».

Для нас, однако, будет важно не только (и даже не столько) оспорить необоснованные, ошибочные суждения всякого рода политологов и «империологов» и противопоставить им те взгляды, которые мы считаем верными. Тема «Российская империя» интересна и важна главным образом как самостоятельный объект исследования историка. Ведь именно в имперский период сформировалась основная территория нашей страны как обширнейшей евразийской державы и были заложены все предпосылки ее развития в минувшем веке и многие проблемы, с которыми она сталкивается до сих пор. Это не может не побуждать исследователей к переосмыслению имперского опыта в различные исторические периоды. Важно помнить, что опыт прошлых поколений и основные закономерности их развития, как эстафета, передаются поколениям будущим, которые используют их на новом цивилизационном витке человеческой истории. Частью этой общей темы является проблема евразийского характера Российской империи как государства, состоящего из разнородных частей самого различного географического и общественного свойства, но сцепленного на определенное время единым центром и имеющим единую судьбу и единую историю5.

Россия не являлась единственным в мировой истории евразийским государством, но она - фактически последняя из ныне существующих полноценных евразийских держав6. И этим ее специфика, конечно же, не ограничивается. Уникальность географического и геополитического положения России предопределила прежде всего уникальность той роли, которую она играла в течение веков, выполняя одновременно функции и барьера («щита»), и моста между Европой и Азией, органически соединяя в себе элементы Востока и Запада. Российская империя заняла внутреннее пространство Центральной Евразии - как раз ту ее часть, которую «классические» евразийцы (1920-1930-х гг.) собственно Евразией и считали и которая, в их представлениях, являлась как бы «осевым» районом мировой политики. Именно поэтому и именно в имперский период наша страна, как уже не раз отмечалось в печати, получила уникальную возможность осуществлять миссию «держателя равновесия» между Востоком и Западом, а как империя сформировалась вполне закономерно и органично7.
Нельзя поэтому не согласиться и с теми исследователями, которые не признают употребления слов «империя», «имперский» и т. п. исключительно в негативном смысле, чуть ли не как ругательство ( как «унизительное политическое клеймо», по замечанию B.Л. Иноземцева). Империя - закономерный, логический (хотя, конечно, не обязательный, не неизбежный) этап в развитии государств и далеко не самый худший. Скорее наоборот: вспомним, что до новейшего времени главным образом с империями были связаны выдающиеся достижения человечества в области науки и техники, материальной и духовной культуры, привнесение в отсталые регионы новых технологий и знаний... Как подчеркивалось на одном из «круглых столов», империя «не проклятье, а историческая норма... всего лишь сложноорганизованная психосоциальная и этнотерриториальная система. Все разговоры «за» и «против» империи - не более чем эмоции»8. В литературе встречаются и более детальные разъяснения той же мысли: «Наличие мировых центров и мировой периферии, ведущее затем к имперским тенденциям, является совершенно закономерным явлением и связано с общим ходом развития человечества, с природными условиями его существования, с размещением населения, наличием на тех или иных территориях полезных ископаемых, удобных путей сообщения, с демографическими процессами, биологическими особенностями людей и прочими компонентами человеческой истории»9. Эти мнения трудно оспорить.

С момента своего возникновения Российское государство было полиэтничным, а став империей, раскинувшейся на огромных пространствах как Европы так и Азии, получило большой, во многом уникальный и в основном позитивный опыт управления страной, населенной множеством сильно различавшихся по культуре народов. Он заслуживает внимательного изучения и практического использования, предостерегая от одних методов и побуждая к другим, проверенным временем.

К опыту национальной политики Российской империи и к истории межэтнических отношений в различных ее регионах обращаются современные политики и политологи самых различных направлений и взглядов, среди которых можно встретить «либералов» и «консерваторов», сторонников евразийской идеологии и их противников. Во многих публикациях в этой связи обращается внимание на такие вопросы истории Российской империи, как роль и место в ней имперообразующего этноса, «прорастание друг в друга» различных ее народов в ходе многовекового общения, евразийский по своей сути принцип «единства в многообразии», осуществленный в России и противостоящий популярным до недавнего времени на Западе идеям «плавильного котла»; способы обеспечения имперской властью для народов России безопасности и вместе с тем автономности жизни и возможности для карьерного роста; особая, патерналистская роль государства и особые отношения в России к власти, прямо связанные с ее имперским прошлым и евразийской сущностью; специфика российского менталитета, уходящего корнями в имперское прошлое и евразийский полиэтничный характер страны10. Нет нужды доказывать, что все эти вопросы актуальны для нас и по сей день и потому требуют дальнейшей и углубленной проработки.

В условиях формировавшейся и сложившейся империи, в ее границах, на базе ее законодательства и традиций происходило и этнокультурное взаимодействие народов России, поэтому его особенности тоже невозможно понять и оценить без изучения специфики процесса формирования Российской империи.

Разумеется, поиск отличий Российской империи от других необходим не ради самого поиска и не только ради выявления ее самобытности. Вопрос надо ставить и конкретно-прагматически: в чем сущность имперского начала в России и его проявлений. Отсюда необходимость изучения самого онтологического процесса, что невозможно без общих представлений о верховной власти. Она тоже должна стать объектом специальных исследований.

Однако тема «История Российской империи» необъятна и по глубине, и по числу связанных с ее изучением проблем, и в данном издании мы намерены остановиться лишь на некоторых ее аспектах. В предлагаемых нами очерках охватывается период от истоков Российской империи в XV в. до ее становления и развития в XVIII - начале XIX в. В работе найдут отражение следующие вопросы: расширение территории страны и рост численности ее населения как геополитический фактор российской государственности (как в целом, так и на примерах включения в состав России отдельных регионов); международные условия и дипломатический контекст изменения российских границ; геополитика России в XV-XVIII вв.; Россия как империя dejure и de fakto; геополитические проекты в России и имперская доктрина российского самодержавия; специфика российского менталитета, выражающаяся в имперском сознании и в российской имперской политике; государственное управление в России; территория, население и национальная политика Российского государства до начала XIX в.; российский абсолютизм в сравнительном освещении; власть и собственность в абсолютистском государстве; государственная символика России как отражение имперского сознания; внешняя торговля России в конце XV-XVIII вв.; имперские начала в сельском хозяйстве России; пути сообщения Российской империи.

В своем нынешнем виде работа подготовлена сотрудниками Центров истории русского феодализма, внешней политики, межнациональных отношений, Группы исторической географии и обсуждалась в Центре истории русского феодализма ИРИ РАН. Она носит разноплановый характер. Исходя из степени разработанности различных сюжетов, одни очерки даны в постановочном, другие в обобщающем ключе, третьи - как конкретно-исторические исследования с использованием новых архивных материалов и т. д. Мы, конечно же, не претендуем на исчерпывающе полное освещение всех поднятых вопросов и окончательное решение всех проблем, связанных с историей Российской империи. Надеемся, однако, что наш труд будет содействовать дальнейшему изучению имперской тематики и его подъему на качественно новый уровень.

Редколлегия




1Закат империй. Семинар // «Восток», 1991, № 4; Гущин В. Быть России имперской // НГ, 23.07.93; Цимбаев Н.И. Россия и русские (Национальный вопрос в Российской империи) // «Вестник МГУ». Серия «История», 1993, № 5; Баранов Н.Н. Имперское расширение России: геополитический аспект // Сургут, Сибирь, Россия. Международная научно-практическая конференция. Тезисы докладов. - Екатеринбург, 1994; Лурье С.В. Российская империя как этнокультурный феномен // Цивилизации и культуры. Вып. 1: Россия и Восток: цивилизационные отношения. - М., 1994; Лурье С.В. Русские в Средней Азии и англичане в Индии: доминанты имперского сознания и способы их реализации // Цивилизации и культуры. Вып. 2: Россия и Восток. - М., 1995; «Мы в империи, империя - в нас» // «Родина», 1995, № 1-12 (спец. рубрика); Голубчиков Ю.Н. Становление империи // «Московский журнал», 1996, № 10; Кулешов С. Империя обескровливала Россию (выступление на «круглом столе») // ОИ, 1996, № 6; Лурье С.В. Российская и Британская империи: культурологический подход // ОНиС, 1996, № 4; Яковенко И.Г. От империи к национальному государству (Попытка концептуализации процесса) // ППИ, 1996, № 6; Каспэ С.И. «Империя» - определения синдромные и генетические // ППИ, 1997, № 5; Коршунов С. Имперские амбиции и национальные интересы // НГ, 11.09.97; Лурье С.В. От древнего Рима до России XX века: преемственность имперской традиции // ППИ, 1997, № 4; Ливен Д. Россия как империя: сравнительная перспектива // Европейский опыт и преподавание истории в постсоветской России. - М., 1999; его же. Русская имперская и советская идентичность // Там же; ΑΙ, 2000, № 3-4; 2001, № 4; 2002, № 2; Алексеева Е.В. Империя и модернизация: двуликий Янус исторического целого // «Уральский исторический вестник», Екатеринбург, 2000, № 5-6; Горизонтов Л.Е. «Большая русская нация» в имперской и региональной стратегии самодержавия // Пространство власти: исторический опыт России и вызовы современности. - М., 2001; Крадин Н.Н. Кочевые империи: генезис, расцвет, упадок // «Восток», 2001, № 5; Кэмпбелл Е. «Единая и неделимая Россия» и «инородческий вопрос» в имперской идеологии самодержавия // Пространство власти: исторический опыт России и вызовы современности. - М., 2001; Проснуться в империи // «Общая газета», 2001, № 51; История империй: сравнительные методы в изучении и преподавании. Международная конференция. Москва, 7-9 июня 2003 г.
2Национальные окраины Российской империи: становление и развитие системы управления. - М., 1997; КаппелерА. Россия - многонациональная империя. Возникновение. История. Распад. - М., 2000 (перев. нем. изд. 1993 г.); Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII - начало XX в.). Т. 1. - СПб., 2000; Геллер М. История Российской империи. Т. 1-2. - М., 2001; Исаев М.А. Лекции по истории русского права и государства. Вып. 3. Имперский период истории. Ч. 1-2. - М., 2001 и др.
3Кандыба В.М. История русской империи. - СПб., 1997.
4См.: Большакова О.В. Российская империя: система управления (Современная зарубежная историография) Аналитический обзор. - М„ 2003; Российская империя в зарубежной историографии. Работы последних лет. Антология. - М., 2005. Только «в 2000-2001 гг. в США и Европе вышли десятки книг, название которых состояло из единственного слова - «Империя»...» (Иноземцев В. Бремя белого человека // НГ, 25.11.03. С. 10).
5Сахаров А.Н. Древняя Русь на путях к «Третьему Риму». - М., 2006. С. 88.
6Там же. С. 88-89; Каррер д'Анкос Э. Евразийская империя: История Российской империи с 1552 г. до наших дней. - М., 2007. С. 330. Формально евразийским государством является и Турция, но её европейская часть несоизмерима с азиатской ни по размерам, ни по своему экономическому потенциалу.
7Коршунов С. Имперские амбиции и национальные интересы // НГ, 11.09.97. С. 5; Чкуасели В. Неизбежность евразийства//НГ, 15.03.2001. С.8.
8ОИ, 1996, № 6. С. 126.
9Сахаров А.Н. Указ. соч. С. 109.
1010 См., например: Коршунов С. Указ. соч.; Чкуасели В. Указ. соч.; Евразия: культурное наследие древних цивилизаций. Вып. 1. Культурный космос Евразии. Сб. научных статей. - Новосибирск, 1999; Проснуться в империи // «Общая газета», 2001, № 51. С.5; Шишкин И. Пятый пункт в неоевразийстве // НГ, 05.06. 2002. С. 11; Аксючиц В. Идеологический бульон из миражей и мифов // НГ; Веселое А. Весеннее обострение евразийства // НГ, 21.05.2003. С. 7; Кляшторный С. Россия и тюркские народы: евразийские перспективы // «Татарский мир», 2003, № 5-6. С. 8.

Вперёд>>  

Просмотров: 3914

X