6.1. Ветераны Балтики вступают в бой

22 июня 1941 г. гитлеровская Германия вероломно, без объявления войны напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война — самая тяжелая и жестокая из всех войн в многовековой истории нашей страны.

В планы фашистской Германии на Балтике входил захват с суши наших военно-морских баз, в том числе Ленинграда. Перед немецким флотом на Балтике были поставлены задачи обеспечить снабжение морем войск в Прибалтике и Финляндии, оборону с моря побережья Германии, а также действия на советских морских путях сообщения.

Германское военное командование сосредоточило в портах и базах Балтийского моря значительные силы: 1 линейный корабль, 3 тяжелых крейсера, 4 легких крейсера, 11 эскадренных миноносцев, 23 миноносца, 85 подводных лодок, 19 тральщиков, 10 минных заградителей и 28 торпедных катеров; финский флот имел в своем составе 2 броненосца береговой обороны, 2 легких крейсера, 5 подводных лодок, 7 сторожевых кораблей, 4 канонерские лодки, 25 тральщиков, 12 минных заградителей и 5 торпедных катеров353.

Балтийский флот, в состав которого входили 2 линкора, 2 крейсера, 2 лидера, 19 эскадренных миноносцев, 66 подводных лодок, 48 торпедных катеров, 1 канонерская лодка, 7 сторожевых кораблей, 6 минных заградителей, 33 тральщика, базировался на Таллин (главная база), Либаву, Виндаву, Ригу, Моонзундские острова, о. Ханко и Кронштадт354. Командовал Краснознаменным Балтийским флотом вице-адмирал В. Ф. Трибуц355.

В летней кампании 1941 г. Балтийский флот вместе с Ладожской и Онежской флотилиями содействовал приморским флангам войск Северного фронта, а с августа находился в составе Ленинградского фронта на реке Неве и берегах Ладожского и Онежского озер.

В борьбу с фашизмом вступили и ветераны Краснознаменной Балтики эскадренные миноносцы-»новики» «Яков Свердлов», «Карл Маркс», «Энгельс», «Ленин», «Артем», «Калинин», «Володарский». Боевой путь этих кораблей в Отечественной войне оказался недолгим: почти все они погибли под ударами вражеской авиации или подорвались на минах в первые месяца войны.

Первыми на Балтике удар немецко-фашистских войск приняли моряки кораблей и красноармейцы частей, дислоцировавшихся в «Либаве (Лиепае). На Либаву базировалась 1-я бригада подводных лодок и эскадренный миноносец «Ленин», который в это время стоял в ремонте на заводе «Тосмаре». Враг намеревался захватить ремонтирующиеся корабли и подводные лодки.

В защите Либавы приняли участие бойцы 67-й дивизии под командованием генерал-майора Н. А. Дедаева, а также отряды моряков и вооруженных рабочих. С эскадренного миноносца «Ленин» был выделен взвод моряков во главе с командиром артиллерийской боевой части корабля старшим лейтенантом Чеботаревым. Моряки эсминца отважно сражались на суше. Особенно отличились в боях с фашистами матросы В. Федорченко, И. Гречин, И. Лисицкий, Н. Жарков и многие другие.

Командир эскадренного миноносца «Ленин» капитан-лейтенант О. М. Афанасьев был старшим командиром группы кораблей, находившихся на территории завода. Экипажам было приказано сойти на берег и подготовиться к уничтожению кораблей. С эсминца «Ленин» были сняты спаренный пулемет «Максим», замки с орудий, которые затем, завернув в военно-морские флаги, затопили вблизи корабля. Секретную документацию свезли на берег, облили горючей жидкостью и сожгли в присутствии личного состава. Попрощавшись с кораблем, вооруженные винтовками и гранатами моряки сошли на причал. Так же были подготовлены остальные корабли.

В ночь на 24 июня эсминец «Ленин» и шесть подводных лодок, а также склады боеприпасов и топлива были взорваны356. Руководил уничтожением кораблей и складов Ю. М. Афанасьев. После этого экипажи взорванных кораблей влились в ряды защитников Либавы.

Из оставшегося личного состава эсминца «Ленин» был сформирован отряд морской пехоты, который под командованием старшего лейтенанта А. И. Майского и старшего политрука Н. И. Качурина на рассвете того же дня занял восточный рубеж обороны на подступах к городу рядом с курсантским батальоном училища ПВО.

29 июня враг вошел в город, правда, и после этого бои продолжались почти целую неделю. Благодаря самоотверженной обороне защитников Либавы планы молниеносной оккупации советских Прибалтийских республик были сорваны.

В это время, чтобы не допустить проникновения крупных сил немецко-фашистского флота в Финский и Рижский заливы и прикрыть Ленинград с моря по линии о. Ханко — Моонзундские острова — Ирбенский пролив, была создана центральная минно-артиллерийская позиция. Постановка мин началась 23 июня 1941 г. Для проведения операции командование флота выделило минные заградители «Марти» и «Урал», лидеры «Ленинград» и «Минск» и четыре «новика»: «Яков Свердлов», «Артем», «Карл Маркс», «Володарский». Постановку планировалось провести за 9 сут.

27 июня «Яков Свердлов», «Артем», «Карл Маркс», «Володарский» вышли из Кронштадта и 29 июня прибыли в Таллин, а 30 июня эскадренные миноносцы «Яков Свердлов» и «Володарский», вместе с минным заградителем «Марти» ставил мины в устье Финского залива. Во время этих работ корабли неоднократно подвергались атакам самолетов противника, но безуспешно.

В конце июня в связи с продвижением противника на сухопутном фронте, создавшем угрозу на флангах центральной минно-артиллерийской позиции в устье Финского залива, было принято решение об образовании такой позиции в восточной части залива на линии о. Гогланд — Большой Тютерс — бухта Кунда. Для минных постановок сформировали специальный отряд кораблей, в состав которого вошел эскадренный миноносец «Калинин». Корабли начали постановку мин 2 июля и работали днем и ночью в продолжение почти всего месяца.

В результате перевозки морем для противника осложнились.

7 августа 1941 г. корабли, стоящие на рейде Рохукюля в бухте Мухувейн, были неоднократно атакованы неприятельскими самолетами. Эскадренный миноносец «Энгельс» стоял у борта нефтеналивной баржи «Спиноза» и принимал топливо. В 18 ч 50 мин сигнальщики «Энгельса» обнаружили три «юнкерса», летящие на большой высоте. На корабле объявили боевую тревогу и стали выбирать якорь. Самолеты, зайдя на корабли со стороны солнца, начали пикировать поодиночке: два с правого и один с левого борта. Командир корабля отдал команду машинному отделению: «Скорость 12 узлов!» И почти сразу же корабль сильно встряхнуло, раздался скрежет металла, мостик вместе с полубаком резко пошел вниз. Две 250-килограммовые бомбы, сброшенные фашистскими пикировщиками, упали за кормой на расстоянии 10 м от корабля, а одна — вблизи борта. Она-то и нанесла ему значительные повреждения. Четвертая бомба угодила в корму баржи «Спиноза». Баржа стала тонуть, на ее борту было много раненых. Сбросив бомбы, самолеты ушли на юг357.

Приняв раненых со «Спинозы», корабль отошел на рейд и стал на якорь для детального осмотра повреждений. Корпус между машинным и котельным отделениями оказался переломленным, вышла из строя правая турбина, кормовые орудия сместились с фундамента, были повреждены машинный телеграф, привод рулевой машины и магнитные компасы. Потерь в личном составе эскадренный миноносец не имел. Своим ходом «Энгельс» пришел в Таллин и встал в док. Дни и ночи работали рабочие судоремонтного завода и команда, чтобы быстрее ввести в строй корабль. 18 августа ремонт «Энгельса» был закончен. Он стал готовиться к переходу в Кронштадт358.

24 августа 1941 г. в 10 ч утра из Таллина в Кронштадт вышел караван судов в составе пяти транспортов, гидрографического судна «Гидрограф» и ледокола «Октябрь». Караван конвоировали эсминец «Энгельс», шесть тральщиков и два катера — «морских охотника» (МО). В 17 ч 04 мин по курсу каравана были обнаружены три плавающие гальваноударные мины. Теплоход «Андрей Жданов», следовавший впереди эсминца, благополучно обогнул их, а когда эсминец стал описывать циркуляцию вправо, под его кормой взорвалась мина359. Силой взрыва семь человек сбросило с верхней палубы за борт. Корабль потерял ход, вышло из строя управление рулем, его сносило ветром на плавающие мины, которые остались на его левом траверзе на расстоянии 40—50 м. Срочно отдали левый якорь. Дрейф корабля прекратился. Экипаж начал борьбу за живучесть корабля.

К месту катастрофы подошел катер «МО-201», который подобрал людей, сброшенных в воду взрывом, а затем снял с «Энгельса» раненых и секретные документы. Через 10 мин после взрыва корма корабля погрузилась в воду, верхнюю палубу затопило до третьей пушки. Капитан 3 ранга В. П. Васильев подал с мостика команду: «Приготовиться к эвакуации. Командиру минно-торпедной боевой части заложить подрывные патроны в первый артиллерийский погреб»360.

В 17 ч 30 мин ледокол «Октябрь» взял аварийный эсминец на буксир, но через 4 мин под корпусом «Энгельса» в районе кормового мостика взорвалась вторая мина, и почти одновременно сдетонировал боезапас артиллерийского погреба. Взрыв страшной силы потряс корабль, его подводную часть от кормы до первой машины разорвало. Оба машинных отделения и четвертое котельное отделение начали заполняться водой. Вырвало грот-мачту, при взрыве высоко в воздух взлетела третья пушка и обломки корабля. Командир приказал личному составу перейти на подошедший к борту тральщик «ТЩ-45». Последним с палубы эсминца «Энгельс» сошли старший помощник командира, военком и командир. Перейдя на тральщик, они передали, на «Октябрь» семафор, чтобы ледокол отошел от эсминца. «Октябрь» отдал буксир, и почти сразу после этого эсминец «Энгельс» ушел под воду носом вверх с креном на левый борт. Так перестал существовать один из «новиков».

Интересно привести оценку, которую командир эсминца дал механизмам корабля после его гибели: «Главные машины работали хорошо. Отлично работали испарительная и опреснительная установки. Корабль почти все время ходил на своей воде, как котельной, так и питьевой. Особенно нужно отметить крепость и прочность паровых магистралей, как главных, так и вспомогательных. Несмотря на такие серьезные взрывы и перелом корабля, ни одна магистраль, ни один сальник не парил, ни одна магистраль не взорвалась»361.

4 августа 1941 г. Л. В. Дубровицкий — командир эскадренного миноносца «Карл Маркс», который находился в Таллине, получил приказ войти в залив Харалахт для поддержки кораблей, несущих дозор на линии о. Вайндло — о. Кэри, и в случае необходимости поддержать артиллерийским огнем фланг армии в этом районе. Миноносцу придавались два катера — «морских охотника».

8 августа эсминец вошел в бухту Локса и ошвартовался у рыболовецкого пирса. На правый борт «Карла Маркса» подал швартовы «МО-229», на его палубе были принайтовлены бочки с бензином.

Примерно в 13 ч этого же дня корабль атаковали вражеские самолеты. По сигналу воздушной тревоги личный состав занял места на своих боевых постах, комендоры зенитных пушек и орудий главного калибра вели интенсивный огонь по самолетам. Корабль снялся со швартовов и, набирая ход, отошел от пирса.

На эсминец спикировали последовательно три самолета. Две сброшенные ими бомбы попали в корабль, одна разорвалась в машинном отделении. Возник пожар, загорелся мазут. Занялся огнем носовой торпедный аппарат, в котором находились подготовленные к бою торпеды. По приказу командира матросы развернули аппарат на борт и выпустили торпеды в море362. Катер же замешкался, и одна из бомб фашистского пикировщика угодила прямо в него. Катер вспыхнул, как факел, и мгновенно исчез под водой. От горящего бензина, разбрызганного при взрыве катера, заполыхал пирс.

Отражая налет самолетов, экипаж продолжал самоотверженную борьбу за жизнь корабля, но спасти его было уже невозможно. Корабль медленно оседал на грунт и вскоре погрузился в воду до верхней палубы.

С корабля на шлюпках начали перевозить в поселок Локса раненых. «Вся работа по эвакуации и устройству раненых, — пишет участник событий бригадный комиссар В. В. Корякин, — была возложена на помощника начальника политотдела эскадры политрука Л. С. Золотарева, оказавшегося смелым и энергичным политработником и хорошим организатором. При содействии директора школы поселка Локса Арнольда Микивера ему удалось развернуть в школе лазарет. Были найдены врач, медикаменты и всем раненым оказана первая помощь»363. Арнольду Микиверу с большим трудом удалось связаться с Таллином, откуда вскоре прибыли два автобуса и грузовая машина для эвакуации раненых.

Погибших моряков эсминца «Карл Маркс» похоронили на местном кладбище.

На следующий день в бухту пришли спасательное судно «Нептун» и два торпедных катера, чтобы снять оставшихся членов экипажа с эсминца «Карл Маркс». Отходили катера от пирса уже под пулеметным и автоматным огнем немецко-фашистских войск. Перед отходом они взорвали эскадренный миноносец.

Положение Таллина было тяжелым. Около месяца шли ожесточенные бои за столицу Советской Эстонии. Когда фашистские части вышли к окраинам города, был отдан приказ об оставлении главной базы и перебазировании кораблей в Кронштадт. Корабли уходили на защиту города Ленина, над которым нависла смертельная угроза.

В Таллинском переходе участвовало около 200 боевых кораблей, вспомогательных судов и транспортов. «Флоту предстояло пройти узким Финским заливом 321 километр, — пишет в своей книге «Морской фронт» адмирал Ю. А. Пантелеев (в то время он был начальником штаба КБФ). — На протяжении 50 километров оба берега были заняты противником, 120 километров пути густо заминированы. На обоих берегах расположены вражеские аэродромы, батареи от среднего до тяжелого калибра, а в шхерах за сотней островов притаились подводные лодки и торпедные катера»364. Основная трудность при прорыве заключалась в нехватке тральщиков, которые могли разминировать фарватер. Как позднее стало известно, противник выставил в Финском заливе 4750 мин (в том числе 106 неконтактных) и 3174 минных защитников365.

Истребительная авиация Балтийского флота, потеряв свои аэродромы в Эстонии, не могла прикрыть флот с воздуха на самом опасном участке перехода (Таллин — о. Гогланд), так как ее новые аэродромы были слишком далеко на востоке.

27 августа, для того чтобы отвлечь внимание противника, была организована контратака по всему фронту, во время которой началась погрузка на корабли и транспорты. Все корабли и береговые батареи массированным огнем прикрывали посадку и поддерживали контратакующие части.

Переход транспортов обеспечивали корабельные соединения и части флота, объединенные в три маневренных отряда: главные силы (флаг командующего флотом вице-адмирала В. Ф. Трибуца на крейсере «Киров»), отряд прикрытия (флаг начальника штаба флота контр-адмирала Ю. А. Пантелеева на лидере «Минск»), арьергард (флаг командира минной обороны Ю. Ф. Ралля на эскадренном миноносце «Калинин»). В этих отрядах шли и четыре эскадренных миноносца-»новика»: «Яков Свердлов» (главные силы)., «Артем», «Володарский», «Калинин» (арьергард).

Первый конвой снялся с якоря в 12 ч 18 мин. Отряд главных сил вышел в 16 ч. Корабли отряда быстро обогнали транспорты, и встали в голове далеко растянувшейся кильватерной колонны. Впереди шли пять тральщиков с выставленными тралами. Последним покинул Таллинский рейд арьергард. Кроме трех эсминцев типа «Новик» в составе арьергарда шли сторожевые корабли «Снег», «Буря», «Циклон» и в охранении — два торпедных катера и пять «морских охотников».

Весь путь до меридиана о. Кэри корабли непрерывно подвергались налетам вражеской авиации. Плотные минные поля противника пришлось форсировать в темное время суток. Ширина полосы, протраленной тральщиками, не превышала 3 кабельтовых, а кильватерная колонна транспортов и кораблей растянулась на 15 миль. При сносе корабля ветром или рыскании по курсу неизбежен был подрыв на мине. Опасность представляли и мины, подсеченные тралами и всплывавшие на фарватере. Катера не успевали их расстреливать. Так, крейсер «Киров» только за полчаса обнаружил пять плавающих мин. Иногда корабли проходили между двумя плавающими минами, и матросы отталкивали их от борта шестами и просто руками. Когда корабли вышли на траверз мыса Юминдамина, вражеские береговые батареи открыли по ним огонь из крупнокалиберных орудий. «Снаряды падали невдалеке от крейсера «Киров» и миноносцев, — пишет командир эсминца «Яков Свердлов» А. М. Спиридонов. — Попаданий нет. Эскадра прикрылась дымовой завесой, поставленной с эсминца. Вскоре стрельба прекратилась»366.

«Яков Свердлов» шел в охранении крейсера «Киров» на курсовом угле 60° левого борта, на расстоянии от него 5 кабельтовых. Примерно в 20 ч 30 мин крейсер «Киров» затралил правым параваном мину, но ее стало заносить к борту. Катастрофу удалось предотвратить, крейсер застопорил ход, трос паравана быстро обрубили. В этот момент прямо по курсу «Кирова» подорвался эскадренный миноносец «Гордый», а в 20 ч 36 мин раздался взрыв на эсминце «Яков Свердлов».

Вот как описывает эти события командир корабля А. М. Спиридонов: «Сзади мостика «Якова Свердлова» поднялся огромный столб пламени, пара и дыма. Все стоящие на мостике были сбиты с ног, часть вылетела за борт. Я упал лицом на телеграф, поставив последний на «Стоп», и на мгновение потерял сознание... Придя в себя и оглянувшись на корму, я увидел, что последняя оторвалась от носа (взрыв пришелся в районе первого торпедного аппарата). Нос корабля быстро погружался в воду. Корма переворачивалась и также поднималась вверх. Через 3—4 мин то, что раньше называлось мостиком, пошло к воде; я скомандовал оставшейся на носу команде (10—15 человек) идти в воду, что и было выполнено»367.

«Матросы, старшины и офицеры мужественно держали себя в воде, — вспоминает вахтенный офицер Н. К. Гордымов. — Глубинные бомбы, погружавшиеся в воду (предварительно подготовленные для атаки подводной лодки), начали взрываться, оказывая сильнейший гидравлический удар на людей. Часть свердловцев пошла на дно от их действия. В живых осталось немного... Оказал нам помощь «морской охотник» и доставил в Кронштадт»368.

Разорванный мощным подводным взрывом пополам, корабль ушел под воду менее чем за 5 мин. Так закончил свою долгую боевую жизнь эскадренный миноносец «Новик» — главный герой повествования.

В 22 ч 10 мин головной (в арьергарде) эскадренный миноносец «Калинин» (командир П. Б. Стасов) затралил параваном мину, которая взорвалась у борта. Корабль получил большие повреждения корпуса и носовой части, были выведены из строя почти все вспомогательные механизмы. Лишь благодаря усилиям экипажа эсминец удерживался на плаву еще в течение часа. За это время с него были сняты все моряки, в том числе получивший контузию командир арьергарда вице-адмирал Ю. Ф. Ралль. Так не стало еще одного «новика».

Первую партию раненых принял катер «МО-211», который направился к эскадренному миноносцу «Володарский». Когда катер уже подходил к кораблю, на нем раздался мощный взрыв — результат столкновения с миной. На эсминце сдетонировали боеприпасы, он быстро ушел под воду. Почти никто из экипажа не успел спастись.

В 23 ч 15 мин подорвался на мине и затонул эскадренный миноносец «Артем» (командир старший лейтенант А. Б. Сей).

Исключительное мужество и выдержанность в момент гибели эсминца проявили личный состав корабля и находившийся на мостике командир дивизиона Л. Н. Сидоров. В считанные минуты до погружения корабля он спокойно, с исключительной выдержкой отдавал последние распоряжения по спасению экипажа и не покинул ходового мостика.

Славные балтийские «новики» закончили свой боевой путь.

Таким образом, в Таллинском прорыве флот понес значительные потери, но основное боевое ядро корабельного состава было сохранено.


353 Морской атлас, т. 3, ч. 2, л. 22, карта «Б».
354 Там же.
355 В 1935—1936 гг. В. Ф. Трибуц — командир эскадренного миноносца «Яков Свердлов» (бывш. «Новик»).
356 Дважды Краснознаменный Балтийский флот, с. 192.
357 ЦВММ, рукописный фонд, сф/р-303, с. 41—43.
358 Там же, с. 46.
359 Там же, с. 48.
360 Там же, с. 49.
361 ЦВММ, рукописный фонд, сф/р-303, с. 50—51.
362 ЦВММ, рукописный фонд, В-12925, л. 16, 25.
363 Там же, л. 26.
364 Пантелеев Ю. А. Морской фронт. М., Воениздат, 1965, с. 125.
365 Трибуц В, Ф. Балтийцы вступают в бой, с, 21; ЦВММ, ф. 217, д. 7418, л. 65.
366 ЦВММ, рукописный фонд, № 18042, с, 2.
367 Там же, № 21088, с. 34.
368 ЦВММ, рукописный фонд, № 21088, с. 38.


<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 3197

X