Брантс и Люпс
Ян Люпс родился в 1667 г. в Менхенгладбахе. Когда ему исполнилось 18 лет, он покинул родной город. К 1690 г. Люпс появился в России как представитель Себастьяна Хоона, уроженца Бремена, обосновавшегося в Ярославле. После смерти Хоона в 1690 г. в Ярославле Люпс начал собственное дело в России и уже в 1694 г. стал одним из самых известных голландских купцов в Архангельске. Там у него был свой дом и собственный склад, именно он разместил у себя на ночлег царя Петра, когда тот прибыл в 1694 г. в северный порт. В Москве Люпс жил в Немецкой слободе. Там он женился в феврале 1698 г. на Сюзанне Хоон, дочери своего бывшего хозяина и его супруги Сюзанны ван дер Хулст. Его невесте, родившейся в январе 1682 г. в Ярославле, за две недели до свадьбы исполнилось 16 лет. У Яна Люпса и Сюзанны Хоон родилось четверо детей: Анна, Сюзанна София, Хендрик Госвин и Йоханна Катарина37.

В России Ян Люпс познакомился с Кристоффелем Брантсом. Оба они были примерно одного возраста и решили сотрудничать. В 1696 г. они купили у российской казны поташ. Без сомнения, именно они получали те ружья («фузеи»), которые Тесинг и Брантс в 1698 г. заказали в Амстердаме и затем прислали в Архангельск. Тем самым они заложили основу своей яркой предпринимательской карьеры в России. Вместе с Арнольдом Диксом они продолжали поставлять оружие царю, при этом Брантс и Люпс руководили делами в России, а право представлять их интересы в Амстердаме передали Эгберту Тесингу и Хендрику Эрмену, двоюродному брату Люпса, следившими за доставкой оружия на торговые корабли. Дикс часто уезжал в Россию, поскольку вел дела как там, так и в Амстердаме. В период между 1700 и 1705 гг. этот консорциум поставил царю по меньшей мере 4 тыс. ружей, 20 тыс. ружейных «замков», 15 тыс. ружейных стволов, 61 тыс. палашных «полос», 40 тыс. шпажных «полос», 5 тыс. палашных клинков, 30 тыс. шпажных клинков и драгунские седла38.

Благодаря хорошим отношениям с российским правительством Брантс и Люпс получили в 1699 г. двенадцатилетнюю монополию на закупку и экспорт овечьей шерсти. Однако российское правительство умело четко соблюдать приоритеты. Уже в 1703 г. привилегии были отозваны: шерсть оказалась необходима для суконной фабрики в Москве. Возможно, в качестве компенсации Брантс и Люпс получили в 1703 г. на откуп закупку и экспорт свиной щетины, который они и сохраняли до 1709 г. Помимо того, несколько раз в 1701-1704 гг. компаньоны отгружали зерно на суда для отправки его из России через Архангельск. Право на это они получили в качестве частичной оплаты за оружие, которое поставляли царю39.

Брантс жил в Архангельске во время ярмарки, а зимой - в Немецкой слободе в Москве, где он, вероятно, в 1703 или 1704 г. купил у вдовы Франса Тиммермана большой дом40. Когда путешественник и художник Корнелий де Бруин останавливался в 1701 г. в Архангельске, он несколько раз гостил у Брантса и Люпса: «То свободное время, которое у меня оставалось, я проводил в обществе господ Кристоффеля Брантса и Жана Люпа, которые старались всячески меня устроить с удобствами. Мы там играли, танцевали, ели и пили до поздней ночи, чтобы возбудить радость; чему господин Брантс немало способствовал, поскольку был знатоком и исполнителем музыки и искусно играл на клавесинах». Отношения Брантса с царем также оставались вполне сердечными. Когда 4 января 1702 г. по григорианскому календарю (по юлианскому календарю 24 декабря 1701 г.) после двухнедельного санного путешествия из Архангельска в Москву Брантс прибыл домой в Немецкую слободу, царь Петр со своей свитой на восьми санях приехал его навестить уже на следующий день. Двумя неделями позже начинались святки, называемые де Бруином «славы» («sla-waeien»), и ежегодные посещения царем его лучших московских и заграничных друзей в Москве и Немецкой слободе. Корнелий де Бруин был участником и свидетелем и этих визитов: «Сначала прибыли к господину Брантсу, куда двинулись с утра в девять часов примерно в числе 300 человек, часть на санях, часть же верхом. Здесь уже в полном порядке стояли накрытые столы и заранее заставлены были многими вкусностями и холодными закусками, которые вскоре сменились горячими блюдами. Люди были веселы и пили в свое удовольствие: до того момента, когда Его Величество в два часа, вновь в сопровождении свиты, отправились далее, к дому господина Люпса, и там прием был не менее хорош, а сами Величество еще весь вечер разъезжали, чтобы поприветствовать других господ»41.

В 1704 г. Брантс навсегда вернулся в Амстердам. В апреле 1705 г. он получил статус полноправного горожанина Амстердама и вскоре после того стал снимать за 1675 гульденов в год большой и красивый жилой дом с прилегавшей к дому каретной на пересечении Кайзерграхт и Волвенстраат, где ныне стоит дом номер 317. Месяцем позже его сестра Елена Брантс вышла замуж за брата Яна Люпса, Якоба Люпса. Кристоффель был шафером невесты. Как можно судить из объявления о предстоящем браке, невеста жила на Кайзерграхт. Возможно, она на короткое время переехала к брату. На Принсенграхт у Брантса имелось два склада: «Моско» и «Вологда». Он купил участок земли за городом на Вехте, напротив Нигтевехта, и около 1708 г. дал задание архитектору Симону Схайнфуту выстроить там усадьбу; свой загородный дом он назвал «Петербург». В 1712 г. Брантс выкупил за 36 тыс. гульденов и дом, который снимал на Кайзерграхт, став его полноправным хозяином42.

Люпс же остался жить в России. Вместе с Брантсом он продолжал поставлять крупные партии оружия царю, поддерживал в России контакты с российским правительством, заключал контракты, посылал своему другу в Амстердам почтой заказы с образцами оружия. Он же принимал в Архангельске отправляемое Брантсом оружие, доставлял его на место и рассчитывался за поставки. Брантс покупал заказанное оружие в Амстердаме и отправлял его в Россию. Ему помогал Дикс, который также время от времени наезжал в Россию43.

Сначала поставщиками оружия наряду с Брантсом, Люпсом и Диксом были и другие голландские торговцы, в частности Николас Ромсвинкель, Рудольф Мейер, Д. Каннегитер, Даниэль Хартман и Гиллес Клук. Однако после 1704 г. положение изменилось. С этого времени в импорте оружия чаще всего встречаются имена Брантса, Люпса и Дикса. В 1705-1709 гг., когда объемы импорта оружия достигли своего максимального объема, трое друзей являлись крупнейшими поставщиками оружия, действовавшими в России: на их долю приходилось примерно 80 % из 63 тыс. поставленных из-за рубежа ружей и ружейных стволов и 72 тыс. шпаг и шпажных клинков, а также примерно 70 % из 40 тыс. пистолетов. Они же были и крупными покупателями поташа, смолы, смольчуга и говяжьего сала в российской казне, нередко в обмен на поставки оружия44.

В 1708 г. между Брантсом и Люпсом начались разногласия. Брантс настаивал на том, чтобы он и его компаньон осуществляли поставки российскому правительству только на условиях предоплаты, однако Люпс продолжал заключать все новые контракты, хотя расчеты за уже поставленные партии еще не были произведены в условленное время. В 1710 г. дело дошло до разрыва. Люпс считал, что Брантс сам должен заставить российских чиновников выплатить ему его денежную долю, и Брантс в своих письмах Петру I начал настраивать царя против Люпса45. И в январе 1720 г. в письме русскому адмиралу Апраксину он жаловался на Яна Люпса, «который был когда-то моим лучшим другом». Теперь Люпс оказался обманщиком, из-за которого он, Брантс, понес большие убытки, так как остались неоплаченными счета за ружья, которые они в 1704-1710 гг. посылали на общие деньги из Амстердама. Брантс просил Апраксина поговорить об этом деле с президентом Военной коллегии князем Меншиковым, чтобы тот «положил конец обманным действиям этого наглого Яна Люпса»46.

После 1704 г. Брантс, вероятно, в Россию так и не вернулся. В России он был женат на Петронелле Орловской, но их брак был по неизвестным причинам в 1711 г. с разрешения царя расторгнут47. В 1714 г. он продал свой дом в Немецкой слободе в Москве московскому купцу Хендрику Бодиско. Это не означало, что Брантс прервал свои связи с царем. Напротив, он продолжал пользоваться высочайшим расположением. В знак признания заслуг Брантса царь посвятил его в рыцари. Это произошло 1 сентября 1712 г. в Грайфсвальде в Померании. А когда Петр I в 1716 г. приехал в Республику Нидерланды во второй раз, Брантс ожидал его в Амерсфорте и проводил высокого гостя в свой дом на Кайзерграхт. Там было устроено большое празднество, на котором присутствовали и члены магистрата. В августе 1717 г. царь вместе со своей супругой и свитой регулярно наведывался в усадьбу Брантса «Петербург», на Вехте, а 17 августа пожаловал ему наследственный дворянский титул. Брантс получил теперь право именовать себя ван Брантс. Через четыре дня Петр I пожаловал ему чин надворного советника и назначил резидентом в Амстердаме48.

Когда Великая Северная война была закончена, Брантс организовал 9 и 10 декабря 1721 г. в Кловенирсдулен в Амстердаме большой праздник, чтобы отпраздновать радостное для России событие. Весь город вышел смотреть на вечерний фейерверк, устроенный им на Биннен-Амстел49.

После развода с Петронеллой Орловской Брантс больше не женился. Он умер бездетным в ноябре 1732 г. в Амстердаме и был похоронен в лютеранской Круглой церкви. После него осталось состояние в 2 млн гульденов50.

После разрыва с Брантсом Люпс также продолжал оказывать услуги Российскому государству. Он поставлял российскому правительству крупные партии меди, а также западноевропейских золотых и серебряных монет, которые с прибылью переделывались в российские деньги. Помимо этого, Люпс переводил огромные суммы денег за границу по распоряжениям правительства, в частности для оплаты расходов российской армии за границей, и продолжал покупать у Российского государства крупные партии поташа, смолы, смольчуга, говяжьего сала51.

Люпс активно участвовали торговле на ярмарке в Архангельске. В 1710 г. он в основном продавал сукна и закупал пеньку. В тот год его ярмарочный товарооборот - закупки и продажа вместе -составил более 100 тыс. рублей. Из голландских купцов только Хендрик Бодиско вел торговлю в боле крупных масштабах: его товарооборот составил 125 тыс. рублей. Когда в 1713-1716 гг. российское правительство разрешило экспорт зерна, Люпс был готов сразу приступить к делу. Вместе со своим новым партнером Хендриком ван дер Хулстом он в те годы отправил за море ржи, пшеницы и ячменя на 116 тыс. рублей, в то время как другие иностранцы вывезли зерна в лучшем случае на сумму в 40 тыс. рублей. С ван дер Хулстом Люпс начал сотрудничать в России после разрыва с Брантсом52. Новый компаньон был, без сомнения, родственником жены Люпса, Сюзанны Хоон: фамилия ее матери также была ван дер Хулст.

В январе 1717 г. скончался бездетным брат Люпса, Якоб. В том же году Люпс вызвал из Везела в Москву Яна Люпса-младшего, своего крестника и тезку, второго сына своего старшего брата Петера, чтобы тот помогал ему и мог заменить дядю в случае его отсутствия. Его собственный сын, Хендрик Госвин, еще лежал в пеленках; вероятно, Люпс намеревался передать со временем дела Яну Люпсу-младшему, а самому взять на себя руководство делами в Амстердаме. Действительно, в 1718 г. он уехал из России в Республику, а Ян Люпс-младший взял на себя ведение дел в России53.

Люпс уехал из России втайне, покинув свою семью, и остался должен казне примерно 80 тыс. рублей. По этой причине его жена и дети не могли выехать из России. Сусанна Люпс уехала в Амстердам лишь в 1725 г., после смерти Петра I. В следующем году она послала императрице Екатерине письмо, в котором благодарила ее за возможность объединиться со своим мужем54.

В 1721 г. Ян Люпс купил дом «Империя» («het Keyserrijk») на Херенграхт в Амстердаме (ныне номер 136). В этом просторном доме он и жил до самой смерти, последовавшей в феврале 1738 г. Этот дом до конца века принадлежал различным представителям семейства Люпс55.





37 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 79. Демкин, Западноевропейское купечество 2 (1994) 74. Ковригина,'Иноземные купцы-предприни-матели' (1994) 208. Barleben, Geschichte 1 (1937) 122-124,140, Tafel А2, А4, В10. Elias, De vroedschap (1903-1905) 963.
38 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 78-79. Демкин, Западноевропейское купечество 2 (1994) 45,50. Kloetstra, Christoffel Brants (1993) 58, 60. Walstra, de Wilde,'Christoffel Brants (1989) 259-260. Захаров, 'Торговля' (1985) 207. Захаров,'Поставки' (1982) 55-58,63-64. Veluwenkamp, "'n Huis op Archangel" (1977) 134.
39 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 83. Kloetstra, Christoffel Brants (1993) 59. Захаров,'Торговля' (1985) 206-207. Uhlenbeck, Verslag (1891) 59, 77, 82-83.
40 Ковригина,'Иноземные купцы-предприниматели' (1994) 208. Walstra, de Wilde,'Christoffel Brants' (1989) 260. Amburger, Die Familie (1957) 199. GAANA 6625,8-11-1714, нотариус G.van der Groe.
41 De Bruin, Cornells de Bruins reizen (1711)17,21-22.
42 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 78-79. Walstra, de Wilde, 'Christoffel Brants' (1989) 261. Brugmans, Geschiedenis 3 (1973) 275. Barleben, Geschichte 1 (1937) 124,134.
43 Zacharov,'Jan Lups' (1997) 78-80. Захаров,'Поставки' (1982) 55.
44 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 79-81,83. Захаров, Западноевропейские купцы (1996) 119,219,221,228-230,244. Ковригина,'Иноземные купцы-предприниматели' (1994) 203-204,206. Захаров,'Торговля' (1985) 203,207. Захаров,'Поставки' (1982) 55. Zacharov,'Jan Lups' (1997) 82.
46 Bezemer, Een geschiedenis (1988) 444,466. Uhlenbeck, Verslag (1891) 214-215.
47 Barleben, Geschichte 1 (1937) Tafel B12.
48 Kloetstra, Christoffel Brants (1993) 86. Walstra, de Wilde, 'Christoffel Brants' (1989) 261-262.
49 Walstra, de Wilde, 'Christoffel Brants' (1989) 262.
50 Walstra, de Wilde,'Christoffel Brants' (1989) 261-262. Barleben, Geschichte 1 (1937) Tafel В12.
51 Zacharov,'Jan Lups' (1997) 83-84. Захаров,'Торговля' (1985) 198, 200.
53 Zacharov,'Jan Lups' (1997) 84. Захаров,'Торговля' (1985) 192. Barleben, Geschichte 1 (1937) 141, Tafel A2, AIO; 2 (1937) 436.
54 Zacharov, 'Jan Lups' (1997) 84. Захаров, 'Торговля' (1985) 192.
55 Wijnman, Roosegaarde Bisschop,'Beschrijving' (1976) 442. Barleben, Geschichte 1 (1937) 145, Tafel A2.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 5048

X