Итоги Прусской кампании для «старого режима»
   Пруссия понесла в кампании 1806 г. огромные потери, и они с трудом (в литературе приводятся цифры со значительными расхождениями) поддаются подсчетам: примерно 25 тыс. убитых и раненых, 140 тыс. пленных, а в руках победителей оказалось 2000 орудий, все вооружение прусской армии, огромное количество боеприпасов, провианта, которым можно было прокормить французскую армию в течение одной кампании, двадцать тысяч лошадей, не разрушенные первоклассные крепости. И все это произошло в течение одного месяца: Наполеон вступил в Пруссию 8 октября, а 8 ноября сдалась ее последняя крупная крепость Магдебург. Главное, после предвоенного взрыва патриотического воодушевления в Пруссии наблюдался полный упадок духа, он затронул не только войска, но и все государственные институты Пруссии. И так же как австрийский император после Ульма, 21 октября 1806 г. прусский король Фридрих-Вильгельм III вступил в переговоры с Наполеоном и предложил тому заключить перемирие. Но французский полководец не хотел давать передышку противнику, не остановил преследования, а лишь выдвинул настолько жесткие требования, что прусский король, даже не обладая волевым характером, счел за благо продолжить борьбу.

   Конечно, он мог это сделать, лишь опираясь на русские силы, тем более что Александр I, как только узнал о печальных обстоятельствах разгрома пруссаков, сразу подтвердил своему союзнику все ранее взятые на себя обязательства. Уже 16(28) октября 1806 г. в Гродно была подписана военная русско-прусская конвенция, по которой определялся порядок вступления русских войск на территорию королевства.

   Только примерно 15 тыс. пруссаков под командованием генерала А.В. Лестока оказались в Восточной Пруссии и смогли соединиться с русскими войсками, в конце октября вступившими на прусскую территорию. Но в распоряжении у прусского короля оставалась лишь небольшая часть восточной территории его королевства, а сам он к началу 1807 г. перебрался в пограничный с Россией город Мемель, но даже его казна по его просьбе была перевезена от греха подальше в Россию.

   Военная катастрофа Пруссии стала полным потрясением для всей Европы. Такого никто не ожидал – за один день крупнейшее европейское государство потерпело неслыханное поражение и фактически было поставлено на колени. Даже сам французский император ранее имел более высокое мнение о боеспособности своего противника. До 1806 г. он явно переоценивал военные таланты наследников славы знаменитого короля-полководца Фридриха II. Фактически на поверку Пруссия как государство оказалась мыльным пузырем. Лучше всех кратко и емко выразился по этому поводу знаменитый Генрих Гейне, и его слова любят приводить историки: «Наполеон дунул на Пруссию, и она перестала существовать». Война обнажила все феодальные пороки, как армии, так и прусского королевства, слишком долго жившего за счет памяти славного прошлого. Историк С.М. Соловьев даже позволил себе сделать уничижительное и ироническое замечание в этом ключе: «Труп, отлично сохранившийся в безвоздушном пространстве, рассыпался при выносе на свежий воздух»[72].

   Эта была не только военная победа над феодальной армией, Йена и Ауэрштедт стали приговором старому режиму. После Ульма и Аустерлица последовали события 14 октября 1806 г., и не только политику или феодальному правителю, но и любому здравомыслящему человеку, даже не вдаваясь в детали, стало ясно, что старый мир рушится. Наглядными примерами этого являлись повторяющиеся триумфы французского оружия над лучшими и сильнейшими армиями Европы. Необходимо было не просто что-то подправлять, но и задуматься, что и как делать дальше для сохранения старого мироустройства. Во всяком случае, в военной сфере не Аустерлиц 1805 г., а именно события 1806 г. поставили точку и подвели окончательные итоги развития линейной тактики. Что же касается Пруссии, то после страшной катастрофы, выпавшей на ее долю, это государство поневоле вынуждено было после окончания войны взяться за проведение реформ в самых разных сферах, в том числе и в военной области.



<< Назад   Вперёд>>