Винные откупа и казенная продажа соли при Екатерине II. Таможенная политика
Упомянутые выше, вновь вводимые сборы с капиталов не играли большой роли в пополнении государственной казны. Из налогов, так или иначе связанных с развитием товарно-денежных отношений, самыми важными были традиционные для России косвенные сборы: винные, соляные, таможенные, которым в правление Екатерины II уделялось самое пристальное внимание. Императрица и ее окружение в целом разделяли идеи, возобладавшие еще в царствование Елизаветы, об увеличении доли этих доходов в государственном бюджете. Но многое из того, что в свое время предлагал и внедрял граф П.И. Шувалов, требовало пересмотра, корректировки в соответствии с изменившимися условиями. В начале своего правления Екатерина II учредила несколько комиссий по изучению положения дел с продажей вина и соли. Было установлено, что несмотря на увеличение казенных доходов из-за повышения цены на вино, его продажа организована неудовлетворительно. Так, в 1754 г. владельцы винокурен предъявили к оплате пошлиной с клеймения кубы, которые могли в общей сложности выдать 3,9 млн. ведер продукции. А из казны в том году было продано всего 1,5 млн. ведер вина. Следовательно, около 2 млн. ведер разошлось в результате незаконной продажи частными лицами, с нарушением казенной монополии270. В торговле вином отсутствовал единый для всей страны порядок: где-то использовалась откупная система, где-то организацией продажи вина занимались посады и общины в лице их выборных органов, контроль со стороны государственных органов был слаб. Было решено использовать самый простой и надежный с точки зрения финансовых интересов казны способ — откуп. Вносимая откупщиком сумма представляла собой гарантированный доход казны. Общие принципы этой системы устанавливались манифестом от 1 августа 1766 г. и вводились в действие с 1767 г.271 Они действовали на протяжении всего екатерининского царствования и были подтверждены в «Уставе о вине», изданном в 1781 г.272

Организация торговли вином на основе откупной системы по своему замыслу была весьма продуманной. Во-первых, чтобы обеспечить полный контроль со стороны государства, все вино со всех заводов (казенных, частных) поступало в казенные магазины. Только здесь и нигде больше могли получать его откупщики для последующей продажи в народ. Это позволяло государству контролировать не только количество, но и качество продаваемого вина. Подмешивание дурмана в вино, плохая его очистка были тогда распространенным явлением. В связи с чем было велено принимать вино в казенные магазины целой комиссии с участием вице-губернатора и местных купцов, знавших толк в этом продукте. Контракты с откупщиками заключались раз в четыре года. При этом проводился торг, кто из желающих взять откуп готов внести наибольшую сумму. Откупщики (часто это была купеческая компания из нескольких человек) получали право вести торговлю на довольно обширной территории, обычно в пределах целой губернии. Им передавались все построенные казной здания питейных домов. Кроме постоянных заведений, откупщики во время ярмарок, народных гуляний могли устраивать временные точки по продаже спиртного, которые именовались «выставками». Казна возлагала на откупщиков и основную тяжесть борьбы с корчемством. Они получали право содержать специальную стражу, входить в любые дома, проводить конфискацию найденного «корчемного» вина. Могли проверять возы с товарами, проезжающие по их территории, правда, не разваливая их, а используя специальный длинный щуп. (Отсюда название одной из московских улиц — Щипок.) На дорогах, на въездах в город откупщики устраивали заставы. Дворяне могли производить вино для себя, угощать крестьян по праздникам (но только бесплатно), перевозить его из одного имения в другое, однако употреблять свое вино в городе им запрещалось. Поэтому при проезде дворян через город находящееся с ними вино откупщиками проверялось и опечатывалось.

Широкие права, предоставленные откупщикам, всегда высокий спрос на продаваемый ими товар обещали им высокие прибыли. Откупа доставались, как правило, крупным купцам, имевшим обширные связи с казной и при дворе. Среди винных откупщиков мелькают известные в XVIII в. купеческие фамилии Роговиковых, Яковлевых, Угрюмовых, Голиковых.

Забелиных. Цена на вино при продаже его потребителям устанавливалась правительством. С 1765 г. она равнялась 2 руб. 54 коп. за ведро., в 1769 г. повышена до 3 руб., а в 1794 г. — до 4рублей273. Откупщики не могли продавать вино дороже, следовательно, их прибыль зависела от масштабов торговли, рациональной организации, экономии на издержках, от их оборотистости и коммерческих способностей. Казна закупала вино для своих магазинов по ценам, которые колебались в зависимости от конъюнктуры, урожая хлебов, развития винокурения в данной местности, но в целом они были намного ниже тех, которые были установлены для продажи вина потребителям. Например, в Московской губернии в 60—70-х гг. вино заготовлялось по цене от 52 до 90 коп. за ведро. Прибыль, возникавшая в результате разницы цен поставки в казну и продажи в народ, превышала 2 руб. с каждого ведра. Она распределялась между казной и откупщиками, в зависимости от договора между ними, устанавливавшего величину откупной суммы и другие условия, причем каждая из сторон несла свои издержки. В целом же доходы от производства и продажи вина доставались дворянам, владельцам винокуренных заводов, богатейшим купцам, завладевшим откупами, и казне. То, что оставалось в казне за вычетом ее издержек, и было косвенным налогом с потребителей алкоголя.

Повсеместное введение откупной системы способствовало росту казенных доходов от винной монополии. В 1768 г. казна потратила около полутора миллиона рублей, а получила чистой прибыли более 5 млн. рублей. Однако постепенно доля издержек в полученной выручке возрастала. В 1795 г. казна затратила на вино 6,6 млн. руб., получила прибыли 17,5 млн. руб. В 1765 г. из каждых 100 руб., истраченных населением на вино, казна получала 80 руб., в 90-е гг. — только 56 рублей274. К концу века казна должна была гораздо больше тратить на заготовку вина по причине постоянно растущих цен, в первую очередь хлебных, на борьбу с корчемством и т.д. В подобных условиях издержки всегда растут быстрее, чем чистый доход. Для того, чтобы сохранить норму прибыли на уровне 60-х гг., правительству следовало постоянно увеличивать отпускную цену вина для народа. Однако эта возможность была ограничена платежеспособностью населения, которая была далеко не беспредельной, не случайно при каждом повышении цен на вино потребление его (по крайней мере в официальных питейных заведениях) существенно снижалось. Таким образом, переход к откупной системе сбыта казенного вина стимулировал рост этого важного дохода, поскольку многие издержки перелагались на плечи откупщиков. Но к кончу века действие этого фактора роста было исчерпано, и за счет винной монополии уже нельзя было существенно увеличить казенные доходы.

В течение всего правления Екатерины II сохранялась и казенная монополия на соль. Но здесь проводилась более щадящая ценовая политика. Осознав тяжесть налога на соль в связи с высокой ценой на этот продукт, Установленной в правление Елизаветы Петровны. Екатерина II, вступив на престол, распорядилась эту цену снизить с 50 до 40 коп. за пуд. В 1775 г. Пена была уменьшена еще на 5 коп. В результате продажа соли населению увеличилась, возрос и казенный доход. Продажа соли, в отличие от торговли вином, в значительной мере была сосредоточена в руках казны и ее органов. Добыча соли велась как частными солепромышленниками, иногда монастырями, так и на казенных промыслах. Вся добытая соль направлялась в казенные склады (магазины), откуда рассылалась по городам и весям и продавалась в специальных казенных лавках, именуемых «стойками». Руководство всем этим делом по-прежнему оставалось в руках Соляной конторы. Соль могли продавать и частные лица, но для этого они должны были приобретать ее в казенных магазинах по продажной цене, посему в их деятельности подрыва государственной монополии не было. Порядок продажи соли был закреплен в специальном Уставе о соли, изданном в 1781 г.275 Однако уже к началу 90-х гг. торговля солью перестала давать казне прибыль, наоборот, начала приносить убытки, которые покрывались за счет других косвенных налогов. Падение этих доходов обусловлено теми же общими экономическими причинами, что и сокращение прибыли от винной монополии: ростом цен, удорожанием издержек. Но в случае с солью свою роль сыграли также весьма низкая продажная цена, чрезмерно большие транспортные расходы.

В отличие от вина, которое производилось во многих губерниях центра России, соль добывалась преимущественно на окраинах (Соль Камская, соляные озера в низовьях Волги, Оренбургский край) и оттуда доставлялась в центр. Издержки множились и из-за сугубо бюрократической организации хранения, доставки и сбыта соли, осуществляемой Соляной конторой и ее органами на местах. Чиновник вовсе не был так заинтересован в прибыли и мог организовать дело на сугубо коммерческих началах как винный откупщик. В этих условиях правительство стало задумываться, а не отказаться ли вовсе от казенной монополии на соль и избежать хотя бы убытков. И в самом деле, в 90-х гг. в белорусских губерниях торговля солью была передана в частные руки. Тем не менее полностью отказываться от такой статьи дохода, как соляная монополия, государство не хотело. Но, чтобы она приносила прибыль, следовало значительно повысить продажную цену соли. Эта мера и была проведена, правда, уже в начале следующего столетия.

Во второй половине XVIII в. неоднократно пересматривался таможенный тариф, правда, не каждые пять лет, как обещала Екатерина II в начале царствования. Правительство понимало, что многие пошлины Тарифа 1757 г. чрезмерно высоки, как никогда широко распространилась контрабанда. В новом таможенном Тарифе, изданном в 1766 г., многие пошлины существенно снижались. Для этого тарифа характерен крайне дифференцированный подход к обложению товаров. Все они были разделены на 19 групп. Продукты и изделия, которые в России не производились, облагались невысокой пошлиной в 6%. Основная масса товаров, ввозимых из-за рубежа, облагалась умеренно высокой пошлиной в 20—30%. Сюда входили в основном такие товары, которые в достаточном количестве производились и на российских мануфактурах, но по качеству значительно уступали заморским. Заградительные пошлины в 200% вводились на железо и железные изделия. Эта отрасль была исключительно важна для тогдашней российской экономики и нуждалась в жесткой защите от конкуренции качественного металла и металлических изделий, в изобилии производившихся в западноевропейских странах. Столь же высокие ввозные пошлины в 200% вводились на предметы роскоши.

Кроме того, именно в таможенной политике наиболее очевидно отразилось влияние популярных тогда в Европе взглядов просветителей, физиократов, ратовавших за свободную торговлю, экономический либерализм. Эти идеи нашли свое выражение в очередном таможенном тарифе, изданном в 1782 г., который стал одним из самых умеренных в истории России. Основная масса товаров, доставлявшихся из-за рубежа, облагалась пошлиной всего в 10%. Лишь на некоторые изделия (чулки, кареты, отдельные виды шелковых материй) устанавливались протекционистские пошлины, но не выше 40%. Заградительных пошлин в 100% и более в этом тарифе нет вовсе276. Тем самым правительство, существенно ослабляя таможенную защиту российской промышленности, хотело подтолкнуть отечественные предприятия к более жесткой конкуренции с иностранными производителями, заставить их больше внимание уделять качеству продукции и экономии на издержках производства. Работа над очередным тарифом велась уже в 90-е гг. При этом учитывались не только фискальные и экономические соображения, но и сугубо политические. В 1793 г. были запрещены к ввозу в Россию все французские товары в связи с общеевропейской блокадой против революционной Франции. В 1796 г. новый тариф был составлен, и этот запрет был подтвержден. В отличие от Тарифа 1782 г. в нем были несколько повышены пошлины на ряд импортных готовых изделий, но большинство пошлин остались на прежнем уровне. Однако этот тариф так и не вступил в действие. Вступивший на престол в конце 1796 г. Павел I повелел издать новый тариф, который и вышел в следующем году. Он был разработан на основе Тарифа 1796 г., но увеличивал ввозные пошлины на вина и сахар, отменял запреты на ввоз французских товаров. Все же к концу XVIII в. протекционизм российской таможенной политики несколько усилился.

Несмотря на более умеренную тарифную политику, чем при Елизавете Петровне, таможенные сборы в правление Екатерины II постоянно возрастали, что было обусловлено неуклонным расширением внешнеторговых связей России, ростом товарооборота, повышением цен на импортные и экспортные товары. В 60-е гг. XVIII в. доход от таможенных пошлин составлял 2—3 млн. руб. ежегодно. К началу 90-х гг. он достигает 7 млн. руб. (в 1792 г. — 7,2 млн. руб.). Но в 1793—1795 гг. происходит существенный спад (до 5 млн. руб. ежегодно), обусловленный сокращением импорта в связи с революцией во Франции и мерами против нее277. Россия и раньше не закупала в большом количестве товары непосредственно во Франции, но много французских товаров до революции ввозилось при посредничестве английских, голландских, немецких купцов. Таким образом, в таможенной сфере в большей степени, чем при сборе всех других видов налогов, удавалось учесть и интересы развития промышленности, внешней торговли и даже внешней политики. Как косвенный налог таможенные пошлины

также были весьма специфичны. Как отмечал Н.Д. Чечулин, автор обстоятельного исследования о финансах эпохи Екатерины II, это был единственный из значительных налогов, который платили прежде всего верхи общества278. Тогда потребителями импортных товаров (заморских вин, шелковых и других ценных отменной выделки тканей, галантереи, предметов быта) являлись вельможи, придворные, наиболее зажиточные и просвещенные дворяне, богатые купцы. Покупая подобные товары по высоким ценам, они оплачивали из своего кармана большие ввозные пошлины, которые вносили в казну продавцы этих вещей. Для них это был своего рода налог на роскошь.



270 Чечулин Н.Д. Указ. соч. С. 154—155.
271 Сведения о питейных сборах в России. Ч. 1. СПб., 1860. С. 33.
272 ПСЗ-1. Т. 21. № 15321.
273 Сведения о питейных сборах в России... С. 34, 38, 61.
274 Чечулин Н.Д. Указ. соч. С. 172—173.
275 ПСЗ. Т. 20, № 14980.
276 Лодыженский К. История русского таможенного тарифа. СПб., 1886. С. 140.
277 Чечулин Н.Д. Указ. соч. С. 217—218.
278 Там же. С. 222-223.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2261

X