Налоговая политика Екатерины II: новые идеи и прежняя реальность
В середине и особенно во второй половине XVIII в. во многих европейских странах большое распространение получили либерально-экономические воззрения, в соответствии с которыми следовало предоставить предпринимателям и производителям больше свободы, способствовать развитию частной инициативы, росту предпринимательских доходов, часть которых должна изыматься государством в качестве налога. В связи с этим ещё больше внимания стали уделять косвенному обложению, задумались о податях, непосредственно зависевших от прибыли, величины капитала или имущества, об особых правилах налогообложения для купцов и промышленников. Встал вопрос об отмене всякого рода монополий, несовместимых с идеями свободной торговли. Потеря казенных доходов должна компенсироваться ростом налоговых поступлений в результате общего подъема благосостояния населения, увеличения доходов предпринимателей.

Эти идеи были весьма популярны и при дворе Екатерины II, нашли отражение в ее политике «просвещенного абсолютизма». Императрица стремилась уделять внимание косвенным налогам, положению купечества, активнее, чем прежние правительства, старалась расширить доходную часть бюджета за счет источников неналогового характера. Достаточно либеральной и умеренной была политика Екатерины II в таможенной и внешнеторговой сфере. Сразу после ее прихода к власти были упразднены многие откупа и монополии, в том числе таможенный откуп Шемякина.

Но подобные принципы нашли свое воплощение лишь в отдельных мероприятиях правительства Екатерины II в сфере налоговой политики. Многие из них остались лишь декларациями. Во-первых, они мало сочетались с незыблемо сохранявшимся в стране крепостническим режимом, откровенно продворянским курсом, особенно в области социальной и экономической политики. Во-вторых, во второй половине XVIII в. финансовые потребности государства неизмеримо выросли по сравнению с предыдущим периодом, и они не могли быть обеспечены только за счет отдельных новаций в налоговой политике и найденных правительством неналоговых источников дохода.

В то время Россия вела исключительно активную внешнюю политику, одержала победы в двух крупных войнах с Турцией, участвовала в целом ряде других военных кампаний. Была создана многочисленная и хорошо оснащенная армия, заслужившая славу сильнейшей в Европе. Это стоило казне огромных расходов, вело к перенапряжению бюджета. Больших денег стоили также крупные административные реформы, проводившиеся во второй половине XVIII в., освоение новых территорий. Для решения острых финансовых проблем правительство Екатерины II в 1769 г. впервые в истории России вводит бумажные деньги, получившие название ассигнаций. Они обращались наравне с серебряными деньгами и могли свободно на них размениваться. Но так как для покрытия растущих бюджетных расходов выпускались все новые и новые ассигнации, их курс быстро упал. Стоимость рубля ассигнациями становилась все меньше и меньше, чем рубль серебром. Еще одним средством пополнения бюджета стали внешние займы. В правление Екатерины II несколько таких займов было сделано в Голландии, впервые в истории России.

Безусловно, эти меры способствовали решению многих финансовых проблем, но для обеспечения всех постоянно растущих расходов казны их было явно недостаточно. По-прежнему большое внимание уделялось сбору прямых налогов и, прежде всего, важнейшему из них — подушной подати. В правление Екатерины II был усовершенствован и стал вполне устойчивым порядок ревизий и учета податных душ. Ей пришлось завершать третью ревизию, начатую при Елизавете Петровне в 1761 г. Тогда было решено не отправлять на места офицеров и генералов для контроля за ходом переписи, как это было в первых двух ревизиях. Ревизские сказки следовало подавать в местные канцелярии. Контроль за правильностью сообщаемых в сказках сведений возлагался на местные власти. Третья ревизия (а также и все последующие) учитывала и женское население. Правда, его численность не имела значения для определения величины тягла, эти сведения давали более полную картину о населении страны в целом, в отдельных провинциях, уездах, городах, волостях, о числе крепостных душ во владениях тех или иных помещиков.

В царствование Петра III перепись была приостановлена из-за опасения крестьянских волнений в связи с изданием в начале 1762 г. Манифеста о вольности дворянской, который освобождал дворян от обязательной службы государству. Брожение в народе вызвали слухи, что скоро последует какой-то указ о смягчении участи и крепостных крестьян. Летом того же года произошел переворот, в результате которого на престол вступила Екатерина II. В целом перерыв в ходе ревизии составил 15 месяцев. Тем не менее она завершилась уже в 1764 г. Всего было учтено 7 363 948 душ мужского пола (по второй ревизии — 6 614 529 душ)253.

В 1781 — 1782 гг. проводилась четвертая ревизия, в 1794—1795 гг. — пятая. Их проведение всецело возлагалось на местные власти, которым в обоих случаях потребовалось на всю работу немногим более года. Этому способствовали известные меры Екатерины II по реорганизации местного управления, созданию новых губерний, финансовых органов по всей стране, а также выработка единообразной для всей страны формы ревизских сказок. Сотни тысяч бланков таких сказок накануне переписи печатались типографским способом и рассылались по всем губерниям и уездам. В это время усиливается власть помещиков над своими крестьянами, и в связи с этим активизируется их торговля крепостными. Продав кого-то из своих крестьян, помещик тяготился уплатой податей за них, тем более, что они ложились дополнительным бременем на оставшихся у него крестьян. Идя навстречу пожеланиям помещиков, правительство в 1769 г. разрешило переводить подушную подать на покупателя крепостного с момента совершения сделки, не дожидаясь очередной ревизии254. Недаром уже упоминавшийся Павел Иванович Чичиков, уговаривая помещиков продать ему «мертвые души», обращал их внимание на то, что платить за них подати теперь будет он. Ревизии, проводившиеся при Екатерине II, показали дальнейший рост податного населения. По итогам четвертой ревизии числилось 12 838 тыс. душ, по пятой — 17 816 тыс. душ255. Столь значительное увеличение численности населения было достигнуто не только в результате естественного прироста, но и за счет присоединения новых территорий, распространения на них подушной подати. Это вело и к росту поступлений в казну. Однако в еще большей степени доходы от подушной подати возросли за счет повышения ставок этого налога.

Правительство Екатерины II, испытывая постоянную нужду в деньгах, несмотря на все новые веяния, более чем активно использовало старый и проверенный способ, повышая прямые налоги — подушную подать. Даже Елизавета Петровна, почти 20 лет незыблемо хранившая на одном и том же уровне ставки этой подати, все же в 1761 г., незадолго до своей кончины, увеличила оброк государственных крестьян с 40 коп. до 1 руб. В сумме их подушная подать составила 1 руб. 70 коп.256

Повышение оброчной подати с государственных крестьян определенным образом было тесно связано с ситуацией в помещичьей деревне. Во второй половине XVIII в. власть помещика над своими крепостными становится беспредельной, их оброки постоянно растут и уже далеко опережают четырехгривенный сбор с государственных крестьян, который вводился под предлогом, что те не платят оброков помещикам. Поскольку помещики повысили оброки со своих крепостных, то и государство считало себя вправе увеличить соответствующий сбор с государственных крестьян.

Вскоре контингент крестьян, зависимых от государства, существенно расширился. В 1762 г. Петр III издал указ о секуляризации земельных владений монастырей и иерархов церкви. Екатерина II, свергнувшая в том же году своего супруга с престола, была заинтересована в поддержке церкви и решила повременить с проведением этой реформы. Тем не менее в 1764 г. она издала свой указ о секуляризации церковных земель. Крестьяне, принадлежавшие монастырям, перешли под управление государства, специально созданной для этого Коллегии экономии и получили название «экономических». На них тут же распространился оброк в 1 руб., взимаемый с государственных крестьян. Но этого показалось мало и вскоре экономических крестьян обложили оброком в 1 руб. 50 коп., а вся подушная подать с них составила 2 руб. 20 коп. с души.

В 1768 г. начинается первая в правление Екатерины II война с Турцией. Оброк с государственных и бывших монастырских крестьян повышается до 2 руб., а вся подать —до 2 руб. 70 коп. В 1783 г. последовало новое увеличение подушной подати с государственных крестьян и опять за счет оброка, который составил теперь 3 руб., а общая сумма подати — 3 руб. 70 коп.257 В 1794 г. было решено «округлить» сумму подати, добавив еще 30 коп. Так, государственные крестьяне стали платить из расчета 4 руб. с души.

Павел I также уделил должное внимание подушной подати и тоже ее повысил. Здесь он следовал примеру своей матери. Своеобразие его позиции состояло в том, что он не стал стремиться к округлению, а в результате какого-то сложного подсчета в 1798 г. увеличил подать еще на 26 коп.258

В течение всей второй половины XVIII в. величина подушной подати неумолимо росла, причем весьма неравномерно по отношению к разным податным сословиям. Для государственных крестьян и близких к ним категорий она с 1760 по 1798 г. выросла с 1 руб. 20 коп. до 4 руб. 26 коп., то есть в 3,5 раза, а с учетом уменьшения реальной стоимости рубля в 2,4 раза. Подать помещичьих крестьян, к которой оброк не добавлялся, выросла с 70 коп. до 1 руб. 26 коп. Таким образом, основную тяжесть постоянно возраставшей подушной подати несли государственные крестьяне и близкие им категории, которые составляли, примерно, половину сельского населения страны. Именно они в большей степени, чем прочие сословия, оплатили блестящие внешнеполитические и военные успехи царствования Екатерины II. Прибавочный продукт труда крепостных крестьян все в большей степени присваивали помещики, постоянно увеличивавшие оброк в свою пользу. Да, они отдавали государству подушную подать со своих крестьян, и ее правительство также повышало, но весьма щадящими темпами. Кроме того, подать с души крепостного крестьянина была существенно меньше, чем подушная подать с крестьян государственных или посадских людей.

Постоянное повышение ставки подушного налога было главной причиной того, что далеко не всегда и не везде эта подать собиралась полностью. Ежегодно с податного населения не добиралось в среднем по 4% этого налога. По примеру Елизаветы Петровны Екатерина II была вынуждена объявлять о прощении недоимки, используя это и для укрепления своей популярности в народе. В 1787 г. по случаю двадцатипятилетия царствования Екатерины было велено не взимать недоимку, накопившуюся к 1776 г., сумма которой составила 5 млн. 170 тыс. рублей. Выплата недоимки за следующие десять лет в сумме около 7 млн. рублей растягивалась на ближайшие 20 лет. Но платежные силы населения были уже на пределе, в последующие годы недоимка растет еще быстрее. К 1793 г. она достигла 20 млн. руб., что составило треть годового бюджета империи259.

Как велось исстари, величина подушной подати для каждой семьи устанавливалась общиной в зависимости от ее имущественного положения или количества земли в ее пользовании. Во второй половине XVIII в. в связи с развитием товарно-денежных отношений, предпринимательства в сфере крупной и мелкой промышленности, транспорта весьма характерным явлением становится отходничество крестьян. В крепостной деревне крестьянина отпускал на заработки помещик, который выдавал ему соответствующий документ, именуемый паспортом. На государственных землях этот вопрос решала община, которая в любом случае должна была вносить установленную подать за ушедшего на заработки крестьянина. Отпуская отходника на длительный срок, например, на несколько лет, община требовала, чтобы за него в уплате податей поручился кто-либо из оставшихся в деревне. Если деньги от ушедшего на заработки по каким-то причинам не поступали, подать взыскивалась с поручителя. Случалось, что отходник отсутствовал слишком долго или вовсе где-то пропадал, а ручавшийся за него не мог вынести тяжести платежа, впадал в нищету и разорялся260.

Вместе с тем никто не отменял разного рода натуральных повинностей, которые государственные крестьяне и посадские люди выполняли по отношению к государству с незапамятных времен. Введенная при Петре I подушная подать заменила только основные денежные налоги. И во времена Екатерины II весьма тяжелой была дорожная повинность, особенно на Севере и в Сибири, где дороги протянулись на тысячи километров, через дремучие немереные леса, зыбучие болота, пересекали многочисленные большие и малые реки. Население здесь почти сплошь состояло из государственных крестьян, которые прорубали просеки, копали канавы, устраивали гати и мосты, ставили верстовые столбы. Так, крестьяне Матигорской волости Холмогорского уезда высылали на дорожные работы ежегодно по 300 человек261. Эта натуральная повинность сопровождалась и денежными расходами. С той же Матигорской волости собирали более 100 руб. на постройку мостов. Кроме того, крестьяне, которые не могли работать на строительстве дорог (например, потому, что их деревня была слишком далеко от места работ), платили деньги в качестве небольшого вознаграждения тем, кто трудился.

Сохранялась и подводная повинность, к которой привлекались в основном крестьяне сел и деревень, расположенных вблизи крупных дорог. Они перевозили казенные товары, провиант, заготовленный для войск, чиновников, следовавших по служебной надобности. При отбывании этой повинности крестьяне получали небольшую плату, средства для чего собирали с крестьян отдаленных деревень. Важной и тяжелой была постойная повинность, особенно для посадских людей центральных районов страны, где размещалась на зимние квартиры основная масса войск. Специальные казармы для размещения полков строились за казенный счет в то время только в Петербурге. Существовало и множество других служб, к которым привлекались крестьяне и горожане по мере надобности. Среди этих повинностей — строительство крепостей и военных складов, сопровождение арестантов и ссыльных, охрана казенных лесов от браконьеров и проч.262

Интересно, что по своим обязанностям по отношению к казне государственные крестьяне почти не отличались от основной массы городских жителей — посадских людей. И те, и другие отбывали в целом сходные повинности и службы по обеспечению различных потребностей государства. Подушная подать с посадских людей также состояла из основного налога и добавляемого к нему оброка. Но в отличие от государственных крестьян, их подушная подать была достаточно стабильной и в течение всего правления Екатерины II, как и прежде, оставалась на уровне 1 руб. 20 коп. с души. Лишь в 1769 г. в связи с началом русско-турецкой войны для части городского населения, принадлежащего к купеческим гильдиям, подать была увеличена до 2 рублей.263



253 Ден В.Э. Население России по пятой ревизии. Т. 1 // Ученые записки имп. Московского университета Юридического факультета. Вып. 21. М., 1902. С. 82, 91.
254 ПСЗ-1. Т. 18. № 13300.
255 Чечулин Н.Д. Очерки по истории русских финансов в царствование Екатерины II. СПб., 1906. С. 140.
256 ПСЗ-1. Т. 15. № 11120.
257 ПСЗ-1. Т. 21. № 15723.
258 Чечулин Н.Д. Указ. соч. С. 129.
259 Там же. С. 143-144.
260 Семевский В.И. Казенные крестьяне при Екатерине II // Русская старина. Т. 24. 1879, №2. С. 250.
261 Там же. С. 257.
262 Дружинин Н.М. Государственные крестьяне и реформы П.Д. Киселева. Т. 1. М., 1946. С. 47.
263 ПСЗ-1. Т. 18. № 13375.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 1759

X