2. Высадка японцев
22 апреля
(5 мая). Вчера хоронили с музыкой и большой торжественностью 26 японцев, павших в последнюю ночную атаку.

Получены сведения о появлении неприятельских транспортов перед Бицзыво — ожидают высадки и попытки порвать наши сообщения с севером. Все уверены, что если это и удастся, то ненадолго.

Сегодня, в 11 часов утра, уехал наместник на север, передав временное командование эскадрой начальнику своего штаба контр-адмиралу Витгефту, до прибытия вице-адмирала Скрыдлова, назначенного после смерти адмирала Макарова его заместителем. Скрыдлов пользуется славой лихого моряка, и все надеются, что с его прибытием вновь оживет морское дело.

Сегодня же отправили на север санитарный поезд с тяжелоранеными.

В городе некоторое возбуждение. Полагают, что высадка японцев встретит сильный отпор.

23 апреля (6 мая)
Сообщают, что японцы перехватили железнодорожный путь и мы отрезаны. На телеграфе приняли еще депешу в Петербург. Будто цела еще китайская линия, идущая отдельно от железной дороги.

Между Бицзыво и Талиенваном (у бухты Кинчан) японцы высаживаются, и, кажется, никто им не мешает.

— Пусть, — говорят, — высаживаются! А то нам не с кем будет воевать...

24 апреля (7 мая)
Сегодня уже не принимают депеш. Мы отрезаны. Но вечером получено известие, что японцы отступили от станции Пуландян — отошли на восток.
25 апреля (8 мая)
Прибыл американский военный агент из Ляояна. Значит, мы еще не совсем отрезаны. Почты нет: ни газет, ни писем. Говорят, с севера и отсюда, с юга, отправлены телеграфные техники для восстановления порванной японцами линии. Но чем тревожнее становится положение, тем меньше получается достоверных сведений — как будто на самом деле никто не знает, что именно происходит там, севернее Кинчжоу, куда двигаются японцы и сколько их.
26 апреля (9 мая)
Сегодня прорвался в Ляоян корреспондент «Русского слова» Немирович-Данченко. Предприятие рискованное, но удалось вполне. Навстречу ему шел поезд с боевыми припасами, который благополучно прибыл в Артур. Привезены кроме снарядов 16 пулеметов.

Чем дальше, тем труднее разобраться, что происходит на самом деле и что принадлежит к вымыслам. Сообщают, что японский отряд, повредивший мост у Пуландяна, потерял в стычке (по рассказам китайцев) около 20 человек, у нас убита 1 лошадь и взят один нижний чин в плен. Пуландян, по одним сведениям, сожжен японцами, по другим — своими, бросившими станцию на произвол судьбы. Там, говорят, грабят китайцы, по другим сведениям, они берут себе побросанные хозяевами вещи.

То, что поезд с амуницией мог пройти в Артур, доказывает, что путь не в руках японцев.

Ожидаем известий о первом сражении генерала Фока с японцами. Мы уверены, что северные наши войска уже двинулись на японцев, идут к нам в помощь, на выручку.

28 апреля (11 мая)
Как ни старался добиться толку, что такое представляет из себя Кинчжоуское укрепление, ничего не добился.

Одни говорят, что Кинчжоу69 укреплен так сильно, что японцам и думать нечего взять его. Там и окопы, и проволочное заграждение с волчьими ямами, и фугасы, одних орудий что-то около 64 штук. Другие говорят, что это очень слабая позиция, выбранная во время восстания боксеров, чтобы не допускать прорыва боксеров на Квантун, для этой цели вполне хороша, но чтобы противостоять современной, хорошо вооруженной армии, слаба. Орудия там большей частью старые, китайские70.

Предпринимаемые пограничниками и охотничьими командами разведки не выяснили ничего положительного. Одно теперь ясно — мы отрезаны с суши и блокированы с моря, пока нас не выручат долженствующие подоспеть с севера войска.

Вчера объявлен приказ генерала Стесселя:

«№ 168. Градоначальнику города Дальнего инженеру Сахарову мною даны необходимые приказания по приведению в надлежащий вид всего того, что необходимо по военным обстоятельствам.

Мирному населению городов Дальнего и Талиенвана спокойно оставаться на местах жить, так как им не угрожает никакой опасности от неприятеля».

Значит, наши опасения за участь Кинчжоу совершенно напрасны. Кто же может знать это лучше, как не начальник всего укрепленного района.

Следующие приказы генерала Стесселя не менее интересны.

«№ 170. Гражданскому комиссару предписываю принять все меры к тому, чтобы различные чины гражданского ведомства отныне не смели оставлять свои места без моего, всякий раз особого разрешения.

Из Бицзыво самовольно ушел начальник участка и весь служебный персонал, сняты были и телеграфные аппараты значительно ранее того, чем начал наседать противник. Все служащие будут привлечены к законной ответственности.

Гражданский комиссар ответствует за своих подчиненных.

Самовольно оставившего свой пост я тотчас предам полевому суду».

«№ 171. Гражданскому комиссару предписываю немедленно собрать старшин (китайских) и лично объявить им, что я желаю, чтобы китайцы продавали скот крепостному интендантству и в полки 4-й Восточно-Сибирской стрелковой дивизии по взаимному соглашению. Комиссару разработать этот вопрос и доложить мне не позже 29-го сего апреля.

При свободной продаже скота не нужна будет реквизиция».

Эти приказы удивляют очень многих. Никто не может понять, какую пользу мог принести начальник участка Бицзыво, оставаясь дольше на своем посту; он и так еле-еле успел убраться, увезти с собой все казенное имущество в то время, как японцы начали уже высаживаться. Нельзя же было ему думать бороться при помощи десятка казаков и стражников с целой японской армией — помешать ей высадиться! Казенное имущество и бумаги он отправил в Артур, а сам отправился в Северную армию, чтобы поступить в ряды своего драгунского полка.

Последний приказ тоже непонятен. Несмотря на то что неприятель только теперь высадился, — а ожидать должно было его много раньше, — весь скот Бицзывоского участка остается нескупленным и нереквизированным. По официальным данным, там находилось не менее 1500 голов быков, на самом же деле могло оказаться и больше. Неприятель может насесть в любую минуту, а мы все еще не торопимся обеспечить себя убойным скотом на случай, если бы могли оказаться отрезанными на более долгое время.

Но «с горки должно быть виднее».

30 апреля
(13 мая). Еще вчера попытались отправить поезд из Дальнего на север; поезд был полон публики, желающей избегнуть осады, преимущественно женщин и детей, конечно, более состоятельных, беднейшие не могли и думать об отъезде. Но севернее Пуландяна путь испорчен, и японцы открыли огонь по поезду; пришлось вернуться.

В бухте Керр, говорят, появились японские суда, видимо, японцы желают и там высаживаться.

Где и что именно происходит, что делает генерал Фок и где он даст сражение японцам, никак нельзя узнать, все официальные сведения туманны и противоречивы. Генерал Стессель объявляет, что неприятель оттеснен отрядом генерала Фока и что железнодорожная стража поставлена опять на своих местах. Между тем поезду из Дальнего пришлось вернуться.

Даже нельзя точно выяснить, кто именно взорвал мост и испортил железнодорожный путь — японцы ли или же наши пограничники (жел.-дор. стража).

— Вот так штука! Взяли да сами себя отрезали! — говорит почтенный сослуживец. — Захотелось быть отрезанными — пожить отдельно!..

Он не верит в то, что мы действительно отрезаны и что этого нельзя было избегнуть. Во мне таится лишь сильная уверенность, что все это ненадолго, что Северная армия выручит нас.

Привезли, говорят, нескольких раненых в стычках на аванпостах.


69 Современное написание Дзиньчжоу.

70 Вопрос, как были укреплены кинчжоуские позиции, удалось разъяснить не вдруг. Поэтому придется коснуться его несколько раз, пока получится более достоверный ответ на него.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 3183

X