Нижегородские полицмейстеры
В начале 60-х годов Городское полицейское управление находилось в верхнебазарном общественном корпусе, совместно с открывшейся в 1861 году Городской общественной библиотекой. В начале октября 1878 года, в связи с переустройством верхнебазарной корпус по Большой Покровской управление временно переводится в арендуемой городом дом на Варварской улице.

Как уже говорилось, в 60-е годы нижегородскую полицию возглавлял М.Н. Цейдлер, а с его уходом, у руководства с марта 1865 года вновь стал П.В. Лаппо-Старженецкий. Особую известность во второй период своей службы он получил благодаря организации борьбы с холерой летом и осенью 1866 года. Полицмейстер представил проект по устройству необходимого санитарного обеспечения города, который в дальнейшем помог избежать неприятных последствий эпидемии. Лаппо обустраивает пожарную команду, деятельность которой положительно оценил посетивший Нижний Новгород министр внутренних дел А.Е.Тимашев. Однако ему пришлось уйти с должности после рассмотрения так называемого «соляного дела» по растратам на сумму в 850 000 рублей. Резонанс был большой, об этом даже много говорилось в герценовском «Колоколе». Очевидными виновниками этого дела являлись действительный статский советник Вердеревский и пристав соляных запасов Терский, использовавшие полицмейстера в своих целях, который смотрел на поступавшие сигналы сквозь пальцы. За что он был арестован и отправлен в Санкт-Петербург1.

С 15 июля 1867 года исполняющим должность, а затем нижегородским полицмейстером становится Николай Густавович Каргер, который долгих двадцать четыре года (с 1867 по 1891 годы) исполнял эту должность, пользуясь доверием всех четырех губернаторов - А.Н. Одинцова, графа П.И. Кутайсова , Н.А. Безака и Н.М. Баранова.

Потомственный дворянин, лютеранин по вероисповедования, он родился в Прибалтике. Выпускник лесного межевого института, по выпуску в 1842 году командирован в Ливенское лесничество, а через год направлен в Нижегородскую губернию в Макарьевское лесничество. С Макарьевым связано у Николая Густавовича шестнадцать лет. Уволившись, он в 1861 году зачисляется в кадры МВД и назначается исправником Макарьевского уезда, а с 1866 года – директором Васильского тюремного отделения. И вот новое назначение.

Служба нового полицмейстера совпала с обострившейся криминогенной обстановкой в губернии. Скупые сведения губернских ведомостей отмечают следующее: с декабря 1863 по март 1864 годов в Нижнем Новгороде, Балахнинском и Семеновском уездах зарегистрировано двадцать четыре разбойных нападения, которые произошли в глухих местах и на больших дорогах, сопровождались применением огнестрельного оружия. Приняты исключительные меры, усилены обывательские караулы в селениях и на дорогах. Благодаря этому, в марте 1865 года грабежи прекратились. Особо выделялся случай с преступником Григорием Рузавиным, дядя которого Илья Рузавин был каторжанином. За поимку разбойника исправник Нижегородского уезда Воронин награжден орденом св. Владимира четвертой степени.

Однако снова стали беспокоить конные кражи. Только в феврале 1864 года в городе Нижнем Новгороде зарегистрированы двадцать три конокрадства. Для их предупреждения усиливаются ночные караулы, в которые ежедневно командируются до сорока человек из местного населения2.

Приходилось Каргеру выслушивать со стороны дворян и негодования на действия его подчиненных. Так, в 1868 году штаб - капитан Лебле в письме на имя полицмейстера жаловался на пристава, который ночью несправедливо задержал его сына. В этом инциденте нам интересно отношение жителя Нижнего Новгорода к полиции. Лебле с негодованием вопрошал: «Скажите мне, сделайте одолжение, какой злой дух тяготеет над нижегородской администрацией, что становятся милы и любы нашим властям одни только дураки? Известный дурак С- ский получает место частного пристава, и вот вам его подвиг. Невинный мальчик дворянской фамилии ни за что ни про что посажен на ночь к арестантам, а воры подламывают амбары, выставляют рамы; грабят денно и ночно и гуляют под покровом полицейских дураков свободно по городу». Разгневанный отец грозился предать этот поступок гласности через опубликования в печати и даже написать министру и «как можно рельефнее выставить всю тупость, глупость, мизерность, подлость и гадость нижегородской полиции». Однако дело закончилось миром: Лебле помирился с приставом и извинился перед полицмейстером3.

Несмотря на принимаемые меры, тем не менее, граждане продолжали делать нарекания на работу полиции. Впрочем, не только они, но и губернское начальство, Так, в протоколе губернаторской ревизии в 1877 году по нижегородскому городскому полицейскому управлению отмечалось: «В городском полицейском управлении губернатор отметил грязный вид помещения: полы, двери, оконные рамы. Стена печи, находящаяся в помещении библиотеки недопустима, т.к. печь расщелилась, дымит во время топки. Тут же лежат архивные дела. Арестантские помещения весьма неудобны. Камеры имеют вход за открытые галереи, со стороны мытного двора, очень сыры. Делопроизводство на недолжном уровне. Нет записей по хранению вещей. По уголовному столу замечаний не было, делопроизводство в порядке»4. После этого, видимо, по городу прошел слух об отставке полицмейстера. П.И. Мельников в письме к А.С. Гацискому спрашивал: «Каргер в управляющие к гр. Щереметеву, Воронков на его место? Так ли Это?»5.

Но Каргер устоял. Прошло несколько лет, и с ним произошел неприятный случай: избиение евреев на Нижегородской ярмарке в 1884 году. Об этом было сообщено едва ли не во всех центральных периодических изданиях. А вот что писали местные губернские ведомости: «Без ужаса нельзя читать описания происходивших событий в нижнем Новгороде. Разъяренная толпа бросилась без всякой причины на еврейские семейства, жившие в предместьях Кунавино. Девять жертв. Жило пятнадцать еврейских семей мирно, вражды не обнаруживалось. Очевидно, что выступление было подготовлено извне. Пусть закон определит положение евреев»6.

Но не все так было плохо. Как уже говорилось, при Каргере разрабатывается детальная инструкция городовым и ночным караулам. Под его руководством раскрывается много нашумевших убийств, фальшивомонетничества и пр. Кавалер многих государственных наград (двадцати российских и иностранных орденов), честный и порядочный чиновник, он оставил у нижегородцев приятную о себе память.

Осенью 1891 года Н.Г. Каргер оставляет должность, которую занял В.М. Курило-Сементовский. Полицмейстером он пробыл недолго, но проявил себя решительными мерами по совершенствованию розыскных мероприятий на ярмарке, регулированию транспортного сообщения в городе.

После его на полицмейстерскую должность 8 декабря 1894 года назначается представитель древнего аристократического рода князь Михаил Викторович Волконский. До этого он служил чиновником по особым поручениям при Киевском, Волынском и Подольском генерал-губернаторе графе А.П. Игнатьеве. В 1892-1893 годы подполковник кавалерии исполнял должность московского городского полицмейстера. В Нижнем Новгороде он ежегодно поощрялся губернатором, часто императором и членами императорской семьи за охрану порядка на ярмарке и во время посещений города высочайших особ7.

В конце октября 1895 года Волконский берет двухмесячный отпуск, а после него подает прошение о переводе на другую службу.

В этот период, в связи с положением «О чрезвычайной охране», пересматривается документация полицейской деятельности. Регламентируется роль полиции по проверке паспортов, обеспечении санитарного режима, правил пожарной безопасности, надзор за питейными учреждениями и пр.

В 1896 году нижегородским полицмейстером становится полковник Петр Яковлевич Яковлев, исполнявший с 1873 года должность исправника Нижегородской уездной полиции. Уважаемый городскими властями за безукоризненную исполнительность, требовательность и организаторские способности, он и на новом ответственном посту снискал большой авторитет.

Родившись в 1848 году в дворянской семье, он долгие годы своей жизни посвятил военной службе. Выйдя в отставку, армейский полковник получает должность помощника по особым поручениям при нижегородском губернаторе, становится нижегородским уездным исправником, а затем и нижегородским полицмейстером8.

Петр Яковлевич Яковлев был человеком глубокой нравственности. Не случайно он вел беспощадную борьбу с устроителями карточных и прочих азартных игр. По его предложение, Городская дума устанавливает за это наказание - три месяца тюрьмы или штраф в три тысячи рублей. Примечателен такой факт: Яковлев постоянно контролировал демонстрацию фильмов в городских кинотеатрах, чтобы не проникали на экран непристойные картины, ввел двухнедельный показ детских сеансов9. Когда в Нижний Новгород прибыл министр внутренних дел Д.С. Сипягин полицмейстер своим кратким и точным докладом произвел на него благоприятное впечатление. П.Я. Яковлев уделял много внимания совершенствованию службы конно-полицейской стражи. Следует отметить старание П.Я. Яковлева по обеспечению правопорядка в период проведения Всероссийских торгово-помышленной и художественной выставки 1896 года.

Он проявил заботу об увеличении штата полиции. За десять месяцев 1898 года из рядов нижегородской городской полиции уволилось более двухсот человек личного состава, что говорило о слабом материальном обеспечении полицейских и авторитете полицейской службы. По его подсчетам площадь города увеличивалась на 406.000 кв. сажень, а штат полиции оставался прежним, поэтому он просил его увеличить до двухсот пятидесяти человек и поднять денежное содержание полицейских служащих10.

Особую заботу полицмейстер проявил о профессиональной подготовке подчиненных. В октябре 1898 году при Губернском правлении начала работу школа урядников. Был прочитан курс «из 60 уроков». Преподавателями были помощник полицмейстера Л.П. Альбицкий, делопроизводители губернского правления Н.А. Невский и В.П. Серебровский, пристав конной стражи А.И. Чеховский11.

Правда, безупречный служебный небосклон полицмейстера был испорчен выговором, о чем речь пойдет выше.

П.Я. Яковлев скончался 19 февраля 1902 года. Граждане говорили о поборах в нижегородской полиции, а вот у семьи полицмейстера не нашлось денег для похорон. Вдова вынуждена влезть в долги, но Городская дума пришла на помощь и компенсировала их в сумме восьмисот рублей.



1 Нижегородские губернские ведомости. 1892. №43
2 Нижегородские губернские ведомости 1865. Часть неофициальная. №8. С.91-95
3 ДНГЦАК. Т. 1. С. 562
4 Нижегородские губернские ведомости. 1877. №10
5 ДНГУАК. Т.IХ. С. 227
6 Московские ведомости. 1884. №142; Русский вестник. 1884. №6. С.933-934
7 ЦАНО. Ф.5. Оп.49. Д.11623. Л.1-43
8 Коноплев Н. Полицмейстер из Нижнего Новгорода //Нижегородский рабочий. 2000. 1 ноября.
9 Лушин А.Н. Указ.раб. С.11.
10 Колябин В. Нижегородская полиция на рубеже веков. //«Курс». 1996. №43, 45/46.
11 Нижегородский листок. 1899. 14 апреля

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 187