Общие указания по использованию орудий

В августе 1916 г. приказом начальника штаба верховного главнокомандующего № 1042 было объявлено составленное Упартом руководство: «Свойства орудий и краткие указания для их применения», выдержавшее в течение одного года три издания, что указывает на большую нужду войск действующей армии в подобных изданиях (3-е издание было объявлено приказом наштаверха 13 сентября 1917 г. за № 184). Руководство это давало возможность ознакомиться с артиллерийскими орудиями, состоящими на вооружении армии, и было очень полезным пособием для общевойсковых начальников при решении вопросов о применении артиллерии и при постановке ей боевых задач, которые должны соответствовать основным свойствам имеющихся в их распоряжении орудий.

Составленное Упартом руководство о свойствах орудий включало в себя некоторые ценные указания об использовании артиллерийских средств с кратким перечнем задач для артиллерии и соответствующих этим задачам орудий, а также о скорости стрельбы из орудий.

При использовании артиллерийских средств борьбы предлагалось иметь в виду следующее:

1. Каждое орудие должно быть использовано согласно его свойствам. Только исключительная обстановка может заставить применить некоторые орудия не по прямому их назначению.

2. Орудия крупных калибров не следует применять тогда, когда задача может быть решена с тем же успехом орудиями более мелких калибров. Снаряды крупных калибров необходимо разумно экономить, так как чем крупнее калибр, тем труднее изготовление снарядов и орудий, тем труднее снабжение и питание боеприпасами.

3. Артиллерия должна получать задачи, соответствующие ее силам и числу снарядов, которыми она располагает.

4. Для установки на позиции и выполнения задачи артиллерия требует определенного времени, которое зависит от характера задачи и обстановки. Если такое время не дано, то сила огня артиллерии не может быть надлежаще использована.

5. При подготовке прорыва укрепленной полосы все батареи, в особенности крупных калибров, должны быть надлежаще установлены, должны обеспечить себе питание боеприпасами, связь и подготовить тщательно свою стрельбу. Только при этом условии возможно открыть огонь (по возможности одновременно со всех батарей).

6. Командный состав артиллерии должен принять все меры для установления наилучшего наблюдения, без которого содействие артиллерии остальным родам войск невозможно. Войска других родов должны охранять артиллерию и оказывать ей всемерное содействие для устройства путей и позиций, чтобы сохранить материальную часть артиллерии и ее личный состав, пополнение которых крайне затруднительно.

7. Помощь войсковых аэростатов, летчиков-наблюдателей, в особенности для батарей крупного калибра, крайне необходима.

8. Орудия крупных калибров по существу являются средством атаки, а не обороны. Поэтому при обороне и в период позиционного затишья применение орудий крупного калибра должно быть крайне ограничено и расходование снарядов этих орудий должно быть сокращено до наименьшего предела.

9. Нельзя требовать огня артиллерии во всех случаях и по тем целям, с которыми может и должна справиться пехота ружейным (пулеметным) огнем.

Боевые задачи, которые могут быть поставлены артиллерии, и назначение орудий, соответствующих этим задачам, перечислены в табл. 7.

Таблица 7. Перечень задач для артиллерии и соответствующих этим задачам орудий

Задачи — цели для стрельбы артиллерии Наиболее соответствующие им орудия
А. Прочные постройки и окопы  
1. Наиболее прочные постройки из бетона или железа в крепостях или укрепленных узлах. а) Гаубицы: 12-дм. (305-мм) Обуховского завода, 12-дм. (305-жм) Виккерса и 11-дм. (280-мм) Шнейдера; 8-дм. (203-мм) Виккерса и 20-см японские обр. 1912 г.
б) Береговые мортиры: 11-дм. (280-мм) и 9-дм. (229-мм).
в) Пушки: 9-дм. (229-мм) и 10-дм. (254-мм) береговые (по вертикальным целям, а по горизонтальным — лишь за неимением гаубиц или мортир и с дистанции, имеющей угол падения больше 18°).
2. Прочные постройки из бетона — убежища, укрытые 2–4 м земли, и прочные блокгаузы в крепостях, укрепленных узлах и оборонительных полосах. а) Указанные выше гаубицы, береговые мортиры и пушки, и кроме того:
б) Пушки: 6-дм. (152-мм) в 120 пуд., 190 пуд. и 200 пуд., 6-дм. (152-мм) осадные скорострельные Шнейдера (последние преимущественно по вертикальным целям, а по горизонтальным — лишь за неимением или недостатком других подходящих орудий, причем угол падения должен быть больше 18°).
в) Гаубицы: 6-дм. (152-мм) скорострельные полевые тяжелые и крепостные.
3. Окопы укрепленной полосы с блиндажами полевого типа, козырьками и пулеметными гнездами. а) 152-мм пушки и гаубицы, указанные выше в п. 2 «б» и «в», и кроме того:
б) Гаубицы: 48-лин. (122-мм) и 45-лин. (114-мм) английские, 15-см и 12-см Круппа, 10-см австрийские (последние четыре по наиболее слабым участкам и ходам сообщения).
в) Мортиры: 6-дм. (152-мм) полевые обр. 1883 г. Энгельгардта.
г) При наличии орудий, указанных в п. 1, их применяют для разрушения главнейших и сильнейших пунктов атакованного участка.
4. Окопы полевого типа в маневренных полевых боях. а) Гаубицы: 6-дм. (152-мм) полевые и крепостные, 48– и 45-линейные (122-мм и 114-мм) полевые, 10-см австрийские (последние две гаубицы значительно слабее прочих).
б) Мортиры: 6-дм. (152-мм) полевые обр. 1883 г.
в) Пушки: все полевые легкие и полевые тяжелые, при стрельбе гранатой косым или фланговым огнем.
Б. Артиллерия а) Пушки: 3-дм. (76-мм) скорострельные легкие и горные; полевые легкие и батарейные 3,4-дм. (86,4-мм) и 4,2-дм. (107-мм) обр. 1877 и 1895 гг., 42-лин. (107-мм) скорострельная обр. 1910 г. и старые обр. 1877 г., 10,5-см и 120-мм французские.
По наиболее дальнобойной, крупной и вредящей нам артиллерии: 120-мм Обуховского завода (системы Виккерса), 6-дм. (152-мм) в 200 пуд., 6-дм. (152-мм) и береговые Канэ, 6-дм. (152-мм) осадные скорострельные Шнейдера.
По артиллерии исключительной силы (например по 42-см германским гаубицам) 10-дм. береговые (254-мм) в 45 калибров.
б) В случаях, когда нет указанных пушек, или когда гаубицы свободны от решения задач по разрушению блиндажей и окопов, применяют 152-мм, 122-мм, 114-мм и 10-см гаубицы и 152-мм пушки в 120 или 190 пуд.
В. Пулеметы а) Пушки: 3-дм. (76-мм) скорострельные полевые легкие и горные, 3-дм. (76-мм) штурмовые, 37-мм, 40–, 47– и 57-мм.
б) Пулеметы разбивают и попутно при разрушении окопов.
Пулеметы, расположенные в прочных постройках, разбивают орудиями более крупных калибров, соответствующими прочности укрытий.
Г. Проволочные заграждения а) Пушки: 3-дм. (76-мм) полевые легкие и горные, 3,4-дм. (86,4-мм) полевые легкие обр. 1877 и 1895 гг.
б) Гаубицы: в том случае, если заграждения, укрытые скатом и недоступные для отлогой траектории пушек, — 122-мм и 114-мм полевые легкие, 10-см австрийские и 12-см Круппа. За неимением этих гаубиц можно, как особое исключение, применить: 152-мм скорострельные гаубицы или 152-мм пушки в 120 пуд. обр. 1877 г. и 15-см гаубицы.
Д. Открытые живые цели а) Все орудия, имеющие шрапнели.
б) Преимущественно полевые легкие и горные пушки, а также 3-дм. (76-мм) штурмовые, 37–, 40–, 46– и 67-мм.
Е. Самолеты а) 3-дм. (76-мм) противосамолетные пушки обр. 1914 г. (системы Тарновского и Лендера).
б) 3-дм. (76-мм) скорострельные полевые легкие пушки обр. 1900 и 1902 гг., помещенные на особые установки.
Ж. Аэростаты Пушки: 42-лин. (107-мм) скорострельные обр. 1910 г., 120-мм французские.

В руководстве «Свойства орудий» даны были следующие основные указания о скорости стрельбы из орудий:

1. При планировании предполагаемой операции необходимо принять во внимание не только количество боевых припасов на каждое орудие в зависимости от задания, но и время, необходимое для развития такой скорости стрельбы, которая не должна вредить исправности материальной части.

2. Скорость стрельбы из орудий обусловливается не столько скоростью заряжания, наводки и условиями наблюдения отдельных выстрелов, сколько необходимостью сбережения материальной части, самого тщательного надзора за ней и состоянием боевых припасов. Это совершенно необходимо потому, что, как показал опыт боев, выход орудий из строя от собственной стрельбы настолько велик, что с первых же часов боя значительно ослабляет силу огня батарей, вызывает стремление увеличивать скорострельность оставшихся орудий и совершенно нарушает сделанные предположения и расчеты.

На основании опыта боев лета. 1917 г., принимая во внимание изложенные указания, были составлены данные о скорости стрельбы из орудий, приведенные в табл. 8.

Таблица 8. Данные о скорости стрельбы из орудий

Название орудий Время между двумя выстрелами из одного орудия в минутах
при нормальной скорости стрельбы для развития максимальной скорости огня
Пушки    
6-дм. (152-мм) осадная Шнейдера 6 3
155-мм французская 6 4
6-дм. (152-мм) Канэ 6 3
6-дм. (152-мм) в 200 пуд 6 4
6-дм. (152-мм) в 120 пуд 6 4
5-дм. (127-мм) 60-фунт. английская Виккерса 6 4
120-мм Обуховского завода 6 4
120-мм Виккерса 6 4
42-лин. (107-мм) скорострельная обр. 1910 г. 4 2
42-лин. (107-мм) обр. 1877 г. 6 4
3-дм. (76-мм) полевая легкая, конная и горная 2 1
Гаубицы    
12-дм. (305-мм) обуховская обр. 1915 г. 10 10
12-дм. (305-мм) Виккерса 10 10
11-дм. (280-мм) Шнейдера 10 10
9,2-дм. (234-мм) английская Виккерса 10 10
8-дм. (203-мм) английская Виккерса 8 8
6-дм. (152-мм) английская Виккерса 6 3
8-дм. (152-мм) полевая и крепостная 4 2
48-лин. (122-мм) полевая 3 2
45-лин. (114-мм) полевая английская 3 2

Данные в табл. 8 для нормальной и максимальной скорости огня предлагалось использовать таким образом, чтобы:

а) все расчеты велись на указанную в таблице нормальную скорость стрельбы;

б) для орудий калибра 152 мм и ниже в некоторых исключительных случаях рассчитывать на максимальную скорость огня, не превышая указанной в таблице;

в) в случаях непредвиденных, когда по ходу операции является необходимость наиболее мощного действия артиллерии и такое действие не может быть иначе осуществлено, как только увеличением скорости огня, допускать таковую до предела скорострельности системы, однако всемерно соблюдая те требования, которые обеспечивают сохранность материальной части, и притом пользуясь такой скорострельностью лишь самое короткое время;

г) для полевых орудий (76-мм, 114-мм и 122-мм) по окончании подготовки с началом пехотной атаки максимальная скорость стрельбы определялась тактической обстановкой, а не обязательно указанной в таблице.

Первая мировая война дала немало примеров злоупотребления скорострельностью орудий, приводившего в результате к преждевременному износу каналов орудий. Особенно часто наблюдалось значительное понижение балистических качеств 76-мм полевых пушек вследствие весьма плохого обращения с ними, неизбежного при чрезмерно скорой стрельбе в связи с общим понижением тщательности ухода за орудием в условиях военного времени.

В самом начале войны, в августе — сентябре 1914 г., в ГАУ стали поступать донесения о том, что войсковые начальники требовали от артиллерии такой продолжительности и скорости стрельбы, что в результате «случайно падавшая на тело орудия шапка орудийной прислуги загоралась, как в печке».

Русская 76-мм полевая пушка, с которой вступили в войну, являлась лучшей и могущественнейшей представительницей орудий этого рода и обладала исключительными балистическими качествами вследствие своей огромной начальной скорости — 588 м/сек. Но такая начальная скорость достигается ценой больших давлений (до 2300 ат) и высокой температуры в канале орудий, которые и сами по себе служат достаточной причиной износа канала. Тем не менее, если обращение с пушкой в смысле должного ухода за ней и недопущения бессмысленно частой стрельбы (т. е. при правильном режиме огня) надлежащее, то она оказывается очень выносливой.

Например, на главном артиллерийском полигоне были пушки, выдержавшие свыше 10000 выстрелов, оставаясь удовлетворительными по меткости и не требуя замены ствола.

При том безобразном обращении с орудиями, какое стало наблюдаться в армии, в особенности с выбытием кадрового личного состава, орудия выдерживали менее половины высшего предела количества выстрелов. Поэтому из осторожности рассчитывали на то, что пушка в среднем может выдержать не более 4000–5000 выстрелов. Пределом понижения балистических качеств, за которым пушка признавалась неудовлетворительной, считался тот, при котором на дальность около 2–3 км получалось уменьшение средней дальности около 10%, что соответствовало уменьшению начальной скорости около 5%.

Этим именно и руководствовались войсковые комиссии из артиллеристов, осматривавшие орудия на фронтах. Но эти комиссии могли судить о степени меткости осматриваемых орудий только на основании опроса личного состава, что являлось недостаточным, так как, во-первых, признак потери меткости очень трудно уловим даже для опытного глаза на дальностях свыше 2–3 км, на каких производилось большинство стрельб в боях; во-вторых, таких «опытных» глаз оставалось в батареях все меньше и меньше; в-третьих, при той частоте огня, которая стала обычной, не было возможности следить за каждым своим выстрелом с той тщательностью, как к этому приучали артиллеристов в мирное время. Наконец, личный состав батарей иногда умышленно скрывал плохое состояние своих пушек, опасаясь, что в случае забракования пушки отнимут, дадут же взамен другие не скоро, и если дадут, то, судя по бывшим примерам, не новые, а исправленные и почти такие же, как и забракованные.

В результате войсковые комиссии, соглашаясь с хозяевами орудий, часто признавали орудия годными к дальнейшей боевой службе, хотя состояние каналов их стволов было далеко ненадежным.

Только в июле 1916 г. приказом ставки300 были объявлены к руководству составленные Упартом «Указания для выбраковки и разделения на категории каналов орудийных стволов», на основании которых производился в дальнейшем осмотр орудий как войсковыми комиссиями, так и специалистами, командируемыми в батареи Упартом.

Одна из таких комиссий с представителем Упарта, осматривавшая материальную часть артиллерии особой армии в конце 1916 г., засвидетельствовала в своем обстоятельном отчете, что одной из причин прогрессирующего падения стойкости орудий является «усиленная, продолжительная и скорая стрельба орудий, сопряженная с сильным их разгорячением — до красного накаливания ствола».

Такое злоупотребление скорострельностью орудий, приводившее к значительному сокращению срока службы орудий, совершенно недопустимо. Артиллерийские начальники, сколько-нибудь грамотные в своем деле, не позволили бы себе подобного варварского насилия над пушкой без крайней к тому необходимости; но под давлением категорических боевых приказаний малосведущих в артиллерии общевойсковых начальников, требующих непрерывной стрельбы целыми часами всякого рода «ураганными», «барабанными» и тому подобными огнями, такая форсировка, оправдываемая боевой обстановкой лишь как редкое исключение, стала общим правилом. В результате во время войны, в особенности в ее начале, нередко наблюдалось, что вследствие такой стрельбы портились орудия, а пехота, приучаемая к оглушительному, хотя бы и малорезультатному, грохоту орудий, без него не двигалась вперед. Да и сама артиллерия при этом утрачивала необходимое хладнокровие, точность наводки, бережное обращение со своей пушкой и тщательность наблюдения своих выстрелов, а иногда даже выказывала равнодушие к получаемым результатам своей стрельбы, как бы довольствуясь произведенным звуковым эффектом.

В 1916 г., по инициативе полевого генерал-инспектора артиллерии, решено было положить этому конец. Из штаба верховного главнокомандующего стали посылаться войскам отдельные указания, сведенные затем Упартом в часть II «Общих указаний для борьбы за укрепленные полосы», изданных в мае того же 1916 г. и переработанных в 1917 г. в уставное «Наставление для борьбы за укрепленные полосы», часть II.

В ст. 132 этого «Наставления» (часть II, артиллерийская) указано: «Должно вывести из обихода «ураганный» и подобные ему виды огня, порождаемые неспокойным состоянием духа».301

«Стрельба без ясно поставленной цели — преступная трата снарядов».

К 1917 г. Упартом было установлено, что для ремонта расстрелянных 3-дм. (76-мм) полевых пушек «перестволением» требовалось ежемесячно по 480 новых ствольных орудийных труб, т. е. приблизительно 6% от наличного числа всех пушек, состоявших в то время на вооружении батарей полевой легкой и конной артиллерии, сверх требующихся на ежемесячное пополнение убыли новых полевых пушек в количестве около 5% от наличного их числа.302

Не только артиллеристам, но и общевойсковым начальникам следует всегда иметь в виду, что все артиллерийские орудия, особенно скорострельные с большой начальной скоростью, подвергаются быстрому изнашиванию, и тем быстрее, чем крупнее калибр.

По французским данным,303 стволы орудий должны заменяться приблизительно после следующего количества произведенных выстрелов, если при стрельбе не было особенного злоупотребления скорострельностью орудий:

для 75-мм полевой пушки 8 500 выстрелов
для 155-мм гаубиц 7 000 выстрелов
для 155-мм пушки большой мощности системы Филу 3000 выстрелов
для 305-мм орудий 1000 выстрелов
для орудий более крупных калибров несколько сот выстрелов на орудие

Во время войны износ 75-мм французских полевых пушек от скорой стрельбы, потребовавшей замены стволов, выражается в следующих цифрах: в 1915 г. — 1350 пушек,304 в 1916 г. — 5300 пушек; с июля 1917 г. по сентябрь 1918 г. потребовалась замена стволов почти полностью у всех 75-мм полевых пушек.

Главной причиной значительного ускорения износа орудий было применение почти исключительно настильной стрельбы французской артиллерией, что в свою очередь вызвало гораздо больший расход стали и пороха, чем это могло бы потребоваться при применении навесной стрельбы.

По этому поводу генерал Гаскуэн в своем труде «Эволюция артиллерии во время войны» писал: «Легко вычислить, что если бы применять для стрельбы 75-мм снаряды с уставным уменьшенным зарядом в количестве только 50%, то ежедневно можно было бы получать экономию в 25 т пороха. Это очень важно, если подумать о том, что расточительные траты пороха влекут за собой хлопковый кризис, кризис в отношении спирта и сахарной свеклы, которые частично идут на изготовление пороха».

Германцы, как пишет генерал Ф. Кюльман,305 применяя большей частью орудия с крутой траекторией, добились значительной экономии пороха. Они получили также экономию по стали, так как при малых начальных скоростях легче было допустить использование снарядов, изготовленных из чугуна или из стали менее высокого качества, и возможно было более сберечь стволы орудий от износа.

По мнению генерал Кюльмана, германцы могли бы «при их системе артиллерии, стреляющей навесно, выбрасывать количество снарядов, по тоннажу равное» французскому с ежедневной экономией пороха «примерно от 35 до 40 т».

«Странно, — пишет Ф. Кюльман, — что будучи наименее богатыми в отношении промышленных ресурсов, мы упорно отстаивали систему артиллерии, наиболее разорительную, систему наибольшего промышленного истощения.

Если бы эта система артиллерии с отлогой траекторией давала возможность лучшего действия по объектам противника, то против нее нельзя было бы возражать, но максимальный заряд не увеличивает точности, а напротив — ее уменьшает, и так как, кроме того, цели у германцев в большинстве случаев располагались в низинах, находились за отвесными закрытиями или на обратных скатах, то к значительной себестоимости настильной стрельбы часто прибавляется еще ее меньшая эффективность».


300 Приказ ставки 27 июля 1916 г. № 1013.

301 Примечание к ст. 132: «В обход этого указания изобретают названия «интенсивный», «напряженный», «барабанный» и тому подобный огонь.

302 См. «Боевое снабжение», т. I, изд. 2-е, стр. 181–184.

303 Ф. Кюльман, Тактика артиллерии, т. I, перев. с французского, ГВИЗ, 1939 г., стр. 50–52.

304 Данные относятся к 75-мм пушкам не только с износом, но и с раздутием стволов.

305 Ф. Кюльман, Тактика артиллерии, т. I, перев. с французского, ГВИЗ, 1939 г., стр. 50–52.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 3771