Ли Хунчжан
   За последние 40 лет китайской жизни центральной личностью, которая влияла на ход событий в Китае и с которой иностранцам приходилось более всего считаться и бороться и имя которой останется одним из самых замечательных в мировой истории, оказался сын бедного селянина Цао, проживавшего в одной из южных провинций Китая. Знатный мандарин Ли из города Ховей, провинции Аньху, усыновил этого Цао, который с того времени стал носить фамилию своего воспреемника, поступил на службу и был уездным начальником чжисянь. Весной 1823 года у этого бедного чиновника родился сын – будущий государственный канцлер империи. Молодой Ли Хунчжан, вместе со своими братьями, учился в ямыне отца и выказал скоро такие способности и успехи в знании китайской учености, что уже 24 лет был удостоен степени академика Ханьлин.

   Во время восстания тайпинов он был одним из секретарей у известного мандарина Цзэн Гофана, а затем в своей провинции Аньху собрал отряд добровольцев, которыми стал командовать. Ли Хунчжан оказался не только весьма ученым мандарином, но и храбрым воякой. Из его отряда была образована Хуайчуньская бригада, которой впоследствии всегда пользовались при усмирении беспорядков в Китае.

   Во время восстания он был назначен даотаем в Фуцзян и затем провинциальным судьей в Цзянси. Но его самым серьезным и ответственным постом в то время было назначение губернатором (футай) в провинцию Цзянсу в 1862 году.

   Восстание тайпинов в этом году принимало все большие размеры. Ever Victorious Army («Всегда Победоносная Армия») англичан заняла Кадин, чтобы подавить бунт, и цзянсуский футай Се стал устраивать экспедицию на Цайцан. Так как Се не отличался быстротою и решительностью действий, то на его место и был назначен Ли Хунчжан футаем, и в течение многих лет он был известен европейцам как Ли-футай. Человек, уже тогда привыкший управлять и распоряжаться людьми, столкнулся с такими деятелями, как Ворд и Гордон. Ворд, американец по происхождению, искатель приключений, но способный и честный малый, воодушевленный благородными побуждениями, был, к несчастью, убит в том бою, в котором был снова отбит у бунтовщиков город Цзыки, возле Нинпо. Военный инженер-капитан при английском экспедиционном отряде – впоследствии знаменитый английский генерал Гордон был назначен на место убитого главным командиром «Всегда Победоносной Армии», состоявшей из разных любителей приключений всяких национальностей и содержавшейся на счет китайского правительства. Как военный – Гордон был храбрый офицер без страха и упрека, и ему пришлось испытать много затруднений с лукавым и ловким Ли Хунчжаном.

   Первые неприятности возникли из-за неаккуратной уплаты жалованья иностранной армии. Гордон долго терпел и, наконец, объявил Ли Хунчжану, что если подобные порядки в уплате денег будут продолжаться, то он выведет из Китая вверенные ему войска и сложит с себя свои обязанности. Угроза Гордона подействовала, но, как передает рассказ, Ли Хунчжан стал с того времени непримиримым врагом английского командира.

   Великий наставник наследника престола, великий ученый дворца «Расцвет литературы», великий инспектор торговли Северного океана, Чжилийский вице-король, барон 1-й степени Ли Хунчжан



   Один случай из этой войны рисует Ли Хунчжана как человека, способного не только на тонкую хитрость, но и на самое грубое коварство и вероломство. Когда Гордон был назначен командующим иностранными силами, тайпины решили, что они будут иметь дело только с ним и его войсками, а не с Ли Хунчжаном. Осадив город Сучжоу, Гордон запросил осажденных повстанцев, согласны ли они сдаться, выдать оружие и вступить в мирные переговоры, для того чтобы предотвратить ненужное кровопролитие и прекратить восстание. Те согласились, но под условием, что все жизни осажденных будут пощажены. Гордон дал свое честное слово. Едва только тайпины, на основании этого обещания, сдались одному из китайских офицеров, командированных Ли Хунчжаном, последний приказал сейчас же казнить всех сдавшихся. Возмущенный и оскорбленный таким поступком, Гордон явился с револьвером в палатку Ли Хунчжана, чтобы застрелить его, но тот успел скрыться.

   Китайское правительство посмотрело иначе на образ действий цзянсуского футая. Оно не только вполне одобрило меры, принятые им к подавлению мятежа тайпинов, но и назначило его на должность великого вице-короля южной столицы Китая – Нанкина – и повелителя двух смежных провинций Цзянсу и Чжэцзян.

   В 1870 году он переводится на ту же должность в Чжилийскую провинцию и управляет ею в течение 25 лет. Желая действовать более независимо от Пекина и иметь непосредственные сношения с иностранцами, он переносит свою резиденцию из Баодинфу в Тяньцзинь и за указанное время сумел приобрести такое влияние на внешнюю политику Китая, что с тех пор он может быть признан действительным и несменным китайским министром иностранных дел до своей смерти.

   Тогда же он стал играть самую главную роль при дворе китайской вдовствующей императрицы Цы Си, которая осталась единственной представительницей регентства, учрежденного по случаю смерти императора Сяньфэна и вступления на престол богдыханов малолетнего Тунчжи.

   Тогда же Ли Хунчжан занялся устройством китайской армии и флота. Были отпущены огромные суммы на приобретение иностранного оружия и судов и на обучение китайской армии иностранному строю, с помощью инструкторов.

   За это время, имея разные коммерческие дела с иностранцами, он составил свое колоссальное богатство, еще невиданное в Китае и доходящее, по словам китайцев, до 10 миллионов лан, или 14 миллионов рублей. Он предпринял разные торговые и промышленные предприятия, купил несколько золотых и угольных рудников в Китае и стал владельцем пароходов-гигантов, ходящих по реке Янцзыцзяну, между Шанхаем и Ханькоу, и приносящих не менее гигантские доходы.

   В 1894 году Япония, желавшая оживить свои финансы, промышленность и торговлю и дать пищу не только своему государственному казначейству, но и национальному честолюбию, неожиданно объявила войну Китаю, придравшись к корейским осложнениям, которые могли бы быть также удачно разрешены дипломатическим путем, без помощи оружия.

   Японцы давно готовились к войне и были хорошо осведомлены о тех злоупотреблениях, которые происходили в китайском военном министерстве Бин Бу. В то время как китайское правительство номинально делало огромные военные приготовления, японцы скупали по дешевой цене то оружие и боевые припасы, которые заготовлялись за границей для Китая и служили источником для постоянных и огромных доходов китайским мандаринам низших и высших рангов. Японцы прекрасно воспользовались обстоятельствами. Когда начались военные действия, оказалось, что некоторые китайские войска были вооружены деревянными ружьями, которые не стреляли, а снаряды китайских пушек были начинены не бездымным порохом, а угольною пылью.

   В решительном сражении в устье реки Ялу китайские военные суда, снабженные нестрелявшими орудиями и неразрывавшимися гранатами, совершенно не могли отвечать на огонь японского флота и были вынуждены либо сдаваться, либо спасаться бегством.

   Несмотря на то что китайская народная молва обвиняла во всех этих военных неудачах и злоупотреблениях Ли Хунчжана, однако он был командирован в Симоносеки для мирных переговоров и подписания тяжелого и позорного договора, по которому японцы получили давно желанную колоссальную контрибуцию, Формозу и несколько новых военных судов китайского флота.

   В Симоносеки на китайского мирного уполномоченного было сделано японцем-фанатиком покушение. Ли Хунчжан был легко ранен в щеку.

   В мае 1896 года Ли Хунчжан приехал в Москву и был представителем богдыхана Гуансюя на короновании Государя Императора. В Москве и Петербурге Ли Хунчжану и его свите были оказаны величайшие почести и самое широкое русское гостеприимство. Тогда же китайским уполномоченным и покойным русским министром иностранных дел Лобановым-Ростовским была подписана секретная оборонительная конвенция между Россией и Китаем на случай повторения нападения Японии на Китай[96].

   Из Петербурга Ли Хунчжан проехал в Германию, был принят императором и в Карлсруэ навестил своего сотоварища по государственным делам князя Бисмарка. Затем китайский путешественник объехал главные государства Европы и Америки, всюду был встречен с особым почетом, а особенно в государствах, имеющих торговые и промышленные интересы в Китае. Попутно он устраивал различные торгово-политические дела и сделал заказ германскому заводу Круппа на поставку огромного количества оружия для Китая.

   Вернувшись обратно в Пекин в зените своей славы, он был назначен председателем покойного учреждения Цзунлиямынь, ныне преобразованного в особое министерство иностранных дел – «Вай бу». Благодаря зависти и интригам против него китайских высших мандаринов, он несколько раз в своей жизни терял свои должности, чины и высшие знаки отличия. После дворцового переворота 1898 года он снова впал в немилость у двора и был назначен вице-королем провинций Гуандун и Гуанси и имел свое местопребывание в Кантоне.

   Когда в 1900 году вспыхнуло восстание боксеров, союзные войска взяли Пекин, китайское правительство, богдыхан и двор бежали, то, по предложению России, Ли Хунчжан был назначен главноуполномоченным, вместе с принцем Цином, для ведения мирных переговоров.

   Однако иски всех держав, кроме России, к Китаю оказались непомерно велики и несогласны между собою. Ли Хунчжан сумел обставить притязания держав такими затруднениями, что переговоры затянулись на целый год и завершились подписанием мирного договора, тягостного и унизительного для Китая по форме, но в сущности – являющегося шедевром дипломатического искусства Ли Хунчжана, ибо этот договор, налагая множество тяжких обязательств на Китай, в то же время не дает никаких средств или гарантий, что державы когда-нибудь увидят все эти обязательства выполненными.

   Через два месяца после подписания этого договора 25 октября 1901 года и накануне заключения с Россией конвенции по делам Маньчжурии Ли Хунчжан скончался 78 лет от роду.

   В лице почившего китайского государственного деятеля Россия потеряла своего верного союзника, всегда полагавшего, что в силу исторических и географических условий Россия является для Китая единственным естественным союзником, с которым он связан общей пограничной линией в 9000 верст и с которым он не вел ни одной правильной войны, если не считать грустного и случайного эпизода 1900 года. В случае же нарушения мира и добрососедских отношений, благодаря той же необъятной пограничной цепи, сжимающей Китай от Тянь-Шаня до Амура и Артура, Россия может оказаться для Китая самым опасным и непреодолимым противником.

   В Пекине. Угроза Англии Китаю



   Ли Хунчжан был всегда сторонником дружбы с Россией. Можно предполагать, что после поездки в Петербург и Москву его доверие и расположение к России укрепились еще более.

   Несмотря на все нападки, клеветы и подозрения, которыми иностранцы и китайцы всегда покрывали имя «китайского Бисмарка», он был до сих пор единственным деятелем, понимавшим пути, по которым должна была следовать его родина в нынешнюю эпоху своей истории.

   Пути, намеченные Ли Хунчжаном, были следующие: самое широкое развитие торговых и промышленных связей с Европой и Америкой, от чего Китай может только выиграть; преобразование и усиление военной силы Китая – и союз с Россией, дружба и покровительство которой должны быть покупаемы какой бы то ни было ценой, как противовес притязаниям и посягательствам иностранных народов на целость и богатства империи богдыханов.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4812