Явная и тайная жизнь петербургского обывателя
Главный герой истинных, а не придуманных криминальных историй вовсе не романтический Ринальдо Ринальдини, не Робин Гуд, не Мефистофель и не злодей со скошенным лбом и свирепым взглядом. Итальянский антрополог-криминолог второй половины XIX века Чезаре Ломброзо совершенно зря пытался доказать существование врожденных «преступных типов»: якобы предрасположенность к преступлению заложена в будущем преступнике от рождения и проявляется в особенностях его анатомического строения и психофизиологического склада. Если бы так, всех преступников можно было бы определить, как ядовитые растения, переловить, изолировать — и обыкновенные добропорядочные обыватели зажили бы припеваючи, не зная, что такое грабеж, воровство и убийство. На практике именно этот обыватель — средний человечек, прилично одетый, неброский, как правило семейный, частенько не без образования, имеющий чин, звание и место в обществе, — и есть подлинный герой криминала. Именно он зачастую выступает и в роли преступника, и в роли жертвы. Великий знаток преступного мира сыщик И. Д. Путилин говаривал, что из ста обывателей девяносто не отваживаются на самое страшное преступление — убийство — только из страха наказания и что если эти девяносто обывателей из ста были бы абсолютно уверены в своей безнаказанности, то в случае надобности легко пошли бы на душегубство, не говоря уж о чем другом.

Портреты преступников по Ч. Ломброзо.
Портреты преступников по Ч. Ломброзо.

Мир петербургского криминала не что иное, как оборотная сторона, грязноватая изнанка мира блистательной Северной Пальмиры. Лицевая сторона не бывает без оборотной. Петербургские преступники — чиновники, офицеры, гвардейцы, князья, адвокаты, придворные, извозчики, мастеровые, врачи, горничные и лакеи, солдаты, рабочие, даже околоточные и городовые, даже профессора, даже художники и писатели... Из нескольких сотен тысяч душ человеческих, столпившихся в углах и закоулках каменного лабиринта под тусклым невским небом, хищный демон преступления по ему одному ведомым причинам выхватывал то одну, то другую жертву; кого-то толкал на убийство, кого-то на подделку деловой подписи, кого-то заставлял украсть, кого-то — смошенничать, кого-то — поджечь... Случайный выбор совести и судьбы. Как в оперной арии: сегодня ты, а завтра я.

Петербургский обыватель — наш главный герой. Кто он?

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4475

X