К истории Северного морского пути периода Революции и Гражданской войны: проект Б.А. Вилькицкого, кооператоров и профессора Брока (1920 г.)

Северному морскому пути посвящена обширная по хронологическому охвату, тематике и жанрам научная литература [4; 5]. И тем не менее расширение документальной базы открывает нам новые факты истории Карских экспедиций, деятельности адмирала Б.А. Вилькицкого, роли норвежцев в организации судоходства арктическими морями к устью сибирских рек. К их числу относится эпизод, имевший место в 1920 г., в завершающую фазу Гражданской войны на Севере и в Сибири. Непосредственными его участниками были полярный исследователь Б.А. Вилькицкий1 и норвежский профессор-славист и общественный деятель Олаф Брок2. Суть дела отражена в их переписке, сохранившейся в бумагах проф. Брока3 и фоново — в воспоминаниях адмирала [1]. Настоящая статья предлагается вниманию читателей в сокращенном и заново отредактированном виде. Впервые она была опубликована на сайте «Наука. Общество. Оборона» (см.: Наука. Общество. Оборона (noo-journal.ru). 2019. № 1 (18).

В личном архива Брока выявлены десять писем и телеграмм, датируемых с 12 марта по 20 июня 1920 г. Шесть из них — письма Б.А. Вилькицкого норвежскому профессору. Одна телеграмма, направленная Броку из Лондона председателем правления «Закупсбыта» К.И. Морозовым4, одна записка помощника адмирала и, что неожиданно, копия радиограммы первого руководителя советской Северной научно-промысловой экспедиции Р.Л. Самойловича знаменитому Ф. Нансену с предложением возглавить ее научную часть5.

Воспоминания Б.А. Вилькицкого написаны автором в сентябре 1942 г. в оккупированной Бельгии в один из критических для СССР периодов Великой Отечественной войны. Документ, несмотря на краткость (44 стр.), сложный. Он нуждается в источниковедческом анализе и комментариях исследователей. Но даже при беглом взгляде заметны противоречия. Кажется, что главной задачей автора было ответить на обвинения представителей радикального крыла белой эмиграции в сотрудничестве с Советской властью (три эпизода) и недостаточно активном участии в вооруженной борьбе против большевиков.

Вилькицкий, главным образом, доказывал свое последовательно враждебное отношение к революции, большевикам и Советам. Он акцентировал близкие отношения с антибольшевистскими деятелями (Е.К. Миллер, В.Н. Пепеляев, Г.Е. Чаплин и др.) и сотрудничество с представителями спецслужб Антанты в Петрограде и военных властей на Севере (британец, морской офицер Фрэнсис Кроми; француз, контрразведчик граф Жан де Люберсак; бельгиец, «коммандант» Михаил Никэз).

Одновременно адмирал бегло осветил работу в качестве начальника гидрографической экспедиции на Севере в 19181920 гг., на обязанности которого лежало изучение и обслуживание северного морского пути, содействие кораблям для плавания в районах Новой Земли и льдов Карского моря.

Между тем Б.А. Вилькицкий уже перед войной являлся опытным офицером-гидрографом. В 1908-1912 гг. он выполнил ряд гидрографических и геодезических работ на Балтийском море и Дальнем Востоке. В начале 1913 г. его назначили командиром ледокольного парохода «Таймыр» и помощником начальника гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана П.А. Новопашенного (командира транспорта «Вайгач»).6

Экспедиция впервые прошла по Северному морскому пути из Владивостока в Архангельск, открыла Землю Императора Николая II (ныне — Северная Земля), остров Цесаревича Алексея (Малый Таймыр) и остров Старокадомского.

После трехлетнего плавания, пишет Вилькицкий, он приостановил исследование полярных морей, чтобы принять участие в боевых действиях русского флота на Балтике. Однако разразившиеся в 1917 г. революционные события потрясли страну и заставили его оставить службу. Офицер пришел к выводу, что на флоте ему больше делать нечего, потому что «его [флота. — авт.] песенка спета» [1, с. 5-6].

Коллегу радушно приняли в Главном гидрографическом управлении, где он рассчитывал приступить к разработке архивов своей трехлетней арктической экспедиции и переждать смутное время. Вилькицкий полагал, как и многие его сослуживцы, что «утопичный режим» большевиков или «сам провалится», или будет «опрокинут здоровыми силами страны» [1, с. 6].

Меж тем советское правительство в это время было озабочено угрозой голода в нечерноземном центре и на Европейском Севере страны вследствие развала ж.-д. транспорта и потери Украины как житницы. В Сибири же имелся переизбыток продуктов, которые могли быть доставлены Северным морским путем. Генерал-лейтенант Е.Л. Бялокоз, начальник Главного гидрографического управления7, считал, что с такой задачей лучше Вилькицкого с его опытом и знаниями не справится никто.

Вилькицкий был с этим согласен. «Я осознавал, — писал он, — первостепенную важность для экономической жизни Сибири Северного морского пути, над исследованием и оборудованием коего работал мой отец8, и... полагаю, что в ту пору... в этом вопросе у меня соперников не было» [1, с. 7].

Вместе с тем автор подчеркивал, что с самого начала главной целью поставил «перекинуться на Север и связаться с Сибирью», дабы иметь возможность принять участие в формировании контрреволюционных сил и борьбе с большевиками в сотрудничестве с державами Антанты.

Однако насколько он был искренен? Ведь есть слова, а есть дела и поступки. А последние свидетельствуют об осторожности Вилькицкого, занимавшего, как и многие офицеры в то сложное и опасное время, скорее выжидательную позицию. К большевизму он действительно не испытывал симпатии и доверия, но в то же время и не торопился компрометировать себя в глазах советских властей.

Судя по воспоминаниям, офицер всячески старался беречь людей. Под благовидными предлогами он не раз уклонялся от непосредственного участия в боевых действиях братоубийственной и кровопролитной гражданской войны. Очевидно, что его главной целью было продолжить изучение и оборудование Карского маршрута.

Получив от большевистских властей, как руководитель экспедиции, самые широкие полномочия, а также и «ассигновку» в 1 млн руб. (между прочим, решением председателя совнаркома В.И. Ленина), Вилькицкий приступил к подготовительной работе. Выехав в Архангельск в начале июля 1918 г., т. е. незадолго до белого переворота и высадки интервентов, он сумел убедить делегатов-моряков «матросского съезда» закрепить за экспедицией ледокольные пароходы «Таймыр» и «Вайгач», а также старое посыльное судно «Бакан» (ранее имевшее ранг военного транспорта) [1, с. 10].

После переворота и высадки интервентов в Архангельске 2 августа 1918 г. Вилькицкий немедленно направил в Петроград начальнику Главного гидрографического управления рапорт следующего содержания. Советские власти эвакуировали город; он занят французскими и британскими войсками; члены экспедиции при перевороте не пострадали; корабли, имущество остались в сохранности; сам Вилькицкий, командный состав экспедиции и команды судов «исполнили свой долг». Последнюю, двусмысленную фразу своего рапорта, писал офицер, он генералу Бялокозу и его советскому начальству «предоставлял понимать, кто как хочет». [1, с. 14-15].

Более того, Вилькицкий настоял, чтобы новые власти отпустили с рапортом в большевистский Петроград его заместителя по экспедиции (капитана первого ранга А.М. Косинского). Ранее того он принял в штат экспедиции комиссара береговой радиостанции морского генерального штаба в Петрограде. Это был знакомый ему по службе на транспорте «Таймыр» радиотелеграфист. А позже еще и комиссаров военного порта Архангельска и оперативной части штаба Флотилии Северного Ледовитого океана (из числа унтер-офицеров). Последним двум это спасло жизнь от расстрела, грозившего им после белого переворота.

Уже через два дня после прихода к власти в Архангельске белых, т. е. 4 августа 1918 г., Вилькицкий поспешил отправиться с экспедицией через льды Карского моря в устье Енисея, где благополучно получил заранее заготовленное для нее продовольствие и собрал сведения о происходившем в Сибири, на Урале и в Поволжье. В Дудинке, куда доходила телеграфная связь, им была устроена радиостанция, поддерживавшая обмен с радиостанциями, обслуживавшими навигацию в Карском море. Таким образом, была обеспечена связь Сибири с Архангельском, а полярные береговые станции экспедиции получили снабжение, необходимое для работы [1, с. 16-17].

Попытка практического использования Северного морского пути для переправки грузов в Сибирь и вывоза оттуда сырья и продовольствия для Северной области была предпринята белыми властями в 1919 г. Распоряжением А.В. Колчака 23 апреля при министерстве торговли и промышленности был создан Комитет Северного морского пути [7]. Председателем комиссии по организации морской экспедиции в Сибирь стал командующий Флотилией Северного Ледовитого океана контр-адмирал Л.Л. Иванов9. Б.А. Вилькицкому, как начальнику гидрографической экспедиции, поручили руководить безопасным движением судов во льдах Карского моря [12, с. 154].

Хозяйственную и коммерческую часть экспедиции обеспечивала самая влиятельная в Сибири экономическая организация — «Закупсбыт»10. Она являлась, свидетельствует Вилькицкий, «одной из основ» экономической политики правительства П.В. Вологодского и Колчака [1, с. 19-20]11. Ее отделения действовали в США, Японии, столицах Западной Европы: в Лондоне (главная контора), в Стокгольме, в Копенгагене, в Париже. Общий товарооборот в мае 1918 г. достигал 52 млн.руб. [9, с. 191-197; 8]12. Важным финансовым фактором явилась поддержка Московского народного банка (МНБ), который поддерживал кооперацию Сибири. Представительства банка имелись в Лондоне, Шанхае, Нью-Йорке. Это позволяло сибирской кооперации, по данным исследователя, развернуть успешную международную торговую деятельность [2, с. 106]. Одновременно с «Закупсбытом», действовал заграничный Центросоюз (Сибирское отделение).

В Сибирь за продовольствием и сырьем направили свободный тоннаж Северной области. Из Англии и Швеции также шли пароходы с импортными грузами для Сибири. Их общая стоимость составляла, по данным исследователя, примерно 100 млн руб. [9, с. 196]. Б.А. Вилькицкий руководил навигационной проводкой девятнадцати пароходов в устья Оби и Енисея через льды Карского моря. В знак высокой оценки его работы начальник гидрографической экспедиции в октябре того же года он был произведен в контр-адмиралы13.

Осенью 1919 г. интервенты эвакуировали свои силы из Архангельска. В феврале 1920 г., когда красные прорвали фронт белых в Северной области, Вилькицкий оказался одним из тех, кому поручили организовать эвакуацию морем в Норвегию. Он был назначен комендантом флагманского корабля «Ярославна», на котором находился штаб командующего Флотилией Северного Ледовитого океана Л.Л. Иванова14. «Я, — пишет Вилькицкий, — отдал последний приказ по экспедиции Северного Ледовитого океана, сдав должность одному из сотрудников..., и поручив охрану имущества командам, предпочитавшим остаться в России, выплатил им жалование за несколько месяцев вперед и вступил в новую должность» [1, с. 21-22].

Эвакуация военных и гражданских лиц, как свидетельствует ее очевидец и участник, проводилась в большей спешке и сопровождалась беспорядками и паникой [11, гл. 12, 13]. Неисправность машин заставила руководителей перевести вооружение и людей с «Ярославны» на ледокол «Минин». Попытка преследователей, пустившихся на ледоколе «Канада» вдогонку вернуть беглецов, не удалась.

Беженцы благополучно прибыли в Норвегию, были размещены и интернированы близ Тронхейма.15 Однако мысль о перспективах продолжения полярных исследований и навигационной работы на Северном морском пути не отпускала Б.А. Вилькицкого.

Уже 12 марта он обратился с письмом к профессору университета Олафу Броку [6, с. 144-151]. Адмирал спрашивал, ссылаясь на рекомендацию атташе по коммерческим делам российской дипломатической миссии в Стокгольме Б.А. Никольского16, о возможности реализовать с помощью Скандинавии обслуживание Северного морского пути из Европы в Сибирь через Карское море. «Если бы Вы согласились оказать свое любезное содействие нашему делу, — писал он норвежскому профессору, — я был бы Вам очень признателен»17.

Обращение не было случайностью. Брок пользовался известностью не только как ученый-лингвист. Он заслужил в Норвегии репутацию знатока и друга России, сблизился с царским посланником в Христиании во время Первой мировой войны К.Н. Гулькевичем. В мае 1917 г. дипломат был переведен на пост посланника в Стокгольм. Во время гражданской войны он, как член Русского Политического совещания (послов) в Париже18, был озабочен оказанием поддержки армиям генералов Н.Н. Юденича и Е.К. Миллера. Именно по настойчивой просьбе Гулькевича Брок с ноября 1918 г. тесно сотрудничал с заграничным Центросоюзом19, а в 1920 г. стал содиректором учрежденной кооператорами в Христиании акционерной компании20. Заграничный Центросоюз (Иноцентр) в Лондоне планировал и после гражданской войны продолжать экономическую деятельность по снабжению населения Северной области и Сибири.

Вилькицкий указал Броку в письме на экономическое будущее Северного морского пути, а также на собственный опыт и знания, которые позволяли ему надеяться продолжить работу и исследования в Арктике, обслуживая то или другое коммерческое предприятие, имеющее отношение к делу. Политическая обстановка, прозорливо считал адмирал, такова, что через месяц или два установятся торговые отношения с Советской Россией и вопрос о Северном пути будет поднят вновь. «Мне представляется, — высказал он предположение, — что в деле торговых сношений с Россией именно Скандинавские страны, экономическое состояние которых меньшее всего потрясено войной, займут преобладающее положение»21.

Понимая, что потребуются рекомендации со стороны авторитетных и известных Броку деятелей, Вилькицкий сослался на близкое знакомство с предпринимателем норвежского происхождения И.И. Лидом, норвежским капитаном О. Свердрупом, профессором Ф. Нансеном, директорами общества «Сибирикум» В. Сандерсом и Т. Шварцем.

Профессор немедленно (уже 15 марта) откликнулся на обращение Вилькицкого, что говорит о внимании, с каким в Норвегии, в т. ч. Ф. Нансен и О. Брок, наблюдали драматические события, развернувшиеся в Архангельске и на Мурмане после бегства белых. Узнав о сообщении, Нансен через Брока попросил русского адмирала сообщить ему сведения о судьбе доктора Б.Ф. Соколова22. Беспокойство было оправданным. Ходили имевшие основания слухи о суровых репрессиях красных в отношении тех, кто сотрудничал с белыми властями на Севере23.

Суть сделанного Вилькицким предложения вызвала живой практический интерес профессора Брока и Ф. Нансена к условиям коммерческой эксплуатации Карского маршрута. Его позитивная реакция побудила Вилькицкого 18 марта в новом письме развернуто дать свою оценку перспективам использования арктического ледового маршрута к устьям Сибирских рек.

Брок отвечал адмиралу. Содержание письма нам неизвестно, кроме одного упомянутого в нем обстоятельства. Профессор обратил внимание Вилькицкого на возможность с помощью Ф. Нансена получить согласие правительства в Христиании обеспечить Сибирскую экспедицию 1920 г. шпицбергенским углем. На это указывает переданная Нансеном Броку копия радиограммы начальника советской Северной научно-промысловой экспедиции, полученной из Архангельска24. Р.Л. Самойлович предлагал Ф. Нансену возглавить научную часть руководимой им экспедиции и содействовать согласию норвежских властей снабдить ее углем.

Вилькицкий идею принял: «Благодарю Вас, — писал он, — за любезное письмо, полученное мной вчера. С доводами, приведенными в этом письме, я вполне согласен, и считаю, что содействие Ваше в получении угля чрезвычайно ценно, и должно оказать серьезную услугу при разговорах с Советским правительством об организации Сибирской экспедиции»25. Действительно, в 1920 г. в связи с нехваткой хлеба в Европейской России советские власти приняли решение о доставке продовольствия из Сибири по Карскому морю. В апреле 1920 г. при Сибревкоме был сформирован Комитет Северного морского пути [7]26.

Между тем Вилькицкий поторопился выехать из Норвегии для переговоров с кооператорами в Лондон, где находилась главная контора «Закупсбыта». 13 апреля, получив британскую визу, он на одном пароходе с руководителем заграничного Центросоюза А.М. Беркенгеймом отплыл в Англию. Переговоры в Лондоне шли успешно. 5 мая Вилькицкий писал об этом Броку: «Глубокоуважаемый Олаф Иванович, совместная экспедиция в Карское море “Закупсбыта” и Центросоюза определенно намечена, и вся подготовительная организация идет полным ходом. <...> По моему предположению предполагается на разведку льдов снарядить две парусно-моторные яхты обычного типа норвежских зверо-промышленных судов приспособленных для плавания в опушке льдов. Во избежание больших расходов на плавание имеется в виду эти яхты использовать одновременно для производства морского промысла в Баренцевом и Карском морях, где это допускается международным правом. Эти суда предполагается отправить в плавание под норвежским флагом, или, если окажется более удобным, под английским или русским. Купить или зафрахтовать эти суда лучше всего в Норвегии»27.

Отправить экспедицию Вилькицкий планировал из портов Северной Норвегии не позднее начала или середины июня 1920 г. Он надеялся (ссылаясь на решение совещания руководителей Центросоюза 3 апреля) на участие в экспедиции тральщиков Центросоюза или других судов из Архангельска.

Увы, его планам не было суждено сбыться. Вмешалась большая политика. Еще 16 января 1920 г. Верховный совет Антанты постановил снять экономическую блокаду Советской России и разрешить «обмен товарами на основе взаимности между русским народом и союзными и нейтральными странами» [3, с. 556-557]. Это означало признание Советской России де-факто.

Первоначально Антанта пыталась вести торговлю напрямую с русскими кооперативными организациями, напрямую, т.е., «через голову» правительства большевиков.

Ответным шагом большевиков стало формирование советского Центросоюза — объединения кооперативов, находившихся под их полным контролем и руководством. Его правление объявило, что с согласия советского правительства готово немедленно вступить в торговые отношения со странами Западной Европой и Америки, и предложило организовать поездку за границу своих уполномоченных.

Английские власти оказались вынуждены дать согласие на приезд делегации советского Центросоюза в Лондон. В ее состав вошел на правах руководителя Л.Б. Красин, нарком торговли и промышленности и одновременно нарком путей сообщения РСФСР. 27 мая 1920 г. советская делегация во главе с Л.Б. Красиным прибыла в Лондон. 31 мая состоялась первая беседа Л.Б. Красина с Ллойд Джорджем в присутствии других членов правительства. Имело место и много неофициальных встреч.

Британские власти сознавали, что переговоры с Л.Б. Красиным, являвшимся одновременно членом советского правительства, по необходимости «не могут не принять политического характера». Само наименование делегации Центросоюза вскоре перестало употребляться в переговорах и заявлениях. Оно было заменено термином «русская торговая делегация» [3, с. 556-557].

11 июня 1920 г. в Лондоне советской делегацией была учреждена и зарегистрирована в английском министерстве торговли как частная компания «АРКОС» для ведения торговли между РСФСР и Англией28. Заграничный Центросоюз и «Закупсбыт» потеряли шанс перехватить у большевиков руководство советско-британской торговлей и, таким образом, остались не у дел. А проект Вилькицкого стал просто одной из страниц истории Северного морского пути. Сам адмирал неоднократно получал приглашения, исходившие от советской стороны (в т. ч. лично Л.Б. Красина), вернуться на родину для продолжения полярных исследований, но предпочел на них не ответить.

Карелин Владимир Анатольевич — кандидат исторических наук, доцент, научный руководитель Центра региональных исследований «Геополитические проблемы Севера: история и современность» (Санкт-Петербург); karelin_vladimir@mail.ru



1 Борис Андреевич Вилькицкий (22 марта [3 апреля] 1885, Пулково — 6 марта 1961, Брюссель) — русский морской офицер, гидрограф, геодезист, исследователь Арктики, контр-адмирал.
2 Олаф Брок (норв. Broch Olaf; 1867, Хортен, Норвегия — 1961, Осло, Норвегия) — норвежский филолог, славист, переводчик, историк, фонетист. Член академии наук Норвегии (1896), иностранный член-корреспондент Петербургской АН (1916, с 1917 — РАН, с 1925 — АН СССР).
3 Nasjonalbiblioteket i Oslo ( NBiO ). Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers.
4 Морозов Константин Иванович — член и председатель правления «Закуп-сбыта» — сибирского объединения кооператоров (1916-1923).
5 Копия радиограммы попала Олафу Броку от Ф. Нансена, который поддерживал тесные связи с профессором, считавшимся в Норвегии экспертом по «русским делам».
6 Петр Алексеевич Новопашенный (1881-1950) — русский военно-морской деятель, капитан 1-го ранга. Участник Белого движения на Северо-Западе России.
7 Евгений Людвигович Бялокоз (польск. Bialokoz Eugenijusz) (1861, Москва — 1919, Петроград) — генерал-лейтенант корпуса гидрографов флота, начальник Главного гидрографического управления флота (1917-1919).
8 Андрей Ипполитович Вилькицкий (1858-1913) — русский гидрограф-геодезист, полярный исследователь. С 1894 по 1896 г. возглавлял гидрографическую экспедицию, исследовавшую морское побережье на участке от устья Печоры до Енисея, в Енисейском заливе и Обской губе. В 1898-1901 г. руководил исследованиями устьев рек Печора, Енисей, южной части Карского моря, составил подробные карты этого района. Начальник Главного гидрографического управления в 1907-1913 гг.
9 NBiO. Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers. Письмо от 12 марта 1920 г.
10 «Закупсбыт» — объединение сибирских кооперативных союзов (1916-1923).
11 Петр Васильевич Вологодский (1863-1925) — русский государственный и общественный деятель. С 30 июня 1918 года возглавлял Временное сибирское правительство. 5 ноября 1918 года назначен председателем Совета Министров России (под руководством А.В. Колчака).
12 Руководителем Лондонской конторы «Закупсбыта» был К.И. Морозов.
13 Полное название: начальник гидрографической экспедиции Западно-Сибирского района Северного Ледовитого океана.
14 Леонид Леонтьевич Иванов (1875-1940) — военно-морской деятель, контрадмирал, участник китайской кампании 1900-1901, Русско-японской и Первой мировой войн, Гражданской войны в России.
15 Местечко 0ianmoen в Stjordalen.
16 Никольский Борис Александрович (? — 1969) — помощник посланника в Стокгольме К.Н. Гулькевича, выпускник экономического отделения Петербургского политехнического института Императора Петра Великого, автор ряда российских и зарубежных научных публикаций.
17 NBiO. Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers. Письмо от 12 марта 1920 г.
18 Русское политическое совещание в Париже (РПС) — русская политическая структура, созданная в Париже в конце 1918 года как объединенное представительство зарубежных дипломатических структур бывшей Российской империи, не признавших советскую власть, для международного представительства и проведения в жизнь внешнеполитического курса Белого движения.
19 Объединение российских кооператоров. После Февральской революции 1917 года Московский союз потребительских обществ был переименован во Всероссийский центральный союз потребительских обществ — Центросоюз. После Октябрьской революции возникла оппозиция большевикам в заграничных структурах Центросоюза. Главой заграничного (лондонского) и Сибирского филиалов Центросоюза и членом его правления являлся А.М. Беркенгейм (1878, Москва — 1932, Варшава).
20 Centrosojus A/S — NBiO. Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers.
21 Centrosojus aksjeselskap (A/S) — NBiO. Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers. Письмо от 12 марта 1920 г.
22 Соколов Борис Федорович (1893, Санкт-Петербург — 1979, США) — врач, ученый-медик, писатель и общественный деятель, близкий трудовикам и эсерам, представитель Красного Креста в Архангельске в 1919-1920 гг. Являлся делегатом Всероссийского Учредительного, председателем его военной секции, организатором вооруженной защиты Учредительного собрания, участником его заседания 5 января. В 1918 г. стал членом Комуча, затем уехал во Францию. Вернувшись в Россию, входил в состав правительства Северной области. Позже эмигрировал.
23 Вилькицкий направил Ф. Нансену телеграмму, в которой выражал уверенность в безопасности доктора. В действительности Б.Ф. Соколов в феврале 1920 г. был высажен генералом Е.К. Миллером с ледокола «Минин» на оставленное во льдах судно «Русанов», а позже арестован советскими органами и провел «в ожидании расстрела» в Бутырской тюрьме Москвы более трех месяцев. См.: Соколов Борис Федорович. На берегах Невы. — Бристоль, типографская компания Бартон манор — Ст. Филипс. Перевод с англ. Джона Галепено, 1973. (Вступление).
24 Там же. Копия радиограммы (англ.) Из Архангельска. 3 апреля 1920 г. Ф. Нансену. Норвегия.
25 Там же. Письмо от 12 апреля 1920 г.
26 В августе 1920 г. из Архангельска в Сибирь отправилась советская транспортная экспедиция в составе 4 ледокольных пароходов, 8 пароходов и 4 лихтеров.
27 NBiO. Brevs. № 337. Professor Olaf Broch papers. Письмо от 5 мая 1920 г.
28 Англ.: Arcos, All Russian Cooperative Society Limited — Всероссийское кооперативное акционерное общество.


Просмотров: 280

Источник: Карелин В.А. К истории Северного морского пути периода Революции и Гражданской войны: проект Б.А. Вилькицкого, кооператоров и профессора Брока (1920 г.)//М.: Пятый Рим (ООО «Бестселлер»), 2020.-с.74-85



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X